Глава 9

Под ними мелькнула высокая зубчатая стена. Таисса ожидала услышать звон разбитого окна-бойницы, но вместо этого они зависли напротив каменной плиты, ничем с виду не отличавшейся от остальных, и Тёмный небрежно толкнул её ногой. Небрежно, хотя от такого толчка могла пойти трещинами палуба ракетного крейсера.

Тёмный зев тайного хода открылся перед ними. Выглядел он точь-в-точь как ловушка.

– Здесь нет внешних силовых полей?

– Они привлекли бы внимание при рутинных облётах острова, – коротко сказал Тёмный. – Но главный зал, конечно же, защищён: там его главное убежище, и силовое поле в нём управляется централизованно, с линка Лютера-старшего. Ещё есть… – Он запнулся. – Неважно.

Он выпустил её из рук и легко поклонился, зависнув в воздухе:

– Прошу, миледи.

– Одного я не понимаю, – одними губами сказала Таисса, когда они оказались внутри и её спутник нажал на тайный механизм, возвращая каменную плиту на прежнее место. – Майлз Лютер умён и наверняка замкнул всё управление на себя. Ты не знаешь ни нужных кодов, ни точных локаций баз. Как ты собираешься обрести контроль над его королевством?

– Это было бы сложно сделать даже наследному принцу, – кивнул Тёмный, и его подбородок коснулся её волос. – К счастью, у меня есть план.

– О котором ты мне не расскажешь.

– Ни слова. Теперь молчи.

Не тратя слов, он снова быстро и жёстко схватил её в охапку и ринулся по коридору, безошибочно выбирая нужные повороты в темноте.

Она доверяет ему. Таисса на миг прикрыла глаза. Доверяет.

Хотя он не подтвердил ни одной фразы на нейросканере. Хотя Майлз Лютер не потерпел бы соперника, настолько вовлечённого в его тайны, и приказал бы убить дерзкого мальчишку давным-давно. Хотя никто не показал бы потенциальному сопернику прямой ход в свою спальню – а Майлз Лютер отнюдь не был глуп.

И удастся ли им перелить её кровь Майлзу Лютеру? Таисса полагала, что да, хотя… что же её отец сказал про нанораствор? Он взял у неё образцы, чтобы исследовать их и создать антидот, но это было очень сложно и даже потребовало микрооперации, потому что… почему? Потому что нанораствор разлагался вне крови почти мгновенно, а значит…

Таисса не успела додумать эту мысль. Ход сузился и сделался ниже, и Тёмный жестами показал ей, что дальше нужно лететь, имитируя движение ползком.

Решётка-барельеф, ждущая их в конце лаза, была истинным произведением искусства, достойным того, чтобы вокруг неё толпились туристы в Лувре. Но главным её достоинством было то, что за тройным переплетением золотых листьев, диковинных цветов, перьев и виноградных гроздьев увидеть их самих было невозможно.

Таисса вытянула шею. Перед ними была просторная спальня, которая с виду мало отличалась от будуаров в замках-музеях, где она успела побывать. Вот только к другим спальням не вели сложные ходы, доступные лишь для умеющих летать.

Они были в личных покоях Майлза Лютера.

На кровати спала женщина с короткими волосами; Таисса видела лишь её затылок и выпростанную из-под одеяла руку с гладкой нежной кожей. Окно было распахнуто настежь, и знакомый золотой блеск силового поля бросал едва заметные отсветы на подоконник.

Всё-таки окна были защищены. Стены – нет, но грохот проламываемых стен привлёк бы внимание мгновенно. Как-никак здесь наверняка было полно Тёмных, и они не привыкли миндальничать с грабителями.

В животе Таиссы всё сжалось в клубок. Вот-вот сюда войдёт бодрый и готовый к бою Майлз Лютер и почувствует две Тёмные ауры…

Рядом с ней Тёмный с невозмутимым видом достал двумя пальцами из кармана иглу-дротик. И, едва целясь, выпустил дротик в спящую женщину.

