Глава 23

Таисса почти не удивилась, увидев, как над широкой, залитой асфальтом Кайзерштрассе снижается вертолёт. Светлые уже были здесь.

– Садитесь, – кивнула им Лара, открыв дверцу. Таисса отлично её расслышала поверх раздирающего уши стрёкота. Она была Тёмной, в конце концов. – Линк у вас с собой? По которому он с вами связывался?

Таисса достала обгорелый линк из кармана джинсов и протянула ей. Утаивать его не было смысла.

Лара глянула на него, поморщилась и перебросила одному из своих спутников. Тот тут же раскрыл чемоданчик с аппаратурой и принялся сноровисто оплетать линк невесомыми манипуляторами.

– Куда мы летим? – спросила Таисса, усаживаясь вслед за Павлом. В вертолёте сидели ещё четверо, но только двое были Светлыми. Ни одного из четверых она не знала.

– Под Рюссельсхайм, конечно же, – прозвучал насмешливый голос Лары. – Раз вы – свидетели для нашего таинственного источника, значит, он клюнет только на вас.

Конечно же, Светлые слушали её линк. И не теряли ни минуты.

Таисса откинулась в кресле, глядя вниз, на сверкающую под солнцем ленту реки.

Скоро она увидит Вернона. Скоро.

Наконец вертолёт завис над пустырём, по которому шёл одинокий подросток с собакой. Вокруг простирались одноэтажные домики с аккуратными красными крышами.

– Километр до цели, – отрывисто сказала Лара. – Дальше пешком: не стоит привлекать внимание.

Таисса хмыкнула:

– Ну да. Потому что вертолёт был куда как незаметен.

– А как нам ещё было всё это тащить? Под мышкой? – Лара сделала знак двум мужчинам. – Вытаскивайте.

Таисса молча смотрела, как они достают из вертолёта самый непримечательный ящик. Она знала, что там. Сложно было не узнать.

– Термобарический заряд, – безо всяких интонаций сказала она. – Тот самый, который вы не использовали в замке Лютера.

– С ума сошла? – фыркнула Лара. – Мы не идиоты, чтобы использовать здесь заряд такой силы. Он бы выжег целый квартал.

– А так сожжёт минимум целый дом, да? Со всеми его обитателями?

– Ты один раз уже пожалела боевых Тёмных, словно собачек и кошечек, – ядовито сказала Лара. – Ах, моя мама ждёт ребёнка, ах, девочки лёгкого поведения ни в чём не виноваты… Знаешь, сколько человек сгорело в торговом центре?

Таисса отвернулась.

– Мои люди спустятся под землю, дойдут до нужной точки по туннелям канализации и установят заряд, – сухо сказала Лара. – Когда наступит время, его взорвут дистанционно. Вы двое будете сидеть и ждать здесь вместе со мной.

– Быстро же ты подготовилась, – заметил Павел. – Так уверена, что наша наводка верна?

– Да, – неохотно сказала Лара. – Уверена.

– Не хочешь поделиться деталями?

Лара пожала плечами:

– Всё скучно и просто. Мы проверили данные с камер наблюдения, и на них парень, очень похожий на Эрика Винера из тройки сверхсильных Тёмных, появлялся здесь как минимум трижды. И ночевал здесь перед вчерашней атакой на отель. Распознавание лиц его не взяло, но вручную мы смогли сравнить и приглядеться.

– Дурак, – констатировал Павел.

– Влюблённый. В шестнадцатилетнюю Анели Копп, очень красивую Тёмную.

– Но как вы тогда не отследи… – начала Таисса.

– Бывшую Тёмную. Лишённую способностей примерно в то время, когда ты получила второе предупреждение.

– И исчезнувшую с ваших радаров.

– Мы тоже совершаем ошибки. Оставляем некоторых Тёмных живыми, например.

Таисса и Лара мрачно усмехнулись друг другу.

– Ладно, диспозиция понятна. – Павел с задумчивым видом оглядывал ряды аккуратных крыш. – Девочку, правда, жалко. Бывшая Тёмная или нет, но куски этой милашки разлетятся по всей округе, да и кружевная ночнушка подгорит. Неэстетично.

– Плюс, что куда важнее, – с нажимом сказала Таисса, – после взрыва мы получим лишь труп Эрика, который не скажет нам о местонахождении Лютера ничего.

Лара устало вздохнула:

– Думаешь, мы идиоты? Взрыв – крайняя мера. Мы хотим поговорить. Только…

– Ещё не решили как, – проницательно сказала Таисса.

