Глава 13. Бои без правил
Интересно, зачем Чет забрал Шуаса? И о чем эти двое могут договориться? А вдруг они ссорятся? А вдруг Шуас сейчас страдает? Ха! Да скорее страдает Чет! Отчего-то Данке казалось, что наг не даст себя в обиду. Но кто же он, ее избранник? И она ли его выбрала? Или это все действие Рока? И сам Рок… какое место он занимает в ее сердце?
Вопросы, вопросы и ни одного ответа. Рок и Чет. Оба загадочные и привлекательные, оба вызывают интерес и желание разгадать их тайну. И чего скрывать, секс с Роком настолько хорош, что даже сейчас от воспоминаний сладко тянет низ живота, и ноги подгибаются. Но кроме секса, что еще ей нравится в этом инкубе? Внимание и неуловимая, тщательно скрываемая забота, которая проявляется в мелочах. Одежду принести из ее мира, с того света вытащить… И даже не вмешаться, когда они с Шуасом занимались любовью. А вот странно, с нагом занималась любовью, а с Роком — сексом. О чем это говорит? Что в уме Данка разделяет свое отношение к этим двум непохожим мужчинам? Один ей нравится, а второй хорош лишь для секса?
Данка окончательно запуталась в своих рассуждениях и решила, что подумает об этом позже. А пока следует переодеться и все же сходить на завтрак, узнать последние сплетни. А то конкурс невест какой-то странный. Что это за конкурс без конкурсов? Да и Муно следует как-то заполучить… Старый и хитрый пройдоха! Но какой привлекательный! Жаль, что его уже сто лет девушки не интересуют.
Данка резко остановилась и прижала ладонь к губам. Боги! Это ее мысли?
— Флеш, — испуганно протянула она, беспомощно глядя на смеющегося крыса. — Ты тоже это слышал?
— И Алмаз, — препохабнейше ухмыльнулся крыс. — Рок все же заразил тебя, хозяйка моя драгоценная? Так, может, и мы с конем пригодимся? — Он выразительно подвигал бровями.
— Дурак! — Данка замахнулась и огрела хохочущего парня по спине. — Это не смешно! Вот начну кидаться на мужиков. Что будешь делать?
— Куплю тебе вибратор!
— Какой ты добренький, однако, — Данка не знала, плакать ей или нервно хихикать.
— Во мне прекрасно уживаются добро и вибратор, — заржал Флеш и первым шмыгнул в дверь, ведущую в столовую.
От расстройства Данка не заметила, как они прошли мимо ее комнаты, пришлось делать вид, что спортивный костюм — это изысканный наряд. Алмаз придержал для нее дверь, и девушка вошла в столовую. Ого, а народа-то убавилось. За столом сидело всего шесть невест, но Данка на них не смотрела. Она застыла на месте, не веря глазам. Во главе стола сидели Чет и… Шуас. Наг был одет в белоснежную рубашку, расстегнутую на груди, на бледной коже матово блестел большой кулон — черный овал с большим переливающимся камнем внутри. Дана никогда не видела бриллиантов такого размера, поэтому не сразу поняла, что это, а когда поняла…
— Не дуйся.
Флеш и Алмаз низко поклонились, и крыс легонько подтолкнул Данку к столу. Всего один стул был свободен — с самого края, рядом с высокомерной Лизет. Данка бросила на Шуаса злой взгляд и сделала вид, что вообще не видит этого… кого?.. Обманщика!
В чем наг ее обманул, она еще не придумала, но обида все равно заполнила сердце. Она его выбрала, она ему отдалась, и все было так замечательно, так… нежно и правильно, а потом… потом он исчез, не сказав ни слова, не объяснив, не обняв. Что это означает? Попользовался и бросил?
Злые слезы заполнили глаза, но Данка не позволила им пролиться. Она сделала вид, что вокруг никого не существует, что ей плевать на этого… эту… рептилию! Да пусть он удавится своим холодным величием!
— Хозяйка, что будешь кушать? — раздался над ухом тихий голос Флеша. И тут же он шепнул, склонившись к самому уху Даны: — Наг тоже слышит твои мысли о нем, не забывай об этом, госпожа моя эмоциональная.
— И пусть слышит!
