Глава 5 · Не та улика

На следующий день ближе к вечеру во двор мастерской забежал мальчишка-разносчик и вместе с вечерней газетой передал Эрику послание от детектива Фриза в его ворчливой манере: «Зайду в храм двуликой «помолиться», потом заеду к тебе – угостишь старика стаканчиком самогона. Надеюсь, у тебя что-то срочное».

Эрик посчитал, что вопрос у него достаточно срочный, поэтому визита детектива дожидаться не стал. Он быстро сменил рабочую одежду на деловой костюм и отправился в Старый город, захватив с собой «улику».

Знакомого покоцанного служебного мобиля у входа не наблюдалось. На всякий случай Фрайберг заглянул в храм, где как раз шла служба. Однако Фриза среди прихожан не обнаружил. Жрица бросила на Эрика строгий взгляд, Инигма робко улыбнулась гостю, продолжая старательно вытягивать ноты, а Варна на секунду замолчала и жестом пригласила войти. Памятуя о прошлом визите в святилище, мастер механики сделал вид, что приглашения прислужницы не заметил и поторопился закрыть за собой дверь с той стороны. К очередным видениям он пока был не готов.

Так и не сообразив, где искать детектива, Эрик отправился в парк. Почему бы немного не пройтись, заодно осмотреть овраг за храмом, о котором говорил Фриз, тем более что дождь закончился и погода располагала к прогулке.

На город медленно опускались сумерки, туман стелился по траве сизой дымкой, на нежно-лиловом небе робко мигнули первые звезды. Вдали от мануфактур и дорог дышалось особенно легко. И, видимо, не только мастеру механики. В ближайшей беседке слышалось чужое учащенное дыхание вперемешку со сдавленными стонами. В остальных уголках парка было тихо. По пути Эрику встретились двое пьянчужек, которые сразу отцепились, как только получили мелочь. А когда над головой пролетела одинокая птица, огласив местность хриплым воплем, бродяжки бросились врассыпную, а на дорожку откуда-то из кустов выбежал полицейский. Фриз был прав: если бы Фиону убили здесь, ее крик кто-нибудь да услышал бы. Или же она по доброй воле пошла с насильником к реке, или же трагедия случилась в другом месте, например, возле заброшенного колеса обозрения. Или у оврага за храмом. Именно туда сейчас Фрайберг и отправился.

Высокая железная изгородь и деревья надежно скрывали от любопытных глаз светлое строение храма, да и маленькое здание молельни за кустами было особо не разглядеть. До слуха доносилось фальшивое песнопение послушниц, тихое журчание реки и шум листвы. Эрик приблизился к ограде и осмотрелся. Редкие тусклые фонари высвечивали тропинку, которая неровной лентой убегала к храму. Фрайберг попытался открыть калитку, но та не поддалась. Он уже собирался отправиться дальше, но расслышал чьи-то голоса и шаги. Кто-то покидал молельню. Подбежав к обрыву и едва различив пологие ступени, он собирался спуститься, когда его с силой дернули за ногу и потянули вниз. Эрик едва подавил крик, упав на колени, и по скользкой от недавнего дождя траве сполз в кусты. Именно за ними и притаился старший детектив Фриз в компании молоденького полицейского из отдела урегулирования.

Цепкие костлявые пальцы схватили Эрика за плечо, вынуждая пригнуться. Фриз жестом приказал молчать и кивком указал на калитку. Шаги стали громче, раздался щелчок открываемого ключом замка и скрип петель.

– Угу, ключик от калитки они потеряли, – едва слышно пробурчал детектив и осекся.

Мужской голос выразил кому-то благодарность, раздался звук закрываемой двери, и вечерний посетитель храма прошел по тропинке мимо притаившихся полицейских и Фрайберга. Эрик вытянул шею, выглядывая из-за кустов и пытаясь рассмотреть мужчину, но Фриз на него зашипел и потянул обратно. А затем кивком дал команду молодому полицейскому, и тот пополз вдоль обрыва, прикрывая голову веткой.