– А у тебя есть рекомендации? – язвительно поинтересовалась Лара. – Говори, я послушаю.

– Ну… вы можете просто его скрутить?

Лара смерила её презрительным взглядом:

– И ты прямо вот так думаешь, что мы сможем взять его живым? А капсулу с синильной кислотой он что, забыл дома?

Павел кашлянул:

– Я вот чего не понимаю. Почему просто не проследить за парнем?

– На высоте в пару километров он, конечно, слежки не заметит, о да.

Таисса отошла в сторону и села в высокую сухую траву. Над её головой Павел и Лара продолжали препираться, но смысла в их споре, в общем-то, не было.

Едва Эрик увидит чужаков или почувствует их ауру, он пробьёт крышу и улетит. Возьмёт он с собой девушку или нет, неважно, она всё равно не знает, где Майлз Лютер. Светлые не догонят Эрика – а если и догонят, получат лишь труп.

Взрыв тоже не даст ничего. Да, Тёмных у Майлза Лютера станет на одного меньше, но остальные двое смогут пополнить ряды в любой момент. Им достаточно только найти материал для инъекций.

Таисса обхватила руками голову.

Вернон, сдавший им этот дом и эту девушку. На что он рассчитывал?

– …Да, – раздражённо произнёс Павел. – Да, я вызвал Эйвена во Франкфурт. А ты думала, он останется в стороне после того, как напали на его дочь?

– Пожалуйста, пожалуйста, – язвительно отозвалась Лара. – В конце концов, должен же он хоть когда-нибудь предстать перед трибуналом? Уверена, любимая дочь будет носить ему домашние обеды вплоть до дня казни – если, конечно, у него всё ещё сохранился желудок.

– Он что-нибудь посоветовал по сети? – тихо спросила Таисса.

– Связаться с парнем, который дал нам эту зацепку, – голос Павла был совершенно нейтральным. – Я сказал, что мы не можем этого сделать.

Он кивнул на бородача, который разбирался с линком в вертолёте.

– Алан всё-таки вытащил часть информации. Вызов поступил с одноразового линка, сигнал которого не отслеживается: скорее всего, он давно уже сломан или выброшен. Так что я объяснил твоему отцу, что мы можем только сидеть и ждать звонка сами.

– А он?

– Посоветовал не пудрить ему мозги и отключился.

– Похоже на него, – вздохнула Таисса.

Теперь все смотрели на неё.

– Свяжись с этим парнем, – коротко приказала Лара. – Кто он?

– Но он сказал…

– Ты будешь чинить препоны расследованию?

– Нет, – голос Таиссы стал твёрже. – Он сказал, что мы получим его помощь, только если не будем гадать, кто он. Он нам нужен, Лара. Больше нам сейчас рассчитывать не на кого.

Рука Лары молниеносным жестом скользнула в кобуру на поясе, и в следующую секунду в лицо Таиссе смотрел пистолет.

Таисса открыла рот.

Этого не могло происходить.

Пистолет был символом: Таисса легко могла бы уйти от пуль. Но от Лары она уйти не могла.

Лара угрожала ей смертью. Всерьёз. И она бы это сделала. Ради Дира она сделала бы что угодно. Кроме того, чтобы отдать за него жизнь.

– Говори, – тихо предложила Таиссе Лара. – Сейчас.

– Эй, полегче! – Павел шагнул между ними. – Мы на одной стороне, забыли?

– Существует лишь одна сторона – моя, – ровным голосом произнесла Лара. – Таисса Пирс, я приказываю тебе сообщить…

Как только Лара договорит, нанораствор начнёт убивать Таиссу, если она не выдаст Вернона.

Но Таисса его не выдаст. Только не это.

– Ты не можешь отдавать мне таких приказов, – ожесточённо сказала Таисса. – Дир запретил.

Лара истерически расхохоталась, и Таисса с холодком заметила, что пистолет в её руках не сдвинулся ни на миллиметр.

– Дир меня поймёт.

– Ты не сможешь оправдать перед Александром мой труп.

– Александр, – спокойно сказала Лара, – ты слышишь? Девочка думает, что может диктовать нам условия. Разубеди её, пожалуйста.

Короткая пауза. И сухой голос её деда из линка Лары:

– Делай что считаешь нужным.

Её приговор.

Светлые и люди-взрывники, летевшие с ними в вертолёте, толпились поодаль. Павел изменился в лице: возможности Лары он понимал прекрасно.

