Глава 2

Обломки самолёта падали на ровные квадраты полей: Тёмный, кем бы он ни был, явно не желал дополнительных жертв. Вдалеке пестрели пригороды с чёрными провалами вместо части зданий: война не прошла для Франкфурта даром.

Таисса хотела попасть сюда совсем по-другому. Встать напротив выхода, когда самолёт начал бы снижаться, выйти на крыло, залитое солнечными лучами, и, раскинув руки, полететь к земле. Расследовать убийства Тёмных в одиночку и найти-таки проклятого Тёмного, ответственного за смерть её братьев. Может быть, даже попытаться сбежать, несмотря на трекер в виске. Она очень, очень скучала по свободе. Безумно.

Больше свободы Таисса любила только отца. Но его она увидит ещё не скоро.

На миг её пронзило горькое сожаление. Она так и не успела спросить, с кем имела дело. Л.? Нет? Она была почти уверена…

…Впрочем, если он не сказал ей сам, когда они висели в воздухе, что толку было спрашивать?

Что же за документы он похитил? И как она справится без Александра? Вряд ли местные Светлые будут хорошей заменой его опыту. Не говоря уж о том, что они совершенно не будут склонны доверять Тёмной.

Падающее тело Александра она подхватила в полукилометре над землёй и выдохнула: успела. И тут же похолодела: он не дышал.

– Маршрут до ближайшего реанима… отставить, – с облегчением произнесла она.

Навстречу ей летели двое Светлых. Никогда ещё Таисса не была так рада видеть кого-то из них. Но едва они почувствовали её ауру, их лица переменились. Похоже, во взрыве самолёта вот-вот обвинят её.

– Стоять, – негромко приказал один из них. Другой практически вырвал бесчувственное тело Александра у неё из рук.

– Он умрёт, – едва слышно произнесла она. – Да?

– Замолчи.

Один из Светлых отстегнул с пояса кожаный чехол, в котором у обычного полицейского была бы кобура, и достал тёмно-серую, почти чёрную капсулу. Кардиостимулятор, с трудом узнала её Таисса. Она плохо разбиралась в медицине, благо регенерация Тёмной справлялась лучше любого терапевта, но о последнем триумфе нанотехнологий знала даже она. Для ввода кардиостимулятора не нужно было никакой операции. Просто раскрыть капсулу и ввести ножку в кровь как можно ближе к сердцу.

И именно это Светлый и проделал.

На миг Светлый приложил ладонь к груди Александра, и его лицо расслабилось. Второй показал ему большой палец, а миг спустя Таисса и сама увидела, как вздымается и опускается грудь её деда.

Он дышал.

Светлые обменялись парой реплик. Таисса попыталась прислушаться, но эти двое говорили так, чтобы она их не расслышала. Она сумела разобрать только слова «реанимация» и «аэропорт».

– Ваш самолёт встречали в аэропорту, – наконец отрывисто сказал Светлый. – Но туда ты полетишь только под моим конвоем.

– А как же… – «мой дед», – хотела сказать Таисса, но вовремя остановилась. О том, что отец её отца был Светлым, не знал никто. Эйвен Пирс вырос с матерью – это всё, что было доступно миру. Александр надёжно прятал свои секреты.

Но Светлый её понял.

– Через полторы минуты он будет в госпитале. Тебя это уже не касается.

Подтверждая его слова, второй Светлый камнем ринулся вниз.

Таисса пожала плечами.

– Мне всё равно. Летим в аэропорт.

– Что произошло наверху?

Таисса вздохнула:

– Если я вам скажу, что на нас напал неизвестный Тёмный ниндзя, который проник в самолёт на восьмикилометровой высоте, получил пару пуль в грудь, устроил показательный бой с прыжками по салону, клялся, что не имеет никакого отношения к Майлзу Лютеру, хотя знал все его фирменные приёмы наизусть, обещал взорвать к чертям вообще всех, если мы не улетим к этим же чертям, а потом взял и активировал в кабине детонатор, смывшись на безопасное расстояние, вы всё равно мне не поверите.