Спустя несколько минут дверь молельни вновь открылась, застучали каблучки. Фриз с Фрайбергом одновременно высунулись из укрытия, но никого не разглядели. Видимо, посетительница пошла не к калитке, а в сторону храма. Дождавшись, когда шаги стихнут, старший детектив с Эриком наконец-то выбрались на дорожку, отряхивая от влажных листьев брюки и сюртуки.

Многозначительно переглянувшись, они направились к выходу из парка.

– Вызовете жрицу на допрос? – полюбопытствовал Эрик, как только они отошли подальше от храма.

– Зачем? Чтобы спугнуть? Ну уж нет! Не для того мои ребятки прихожан все это время тихонько опрашивали и за этим выходом следили! И ведь выследили! – довольно улыбнулся Фриз. – Сначала выясним, что за франт такой во время службы молельню посещает, да еще в компании дамочки, а потому уже будем допросы проводить!

– Вам скажут, что прихожанин усердно молился, а вышел через калитку, чтобы не мешать службе.

– А дамочка? – хитро прищурился детектив.

– Случайно заглянула, – подсказал Эрик, пряча улыбку. – Даже если и вместе молились, криминала в том нет.

– Хех, это ты еще поздно подошел, – хмыкнул старший детектив. – Парочка очень усердно молилась. Очень! Но в одном ты прав: криминала нет. А вот если на месте прихожанки окажется малолетняя послушница или же мы узнаем, что благочестивая Ирма за сводничество деньги берет, тогда будет и криминал.

– Но как доказать? – усомнился Фрайберг. – Ведь лица прихожанки мы не видели.

– Продолжим следить и увидим, – уверенно заявил детектив Фриз. – Чую, что и Фиона Ле’Ройс здесь с Фролем встречалась. Видать, полюбовниками они были, именно поэтому наш Кремих в совокуплении насилия не обнаружил. Потому что не было никакого насилия, все по обоюдному согласию. А придушил ее Фроль на почве ревности, а не по указке Однорукого, как мы думали. Труп в речку сбросил. Ты сам видел, там ступени к оврагу ведут…

– Складно выходит. Только про мертвяка забыли. И, боюсь, Фроль не убивал Фиону, – прервал цветистые доводы детектива Фрайберг, а в конце и вовсе ошарашил, разбив стройную версию сыщика: – И полюбовниками они не были.

– Как же это не были? А шарфик ей кто купил в ателье фрау Мёркель? – резко остановился Фриз. – Ты же сам записку с именами видел!

– Так я и не возражаю против самой покупки. Только шарфик гер Фроль приобрел для другой, – ответил Эрик и, словно фокусник, извлек из внутреннего кармана сюртука голубой шарф, расшитый переливчатыми жемчужинами.

– Да для какой «другой»? – возмутился старик Фриз и уставился на вещдок. – Где взял? В участке? Кто позволил?!

– Шарф, принадлежавший Фионе, по-прежнему находится в участке: там, где вы его и оставили, – терпеливо пояснил Фрайберг. – А этот я позаимствовал у любовницы Однорукого.

И Эрик поведал старику о встрече с сожительницей главы банды железноруких, заодно поделившись своими догадками.

– Это что же получается? Фроль ухлестывал за кралей Однорукого Джо? Ты ж меня без ножа режешь, гер Клаус! Последняя версия и та в канализационный люк улетает! – выругался детектив. – Дай-ка припомню, кому там фрау Мёркель еще это тряпье всучила? Фролю, мамаше Гебек и… Брунквисту! До банкира я так и не дошел, железнорукий как раз чистосердечное написал…

– Может… – попытался возразить Эрик.

Старший детектив остановился и прижал палец к губам, намекая собеседнику, чтобы помолчал и дал все хорошенько обмозговать.

– Та-а-ак… – протянул Фриз. – Допустим, Фроль эту вещицу подарил сожительнице Однорукого. А Брунквист или фрау Гебек, получается – Фионе? – Детектив нахмурился: – С мамашей Гебек я хоть сегодня увижусь, да и покупку шарфика она в прошлый раз не отрицала. А вот для встречи с банкиром предписание судьи понадобится. Еще с этой дамочкой из банды железноруких следует переговорить. Только бы ее Джо раньше времени не пришиб, раз она такая дуреха – подарок любовника на себя нацепила.