– Свяжись с ним, Таисса, – сдавленным голосом сказал он. – Просто сделай это, подруга, и всё будет хорошо. Ни один Дед Мороз в побитой молью шубе не стоит дырки во лбу. Поверь, третий глаз в ней не вырастет.

– Я не знаю как, – спокойно сказала Таисса. – Просто не знаю. Мой отец прав, это было бы лучшим вариантом, но нужно подумать, как это сделать. Не рассылать же по всей сети сообщение, что мы хотим с ним поговорить.

– Ты считаешь меня за дуру, – лениво произнесла Лара. – И опять тянешь время. Назови его имя. Сейчас же, без увёрток и оправданий. Это приказ.

Нет. Вернон Светлым не достанется.

Таисса подумала об этом – и едва сдержала крик. В этот раз боль пришла сразу, волной и судорогой, и Таисса мгновенно вспомнила все предупреждения Дира о том, что с каждым ослушанием риск увеличивется вплоть до фатального.

И, похоже, чем ближе она была к тому, чтобы стать Светлой, тем сильнее была отдача.

Кажется, она довела-таки свой нанораствор до точки кипения.

Павел смотрел на неё расширившимися глазами. На лице Лары играла холодная улыбка.

Чувствуя себя так, словно с неё сдирали кожу, Таисса выпрямилась и вскинула подбородок. Дир не упал, пока боль не стала невыносимой, а она не хотела ему уступать.

– Имя, – повторила Лара. – Два слова.

Таисса шагнула вперёд, под дуло пистолета, и скрестила руки на груди:

– Хорошо. Как только он получит обещанную амнистию.

Лара изумлённо глядела на неё:

– Кого ты защищаешь? Честное слово, если бы я не знала, что щенок Лютера с тобой сделал, если бы он не был мёртв, я бы подумала, что…

Таисса покачнулась. Сколько у неё было времени, пока не откажет сердце?

Не так много и становилось всё меньше. Но она всё-таки сделает то, что должна.

– Он дал вам наводку, и она подтвердилась. Ясно, что Эрик сюда вернётся. Этих фактов достаточно, чтобы…

Таисса покачнулась и чуть не схватилась за ствол в руке Лары, чтобы не упасть.

– Допустим, я соглашусь на амнистию, – ледяным тоном сказала Лара. – И чем он сможет мне помочь?

– Почему бы тебе не спросить меня самого?

Вернон Лютер вышел из-за вертолёта с таким небрежным видом, словно смертная казнь здесь грозила кому угодно, только не ему.

– Твои люди и Светлые – полные идиоты, – насмешливо сказал он. – Вы даже не расставляете постов.

– Против мертвецов, я смотрю, они помогают мало, – в тон ему ответила Лара. Она убрала пистолет за пояс, и Таисса на миг восхитилась её самообладанием. – Это ты дал нам наводку?

– Ага, – легко ответил Вернон.

– Тогда я отменяю приказ, – равнодушно кивнула Таиссе Лара. – Живи.

Таисса пошатнулась и села на землю.

– Я… уже… поняла.

– Подкрепление, – скомандовала Лара в линк. – Ещё три группы. Здесь Вернон Лютер.

– Принято, – секундой позже раздался голос Ника Горски. – Но никаких групп не будет, и отгоните вертолёт немедленно. Лара, мне не нравится твоя самодеятельность.

– Если я не получу подкрепление… – начала Лара.

– Чтобы спугнуть объект? Нет. Договаривайтесь. Устанавливайте бомбу и убирайте вертолёт, и мы обсудим тактику. У вас полчаса.

– Здесь Вернон Лютер, – процедила Лара. – Сколько раз мне нужно повторить, чтобы даже до тебя это дошло?

Вернон подошёл вплотную к ним и с интересом прислушивался к разговору.

– Вернон, – спокойно позвал Ник Горски, – ты хочешь жить?

– А меня кто-то об этом ещё спрашивает? Тогда да, безусловно.

– И получить амнистию?

– За этим я как бы и здесь, – деликатно кашлянул Вернон.

– Тогда у вас общая цель. Пока он не получил амнистию, он в наших руках. Он хочет жить, тебе нужны результаты.

– Он может улететь! – почти выкрикнула Лара.

– После того как выдал себя и рискнул всем, чтобы помочь нам? – Ник коротко рассмеялся. – Нет, Лара. Он так не поступит. А вот что конкретно ему нужно, я бы хотел послушать. Но сначала убери вертолёт.