Светлый несколько секунд смотрел на неё безо всякого выражения. Потом его линк пискнул, и Таисса заметила знакомый синий огонёк нейросканера, распознающего ложь.

Что ж, в этот раз на лжи её не поймали.

– Аэропорт, – наконец сказал он. – Следуй за мной.

Таисса вздохнула. И вот так с ней отныне будут разговаривать все. По крайней мере, все Светлые.

За весь путь до аэропорта Светлый не сказал ей ни слова. Лишь когда они снизились над терминалом, сверкающим тёмным стеклом и светлой сталью, он открыл рот.

– Тёмные взяли волю в этом городе, – резко сказал он. – Восемнадцать предупреждений, и это ещё не предел. Я связался с общей базой: у тебя уже два предупреждения, Таисса Пирс. Буду счастлив выписать тебе третье и последнее, даже если ты применишь способности лишь для того, чтобы скрутить вырывающегося карманника.

– А серийного убийцу? – язвительно спросила Таисса. – Не прокатит как смягчающее обстоятельство?

Светлый очень холодно улыбнулся:

– Нет. Ты лишишься способностей всё равно.

Аэропорт совершенно не пострадал во время войны: в отличие от Тёмных, в первую очередь без жалости уничтожавших инфраструктуру, Светлые его пощадили.

Но здорово же он изменился.

Место ярких реклам заняли строгие указатели, мимо которых к немногим работающим стойкам регистрации текли редкие пассажиры. Обозначенные на огромном табло рейсы отстояли друг от друга по времени взлёта не на одну-две минуты, а порой аж на двадцать: пассажиропоток рухнул, как инвестиционный рынок перед капитуляцией. Дорогие бутики теперь выглядели значительно скромнее. А вот роскошным бизнес-залом Светлые не пренебрегли, только на богато отделанных тёмных дверях висела лаконичная табличка: «Посторонним вход запрещён».

– Я посторонняя, – заметила Таисса.

Светлый даже не замедлил шаг.

– Я знаю.

Он не стал её провожать. Просто замер в дверях.

Таисса оглядела зал. Неброская кожаная мебель, стеклянные столики, бар, где поблёскивала ваза с апельсинами. И двое мужчин, стоящих у панорамного окна очень уж далеко друг от друга. Настолько далеко, что можно было предположить между ними взаимную неприязнь. Или же у одного из них была слишком уж мерзкая аура.

Аура у стоящего справа и впрямь была неприятная. Светлая, но не как солнечный луч или горящая лампа. Скорее, напыщенный золотой блеск безвкусной мебели – или начищенных сапог полицейского патруля.

Высокий очкастый юнец лет двадцати с соломенными волосами в костюме из дорогой ткани обернулся к ней. Таисса хмыкнула, оценивая его одежду и пижонский линк на запястье. У самой Таиссы, естественно, тоже когда-то на руке красовалась неплохая модель, но, когда Светлые выгнали их с семьёй из дома, о подобном пришлось забыть.

А этот Светлый, значит, решил покрасоваться.

– Добрый день, – ледяным тоном сказала она. – И зачем же я здесь?

Он так же холодно кивнул ей:

– Подойди.

Таисса вздохнула и подошла ближе:

– Что тебе нужно?

– От тебя? Да почти ничего. Я ждал полномочного инспектора, а не модную игрушку для членов Совета. – Он растянул губы в недоброй улыбке. – Слышал, один из них всё-таки тобой наигрался, раз выгнал из своей спальни?

Спокойно. Никто из Светлых даже не пытался затащить её в постель, и этот тип об этом прекрасно знал.

Но он ещё ответит за свои слова.

– Тут, говорят, убивают Светлых и Тёмных, – бесстрастно сказала она. – Ты-то как до сих пор жив с таким языком без костей?