Похоже, она была одной из многочисленных наложниц Майлза Лютера. Пожалуй, даже любимой наложницей, раз уж он разрешил ей остаться на ночь в его постели. Пока что женщина их не почувствовала. Но если она проснётся, наверняка поднимет тревогу.

Игла вошла ей точно в подмышку. Женщина не пошевелилась, Таисса могла лишь надеяться, что её спутник не причинил ей большого вреда и в дротике было лишь снотворное.

Поморщившись, Тёмный оглядел раму и аккуратно поддел ногтями пару невидимых крючков, потом ещё и ещё. Решётка беззвучно вышла из пазов.

Повинуясь жесту своего спутника, Таисса пролетела сквозь открывшееся отверстие и терпеливо подождала, пока он приладит решётку на место. Видимо, он снова воспользовался незаметными глазу крючками и отверстиями, потому что это заняло считаные секунды.

Так же беззвучно он указал ей на дверь в соседнюю комнату. Таисса подплыла к ней, скользнула внутрь – и едва сдержала изумлённый вздох.

Здесь не было ни книжных полок, ни роскошного дубового стола, ни даже ковра на грубом каменном полу. Лишь огромный экран, разбитый на квадраты, и стойка микрофона с встроенным голосовым фильтром. Место для закрытых совещаний и разговоров с глазу на глаз, которые не могли отследить ни Тёмные, ни Светлые. Комната, где отдавали приказы.

Зал, из которого Майлз Лютер управлял своей империей. Наверняка только с уникального линка и через должным образом зашифрованное соединение, так что для Таиссы и Л. эта комната была бесполезна.

Тем более что самого Майлза Лютера здесь не было. Так что они здесь делали?

Таисса повернулась к Тёмному. Его руки скользнули по стене, словно ища что-то, и в следующую секунду узкая каменная плита обернулась стенкой сейфа. Ему понадобились доли секунды, чтобы набрать код; Таисса не успела его запомнить.

Внутри в миниатюрных криоконтейнерах лежали шесть ампул. Совсем крошечных, непрозрачных – но Тёмный глядел на них так, словно в каждой было заключено всё золото мира. Секунда, и одна из ампул оказалась в его кармане, а остальные чуть сдвинулись, закрывая просвет.

Её спутник удовлетворённо кивнул, захлопнул сейф и склонился над линком, отправляя сообщение. Ещё клик, и с его линка улетело ещё одно.

Происходящее нравилось Таиссе всё меньше и меньше. Тем более что выход из кабинета и спальни, как она заметила, был лишь один, и вряд ли он совершенно не охранялся.

Она посмотрела на Тёмного. Он стоял спокойно и молча.

Таисса не выдержала:

– Что ты собираешься делать? Караулить Лютера до следующего вечера?

Тёмный покачал головой:

– Если уж он проснулся, то вряд ли сюда скоро вернётся. А прождать здесь сутки мы не можем, тем более что эту женщину скоро будут искать.

Таисса вздрогнула: он снова активировал голосовой фильтр. Ну естественно, ведь, по его словам, Майлз Лютер знал его слишком хорошо.

– Значит, – спокойно сказала Таисса, – нам нужно вернуться на камни и прождать сутки там. По замку мы ходить не можем, это слишком рискованно.

Тёмный развёл руками:

– Твоя правда. К сожалению, в мои планы это не входит.

– Ты сказал, чтобы я тебе доверилась. – Таисса начала закипать. – Не слишком ли много доверия тебе нужно? Куда ты отправил сообщения?

– Одно – своему контакту среди бывших Тёмных, – невозмутимо сказал Тёмный. – Он должен знать, где ты и что происходит. А второе…

Он помедлил.

– Сейчас здесь появится кое-кто, кого мы оба будем рады видеть. Хотя и по несколько разным причинам.