– Может, я ошибаюсь и это совсем не та улика? – наконец вставил слово Эрик.

– Та, не та – а по-любому дело в тупик зашло, – поморщил Фриз и недовольно покосился на шарф. – Да еще эта серьга, найденная в овраге, будь она неладна…

– Неужто гер Кремих что-то вспомнил? – удивился Фрайберг.

– Вспомнил. И даже вторую предъявил, – уныло произнес Фриз и медленно направился вперед. – Сережки эти принадлежали утопленнице, которую в канализационном стоке пять месяцев назад выловили и в общей могиле схоронили.

– Не той ли оборванке, у которой Кремих заметил блеклый след от поцелуя мага смерти? – Эрик застыл как вкопанный, вспомнив недавний разговор эксперта и Фриза в мортуарии.

Неужели и правда в городе давно орудует мертвяк и смерть Фионы – не случайность? Такого что с уликой, что без улики не вычислить.

– Той, той, – закивал Фриз.

– Но вы что-то не особо рады, – заметил Фрайберг.

– А чего мне радоваться-то? Имени этой «Джейн Доу» я не знаю, где сережки взяла – не ведаю. Особых примет нет, разве что шрамы на спине да ожог на груди. И то, по словам Кремиха, «следы увечий размыты». Как по-другому, если она долго в канализационном коллекторе пролежала? А раз дамочку никто не искал, то она обычная бродяжка, а серьги эти украсть могла.

– Неспроста вам видения показывали. Вот и украшение в том овраге нашли, и про молельню догадались, – постарался приободрить детектива Эрик. – Значит, раскроете вы это дело.

Фриз хрипло взвыл:

– Это значит, что еще утром у меня была одна жертва и два подозреваемых – Фроль и мертвяк. А сейчас у меня две жертвы и ни одного подозреваемого! Ни одного!

Старший детектив устало махнул рукой и, ссутулившись, направился к выходу из парка. Очевидно, что новая улика, которая появилась, ничего толком не проясняла.

– Вот скажи мне, гер Клаус, – Фриз резко обернулся и зло прищурился, – ну на кой Фроль сознался в преступлении и запутал мне дело?! Значит, все же рыльце-то в пушку! Может, он и прибил этих несчастных, а в подельниках у него был мертвяк?

– Правду нам скажет только сам Фроль.

– Угу, только как допросить покойника? Ну нет у нас в штате ни чтеца душ, ни некроманта какого завалящего, – проворчал Фриз и задел плечом ворота, отчего те протяжно всхлипнули и с грохотом ударились об ограду.

А Фрайберг кое о чем вспомнил. Да, некроманта нет. Но для того чтобы пообщаться с душой умершего, необязательно поднимать из могилы труп. Среди магов смерти есть и такие, кто может подселить в свое тело чужую умершую душу. И Эрик вспомнил, что недавно познакомился с одним умельцем.

– Гер Фриз, вы сейчас не сильно торопитесь? – окликнул Фрайберг старшего детектива. – Не хотите прогуляться на кладбище?

– Сейчас? – Фриз поморщился. – А это имеет какое-то отношение к моему расследованию?

– Самое прямое.

– Тогда отчего ж не прогуляться на кладбище в хорошей компании и с заряженным пистолем в руке, – довольно усмехнулся детектив.

Эрик заметил, что настроение у старика вмиг улучшилось.

 Мрачный особняк манил мягким желтым светом, струящимся из высоких полукруглых окон. Здесь, на старом кладбище, среди заброшенных могил и покосившихся склепов, этот дом был единственным островком жизни, несмотря на то что обитали в нем маги смерти. Гонимые властями Белавии и Дардании, они нашли пристанище лишь в Дункельмитте. Первое время горожане сторонились соседей, но позже привыкли к нелюбимым детям богини Аполии, а кое-кто из жителей даже обращался за помощью. Хотя, казалось бы, какая может быть помощь от мертвяков? Да, маги смерти не исцеляли, но некоторые из них могли забрать порчу и наведенную хворь, а некоторые помогали перейти смертельно больному в Лимб – мир, где неупокоенные души дожидались Суда. Но, невзирая на помощь, жители Города темных улиц все равно считали подобный дар проклятием.

