Глава 22

Эванджелина

С трудом я разбирала дорогу до покоев отчима. Бежала, скрывалась от воинов в укромных уголках, неважно, на какой стороне те были, а потом вновь бежала вперед, надеясь достичь комнаты, и вытащить маму.

Мы встретились с Ричардом, но он ни единым знаком не дал понять, что я им нужна. Надо было быть слепой, чтобы не замечать намеков Тьяны, быть глухой, чтобы не слышать вздохов Лекси, но молодой дракон от всего отстранился. Он не смотрел на меня, считал виновной во всех бедах и держался подальше, можно сказать, что прогнал, лишь бы я им не мешала.

С одной стороны, я благодарила богов за подаренный шанс, а с другой… люто кляла себя, да и его тоже за молчание.

Могла ли я выступить в свою защиту? Наверное, могла. Даже некромантка, в конце концов, прониклась ко мне симпатией, подумала и приняла мою точку зрения. Ланселот, Деймон и общая обстановка заставили девушку осознать, что у меня просто не было другого выбора.

Но Ричард… Едва тот меня заметил, зрачки его сузились, и черные стальные чешуйки блеснули на рассветном солнце. Он явно не обрадовался мне, злился и с трудом сохранял спокойствие.

Решив их не задерживать, я отказалась следовать за троицей. У ребят собственный путь, связанный с предназначением, вряд ли я могу им помочь, больше буду отвлекать, мешать. Но, боги, как же болело сердце из-за волнения за любимого. И не только за него. Не знаю, что сделала блондинка, но к ней я прониклась искренней любовью, а с Тьяной в самом конце мы подружились и искали утешение в обществе друг друга. Я очень надеялась, что вскоре прибудут их защитники. Они юны, им точно требуется помощь.

В своих мыслях не ошиблась. Когда те ушли, а я медленно побрела до комнаты Оркида, на замок напали. Чтобы там не утверждали хаоситы, но отобранные силы у несчастного народа плохо слушались ваохцев. Их было больше, но они почти не могли тягаться с обученными магами Аридии. Шутка ли? Дарованная магия взращивалась в волшебникене не то что годами, а десятилетиями. Он пестовал ее в себе, увеличивал резерв и обучался на протяжении всей жизни, постепенно привыкая к силе. В Ваохе все было наперекосяк. Жрецы, следуя заветам своего бога, отбирали волшебство у жителей, проводя жестокий ритуал. Носитель лишался волшебства, спасибо, если не погибал, а кто-то из мучителей забирал себе дар, но совершенно не был готов к последствиям. Среди своих они могли кичиться уровнем, но на деле, если нападавший на них был обучен, ничем не могли им противостоять.

Наконец, я смогла зайти в комнату практически без потерь. Меня никто не заметил, настолько бесшумно и острожно я ступала. Мне казалось, что ничего не изменилось, но на мне тут же повисла мама.

– Они забрали ее, – она указывала на кладовку, где я спрятала обездвиженную Кристину.

– А ты? – сразу забеспокоилась, осматривая женщину с головы до ног. – Ты не пострадала?

– Я? – моя мама всплеснула руками. – Нет, Эви. Но подумай, они знали, где эта девушка. Они забрали ее.

– Давай потом, – сейчас меня меньше всего заботила судьба бывшей соседки. – Давай выбираться, – произнесла, а половина храма заходила ходуном, откидывая нас в разные стороны.

Войско Его Величества начало окончательное наступление. Если до этого в замок пробирались разведчики, то вскоре грянет настоящая буря. Будут ли они выяснять, что я помогла кому-то? Я сильно сомневалась.

– Мама! – закричала что есть мочи и потянулась к ней. К счастью, она успела протянуть мне ладонь.

Мы схватились друг за друга. Я перебросила на себя ее руку и повела за собой, избегая встречи с воинами.

– Эви, от всего не остережешься, – шепнул мне на ухо ворон, но я его игнорировала, тупо спускаясь вниз.

В коридорах, на этажах, в других комнатах царил полный бедлам. Хорошо, что матушка покорно следовала за мной, не выказывая никакого сопротивления. Она еле шла, прикрытая серой дырявой робой. Я старалась на нее не смотреть, чтобы меньше испытывать чувство жалости. Это последнее, что нам сейчас нужно. Отовсюду раздавались удары, стены тряслись от взрывов, а под нами пекло из-за пламени драконов.

Их собралось немало на защиту родной страны и принца.