Глаза Таиссы расширились:

– Ты вызвал Майлза Лютера сюда? И он знает, что его вызвал ты?

Это было не просто дерзко. Это было за гранью безумия.

– Сюда вот-вот ворвётся с десяток Тёмных! Ты понимаешь, что только что сделал?

Он скрестил руки на груди:

– Ты можешь попробовать улететь, но, боюсь, будет уже поздновато. Жди. Я тоже подожду.

– Но как ты обезвредишь нескольких Тёмных сразу?

– Вообще-то я отправил Майлзу Лютеру сообщение, чтобы он пришёл один, – насмешливо сказал Тёмный. – И есть мнение, что он послушается.

У Таиссы отлегло от сердца.

– И почему же?

– Ну, например, потому, что я собираюсь…

Он не договорил.

Тёмная аура необыкновенной силы хлестнула её по нервам, и Таисса впервые в жизни увидела, как десятидюймовая титановая дверь не сминается, не прогибается – опадает кусками серебристой мозаики.

– Ну что ж, – спокойно сказал её спутник. – Доброе утро.

Темноволосый мужчина, стоявший в дверях, был почти точной копией своего сына, только лет на сорок старше и килограммов на двадцать тяжелее. Точнее, Вернон был его копией.

– Хороший подарок, – бросил Майлз Лютер, едва взглянув на Таиссу. – Спасибо.

Тёмный невозмутимо кивнул:

– Да пожалуйста.

Таисса помертвела.

Её спутник повернулся к ней. Холодный взгляд обдал её ледяным презрением.

– Ну, – насмешливо сказал он, – и как я целуюсь? Ты ведь так долго хотела это узнать. Понравилось?

– Ты…

– Именно. Настоящая цель нашей очаровательной переписки была очень простой: заманить тебя в замок, – легко произнёс Тёмный. – Порой это было утомительно, но свои плоды, как видишь, принесло.

Таисса немо смотрела на него.

Нет. Не может быть.

Но это происходило. Он её предал – и привёз Майлзу Лютеру как пленницу и товар.

И она ему поверила. Как глупо. Как чудовищно глупо.

Тёмный повернулся к Лютеру-старшему:

– Думаю, нам есть о чём поговорить.

– Разумеется, – кивнул Майлз Лютер. – Только кинь мне свой линк. И без фокусов. Я пришёл сюда один, но снаружи, как ты понимаешь, ждёт ещё дюжина. Не делай резких движений, или мне придётся сделать вам обоим очень больно куда раньше, чем я рассчитывал. Как, кстати, тебе удалось пробраться сюда незамеченным?

Тёмный только засмеялся, снимая линк.

– Не хочешь сказать сам – не говори, – спокойно сказал Лютер, поймав линк. – Тем хуже для тебя. Я узнаю всё равно.

Майлз Лютер повернулся к Таиссе, и на его запястье блеснул синий огонёк нейросканера.

– У меня есть кое-какие подозрения, и ты их подтвердишь, – сообщил он. – Твой отец жив?

Таисса молчала.

– Жив, – подтвердил он. – Я бы не догадался, но, когда ближе познакомился с твоей очаровательной матерью, решил проследить за её судьбой чуть внимательнее.

Таисса вздрогнула:

– Познакомились? Вы похитили её!

Майлз Лютер засмеялся:

– Скажем так, она меня заинтересовала. И знаешь, что я узнал? Парни, которые нападали на неё, пропали без вести. Все до единого. Не нашли ни одного тела. Твой отец выдал себя. Я так понимаю, гордая Тёмная красавица его бросила и жила безо всякой защиты? Весьма глупый поступок с её стороны, но кто я такой, чтобы понимать женщин? – Он пожал плечами. – Сейчас она в безопасности.

– Ну конечно же, – ядовито сказала Таисса. – В одиночной камере её никто не побеспокоит.