Однако мастеру магической механики Эру Клаусу и старшему детективу Фризу было не до глупых суеверий. Напарники торопливо поднялись по каменным ступеням и взошли на крыльцо. Но постучать в дверь не успели. Из темноты раздался хриплый голос Удо Мертвяка, а вскоре, словно сотканная из тумана, возникла и его высокая фигура.

– Не поздновато для визитов? Или опять пришли ко мне с допросом, гер Фриз? Неужто появилась новая жертва, отмеченная поцелуем смерти?

– Не каркайте, гер Брагге, – вместо приветствия отмахнулся старший детектив.

– Мы зашли переговорить с Лейбом Каховицем, – пояснил Эрик.

– Вот в чем дело. – Глава банды «Поцелуй смерти» приблизился к гостям и вперился взглядом в мастера магической механики: – Твоя идея, умник?

Фрайберг кивнул:

– Чем быстрее полиция вычислит преступника, тем скорее жители Дункельмитта успокоятся и перестанут во всем винить вас.

– Да я не против, – неожиданно согласился Удо и в задумчивости поскреб ногтями подбородок. А Эрик, как и в прошлый раз, подивился необычному чернильному рисунку, который паутиной оплетал руки старика. Гер Брагге покачал головой: – Среди моих людей убийцы нет. Но ты прав: скверно, если в городе недавно появился неучтенный маг смерти, а жители будут во всем винить нас.

– Может, и не недавно появился, – поморщился детектив Фриз.

– Значит, я прав, – догадался Удо и толкнул дверь, которая была не заперта: – Да проходите уже! Чего у порога топтаться?

– Допросить пришли? – прозвучал низкий женский голос, а гости столкнулись в холле с помощницей гера Брагге.

Нада с вызовом уставилась на полицейского, а Эрик обратил внимание, что, несмотря на хмурый вид, в цветастом платье домашнем женщина выглядела гораздо моложе и не так строго, как в мужском костюме.

– Полагаю, они пришли за помощью. Чтобы правосудие наконец-то восторжествовало, – ответил вместо детектива гер Брагге без малейшего намека на сарказм.

– И чем же мы можем помочь полиции? – усмехнулась женщина, явно не испытывая ни малейшего уважения к представителю власти.

– Не мы, а Лейб. Нада, проводи гостей, – попросил Удо, вновь встряв в разговор.

Дама хотела возразить, но, перехватив взгляд главаря банды или клана, как они сами себя величали, жестом позвала гостей:

– Идите за мной, Лейб в гостиной.

Развернувшись на каблуках, она направилась в коридор. Мужчины, оставив на вешалке цилиндры, проследовали за ней.

Эрик озирался по сторонам, отмечая мрачную атмосферу жилища. На стенах из темного кирпича едва мерцали светильники, и в полумраке казалось, что они с Фризом посетили самый настоящий склеп. Зато в гостиной, куда их привела Нада, было светло и оживленно. На полу лежал яркий цветастый ковер. Присмотревшись, Фрайберг хмыкнул. То, что он издалека принял за вычурный орнамент, оказалось черепами с кроваво-красными розами в зубах.

На диване и в креслах возле камина расположились молодые люди. Среди них был и Лейб Каховиц. Он увлеченно общался с приятелем. На нем была простая светлая рубашка и узкие брюки в полоску, ставшие недавно популярными у молодежи Дункельмитта. С виду обычный парень, так сразу и не определишь, что маг смерти.

При виде детектива присутствующие затихли.

– Лейб, это к тебе, – сообщила Нада, пропуская гостей вперед.

– Нам нужна помощь, – сразу перешел к делу детектив Фриз, не тратя время на приветствия. – Слышал, вы можете подселить чужую душу? Нам бы это ваше умение пригодилось. Я, конечно, не шибко верю в подобные фокусы, но гер Клаус вас очень рекомендовал.