Когда я вконец уверовала в собственные силы, мы оказались перед главным выходом. Где-где, но именно там отчаянно сопротивлялись защитники святилища. Нас они не замечали, а я бочком двинулась мимо всех, пригинаясь, в надежде избежать очередного проклятья.

– И кто у нас здесь? – раздался знакомый голос.

Подняв голову, я гневно закатила глаза. Мы были в одном шаге от свободы, но меня перехватил донельзя злые Бастиан, Милир и Ревенер, отец Ричарда.

Все трое навертели защитные заклинания, готовясь их бросить против предательницы, но внезапно с потолка спустился Ланселот.

– Подождите, – бестелесный дух прикрывал меня с мамой на плече, как бы иронично это ни звучало. – Она не предатель!

– Зачем мы что-то слушаем? – бесился ректор академии, волнуясь за свою супругу.

И я его понимала. Легче обвинить меня во всем, тем более что по всем пунктам я проштрафилась, но…

– Подождите, – взмолилась я, мысленно благодаря призрака за минутный передых. – Умоляю, дайте объясниться.

Прежде чем мужчины дали хоть какой-то знак, очень быстро затараторила заученную речь:

– У меня не было выбора. Моя матушка была у них в плену, – указала на обессиленную женщину, – а меня сдерживала клятва. Умоляю, поверьте. Я могу показать, где сейчас Ричард и остальные. – С надеждой воззрилась на императора.

Тот, как ни странно, не смотрел на меня с враждебностью. Наоборот, подошел поближе и перехватил десу де Алькан.

– Эви, у меня есть только одна причина тебе доверять о которой, возможно, ты когда-нибудь узнаешь. Не подведи меня. – Мужчина подхватил на руки тело удивленной мамы и сразу при мне обернулся драконом, разрушая потолок над собой. Она оказалась в его когтях, и возможно, была в ужасе, но я теперь была абсолютна спокойна за ее благосостояние.

Она спасена. А я… посмотрела на обезумевших от волнения мужчин.

– Ну, что? – подался вперед Бастиан, хватая меня за плечо. – Где они?

– Внизу, – еще до конца не понимала, что происходит. Его Величество не то что не обвинил меня в предательстве, так еще и помог забрать матушку. – Что сейчас было?

Провожала взглядом отлетавшего все дальше и дальше черного внушительного дракона.

– Эви, потом, – отозвался менее эмоциональный Милир. – Ты хотела показать, где ребята.

– Да, сейчас, – встряхнулась, сбрасывая с себя наступившее оцепенение, и устремилась обратно в самую гущу схватки.

Понятия не имею, как у меня получилось практически незаметно пробраться до выхода. Теперь буквально на каждом метре дрались противники, а под потолком сверкали ослепительные вспышки заклинаний. Стены то и дело трескались из-за штурма, а за ними армия Аридии вела сражение со жрецами и поднятыми из земли послушниками. Повсюду раздавался лязг орудий, предсмертные крики и злые проклятия. Видимо, мне и правда благоволила богиня Фейт, по-другому я объяснить свою удачу не могла. Сейчас я вела себя чуть уверенней. Оба мужчины меня прикрывали, сохраняя выражение невозмутимости, а я показывала им дорогу. Ланселот куда-то пропал, а Дэймон прятался за моей спиной, вцепившись в одежду. Волшебные силы у птицы исчезли, и возможность разговаривать мыслеречью тоже.

Спускаясь ниже, я боялась хоть на миг закрыть глаза. Мне было очень страшно, но не за себя. Я не знала, что именно мы повстречаем, оказавшись в подвале. Получилось ли у Ричарда, Тьяны и Лекси побороть Ваоха? Вернуть себе артефакты и спастись? Или, наоборот, мы увидим его безоговорочную победу?

Я бежала, пригиналась, слушалась во всем драконов и продолжала молиться про себя. Но взывала я не к Мире. Она сейчас наверняка занята. Отчаянно просила их мать помочь нам.

– Осторожно! – удержал меня ректор. Пол под нами провалился, и образовалась глубокая расщелина. Упавшие камни унесли с собой несколько хаоситов, готовившихся дать отпор. – Потом отблагодаришь, – прошептал Бастиан, заметив, как я с ужасом открываю и закрываю рот.

Я до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что обе стороны причиняют друг другу боль, что из-за древней ссоры между божественными братьями и сестрами маги и обычные люди убивают друг друга. Мне бы и хотелось быть более жестокой, но я была воспитана в совершенно ином ключе. А проведя некоторое время вблизи ваохцев, чуть лучше понимала их уклад. Они до безумия мечтали о недоступной для них магии, а Ваох пообещал им невозможное.