Светлый поморщился. Нащупала больную точку? Да, точно: вон как побелели губы.

– Одного Светлого действительно убили, – шипящим тоном произнёс он. – Моего отца. И, поверь мне, я найду того, кто это сделал.

– Мои соболезнования, – бесцветным тоном произнесла Таисса. – Как ты знаешь, меня тоже наделили полномочиями по расследованию.

– Знаю, – холодно кивнул он. – Увы, они не аннулируются. Впрочем, толку от тебя не будет в любом случае. Так что можешь бродить по улицам, грызть претцели и грезить о старых добрых временах сколько влезет, пока следующий полномочный инспектор Совета не решит, что с тобой делать.

Лучше, чем ничего.

– Мне сказали, что за последнее время вы успели выписать добрых полторы дюжины предупреждений, – прежним холодным тоном сказала Таисса. – Детям и подросткам. Может, объяснишь, в чём причины для такой жестокости?

– Мой отец бы объяснил, – сухо сказал Светлый. – Если бы мог. Кристер Янсонс был лучшим и выдавал предупреждения только за дело. За сущие мелочи? Иногда. Но каждая такая «мелочь» могла перетечь в массовые беспорядки, если не хуже.

Таисса закусила губу. Ну и мерзавцем же был этот Кристер Янсонс. Как его только терпел Совет? Зачем вообще утвердил на подобной должности? Выпустить подобного безжалостного инквизитора к Тёмным – всё равно что закурить на пороховой бочке.

– Но Тёмные не просто хотели стать хозяевами улиц, – продолжал Светлый. – Майлз Лютер вернулся и собирает последователей. Его люди с каждым днём всё ближе к тому, чтобы стать грозной силой. И здесь, во Франкфурте, им бы это удалось, не вмешайся мой отец.

– Кристер Янсонс, – задумчиво сказала Таисса. – А тебя как зовут?

– Андрис, – неохотно сказал он.

– И теперь, когда твой отец мёртв и Тёмных никто не может обуздать, что ты будешь делать?

– Вообще-то, – практически выплюнул он, – я надеялся на вашу помощь.

– Ты можешь получить мою помощь. Если ищешь не только убийцу своего отца, но и того, кто убил других Тёмных.

– Почерк один и тот же, – коротко сказал Андрис. – Причины смерти везде разные, но каждый раз – росчерк на разорванном горле.

– И подделать его не мог никто.

– Никто, кому не сообщил бы сам убийца. Мы не передавали эту информацию.

Он бросил ей тусклый жетон:

– Твои полномочия. Можешь задерживать подозреваемых Тёмных и драться, если они окажут сопротивление. И… – Он поколебался. – Бывшие Тёмные тоже предложили помощь в расследовании. Они озабочены убийствами Тёмных, и Совет разрешил им прислать своего представителя. У меня нет на него времени, так что развлекать его будешь ты.

Он покосился на второго посетителя, всё ещё неподвижно стоявшего у панорамного окна. И неподвижность эта была немного неестественна, заметила Таисса. Неподвижность человека, частично превратившего себя в боевого робота.

Проект «Лекс», детище её отца. Люди и бывшие Тёмные, принявшие боевые импланты. Лучшие из них могли драться со Светлыми на равных. Разумеется, Светлые были от этого не в восторге.

– Ух ты. Так между вами и бывшими Тёмными теперь мир?

– Временное сотрудничество, – кисло сказал Андрис. – Твой отец хорошо нам подгадил. Был бы он сейчас жив, напился бы на радостях, как свинья.

Таисса вспомнила, как её отец не раз и не два вёл тяжёлые переговоры на веранде за бокалом коньяка, который так и оставался нетронутым весь вечер, и тихо улыбнулась.

– Ладно, хватит, – брезгливо сказал Андрис. – У меня дела, а ты бери этого представителя под ручку, и идите-ка на Кайзерштрассе. Именно там были обнаружены тела этих ваших Тёмных.