– Можно и помочь. Но если желаете устроить подобный фокус, придется раскошелиться, – не растерялся Лейб Двоедушник.

Фриз покосился на Эрика, тем самым намекая, что идея была его, значит, и платить ему.

– Мы заплатим за услугу, – не стал отказываться Фрайберг.

– И кого же мне пригласить к вам на беседу из Лимба? – по-деловому поинтересовался Лейб.

– Душу железнорукого Фроля. Детективу надо бы с ним пообщаться, – пояснил мастер механики.

– О как! Фроля? – не смог скрыть удивления Двоедушник, а присутствующие в комнате маги стали тихо переговариваться. – Что ж, можно и призвать. Если он согласится.

Лейб Каховиц озвучил плату за услуги. От названной суммы у старшего детектива задергался глаз, Эрик же молча вытащил из кармана чековую книжку.

Нада порывисто схватила Каховица за руку:

– Лейб, ты что, согласишься? Это опасно!

– Не в первый раз, – успокоил женщину парень и спрятал чек в карман пиджака. – Приятно иметь дело с серьезными людьми. Что ж, следуйте за мной!

– Мы с Удо будем рядом, – не отставала Нада.

В коридоре она догнала Двоедушника и что-то зашептала ему на ухо. Молодой человек ей тепло улыбнулся:

– Не о чем беспокоиться, лучше принеси снадобье.

Нада обреченно вздохнула и прошла по коридору вперед, а Фриз с Эриком спустились за Удо и Лейбом в подвал и в мрачном напряжении последовали в одну из дальних комнат. Стены здесь были обиты серым войлоком, в центре полукругом стояли кресла, окна задрапированы плотными шторами, а пол устилал мягкий ковер.

Лейб устроился в кресле с высокой спинкой и покатыми подлокотниками, гости расположились напротив.

– Что, Эр, работаешь на полицию? – усмехнулся Двоедушник, скосив глаза на детектива.

– Сотрудничаю. Убили жену моего приятеля гера Ле’Ройса. Он хороший человек, и я хочу помочь найти преступника.

Фрайберг не стал добавлять, что по просьбе шефа Кроули и раньше помогал полицейским, особенно когда требовалось наладить техномагические приборы – звуковые магнитные накопители, магические охранные ловушки – и, разумеется, подлатать любимую «девочку» шефа. Но на этот раз он не просто помогал полиции. Расследование убийства Фионы Ле’Ройс полностью его захватило. Эрик желал узнать, кто на самом деле убил женщину, а главное – зачем. Увы, версия полиции рассыпалась на глазах. Именно по этой причине он и подбил детектива прийти в обитель магов смерти и обратиться за помощью к Двоедушнику, хотя плохо себе представлял, как проходит «сеанс».

А вот подельники гера Каховица прекрасно осознавали, с чем предстоит столкнуться. Нада вернулась в комнату и передала Лейбу чашку с мутно-белым напитком. Эрик уловил знакомый легкий приторный аромат и догадался, что в снадобье добавлено маковое молочко. Сделав несколько глотков, Лейб расслабился, откинул голову на высокую спинку кресла и сказал:

– Мне нужна вещь Фроля, чтобы установить связь. Что-то, к чему он ранее прикасался. И прошу раньше времени меня не отвлекать. Нада подаст вам знак, когда можно задавать вопросы. Если, конечно, ваш железнорукий пожелает общаться.

Нада поставила чашку на подоконник и устроилась возле окна, а Удо Брагге прислонился спиной к двери, закрывая пути к отступлению.

– Вещь Фроля? – Фриз нахмурился, а Эрик достал злосчастный шарф, который забрал у любовницы Однорукого.

Двоедушник без лишних вопросов сжал воздушную ткань в руках, прижал к лицу и прикрыл веки.

Глава клана приглушил свет в настенных бра, и все замолчали.