Через ущелье первым перепрыгнул муж Тьяны и кивнул мне и Милиру. Прикинув свои силы, попятилась назад. Мне не перебраться самостоятельно, но остаться в стороне я просто не могла.

– Если перекину, не испугаешься? – заметил мои волнения дознаватель. – Возможно, будет больно.

– Куда больше, – отмахнулась, припоминая все, что случилось за эти ужасные, нескончаемые сутки.

Так что алый дракон долго не думал. Подхватил меня за талию и с силой кинул своему другу. Я и пикнуть не успела, как оказалась на другой стороне, на самом краю. И опять на помощь пришел Бастиан, подхватив меня за полы рубашки, чтобы я не рухнула на дно возникшей трещины.

– Отлично, – вздохнул порядком уставший преподаватель по боевым заклинаниям. – Нам еще далеко?

– Нет, – замотала головой, указывая путь. – Совсем близко.

Осталось несколько ступеней, а за стеной уже слышались крики знакомых голосов.

Дверь к святилищу Ваоха была снесена. Вблизи нее валялись кости неупокоенных воинов. Судя по всему, они больше не требовались мерзавцам, и их просто развеяли.

Драконы не задержались, первыми откинули мешающие тела и вбежали внутрь. Я же, идиотка, застыла, очень страшась идти вперед.

– Чего же ты ждешь? – пересел мне на плечо нетерпеливый Дэймон.

– Улетай, пожалуйста, – попросила верного фамильяра, но тот только головой покачал.

– Нет, Эви, – как-то горько усмехнулся мой друг. – Если вместе вовсе ввязались, вместе и разгребем.

Он легонько клюнул меня в щеку и захлопал крыльями.

Наверное, я там не нужна. Наверное, я даже могу помешать, но мне так хотелось удостовериться, что все они живы, что у них все получается, сделать невозможное и помочь своими скромными силами, если потребуется… И я решилась. Отыскала в себе остатки потерянной храбрости.

Могла ли я быть готова к увиденному? Вряд ли.

Три молодых человека словно великие воины боролись с уродливым мерзким монстром. Несложно понять, что их противник – это заключенный когда-то в ловушку бог Хаоса. Они были другими, жесткими, могущественными и ненастоящими. У каждого не было зрачков, они и сами выглядели как божества. Я догадалась о замысле Морты, Миры и Гелиоса. Их далекие потомки придавали им сил, а они воспользовались доверчивой молодежью и вершили правосудие их телами.

Бастиан и Милир тоже осознали, что происходит возле алтаря. Взирали с благоговейным ужасом, подняв мечи, но сдерживали порывы влезть в драку.

Все напоминало безжалостную свалку. Сначала мне казалось, что у троицы все получается, пусть и Ваох выглядит куда внушительнее. В отличие от Ричарда, Лекси и Тьяны он мог взлетать, легко уворачивался от брошенных заклинаний и кидался в них своими. Парень и девушки рассыпались в разные стороны и не давали продыху своему врагу.

Где-то за спиной, краем глаза заметила, что помещение наполняется новыми мертвыми воинами. В углу стоял Оркид и с ненавистью всматривался в меня. На его руках блестело хитро выплетенное волшебство. Поняв, откуда идет опасность, драконы, которых я провожала, накинулись на предателя-аристократа и отбивались от нападавших. А я все не шевелилась, внимательно следя за основной схваткой.

На миг полуразрушенная комната озарилась ярким светом. Лекси, в теле которой сейчас царила Мира, выбросила на Ваоха всю свою мощь. Он отлетел к стене, ухнул и уселся вниз, приложив ладони к полу.

– Мне не нужны наследники, чтобы напитываться силой, сестра! – Громко взревел и снова поднялся. – Мне хватает хаоса, который вы здесь сами создаете.

Из пальцев его выпустились длинные фиолетовые волны, оплетая блондинку удушающей сетью. Она захрипела от боли, а потом, мне показалось, что к ней возвращаются зрачки. Богиня покинула девушку, а за все пришлось отвечать несчастной целительнице.

Не понимая, что мной движет, и, вообще, что я сейчас творю, подбежала, перекрывая ее собой. Магия хаосита, встретив препятствие, оборвалась, но тут же нашла новую жертву. Меня. В отличие от Лекси, во мне не было божественной защиты. Мир как-то сразу померк… Но перед этим я услышала знакомый и до боли родной возглас Ричарда:

– Эви, нет!