«Даже близко не смей ко мне подходить, гад ползучий! Вот с Четом и целуйся!»
Она подняла глаза и в упор посмотрела на нага. В красных глазах Шуаса полыхало пламя, но Данка успела увидеть сожаление и боль в его взгляде. Он молча пристально смотрел на девушку, но вот чуть склонил голову в поклоне и отвернулся. И ни одной мысли, ни одного слова, объясняющего такое поведение. Да что же происходит?
— Алмаз, садись рядом, не стой истуканом за моей спиной. Не люблю. Флеш, принеси блюдо с мясом и тоже садись. А то на этом кладбище только и можно что поесть, общаться здесь не с кем. Муно, друг мой, передай, пожалуйста лепешки.
Раз так, то она не станет думать о наге. Она станет думать о Роке! Кстати, где он?
Все невесты дружно повернули к ней головы. Как роботы, подумала Данка, принимая от ворона блюдо с лепешками. Лизет рядом с ней громко фыркнула, а ее кот (сегодня одетый в шелковую пижаму) тихонько хихикнул, за что получил гневный взгляд и оплеуху от своей хозяйки и тотчас надулся.
— Моя одиннадцатая невеста, — раздался голос, полный холодной ярости. — Ты опять неподобающе одета.
— Ну прости, что не оделась как положено мертвецу! — язвительно ответила Данка. — Но в моем гардеробе нет савана!
Рядом застонал Флеш, Алмаз же укоризненно покачал головой. Действительно, что с ней? Мысли хаотично скачут, словно резиновые мячики, настроение скачет следом за ними, в голове кавардак, в душе раздрай, а в сердце тоска. И вдобавок ко всему появилось странное желание дерзить Чету. Ты ли это, Данка?
«Все влюбленные глупеют», — глубокомысленно изрек у нее в голове голос Флеша.
«Как мне сделать, чтобы вы меня не слышали?»
«Прикажи нам».
А вот это уже прозвучало уныло: видимо, Флеш сожалел, что их собираются лишить такого развлечения.
— Приказываю своим рабам и… защитнику, — Данка выделила последнее слово особенно громко, — прекратить слышать то, что им не предназначено!
Наг чуть заметно улыбнулся и склонил голову, Флеш и Алмаз синхронно вздохнули и, встав из-за стола, поклонились Данке. Так лучше!
— Итак, моя дерзкая невеста, ты закончила? — Чет откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Данка заметила, что у него появился точно такой же кулон, как у нага. — Дерзкая. Невоспитанная. Непокорная. Что ж… я должен тебя наказать. А поэтому ты первая начнешь.
— Начну что? — Данка отложила в сторону вилку и без страха посмотрела Чету в глаза.
— Позвольте, господин? — Крелья встала со своего места и поклонилась Чету. Тот снисходительно кивнул, и девушка повернулась к Дане. — Нас осталось шестеро, и только теперь начинается настоящая борьба за сердце и руку господина нашего Чета. До твоего прихода как раз объявили, что первый конкурс будет связан с силой, ловкостью и решительностью претенденток. Это будет бой.
— Бой? — Данке показалось, что она ослышалась, но Крелья уже села на свое место и уткнулась в тарелку.
— Бой за раба, моя дорогая одиннадцатая невеста. Ты ведь готова в бою отстоять своего «мальчика»? Или, может быть, хочешь отвоевать для себя еще одного?
Яд и патока лились вместе с голосом Чета. Он злится на нее, поняла Данка, только за что? Неужели за то, что она выжила? Или… за Шуаса? Но какое ему дело до ее э… любви? Он ведь не Рок!
— Я никогда не дралась с девчонками, — растерялась Данка. — Это вообще глупо!
— Ты признаешь свое поражение? — перегнулась через презрительно кривящую губы Лизет Фаина. — Тогда я заберу коня, хотя он и выглядит теперь странно.
— Шиш тебе, а не моего Алмаза! — прошипела Данка.
Стоп! Не психовать, это же излюбленный прием бойцов — вывести соперника из равновесия еще до боя. А ее и выводить не надо, она после сегодняшней ночи и так испытывает полный дисбаланс. Но…
— Это обязательно? Бить морду сопернице? — хмуро спросила Данка, выразительно поглядывая на Фаину.