Майлз Лютер расхохотался.

– Я бы преподнёс тебе сюрприз, – отсмеявшись, сказал он, – но, пожалуй, ты его не заслужила. Кстати, как этот парень тебя сюда заманил? Неужели одними поцелуями?

Таисса с каким-то безразличием заметила, что у неё даже не горело лицо. Ей было всё равно. Эмоции просто отключились.

Она пожала плечами:

– Какая разница?

– Я расскажу, – лениво сказал Тёмный. – Я пообещал, что перелью тебе её кровь и в твоей крови новыми красками заиграет нанораствор. Я даже взял с собой красивый сувенирный пакетик с медицинским оборудованием на всякий случай.

Майлз Лютер покачал головой, не отрывая взгляда от нейросканера. Стильный линк стального цвета на его запястье зловеще поблёскивал.

– Как наивно.

– Но сработало на ура. – Тёмный кивнул Таиссе, и глаза в прорези маски были холодны, как ночное море. – Всё кончено, Таисса-глупышка. Но ты ведь уже догадалась, не так ли?

Осознание молнией пронзило Таиссу. Нанораствор разлагался вне тела. Даже чтобы получить образец, люди её отца взяли у неё замороженные образцы сосудов. Переливание крови не помогло бы: нанораствор превратился бы в нанопыль, пройдя через аппаратуру. Но она не была медиком, она почти ничего не знала о свойствах нанораствора: она была уверена, что переливание сработает, раз уж её спутник продумал всё настолько хорошо…

Как, как, как она могла ему поверить…

Ей хотелось рухнуть на пол и застонать. Но позволить себе потерять лицо окончательно Таисса не могла.

Впрочем, это, кажется, никого здесь уже не заботило.

– Что ж, ты молодец, мальчик, – заметил Лютер. – Я не терплю соперников, и тут ты мне здорово помог. Как я понимаю, ты желаешь ко мне присоединиться?

– Желаю, – невозмутимо подтвердил юный Тёмный. – Кроме того, наш разговор меня развлекает.

Майлз Лютер развёл руками:

– Как только ты передашь мне документы. Сам понимаешь, без этого никакого разговора не получится.

– Да ладно вам морочить ему голову, – устало сказала Таисса. – Вы не терпите соперников, вы сами это сказали. Вы убьёте этого парня, как только под пыткой узнаете у него, где документы: он чересчур опасен и изобретателен. А ещё раньше вы избавитесь от меня и моего отца, а заодно и от всех остальных, кто встанет на вашем пути, потому что имена Эйвена Пирса и его дочери слишком уж на слуху среди Тёмных. Я только удивляюсь, что я ещё жива.

– Кстати, об этом. – Юный Тёмный поднял палец. – Эта девочка нужна мне на неопределённый срок, и я требую, чтобы с ней обращались, как со мной. Никаких несчастных случаев, силовых коконов, лишения способностей, пыток и насилия. Она моя.

Майлз Лютер усмехнулся:

– Нет. Кем бы ты ни был, парень, условия ты мне ставить не будешь.

Тёмный вздохнул:

– Я знал, что ты скажешь именно это. – Он мгновенно вскинул руку. – Что ж, пора кончать эту шараду, как бы я ею ни наслажда…

Он осёкся. Рука, уже коснувшаяся маски, вцепилась в горло, и Таисса увидела, как между его пальцами, куда вонзилось невесомое лезвие, течёт кровь. Короткий хрип, и он рухнул без сознания.

Она перевела взгляд на Майлза Лютера: в его пальцах посверкивала небольшая серебряная трубка.

– Кураре, – любезно пояснил он. – Люблю экзотику. Говорил же парню, чтобы не делал резких движений. Не бойся, умереть ему никто не даст. Впрочем, тебе бы этого, наверное, хотелось?

Он обернулся к выходу.

– Уведите девчонку, – отдал он негромкий приказ.