***

Я озиралась по сторонам, не видя ничего. Повсюду расплывалась тьма, а я будто была подвешена в воздухе. Что-то подсказывало, что смерть ведьмы выглядит по-другому. Хотя я могла и ошибаться. Откуда мне знать, как колдуньи уходят в последний путь?

– Ты же звала меня, девочка, – услышала насмешливый тон. – Почему сейчас молчишь?

Попробовав развернуться, почувствовала себя Ланселотом, постоянно летавшим в пространстве. Махала руками и ногами, сделав полный круг, но все-таки заметила, что где-то там стоит непонятного вида женщина.

Вздохнув и призвав внутреннее терпение, сделала еще одну попытку. К счастью, удачную.

– Кто вы? – наконец-то рассмотрела ее. Не старую, не молодую, но определенно очень мудрую. По ее лицу, как узоры, следовали линии глубоких морщинок. Она была одета в серый балахон, чем-то напоминающий плащи хаоситов, и ее выдавали полностью белые глазные яблоки и посох в когтистой руке. – Фейт?

– Не такая ты и догадливая, – усмехнулась она и милостиво поклонилась. – Я услышала твои молитвы, девочка, так и быть, хочу помочь. Чего ты хочешь?

Перешла она сразу к делу.

– Это проверка? – недоверчиво взглянула на нее. – Ты меня испытываешь?

После всего увиденного в подвале в милость богов как-то не верилось. Зато я отчетливо поняла их подлость.

– Возможно, – согласилась женщина. – Но, считай, что тебе повезло. Я помогу, но единожды. Так чего ты хочешь?

Я задумалась. Сложно сосредоточиться, ощущая себя бестелесным призраком.

– Я умерла? – спросила богиню.

– Еще нет, – нахмурилась Фейт, терпение которой я явно испытывала. – Если хочешь, могу отправить на вечный покой. Как видишь, – она развела руки. – это совсем нестрашно.

Нет, прежде чем туда отправляться, следовало хоть как-то помочь своим друзьям.

– Вмешайся, – отчего-то мой голос изменился и стал писклявым. – Разберись со своими детьми. Разве должны наследники страдать из-за их поведения?

– А за себя ничего не попросишь? – удивилась она. – Я могу вернуть тебя в мир, отправить с матерью подальше от Аридии, дать тебе шанс на нормальное существование…

Предложение было очень заманчивым. Нет-нет, но в мыслях появлялись картинки о моем прошлом, когда не было никакого де Алькана, когда я и мама были бедны словно мыши в поле, но все равно оставались счастливыми. А вслед за этими воспоминаниями появились и другие: о путешествии с Ричардом на Влемеит, о том, как юноша защитил меня от Брая, о наших горячих поцелуях…

По лицу скатилась внезапная слезинка, ярко говорящая, что все-таки в моем теле теплится жизнь.

– Кажется, я все поняла, – у Фейт изменилось выражение, став теплее и дружелюбнее.

Она взмахнула руками, и я вновь провалилась в окутывающую темноту.

***

Ричард/Рифер

В схватке никто из нас не заметил появления посторонних. Гелиос настолько сильно подавлял меня, что я был сосредоточен только на восставшем Ваохе. Сознание поделилось на три ипостаси: бога, мою и моего зверя. Примерно то же самое испытывали Лекси и Тьяна. Сейчас я с трудом соображал, теряясь в закоулках мыслей, перемешавшихся с мыслями Гелиоса.

Мира, сестра, воспользовалась своим даром. Призвала внутренние потоки и ударила по проклятому брату запретным заклинанием. Собрала и с нас отголоски ауры, практически оставила без магического резерва, но выпустила на Ваоха всю мощь.

Все, кто был в зале, с трудом остались на ногах, а мерзкое чудовище отлетело к стене. Я холодно рассмеялся, радуясь ее неожиданному ходу, думал, что у Миры все получилось и мы победили, но… Брат поднялся.

Мы явно его недооценивали. Он долго сидел в заточении, напитываясь хаосом. Смог-таки набраться терпению и придумать, как именно нас одолеть. Распознав фокус богини Жизни, присел и потянул души из своих последователей, следуя ее примеру, но более жестоким способом.

Я не успел на помощь сестре, Ваох с особой злостью душил наследницу, пока Мире не пришлось покинуть ее тело. Наверняка она пожалеет о своих необдуманных действиях. Из-за нее погибнет прекрасная девушка, но жертвы в войне неизбежны. Дети должны были понимать это.