— Можешь отказаться и выбыть из борьбы, но тогда я сам решу, кому отдать твоих рабов.
— Чет, ты ведь знаешь, что я не хочу замуж. Особенно за тебя. Я вообще не хочу замуж, — зачем-то добавила она и опустила взгляд — Шуас смотрел так, что захотелось сбежать из зала.
Вокруг повисла такая тишина, что Данка слышала, как постукивает по полу крысиный хвост. Флеш изрядно нервничал.
— Господин наш Чет, — пропела Крелья, и у Данки свело живот от дурного предчувствия. — А отчего вы не наказали госпожу Дану за убийство вашей матери?
Но прежде чем Чет успел ответить, под сводами большого зала пронесся шипящий голос нага.
— Ньекку убил я.
— Только богу под силу убить бога, — добавил Чет, снисходительно посматривая на Данку, которая при этих словах сжала губы и перевела взгляд на окно. Значит, бог? — У тебя неверные сведения, Крелья. Кто тебе их сообщил?
Вот как! Эта злопыхательница у него — Крелья, а Данка — всегда одиннадцатая невеста? Козел!
— Мой раб. Она, — Крелья вытянула палец в сторону Данки, — приказала ему сожрать труп!
— А я все не мог понять, куда они дели тело, — задумчиво произнес Чет, но в его голосе Дана не услышала печали или злости. — И все же твой раб тебе соврал…
Данка искоса следила за Шуасом, но наг не обращал на нее никакого внимания, он требовательно смотрел на Алмаза.
— Что ж, раз моя одиннадцатая невеста, — как ни в чем не бывало продолжил Чет, — не может сама выбрать себе соперницу, ее назначу я. Дана будет драться с Фаиной. Если победит госпожа Дана, то Хан достанется ей, если победит моя дорогая Фаина, то к ней перейдет крыса. Я ясно выразился?
Вот дерьмо! Данка сжала кулаки. Отдать Флеша? Да ни за что!
— А еще, чтобы моим невестам было за что бороться, — самодовольно продолжил Чет, — я подниму ставки. Я взойду на ложе победительницы и одарю ее своей любовью.
— Что? — Данка не выдержала и вскочила на ноги. — Ты считаешь, что это награда?
Ответом ей был смех Чета и аплодисменты невест. Зараза! Проиграть — потерять Флеша, а выиграть… еще хуже!
— Мой бог, — раздался голос Алмаза, и Данка резко повернулась в его сторону. Мужнина стоял на коленях, опустив голову. — Господин великий Чет, мой создатель и покровитель, позволь обратиться к тебе с нижайшей просьбой.
— Говори.
— Мою госпожу и хозяйку своей ложью оскорбил раб, а кто, кроме раба, может бросить вызов другому рабу? Я вызываю на бой Эрдагана, раба и фамильяра госпожи Крельи. Бой до смерти.
— Алмаз! Зачем? — прошептала Данка.
«Так надо, госпожа моя», — отозвался в голове голос Флеша.
Шуас чуть заметно кивнул, и Дана поняла, что «мальчики» за ее спиной затевают какую-то аферу. И опять без нее! Ну погодите, интриганы! Она до вас доберется! Если Фаина не убьет раньше…
— Это развлечет нас, да, мой дорогой брат? — Чет повернулся к Шуасу, и наг кивнул. — А чтобы было веселее, повелеваю! Бой будет проходить в истинном виде фамильяров, сразу же после схватки моих милых невест.
Дракон против коня? Да он с ума сошел! Стоп! Он назвал Шуаса братом?
— Да что здесь происходит? — пробормотала Данка, испуганно глядя на грустного Алмаза. — Тебе не выстоять против дракона.
— Я попробую.
— Готовься к смерти, выскочка, — прошипела Лизет и злобно усмехнулась. — Фаина быстро поставит тебя на место.
Данка только презрительно фыркнула. Вот зря она зазевалась, нужно было вызвать Лизку! Да только кот ее как-то совсем в их компанию не вписывается…
— Флешик, солнышко, — протянула Данка, поднимаясь со своего места. — Одолжи мне свой ремень. И ножичек мой принеси… я его под кроватью забыла.