Фрайберг не знал, чего ожидали остальные, но он полагал, что Лейб начнет бормотать длинное заклинание, его подельники начертят круг, достанут черные свечи или примутся размахивать сушеной лапкой какого-нибудь редкого зверя. Ничего подобного не происходило. Лишь стрелки хронометра, что покоился в кармане его жилета, нервно отсчитывали секунды с минутами, а корпус нагрелся.

По мере того как время шло, напряжение в комнате нарастало. Но Двоедушник не шевелился. Спустя еще пять минут он неожиданно дернулся, а черты лица странным образом исказились.

Обращаясь к старшему детективу, Нада едва слышно произнесла:

– Теперь можете задать вопросы геру Фролю.

Каховиц резко выпрямился в кресле, открыл глаза и заозирался. Заметив Фриза, ощерился.

– Даже с того света достал, ищейка вонючая, – процедил он сквозь зубы каркающим голосом железнорукого.

– Гер Фроль? Благодарю, что согласились прийти, – не растерялся детектив. Он подался вперед, с интересом разглядывая собеседника. – В прошлый раз мы с вами не закончили беседу. А хотелось бы прояснить детали.

Эрик восхитился выдержкой детектива. Сам он не то чтобы был напуган, но с опаской всматривался в изменившиеся черты лица Двоедушника. Обратил внимание на дерганый жест, которым Лейб Каховиц поправлял волосы, спадавшие на лоб, и выкручивал кисть руки, которая ранее, при жизни бандита, была железной. И выражение лица, и жесты, и интонации принадлежали Фролю. При жизни помощник Однорукого старался произвести на собеседников благоприятное впечатление: речь его была правильной, костюм – дорогим, а физиономия – смазливой. Именно за эти качества глава банды «Железные кулаки» и поставил Фроля смотрящим на Новую площадь, где жил весь цвет города. Сейчас же, при виде старшего детектива, бандит, позабыв о хороших манерах, огрызнулся:

– Да пошел ты!

– Не могу. В расследовании появились новые обстоятельства, – проигнорировав оскорбление, возразил Фриз.

– Мне плевать, что у тебя там появилось! Признания я подписал, больше ничего не скажу! Да и вообще я мертв!

Черты лица Двоедушника вновь исказились, Фроль явно собирался уйти, не попрощавшись.

– Вам, возможно, и плевать, а вот вашей любовнице – вряд ли, – поторопился произнести Эрик, пытаясь задержать мертвеца. Вернее, его душу.

Лейб замер и чужим хищным взглядом уставился на мастера механики:

– Не смейте! Не трогайте ее!

– Мы-то не тронем, а вот если о ваших шашнях узнает Однорукий, фрау несдобровать, – поддакнул Фрайбергу детектив.

Они с Эриком, словно опытные таперы, играли в четыре руки, то и дело уступая друг другу ведущую партию и позволяя солировать.

– Я видел ее сегодня, – вновь вступил Фрайберг. – Совсем расклеилась, не может держать себя в руках. Шарф ваш на поминки нацепила. А ведь адвокат мог узнать улику.

Двоедушник вскочил на ноги и сжал кулаки, а Фриз взял допрос в свои руки:

– Ну-ну, гер Фроль, не нужно нервничать. Я не собираюсь вредить вашей даме. Наоборот – хочу защитить. Именно поэтому и вызвал вас, можно сказать, с того света для приватной беседы. – В голосе детектива послышались обманчивые отеческие нотки: – Вы потому и признались в убийстве, а затем и покончили с собой, гер Фроль? Боялись, что палач из Айзенмитта докопается до сути, а нанятый адвокат догадается о вашей связи с сожительницей Однорукого Джо? Тогда ни вам, ни вашей фрау мучительной смерти было бы не избежать.

Двоедушник оскалился, некрасиво обнажив зубы, а Фриз продолжал давить:

– Хотя бы теперь скажите мне правду!

– Что вам от меня нужно?! – рыкнул Фроль.

– Ведь именно этот шарф вы купили в ателье фрау Мёркель? Но подарили его не Фионе Ле’Ройс, как признались ранее. Вы подарили его своей любовнице. Сожительнице Однорукого Джо, с которой у вас был тайный роман. Так?