– Разве твой отец уже не побывал там?

– Он туда отправился, – кивнул Андрис. – И живым мы его больше не видели.

Отличное задание.

– Хорошо, – просто сказала Таисса. – У тебя всё?

– У меня всё.

Его аура снова обдала её веером неприятных ощущений, когда он прошёл мимо в полушаге от неё. Правильно говорили, что между Тёмными и Светлыми не могло быть ни близкой дружбы, ни романтики, с такими-то перехлёстами. А она, дура, вздумала почти влюбиться в Светлого, да ещё и в члена Совета…

Таисса вздохнула.

Больше всего на свете ей хотелось броситься в больницу к Александру. Как бы она к нему ни относилась, он не должен быть там один. Отец бы понял.

Но сейчас время было знакомиться с представителем бывших Тёмных. С кем-то, кто сражался на стороне её отца. На душе у Таиссы потеплело, и она шагнула вперёд.

Незнакомец по-прежнему стоял возле окна, чуть наклонив голову. Воротник его плаща был поднят, руки скрещены на груди, и Таисса видела лишь рыжий затылок, пересечённый парой седых прядей. Или ему было уже за сорок, или этот парень воистину повидал немало.

– Эй, – позвала она. – Я Таисса Пирс.

Незнакомец молча обернулся.

Его горло стягивал металл. Руки, переплетённые на груди, тоже были металлическими, имитирующими тёмные перчатки, и она живо вспомнила кисти своего отца такими, какими она видела их в последний раз. Точно такие же, и они были живыми и тёплыми – для неё.

А потом она посмотрела ему в лицо.

– Ох, – чужим севшим голосом произнесла она. – Это ты.

Павел. Её лучший друг, которого забрали люди её отца, чтобы вылечить его и поставить ему боевые импланты. Таисса глядела на него в изумлении. Быстро же его починили. И быстро же он освоил импланты. Необыкновенно быстро. Специалисты Тёмных действительно знали своё дело: её отец нашёл лучших из лучших.

Страшно было представить, на что он теперь был способен. Её отец, заменивший почти всё тело, мог продержаться даже против сильнейшей Светлой на планете. Конечно, Эйвен Пирс был уникумом, но и Павел, видимо, умел многое.

– Павел, – выдохнула она. – Привет.

Мгновение Павел смотрел на неё без улыбки.

А потом расхохотался, шагнул вперёд – и, подхватив Таиссу, закружил её в воздухе.

– Эй, поставь!

– Ни за что!

Павел всё-таки отпустил её, и Таисса, смеясь, приземлилась в шаге от него.

С ним всё было в порядке. Её лучший друг был здоров, он больше не лежал без движения с лицом, залитым кровью… Таисса почувствовала, как облегчение разливается по телу расслабленным теплом.

– Ты вызвался лететь во Франкфурт ради меня? – тихо спросила она. – Потому что узнал, что мне нужна помощь? И это несмотря на то, что ты только-только с операционного стола?

Павел не повёл и бровью:

– Понятия не имею, о чём ты. Просто пролетал мимо.

– Спасибо, – прошептала Таисса.

– Спасибо скажешь, когда разберёмся, что здесь происходит. – Павел кивнул в удаляющуюся спину Андриса. – Что он тебе сказал?

– Предложил прогуляться до Кайзерштрассе. Один из Светлых… его отец… погиб там. А ещё Андрис изволил предупредить, что там мы геройски и погибнем.

– Ну замечательно.

Таисса улыбнулась ему. Она правда очень, очень скучала.

– Как ты себя чувствуешь?

– Пока, если честно, даже не знаю. – Павел развёл руками. – Но скорее здорово, чем наоборот. Не представляешь, сколько всего я теперь умею. Это настолько необыкновенно, что…

Он вдруг замер, словно прислушиваясь.