Лара отрывисто раздала указания, и две минуты спустя вертолёт застрекотал, поднимаясь над головами. Двое людей и Светлый остановились на краю плиточной дорожки, один из мужчин поддел канализационный люк, и все трое спустились, придерживая ящик бережно, будто колыбель.

Когда канализационный люк снова сдвинулся, полностью закрывая проход, Лара с усталым видом провела рукой по лбу.

Их осталось четверо. Лара, Таисса, Павел и Вернон.

– Ради любопытства, – нарушил молчание Павел, – зачем ты сюда вообще притащился? Логично было бы подождать, пока твоя наводка не подтвердится и Эрик не явится к своей крале, и тогда уже выпрыгивать из кустов. Мы были бы свидетелями, и тебе гарантировали бы и амнистию, и безопасность. Теперь же, если Эрик не прилетит, ты обречён. Тебя убьют. Тогда почему ты здесь? Ты же вроде не идиот.

– Не идиот, – кивнул Вернон. – Кстати, рад, что с тобой всё в порядке.

Павел вскинул бровь.

– Вернон долетел с тобой до больницы тогда, когда тебя чуть не убили люди его отца, – негромко пояснила Таисса. – И успел.

Павел без слов протянул Тёмному руку, и Вернон пожал её.

– Дело в том, – пояснил Вернон, опуская руку, – что я люблю результаты. Какой смысл от моей наводки, если ничего, кроме трупа Эрика Винера, вы не получите? Вам нужен я. И мой план.

– Но тебя убьют, – повторил Павел.

– Один раз живём, – беспечно отмахнулся Вернон. – Какой смысл жить плохо и недолго? Хорошо и недолго куда интереснее.

– Ты мог бы прилететь и сдаться сразу, – заметила Лара. – Зачем ждать и мучить свою маленькую подружку? Зачем вообще было с ней связываться?

Она пренебрежительно указала носком ботинка на Таиссу, которая всё ещё сидела на земле, тяжело дышала и никак не могла надышаться.

– Ну вот ещё, сразу сдаться, – хмыкнул Вернон. – А кто будет делать за вас вашу же работу?

– Мы?

Он рассмеялся:

– Хорошая шутка. Нет уж. Мне нужен мой отец и его головорезы, смешать, но не взбалтывать. Сдаться сразу значило бы отдать их судьбы на откуп вам, а предел ваших способностей, простите, я видел воочию. Сдаться! Чтобы меня втихую прикончили? Нет уж, благодарю покорно. Я предпочту, чтобы о моих проделках знал и Совет, и бывшие Тёмные, а мою амнистию подтвердили бы и Эйвен, и Дир. Кстати, как мой добрый друг Дир? Всё ещё скучает по украденному у него линку, который открывал врата в Эльдорадо?

Лара промолчала.

– И кстати, – Вернон обернулся к Таиссе, – никакая ты мне не подружка, детка. Прости. Просто тебя было очень удобно использовать: чтобы сбежать, обезвредить моего папашу, снова сбежать и, наконец, подтвердить мою амнистию. И да, будешь смеяться, красавица, – он кивнул Ларе, – но сегодня я тоже намерен воспользоваться её услугами по полной программе.

Он послал Ларе долгий насмешливый взгляд:

– Хотя ты бы мне тоже вполне подошла.

Таисса подняла голову и взглянула Вернону в глаза. У него были странно расширены зрачки, но лицо было спокойно.

И Лара, конечно же, проверяла на нейросканере каждую его реплику. Иначе она отреагировала бы на ложь.

Он правда имел в виду то, что сказал. Всё, что сказал.

Таисса моргнула.

Это…

Это совсем не вязалось ни с его словами, ни с его поцелуями, ни с его заботой.

Но она никогда и не проверяла Вернона на нейросканере.

– Ты ничтожная тварь и полное дерьмо, – брезгливо сообщила Лара. – И не думай, что я не знаю, что ты с ней…

– Нет, – резко прервал её Вернон. – Об этом мы говорить не будем.

Таисса поднялась с земли. Отряхнула колени.

– Ладно, – просто сказала она. – Излагай, как ты хочешь меня использовать. Уверена, мои отец и дед будут безумно рады послушать.

– Эти проклятые назойливые родственники. – Вернон поморщился. – Ненавижу своих.

– Отвечай на вопрос.

Её голос был очень ровным. Но если бы тяжесть, скрытая за ним, осела бы на Вернона тысячами тонн горной породы, выкарабкиваться из-под этого селя ему бы пришлось не один месяц.

Вернон смотрел на неё с насмешливой улыбкой.