При этом она многозначительно смотрела на Чета. Хочешь представления? Ты его получишь! Козел! Бог же выглядел совершенно безмятежным, только алчно поблескивали черные глаза. И тут Данка почувствовала сумасшедший, беспощадный, злой голод. Она удивленно посмотрела на свою тарелку. Ела же только что! Да и нервничает она, а когда нервничает, то кусок в горло не лезет. А тут сводит желудок от голода. Да что это такое?
— Ну что ж, пройдем на дуэльную площадку.
Вкрадчивый голос Чета ударил в грудь, и Данка поняла! Это не ее голод, это голод Чета! Ей даже стало его жалко: это как же он проголодался, что готов столкнуть в бою невест и их рабов, чтобы только насытиться, чтобы получить энергию боли и горя.
— Бедный Чет, — прошептала Данка, глядя на него с жалостью.
Он заметил, нахмурил красивые брови, дернул головой и что-то резко произнес, обращаясь к Шуасу. Наг склонил голову в знак согласия и молча проследовал за ним.
Они пришли на знакомую Данке площадку, и она подумала: хорошо, что не переоделась.
— Почему Шуас молчит? Он все время молчит!
— Чет взял с него слово, — нехотя ответил Алмаз. — Госпожа моя, позволь совет? Бей ногами. Фаина не знает эту тактику, а я видел, как ты легко перепрыгиваешь через кусты, для тебя это не будет проблемой. Бей сразу под колено, без жалости, изо всех сил. Помни, мы все умрем, если ты проиграешь.
«Помни, что она сделала с Шуасом», — прозвучал голос Флеша в голове. Сам крыс отдал ей нож в ножнах, свой ремень и, опустив голову, отошел к Хану, который уже стоял на коленях возле сидящего в кресле Чета. Тот небрежно гладил тигра по голове, словно не мужчина стоял рядом с ним, а зверь. Наг расположился рядом, он смотрел на Данку с отстраненной холодностью. Это задевало больше всего. Злило, обижало, вызывало недоумение.
— Чтобы вас ничего не отвлекало, мои дорогие, я заблокирую вам возможность общения с рабами. Итак, правила, — голос Чета разнесся над площадкой. — Можно все, нельзя только портить лицо сопернице. Все же мне будет неприятно целовать разбитые губы. — Он перевел взгляд на Данку. — Отдай оружие, моя одиннадцатая невеста.
— У меня есть имя! — Дана нервничала, переживала за Алмаза, злилась на Шуаса и поэтому не сдержалась, вызверилась. — Если ты такой тупой, что не можешь его запомнить, то запиши на бумажку!
Над площадкой раздался всеобщий испуганный вздох, а кот Лизет вообще в обморок грохнулся, но Данке было плевать. Она решительно шагнула к трону и сунула кинжал в ножнах замершему при ее приближении Шуасу.
— Держи, предатель! И не вздумай отдать этой… дряни! — она кивнула на довольного Чета и, не глядя больше на застывшего нага, стремительно спустилась с возвышения на песчаный ринг, на ходу накручивая ремень на левую руку.
Стала так, чтобы боковым зрением увидеть, как Шуас достал кинжал из ножен. Абсолютно черный.
— Госпожа в ярости, — услышала Данка злой шепот нага. — Ты этого добивался?
Она резко повернулась к Чету, но лишь увидела, как он гадко ухмыльнулся и прикрыл глаза. Наг спрятал кинжал в ножны и вновь застыл ледяной скульптурой.
«Демоны, как он хорош», — подумала Данка, все же не утерпев и посмотрев на Шуаса. Взгляд пробежал по плечам нага, груди, спустился на свободно лежащие руки, длинные чувственные пальцы… и безобразная культя на месте безымянного и мизинца…
— Фаина, сука, ты мне за это ответишь, — не хуже змея прошипела она.
Данка нашла взглядом Алмаза. Он ободряюще улыбнулся, хотя в глазах застыла обреченность. Флеш уже стоял на коленях с другой стороны от трона Чета, хвост крыса нервно подергивался, а золотой ошейник сверкал особенно ярко. Было похоже, что он доставляет Флешу неудобства.