– Хм, – произнёс он. – Срочный вызов. Снова наш новый друг Андрис Янсонс, пижон и зануда. Должно быть, что-то важное.

Он коснулся кисти, активируя миниатюрный динамик.

– Слушаю тебя очень внимательно. Таисса стоит рядом.

– Хорошо, поскольку моё сообщение предназначается и ей, – раздался кислый голос Андриса. – У нас был инцидент в торговом центре напротив старой Оперы.

– Инцидент?

– Тёмная взяла в заложники около двадцати человек. Венди Аткинс, пятнадцати лет, потеряла родителей на войне, третье предупреждение получила час назад.

Третье предупреждение. Последнее.

– Девчонку взяли, и она подтвердила, что её науськали люди Лютера. Ситуация критическая: заложники чуть не погибли. Если подобные вещи будут продолжаться…

– Мы поняли, – прервала Таисса. – Мы должны найти логово Майлза Лютера как можно скорее. Что будет с девочкой?

– Потеряет способности и отправится в приют, – сухо произнёс Андрис. – Хочешь отсрочки для неё? Смягчения приговора? Зря.

– Договор о капитуляции не переубедишь и не переспоришь, – тихо сказала Таисса. – Я знаю.

– Вот и отправляйтесь на задание. Кайзерштрассе ждёт.

Таисса глубоко вздохнула.

Хотела бы она знать, кем был молодой Тёмный в самолёте, который знал Лютера очень хорошо, но не был на его стороне. Если бы только это был Л... Он стал бы их единственным Тёмным союзником в городе. Куда лучшим, чем Светлые.

Впрочем, этот Тёмный чуть не убил её деда. И откроет ли глаза беспомощный человек, лежащий под аппаратами искусственного дыхания, было неизвестно.

Но Таисса должна была сделать всё, чтобы узнать, кто он. И один способ у неё был.

Таисса коснулась линка, набирая короткий вопрос:

«Это был ты, Л.?»

Сообщение ушло. Таисса подождала несколько секунд. Ответа не было.

Что ж, она хотя бы попыталась.

Таисса перевела взгляд на Павла.

– Сначала я поеду в больницу, – сказала она. – Ненадолго. Можешь выяснить, куда привезли Светлого, который прилетел со мной?

Павел недоумённо взглянул на неё:

– Полномочного инспектора? Александра? Но он же в коме.

– Всё равно. Я должна его увидеть.

Павел на несколько секунд закрыл глаза. Посылал запрос по сети?

– Адрес есть, – коротко сказал он.

– Ты со мной?

– Само собой.

– Ты… – Таисса запнулась. – Ты уверен, что с тобой всё хорошо после операции? Я ужасно не хочу, чтобы ты пострадал. После того как Алиса…

Она осеклась. Говорить и даже думать о подруге, которой Светлые стёрли память за то, что та помогла Таиссе, было слишком тяжело.

Павел коснулся её руки:

– Знаю. Но я способен постоять за себя, подруга. Руки чешутся опробовать новые импланты, если честно. Так что полетели.

До госпиталя они доехали за двадцать минут: самый современный медицинский центр во Франкфурте располагался в центре города. Рядом высились бледно-зелёные здания с логотипом «Бионикс» – корпорации, создавшей импланты для Павла и её отца.

Таисса прошла мимо стойки регистратуры, и они вместе с Павлом поднялись на скоростном лифте в отделение интенсивной терапии. Дверь в палату была открыта, и Светлый, сидящий у входа, коротко кивнул. Это значило, что им разрешено войти.

– Я ненадолго, – тихо сказала Таисса. – Просто посижу немного здесь в тишине.

Павел молча отошёл к окну. А Таисса опустилась в кресло рядом с ультрасовременной больничной кроватью. Когда-то в этом центре лечились банкиры и звёзды светской хроники. Правда, вряд ли сюда привозили настолько изувеченных Светлых, что у них начала отказывать регенерация.