– Вижу, ты всё-таки надеялась стать моей подружкой, – заметил он. – Какая жалость, что это не взаимно, да? Но не волнуйся, у тебя всегда будет твой куратор и Сакраменто. Впрочем, он недостаточно романтик для Сакраменто: в лучшем случае вас ждёт гостеприимная дыра в полу вместо туалета где-нибудь в тундре.

– Я недоумеваю, – заметил Павел. – Ты мог всего этого не говорить. В конце концов, тебе нужно, чтобы Таисса была с тобой заодно.

– Мне будет нужна её ярость, – отмахнулся Вернон. – Я собираюсь предложить её Эрику в качестве заложницы и лакомой добычи. Не рассказывать же матёрым волкам слащавую легенду, что я краду девицу у чересчур строгого дедушки, чтобы сочетаться матримониальными узами у ближайшего пня. Я не пройду нейросканер, в конце концов.

Лара вдруг фыркнула.

– Да ты дерзкий нахал, – почти с уважением сказала она. – И чего ты хочешь добиться?

– Собираюсь внедриться в их тёплую и дружную семью, разумеется.

– И они тебя прямо вот так впустят с распростёртыми объятьями?

Вернон кивнул на Таиссу:

– Во-первых, у меня будет подарок на новоселье. А во-вторых, я всё-таки обаятельный.

– Вот только у твоего плана есть один недостаток. Если ты решишь нас обмануть, мы потеряем и Эрика, и тебя, и Таиссу.

Вернон Лютер расхохотался.

– Во имя Великого Тёмного, какие вы всё-таки идиоты, – наконец сказал он, вытирая глаза. – Ну подумайте головой, раз уж больше нечем: если бы я не был с вами заодно, что мне мешало притаиться в подвальчике, похитить девчонку, содрать с неё линк и все трекеры и притащить сюда? Думаю, размах моих способностей вы примерно представляете.

– Тебе бы не удалось её похитить.

– Ой, не смешите меня, – отмахнулся Вернон. – Другому, может, и не удалось бы, а ко мне она поползёт на коленях, стоит мне только посвистеть. Уж вместе мы бы нашли способ. Не в первый раз, как-никак.

Он развёл руками:

– Но я здесь, и я с вами, и мне нужна амнистия. В конце концов, трон моего отца дожидался меня очень долго.

Вернон обвёл их всех взглядом, и весёлость вдруг пропала из его голоса. В нём прорезалась властность.

– Я буду первым среди Тёмных, пусть ненадолго. И учтите, со мной шутки плохи: мне, как и Эйвену, нужны наши права по полной программе. Никаких трёх предупреждений – это наша земля и наша свобода.

Павел закашлялся.

– Ну и тому подобная пафосная чушь, – по-прежнему беспечным тоном заключил Вернон. – Но я могу привести вас к моему отцу. Правда.

Лара тяжело вздохнула. Кажется, Вернон почти убедил её.

– А если Эрик Винер не придёт?

– О, он придёт. Эти мальчишки обречены, а значит, будут ловить каждую секунду удовольствия и каждую пару обнажённых ножек. Эрик будет здесь. Я отвечаю за это.

Что-то промелькнуло во взгляде Лары.

– Ты ведь тоже обречён.

– Да, – легко сказал Вернон.

– Хочешь что-то сказать по этому поводу?

– Не особенно.

Лара, судя по всему, собиралась сказать что-то ещё, но тут её линк пискнул.

– Бомба на месте, – сухо сказала она. – Пора принимать решение.

Вернон поманил Павла:

– Отойдём.

Отошли они чуть ли не в другой конец пустыря. Лара и Таисса остались вдвоём.

– Мне всё это не нравится, – лаконично сказала Лара. – Точнее, по поводу тебя я в полном восторге, чего скрывать, но Диру этот план не понравится точно.

– Уж лучше живой Дир оттаскает нас за уши, чем мы будем стоять у его гроба с чистой совестью, – огрызнулась Таисса. – Хотя ты небось только этого и ждёшь? Посмертного разрешения на донорство, чтобы родить от него двойню, тройню и четверню?

– У меня уже есть дети.

Таисса открыла рот:

– Что… как?

Лара сделала шаг к ней, и на виртуальном экране над линком появилась фотография. Потом ещё одна.

Красивая светловолосая девочка хрустела яблоком, вторая висела на взмывающей в воздух деревянной лошадке, круглощёкий младенец улыбался в колыбельке…

– Ты выступила донором, – тихо сказала Таисса. – Да?

– У них свои семьи. Я не вмешиваюсь, но мне присылают записи и снимки.