– Разнюхал! Докопался, старый хрыч! – прорычал Каховиц голосом Фроля, а затем прижал шарф к лицу и как-то по-детски всхлипнул.

– Работа у меня такая – раскапывать и разнюхивать, – развел руками детектив, соглашаясь. – Обещаю, что глава банды «Железные кулаки» не узнает о вашей связи. Во всяком случае, не от меня. Но важно, чтобы вы наконец-то признались в том, что взяли на себя чужую вину. Или все же это вы убили Фиону Ле’Ройс?

– Да на кой мне сдалась жена земляного? – огрызнулся Фроль и выругался, упомянув сомнительные, на его взгляд, достоинства дамочки.

– То есть Однорукий не приказывал вам устранить фрау Ле’Ройс, чтобы развязать войну между бандами? – уточнил Эрик.

Двоедушник криво усмехнулся:

– Войну? Да мы бы и так прибрали город к рукам, добро от мэра Грубера у нас давно есть. К чему нам лишняя морока с этим убийством?!

– Значит, вы покончили с собой, потому что хотели скрыть отношения с сожительницей Однорукого? Пытались ее защитить? – не отставал с расспросами Фриз и буркнул себе под нос: – Глупо.

– Глупо? Да он бы уничтожил Лору! Он бы ее убил, предварительно пустив по кругу! – зло выкрикнул Фроль, бросив гневный взгляд на детектива. – Как только вы пришли ко мне с тем шарфом, я сразу понял, что нам с Лорой хана! Да еще эта старуха Мёркель подтвердила покупку! Уж лучше сознаться в чужом убийстве, чем позволить Джо обо всем пронюхать. Вам всего-то надо было побыстрее закрыть дело и осудить меня. Но палач из Айзенмитта – совсем другое! Эта тварь легко могла меня расколоть, и в ту же ночь моими кишками украсили бы стены камеры! А Лору… ее бы…

Двоедушник вдруг резко замолчал, а затем прищурился:

– Вы что же, допрашивали ее? Подставили?!

Никто из присутствующих в комнате не успел даже шагу ступить. Мужчина молнией ринулся к детективу, стащил с дивана и опрокинул навзничь на ковер. Двоедушник с силой сжал руки на тонкой старческой шее, осыпая беднягу Фриза проклятиями.

Эрик первым опомнился и подскочил к железнорукому, прочно занявшему тело Каховица. Но пока он оттаскивал Двоедушника от детектива Фриза, подоспел Удо. Глава банды прижал ладонь ко лбу Лейба и выкрикнул:

– Vade! Quitem!

Кулак Каховица замер в воздухе. По лицу словно прошла рябь. Мужчина вздрогнул и обмяк на ковре рядом с Фризом. А старший детектив, шумно откашливаясь и тяжело дыша, трясущейся рукой достал платок, чтобы стереть кровь с разбитой губы.

– Простите, – произнес Двоедушник, придя через несколько минут в себя и виновато покосившись на детектива. – Не успел вовремя отозвать.

– Да не переживай, мне не впервой, – отмахнулся Фриз. Он выплюнул изо рта выбитый зуб и удивленно пробормотал: – Когда успел? Вроде всего лишь душил… Старею…

Каховиц поднялся с пола и шатающейся походкой направился к креслу.

– Надеюсь, гер Фроль ответил на ваши вопросы? – с трудом выдавил он, пытаясь совладать с дыханием.

– А вы разве не слышали? – удивился детектив, поднимаясь наконец с пола и поправляя сюртук. – Любопытный у вас дар, гер Каховиц. Чужая душа подселяется в ваше тело, а ваша где в это время бродит?

– В Лимбе отсиживаюсь, среди неупокоенных душ.

Молодой человек устало вздохнул, а Нада присела рядом и ласково погладила его по плечу. Удо Брагге прошел к двери и распахнул ее, тем самым намекая, что сделка завершена и незваным гостям здесь больше не рады. Фриз с Эриком в общем-то и сами были не прочь покинуть мрачное убежище магов смерти и направились к выходу.