Она взглянула в лицо Александра. Совершенно спокойное: можно было подумать, что он спит, если бы не чёткий ритм аппарата искусственной вентиляции.

Он перестал дышать самостоятельно. Глубокая кома. Из глубокой комы не выходят.

Но она будет надеяться всё равно. Александр был отцом её отца – самого близкого ей человека на свете. И это было куда важнее любой неприязни.

– Андрис прислал хорошую новость, – заметил Павел. – Новый полномочный инспектор Совета уже в пути и прибудет вот-вот. Впрочем, нашего задания это не отменяет.

Таисса кивнула:

– Я скоро буду готова.

Пару минут она сидела, уронив подбородок на руки и глядя на неподвижную фигуру своего деда на кровати.

А потом пискнул линк. Таисса бросила один-единственный взгляд на имя отправителя – и, беззвучно ахнув, кинулась читать сообщение.

«Взорвал ли я самолёт? Нет и да. Я скоро свяжусь с тобой, идёт? Не порть мои планы, посиди тихонько в сторонке, и скоро всё узнаешь».

Таисса почувствовала, как быстро забилось сердце.

«Хотя бы скажи мне, кто это был. Ты или не ты?»

«Нет, Таисса-нетерпеливость. Не скажу. Предпочту, чтобы ты не видела очевидных вещей в упор: мне так больше нравится».

Таисса стукнула бы его, если бы могла. Вместо этого она быстро написала:

«Л., ещё одна попытка уйти от ответа – и никакой меня в твоих планах не будет».

Пауза. Долгая пауза.

«Вздох. Серьёзно, у тебя много загадочных Тёмных в друзьях?»

Таисса беззвучно выдохнула:

«Это был ты».

«Да, Таисса-догадливость. И сдёргивать с меня маску очень не советую».

«Почему?»

«Просто поверь, что так будет лучше».

«Я тебя знаю», – утвердительно написала Таисса.

«Хочешь поиграть в «холодно-горячо»? Для этого на тебе сейчас слишком много одежды, детка. И нет, я не подглядываю. Просто предполагаю».

«Хорошо, – коротко написала Таисса. – Буду ждать новостей о твоём гениальном плане. А сейчас меня ждут на Кайзерштрассе».

«ЧТО?»

Таисса моргнула. Обычно Л. не злоупотреблял заглавными буквами.

«Кайзерштрассе, Л. Там нашли тела двух убитых Тёмных, и там же, по всей вероятности, погиб Кристер Янсонс. Его сын отправил нас туда».

«Не смей, Пирс. Даже не вздумай туда идти».

«Почему?»

«Потому что я слишком далеко, и я не успею. А для твоих похорон у меня нет подходящего костюма».

«Очень смешно».

«Я не шучу».

Таисса помолчала.

«Я с Павлом, и я сильная Тёмная, – наконец написала она. – Я справлюсь. И мы ещё поговорим о взорванном самолёте и о Светлом, которого ты практически убил. О Светлом, который был мне дорог».

«Дискуссии не будет. Он мой кровный враг, и, останься он цел, убил бы и меня, и моих детей, если бы, конечно, я до них дожил. В остальном самолёт был ржавой кастрюлей, пилоты отделались лёгким испугом, а обломки никого не задели. Я не желаю, чтобы ты отправлялась на Кайзерштрассе, Пирс. Мне повторить ещё раз?»

Таисса на миг прикрыла глаза.

«Не нужно. Это моё решение и мой выбор, Л. Увидимся».

«Когда увижу, раздену и запру в силовом коконе. И это не пустая угроза».

«Посмотрим. Не взрывай самолёты, пока меня нет».

Таисса отключила связь и встала. Коснулась руки Александра.

– Ты придёшь в себя, – прошептала она. – Я знаю.

Павел повернулся к ней, и она кивнула ему:

– Идём.