«Чем быстрее мы закончим этот фарс, тем скорее мальчики смогут вздохнуть свободно», — поняла Данка и вдруг отчетливо осознала, что никого из них не хочет терять. Ни в этой жизни, ни в другой. Что за эти дни они стали ее настоящей семьей. И даже Шуас… что бы он там не придумал себе! Пусть он посмотрит ей в глаза и скажет, что хочет уйти!
«А Рок? — мелькнула в голове явно не ее мысль. — Отдашь мне Рока?»
«Кто ты?»
Тишина. Что за бред?!
На площадке появилась Фаина, и Данка выбросила из головы глупые мысли. Ведьма сняла блузку и была одета лишь в длинную свободную юбку, руки обмотаны широкими полосами ткани, на груди блестит черный кулон.
— Что за … вид? — не удержалась от шпильки Данка.
— Я чту дуэльный кодекс, в отличие от некоторых, — раздалось в ответ.
— Ну и дура!
— Просто тебе показать нечего. Неудивительно, что от тебя сбегают мужчины после единственной ночи любви. Что, даже мой змей не захотел иметь с плоской девицей никаких дел?
Обида захлестнула с головой, и Данка чуть не заплакала. Все уже знают, что ее бросил Шуас? Если бы Фаина замолчала, возможно, она бы выиграла, даже не начав бой, но она не смогла смолчать:
— Зря я ему яйца не отрезала. Но ничего, твою крысу я кастрирую сегодня же.
Данка размахнулась и изо всех сил пнула соперницу ногой в колено. Та не ожидая такой подлости, оступилась и упала на пятую точку, тут же попыталась вскочить, но Данка не дала ей такой возможности. Следующий удар ноги пришелся в живот. Фаина задохнулась, но когда Данка подошла ближе, ведьма смогла обхватить ее за ноги и повалить на землю. Данка схватила ее за волосы, изо всех сил оттягивая голову назад, не помня о том, что сказал Чет. Сейчас ей хотелось просто хорошенько натыкать соперницу мордой в песок! Но Фаина вывернулась и ударила Данку в бок.
— Ах ты, стерва!
Это не был бой, это была заурядная, некрасивая драка. С визгами, криками, хватанием за руки и волосы. В общем, безобразная сцена. И когда Данка это осознала, когда в мозгу что-то щелкнуло и она поняла, как дико это все выглядит со стороны, она схватила Фаину за плечи и с силой припечатала затылком к земле, потом приподняла и ударила еще раз и еще… Ну а что? Лицо-то целое! Ведьме ничего не оставалось делать, или сдаться, или попробовать выцарапать Данке глаза…
— Бой закончен! — прогремело над площадкой. — Победила госпожа Дана.
Данка со вздохом откатилась в сторону, тяжело дыша и ненавидя Чета за позор так сильно, что одной ее ненависти должно было хватить, чтобы напитать бога на год вперед. Болело расцарапанное лицо, болели шея и руки. Боги, да она один сплошной синяк, и волос явно осталось в два раза меньше…
Данка перевернулась на бок, встала на колени и только потом смогла подняться.
К ней никто не подошел. Флеш все так же стоял возле Чета, а вместо Алмаза Данка увидела черного коня. Зараза!
— Я не хочу видеть, как он умрет! Не хочу, — прошептала Данка и побрела к трону. — Хан мой? — Чет чуть заметно кивнул. — Отдай, — она протянула ладонь к Шуасу, указывая на кинжал. — Если Алмаз умрет, я… я никогда не прощу тебе этого. И то, что он, — она небрежно махнула клинком в сторону Чета, — придет сегодня ночью ко мне, я тебе тоже не прощу!
Наг смотрел с такой болью, что, не будь Данка так зла и вымотана, она бы испугалась. Но ей было на все плевать. Хотелось, чтобы ее оставили в покое. Просто оставили в покое…
— Дерзкая, — прошипел Чет. — Ты будешь наказана за свою дерзость.
— Ты уже убил меня. Что еще ты можешь мне сделать?
— Иногда смерть желаннее жизни.
— Я не дорожу своей жизнью. Если ты вынудишь меня, я убью себя. — Данка поднесла к глазам клинок. Черный. — Этим кинжалом. И пусть этот чертов купол рухнет на ваши головы!