С образом холодной, безжалостной, недоступной Лары эти снимки совсем не вязались. Как и нежная улыбка на её лице.

Впрочем, знала ли Таисса хоть что-нибудь про того же Вернона до этого дня? Про настоящего Вернона, а не очередную его маску, готовую на всё, чтобы очаровать и использовать Таиссу снова и снова?

«Только не переставай мне верить».

Ну да. Таисса вздохнула про себя. Трудно не попасться на такую удочку.

– Они переняли твою силу? Твои дети?

– Нет. Они обычные Светлые, как и их матери. Чуть сильнее, может быть, но ненамного. Александр был разочарован.

Таисса едва заметно улыбнулась. Ещё бы.

– Светлые не оставят вас в покое, пока не увидят ваше с Диром потомство, – сказала Таисса вслух. – Дир против. А ты?

Лара вздохнула, гася экран с фотографиями.

– Вот какое твоё дело, а?

– Например, такое, что я подписала согласие на трёх детей, – мрачно сказала Таисса. – В каком-то смысле мы товарищи по несчастью.

– Ты-то небось детей вообще не любишь, – фыркнула Лара. – Единственная избалованная дочка, младенцев видела только в кинофильмах…

– Серьёзно. Вы с Диром… ты хотела бы этого? Ваших совместных детей? Семью с ним? И из-за этого вы поссорились?

– Как далеко тебя послать, чтобы ты наконец заткнулась? – поинтересовалась Лара.

Таисса замолчала.

Вернон и Павел вернулись к примятому пятачку травы.

– Не буду разглашать детали, – сообщил Вернон, – но, если вдруг что, Эйвен и его люди полностью одобряют мои планы. Ура.

Павел кивнул. Потом положил Таиссе руку на плечо.

– Удачи, – вполголоса сказал он. – Я буду мониторить вас двоих из штаба, но здесь продолжайте без меня.

– Почему без тебя?

– Радиация, – спокойно сказал Вернон. – У твоего друга много полезных качеств, но способность бессимптомно выносить триста бэр – не одно из них.

– Но…

Вернон покачал головой:

– Потом.

Павел сгрёб Таиссу в охапку так, что она чуть не пискнула, чмокнул её в щёку и без слов взлетел.

Вернон достал из кармана маленькую коробочку.

– Трекеры, трекеры, – презрительно сказал он. – Эти идиоты помешаны на своих глушилках и даже не представляют, сколькими ещё способами можно отследить нужный объект. Хоть иголку в стоге сена, хоть беглую Тёмную, хоть, к примеру, меня. Они ни в жизнь не будут проверять нас на радиоактивное излучение.

– Доза вас не убьёт? – деловито спросила Лара. В отличие от Таиссы, она поняла всё мгновенно.

– Убить не убьёт, но больно сделает. – Вернон взъерошил свою шевелюру. – Впрочем, я надеюсь добиться своего до того, как лучевая болезнь до меня доберётся.

– А Таисса?

– Хватанёт излучения, разумеется. Но никто и не обещал, что будет легко.

Он покосился на Таиссу:

– Впрочем, её, как я понимаю, даже не спрашивают.

Лара кивнула:

– Хорошо. Мне нужен изотоп и прочие характеристики.

Вернон протянул ей коробочку. Лара открыла её: внутри лежало три капсулы, распечатка и миниатюрный дозиметр.

– Они идентичны. Забирай любую. Осторожно, она будет фонить.

– Мне это не повредит, – рассеянно сказала Лара, вытаскивая по очереди каждую капсулу и проводя по ней дозиметром. Наконец она кивнула, забрала одну, вернула коробочку Вернону и принялась изучать данные с распечатки.

– Надеюсь, вы нас не потеряете, – заметил Вернон. – Не хотелось бы оказаться в логове моего отца без огневой поддержки.

– Как раз это мы сейчас и обсудим. – Лара снова коснулась линка. – Режим телеконференции.

– Если я всё правильно понял, – раздался сухой чёткий голос Александра, – сын нашего злейшего врага претендует на то, чтобы стать нашим злейшим врагом самолично.

– Как-то так, да, – легко сказал Вернон. – Но во-первых, амнистия мне практически гарантирована, так что проблем со мной вы уже не оберётесь, во-вторых, без меня вы не проникнете в святая святых моего отца вообще никак, а в-третьих, почему нет?

Из линка раздался смех.

– Действительно.