Все же старший детектив не удержался и напоследок спросил у Каховица:

– И частенько жители Дункельмитта обращаются к вам за подобной услугой?

– Бывает, – неопределенно пожал плечами парень, явно не желая рассказывать о не слишком законном заработке.

– Да я не для протокола, – успокоил собеседника Фриз. – Полезный у вас дар. Нам бы в полиции очень пригодился такой… кхм… специалист.

– Это что же, вы меня вербуете? – насмешливо вскинул бровь Каховиц.

– Просто предлагаю подумать о взаимовыгодном сотрудничестве. – Детектив Фриз бросил на парня многозначительный взгляд и поторопился к выходу.

– Обязательно подумаю, – кивнул Двоедушник, но, как показалось Фрайбергу, только для того, чтобы поскорее отвязаться от детектива.

Забрав в холле свои цилиндры, гости попрощались с главой клана мертвяков и покинули особняк.

Напарники направились к Старому городу мимо кладбища. У одного из склепов Фриз остановился, достал папиросу и затянулся, выпуская аккуратные колечки дыма. В ожидании Фрайберг вглядывался в темнеющие в пожухлой траве надгробия и отчего-то вспомнил о фамильном склепе возле родительского поместья в Белавии.

– Хорошо здесь. Тихо. – Старший детектив запрокинул голову, всматриваясь в небо.

На мутно-лиловом небосклоне дрожали блеклые звезды, бледная луна освещала редкие деревья, и те отбрасывали причудливые тени на могильные плиты.

Фрайберг поежился. Ветер пробирал до костей, а шелест листьев походил на шепот неупокоенных душ.

– Вот оно, значит, как все было, – задумчиво протянул детектив и коротко глянул на Эрика: – А знаешь, Фроль прав – не пожалел бы их Однорукий. Бежать ему надо было из Ингвольда вместе со своей дамочкой, а он руки на себя наложил. Выбрал легкую смерть вместо мучительной. Эх…

– Может, не успел сбежать, – пожал плечами Фрайберг. – Или связь была кратковременной.

– Связь у них была самой что ни на есть крепкой, – возразил Фриз. – Жизнь свою Фроль не просто так отдал – даму сердца спасал! Ну и заодно дело мне запутал.

– И что теперь? – поинтересовался Эрик.

– Раскрывать! Придется опросить мамашу Гебек и банкира. Получается, Фионе шарфик подарил кто-то из них, только вряд ли за красивые глазки.

– Вы же не думаете, что фрау Ле’Ройс оказывала определенные услуги?

– Именно так и думаю. Фрау Гебек – та еще сводница. Сам знаешь, она держит лучший в городе бордель. А банкир… Может, как и сегодняшний франт, «помолиться» наедине с дамочкой захаживал?

– Банкир Брунквист произвел на меня приятное впечатление. Вроде бы верный семьянин, уважаемый в городе человек. – Эрик поймал изумленный взгляд детектива и пояснил: – Я когда кредит для нового предприятия искал, познакомился с ним.

– Познакомился, говоришь? – задумался Фриз. – И что, он тебе дал деньги?

– Нет. Мэр обещал финансирование из бюджета города.

– И кто об этом знает? – оживился старший детектив.

– Пока никто, на днях все решилось.

– Вот и хорошо, – чему-то обрадовался Фриз. – Ты геру Брунквисту записочку напиши, что, мол, зайдешь о кредите напомнить. А я тебе на хвост сяду, чтобы не спугнуть клиента заранее.

– Как вы себе это представляете? – опешил Эрик. – Назначу деловую встречу, а приду с полицейским?

– Так и представляю. А ежели он о чем-то догадается, может сбежать, – пояснил Фриз. – В нашем деле, когда нет доказательств, главное – не спугнуть подозреваемого. А еще лучше – застать врасплох. Хотя к судье я завтра забегу за разрешением на обыск…

Старший детектив потер озябшие ладони и, довольно ухмыляясь, покинул кладбище. Эрик поспешил за ним. Разговор был окончен, а местная кладбищенская романтика его не прельщала.