Он шагнул вперёд, наклонился над телом юноши и одним движением содрал с его лица маску.

И отшатнулся.

– Медиков, живо! Сейчас же, чёрт вас всех подери!

Майлз Лютер опустился на пол, осторожно, почти бережно взял безжизненную кисть молодого Тёмного в свои руки, и Таисса наконец увидела его лицо.

И рухнула на колени, зажав рукой рот.

Секунда. Другая.

Высокие скулы, аристократические пальцы, тёмные волосы. Серые глаза были закрыты – но она знала его.

Она уже его видела. Она уже его встречала.

– Л., – едва слышно прошептала она. – Я должна была догадаться.

«Я буду знать, кто ты? Твоё имя, твоё лицо?»

«Да».

Она знала. Теперь она знала.

Хотя отдала бы всё что угодно, чтобы не знать. Чтобы оказаться не здесь. Чтобы не встречать его никогда и не отвечать на самое первое письмо. Чтобы вся их переписка осыпалась пеплом, стёрлась из воспоминаний – навсегда.

Таисса смотрела на него, и перед её глазами вставала каждая их встреча.

– Вернон, – шевельнулись её губы. – Вернон Лютер.

Л. не отправлял своего друга на смерть. Не просил и не требовал, чтобы тот помог Таиссе бежать, не посылал его против лидера варианта «ноль».

Он сделал это сам.

Вернон Лютер. Л.

Так просто.

Она спасла его от неравного боя с Диром. Позволила поцеловать себя – а он взрезал ей артерии, чтобы сбежать. Возможно, ей стоило понять уже тогда.

Но она не поняла. Она совершенно по-глупому влюбилась. И этой ночью…

Таисса прикрыла глаза. Её била дрожь. Теперь каждое совпадение представало перед ней в новом свете.

Единственный сын Майлза Лютера, нового некоронованного короля Тёмных. Принц, которого отец выгнал из дома. Молодой Тёмный, которого она спасла когда-то. Который затем пощадил её в самолёте, спас её в подвале от семи Тёмных, заслужив её доверие, – а потом предал не задумываясь.

Герой их тайной переписки. Тот, кому она поверила все свои тайны. Зачем?

Она инстинктивно подалась ближе, чтобы помочь, чтобы коснуться, проверить пульс, – и отпрянула. Майлз Лютер не даст своему сыну умереть. А она – к чёрту сострадание – она больше не протянет ему руки.

Таисса едва сдержала всхлип. Совсем детский.

Майлз Лютер сказал что-то; она уже не расслышала слов. Секундой позже двое Тёмных, появившихся будто из ниоткуда, подхватили Таиссу под руки, подняли и поволокли прочь. Но она, онемевшая от шока, даже не думала сопротивляться.

Мальчик, который целовал её. Который вспорол ей горло и чуть не дал ейистечь кровью. Но тогда он всего лишь спасал свою шкуру – и знал, что с ней всё будет в порядке. Любой Тёмный воспользовался бы ситуацией так же.

Сейчас же его действиям не было прощения.

Она могла бы догадаться. Она должна была догадаться, кто он и на чьей стороне играет, а не верить каждому его слову. Не терять себя в его объятьях, не приникать к его груди, слушая, как бьётся его сердце, не ловить его шёпот, когда он с такой нежностью произносил её имя. Это всё было ложью.

Вернон предал её ради своего отца. Так же, как она предала Дира ради своего, вот только она спасала отцу жизнь, с головы Дира не упал ни один волос, а что ждёт её…

Неизвестность. Роль приманки, заложницы, игрушки – пока Вернон Лютер и его отец не получат от неё всё, что захотят.

А Светлые её не найдут. О заброшенном замке, затерянном среди скалистых островков за сотни километров от места, где приземлился самолёт, не знал никто.

«Я вытащу тебя откуда угодно. Только не переставай мне верить».

Таисса горько рассмеялась.