– Итак, модель ваших действий следующая, – произнёс голос Ника Горски. – Дождаться Эрика, отдать ему Таиссу, позволить ему внедриться к Лютеру и… – Едва уловимая заминка. – Ты ведь не убьёшь своего отца, мальчик.

– Не убью, если не буду вынужден, – согласился Вернон. – Но он и не нужен вам мёртвым. Зачем вам мученик? Нет, вы хотите видеть его раздавленным, а я в этом мастер. Вы только посмотрите на маленькую Таиссу.

– Ты, – процедила Таисса, – себе льстишь.

– Всегда.

– Он хочет неоправданно большой свободы действий, – произнёс далёкий голос Елены. – Чрезмерной.

– И всё же вы меня до сих пор слушаете. – Вернон развёл руками. – Я заключаю, что ваши дела куда хуже, чем вы пытаетесь представить. Возможно, неизвестная мне угроза, срок которой истекает?

Ему нужно было знать о похищении Дира. Каким бы мерзавцем Вернон ни был.

– Я ему ничего не говорила, – быстро сказала Таисса.

Лара поморщилась:

– Это такая дешёвая попытка дать ему понять, что говорить было о чём? Сколько же раз он должен втоптать тебя в грязь, чтобы до тебя наконец дошло, дура?

– Надеюсь, ещё раз восемь как минимум, – бодро сказал Вернон. – Мне нравится процесс.

Таисса закатила глаза. Вернон бросил на неё быстрый взгляд:

– Кстати, отключите трекер девочке. Будет лучше, если на нас обоих не будет никакой электроники.

Короткая пауза.

– Отключи, – подтвердил Александр.

Лара кивнула, набирая команду:

– Отключено.

– Вот и славно. – Вернон многообещающе улыбнулся Таиссе. – Теперь повеселимся.

– Довольно, – произнесла Елена. – Лютер, в твоём задании будет стоять непременное условие, и, если ты его не выполнишь, я гарантирую колоссальные неприятности лично тебе. Несмотря на любую амнистию.

– Вот теперь вы говорите на моём языке, – кивнул Вернон. – Я слушаю.

– Люди твоего отца ранили и похитили Дира. Ты должен его спасти.

– А-а, – протянул Вернон. – То-то его здесь нет. Впрочем, я-то по нему как раз скучать не буду.

– Они требуют антидот к нанораствору для Майлза Лютера. Есть он у нас или нет – неважно, они его не получат. Срок – двое суток. Ты должен успеть.

– Вообще-то за освобождение вашего Дира я бы взял тройную амнистию минимум, – задумчиво сказал Вернон. – И ещё одну тройную про запас. Он же меня убьёт, и правильно сделает.

– Так сделай, чтобы не убил. К примеру, проследи, чтобы с Таиссой ничего не случилось.

– Таисса его отговорит от чего угодно, если дело касается тебя, – с насмешкой сказала Лара. – Если, конечно, ты не бросишь её на съедение парням Лютера.

– Скажите, кто вам важнее, Таисса Пирс или ваш Дир, и я буду рассчитывать свои силы соответственно, – невозмутимо сказал Вернон. – Пока я получил распоряжение спасти вашего любимого Светлого любой ценой. Насчёт девчонки я не услышал ни одного подобного пожелания. Вы так мало её цените?

– На девочке будет радиоактивный маркер, – раздражённо сказал Александр. – Мы её не потеряем: она будет в безопасности. Дир же неизвестно где в бессознательном состоянии. Ты правда не видишь разницы?

Вернон вскинул ладони:

– Хорошо, хорошо. Уговорили. Учтите, вся силовая часть на вас. Я просто привожу вас в нужное место. Ещё безумные требования, глупые вопросы, слёзные просьбы будут?

Молчание.

– Тогда мы с Пирс выдвигаемся на позиции.

Вернон содрал с руки линк, бросил его на землю, и тот зашипел, когда из него повалил чёрный дым. Затем Вернон снова открыл коробочку и протянул её Таиссе. Она вгляделась: внутри лежали две безобидные с виду жёлто-белые капсулы.

– Лучше проглотить их сейчас. Потом мы можем не успеть.

Таисса пожала плечами:

– Давай сюда.

– Здесь минимальная доза, – предупредил Вернон. – Твоя регенерация справится с выводом этой дряни из организма. Но будет плохо.

– Странно, – язвительно сказала Таисса. – Я-то думала, мы отправляемся на курорт.

Вернон молча проглотил капсулу и протянул вторую ей. Коробочку он бросил Ларе, а Таисса, повинуясь нетерпеливому жесту Лары, сняла свой линк и отдала его ей.