— Кто сказал, что ты сможешь держать купол?
Но Данка уже шла к Алмазу.
— Дана!
— О, запомнил мое имя… — Данка так удивилась, что все же оглянулась.
Чет стоял возле трона, и несуществующий ветер развивал его волосы. Величественный, красивый и… чужой.
— Пригласи меня в город, расскажу.
— Вернись, непокорная. Нас ждет еще один бой.
И отчего ей мерещится издевка в голосе Чета? О, боги! На площадку вышел дракон. Настоящий огромный дракон. Точно такой, как их рисуют в мультфильмах. Огромный ящер песчаного цвета, с большими кожистыми крыльями и длинной шеей, на конце которой ютилась небольшая для такого тела, но весьма зубастая голова.
— О, боги, — повторила Данка, понимая, что Алмаз обречен. Против мальчишки он бы выстоял, против этот чудовища — никогда. Да дракону одного взмаха хвоста хватит, чтобы сломать коню хребет. — Прекрати это! Так нечестно! Чем с ним будет драться Алмаз? Хвостом? Это не бой, это кормежка!
Чет довольно улыбался, наг не шевелясь смотрел на Данку, вцепившись в подлокотники кресла так, что побелели костяшки на руках.
— Он сам вызвался. Защитить твою честь, между прочим, — с издевкой протянул Чет. — Заметь, моя одиннадцатая невеста, не я его заставил вступить в бой.
— Не ты, — согласилась Данка уже приняв решение. — Он! — она кивнула в сторону нага. — И он, — второй кивок на Флеша. — Слишком самостоятельные, ты не находишь?
— Это твои рабы, — пожал плечами Чет.
— Хорошо что ты об этом помнишь, — жестко усмехнулась Данка. — Отмени условия поединка, и я добровольно отдам своего раба Крелье.
— Ты готова отдать коня? Проводника, равного которому нет в трех мирах?
— Да. Раз это спасет ему жизнь.
Данка не смотрела на Чета, она смотрела в глаза нагу, ненавидя его в этот момент так сильно, что если бы чувства убивали, Шуас был бы мертв.
— Что же, — Чет больше не улыбался. — Да будет так!
Данка вытащила из ножен кинжал, чисто по наитию взмахнула им крест на крест перед лицом Шуаса и услышала как с громким звоном рвется что-то в сердце. Наг дернулся к ней, но был остановлен властным жестом.
— Я расторгаю нашу с тобой сделку и отпускаю тебя. Мне не нужен защитник, который меня убивает. — И пока тот в оцепенении замер, резко повернулась к Флешу, повторив свой жест. — Ненавижу, когда меня держат за дуру, когда за меня принимают решения, когда кто-то пытается решить как мне жить и с кем. Крелья будет для тебя лучшей хозяйкой.
— Но, Данка! — завопил крыс и тут же схватился за горло.
— Хороший ошейник, жаль, раньше его не было у меня, — зло прошипела Данка и в полной тишине подошла к Алмазу, уткнулась лбом в его морду. — Будь ему хорошей хозяйкой, — повернулась к Крелье, пряча кинжал в ножны и ощущая такую пустоту внутри, что выть хотелось. Но она сдержалась.
Крелья — невысокая, несимпатичная, молчаливая. Она строго поклонилась и тихо произнесла:
— Благодарю.
В полной тишине Данка покинула площадку. И только у двери своей комнаты поняла, что она не одна.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она безэмоционально.
Хан ощерил острые зубы.
— Ты меня выиграла.
— Я не буду тебя привязывать, ты свободен.
— Раз я свободен, то пойду с тобой.
Данка грустно улыбнулась.
— Меня принесут в жертву. Я ведь лишилась всех фамильяров. И ты тоже можешь умереть.
Хан пожал могучими плечами.
— Я просто опять стану зверем.
— Ты знаешь, как выбраться из дворца? — Кивок. — Тогда показывай дорогу.
— Тебе надо переодеться, слишком выделяешься среди местных.
Спустя полчаса через потайную калитку для слуг вышли двое — девушка, закутанная с ног до самой макушки в зеленое покрывало, и мужчина с рюкзаком за спиной.