– Удачи, – нарушила молчание Елена. – Не могу поверить, что доверяю операцию сыну Лютера.

– Мы не доверяем ему операцию, – сухо сказал Александр. – Мы отдаём ему роль приманки, с которой справится даже полный идиот. Единственное, что меня смущает, – как он будет лгать, чтобы ему поверили.

– Легко и просто. Я сказал вам, что хочу к ним внедриться и захватить власть? Они услышат то же самое.

– Ты забыл сказать, что хочешь их уничтожить.

– Хочу ли? – Вернон странно улыбнулся. – Я поступлю по ситуации. Не нравится – не отправляйте меня туда.

– На месте у тебя будет приблизительно два часа, – сухо сказал Александр. – Электронной поддержки не будет никакой, иначе Лютер нас засечёт. Твоя первоочередная задача – выяснить, где Дир. Нам твой отец не скажет даже под пыткой, так что дело только за тобой. Самого Лютера нужно обезвредить немедленно любыми приказами: здесь ты действуешь от имени Совета. Как это сделать, мне объяснять нужно?

– Я знаю.

– Прикажи ему покончить с собой, если до этого дойдёт. По его вине потеряно столько жизней, что нанораствор это допускает.

Таисса похолодела. В её крови тоже был нанораствор. Если Светлые когда-нибудь соберутся поступить с ней таким же образом, им не помешает ничто.

– Он мне не поверит, – откликнулся Вернон. – С таким же успехом я могу сказать, что приказ мне отдал сам император Луны. Даже юная Пирс не сможет провернуть этот блеф.

– Твой отец вполне может оказаться настолько глуп, чтобы допрашивать вас на нейросканере. В этом случае он поверит.

– И умрёт, – задумчиво сказал Вернон. – Как неудобно получится-то.

Таисса потёрла лоб. Одна вещь не давала ей покоя.

– Майлз Лютер тут же устроит допрос, – сказала она. – И как мы не выдадим, что нас послали Светлые?

– Светлые – и послали меня? – насмешливо сказал Вернон. – Отдали мне тебя, не посадили на нас ни одного трекера и доверились сыну Майлза Лютера, мерзавцу и архизлодею? Ты, часом, не повредилась в уме? Впрочем, не отвечай.

– Лютер спросит всё равно.

– Если до этого вопроса вообще дойдёт. Я надеюсь, он будет слишком занят, оплакивая моё печальное грядущее.

– А если дойдёт?

– Пусть тебя это не беспокоит, – властно и уверенно сказал Вернон. – Положись на моё красноречие. В крайнем случае терпи пытки все два часа и молчи про радиацию. Не убьёт же он нас до прилёта Светлых, в конце концов.

Александр сухо хмыкнул:

– Береги Таиссу и не лезь в драку, пока мы не прибудем. Это очевидные вещи.

– А если я не справлюсь, – в тон ему сказал Вернон, – амнистия не поможет: вы найдёте меня везде.

– Можешь даже не сомневаться.

– Мне, конечно же, амнистия даже не светит, – насмешливо сказала Таисса.

– А ты можешь дать нам координаты Тёмных?

– Нет.

– Тогда ты всего лишь помогаешь Вернону. Мы благодарны, но для тебя это ничего не меняет.

Таисса долго смотрела на капсулу на своей ладони.

– Могу снова усыпить тебя уверениями в том, что с тобой ничего не случится и я, такой большой и сильный, не допущу, чтобы с твоей головы упал даже волос, – заметил Вернон. – Увы, лучевая болезнь мне неподвластна.

– Тебе больше не удастся меня обмануть.

Вернон расхохотался так заразно, что улыбнулась даже Лара.

– Пойдём, ребёнок, – отсмеявшись, сказал он. – Глотай и пойдём.

Таисса глубоко вздохнула и положила капсулу в рот. Проглотила.

– Последнее, – холодно окликнул их Александр. – Не рискуйте. Когда я говорю о двух часах, я говорю серьёзно: мы физически не сможем отыскать вас раньше. Не делайте глупостей. Если вы не сможете обезвредить Лютера – не делайте этого. Не пытайтесь спасти Дира – вам достаточно выяснить, где он. Просто доживите до нашего прилёта.

– Конечно, доживём, – легко сказал Вернон. – Не надейтесь.

– Тогда прощайте.

Вернон подхватил потёртый рюкзак, которого Таисса даже не заметила в высокой траве, и, обхватив её за плечи, увлёк за собой по тропинке.

Она не стала вырываться. Зачем?