Все бы ничего, но на помощь девушке бросилась ничем не примечательная ведьма. Она закрыла собой блондинку, а хаоситская магия не сразу догадалась перекинуться на нее. Колдуньи изначально дети Ваоха. Все об этом забыли, но боги помнят многое. Колдунья вскоре обмякла.

– Эви, нет! – понял, что сейчас я владею собой, и подбежал поближе, прежде чем меня вновь подавил бы Гелиос.

Эванджелина упала на мои руки и совсем не дышала, почти сразу побледнев, а на губах проявилась синева. Внутри меня что-то оборвалось. Я чувствовал, как в душе беснуется мой предок, но теперь я мог его не пускать. Наступило горькое отчаяние и ненависть, не только к врагу, но и к тем, кто нас долго обманывал.

– Глупцы, доверились магам, – усмехнулся Ваох, удовлетворенно наблюдая за происходящим представлением.

Он потянулся, похрустывая древними костями, распустил свои крылья, и откуда ни возьмись, на него налетел разъяренный черный ворон, целясь в черные глаза и мстя за свою хозяйку.

Пока бог Хаоса отбивался от напавшей на него птицы, обстановка изменилась. Время словно остановилось. Воины, Бастиан, Милир почти не двигались, а воздух вокруг стал разряженным. Цвета стали более блеклыми, температура вокруг понизилась. Теперь и Тьяна с Лекси стали озираться. Их зрачки вернулись, а над ними возвышались фигуры Морты и Миры.

– Хватит! – в самой гуще схватки появилась женщина, взмахнув ладонью и отбрасывая противников в разные стороны. – Вы достаточно меня разочаровали!

– Матушка, – залепетала, кажется Морта, склонившись в поклоне.

Вслед за ней и поклонились остальные, включая виновника всех событий.

Сложно было не догадаться, что это Фейт удостоила нас своим присутствием. Женщина в сером балахоне и с посохом в руках спустилась с постамента и брезгливо огляделась.

– Долго я терпела ваши распри, – она гневно обратилась к своим детям. – Не лезла, ждала, когда вы образумитесь.

– У нас не было другого выбора, – как-то совсем не по божественному шептала Мира.

Сейчас ее голос больше напоминал нашкодившего ребенка.

– Вы сами заключили себя в ловушку, – зло вздохнула Фейт, проходя мимо нее. – Я думала, что вы найдете в себе силы примириться, не будете использовать невинных, но вы не остановились…

– Они пленили меня! – выкрикнул Ваох, с ненавистью смотря на своих родных братьев и сестер.

Они отвечали тем же, сомкнувшись в плотный ряд.

– И за дело, – оборвала его богиня. – Ты столько всего натворил, что заключение могло пойти тебе только на пользу.

– Он мучил своих последователей, – напомнил ей Гелиос, – отбирал магию, недостойно лишал жизни.

– А вы мучили наследников, – съязвила Фейт, мельком взглянув на меня и девчонок. – Они распечатали для вас храмы, освободили, дали вам возможность бороться самостоятельно, но вы их предали. Как после всего вы можете называть себя богами?

Что я, что Тьяна, что Лекси горячо ее поддержали. В жизни не забуду, как стал послушной марионеткой, не в силах контролировать свое тело и помыслы.

Между тем богиня Судьбы продолжила:

– Я решила, – она изогнула бровь, шар в наконечнике посоха загорелся алым светом. Внутри него завихрились молнии, а вокруг все заискрилось. – Я дам вам шанс искупить общие грехи, – тон ее понизился, и в помещении неожиданно подул штормовой ветер. – Временно вы отстраняетесь от своих обязанностей, дети мои. Жаль, что, я была так занята другими проблемами, не уделяя достаточно времени вашему воспитанию. Хватит ли вам пары тысяч лет, пребывая в шкуре смертных?

Она точно не шутила, вглядываясь в лица своих потомков. Я и не ведал, какой силой она владеет. Аридийцы почти не поклонялись ей, доверившись Морте, Гелиосу и Мире. Видимо, зря. Оказалось, что и богам присущи обычные пороки: тщеславие, гордыня и жадность.

Несколько раз постучав об пол, ее дети пропали. Мир снова обрел краску, а время вернулось на круги своя.

К Лекси и Тьяне тут же подбежали Бастиан и Милир. Их противник упал столбом, а тела мертвецов рассыпались в прах.

По потолку побежали трещины, заструился песок и мелкие камни, пол накренился и заходил ходуном.

– Уходите, – грозно сказала Фейт, ничего не поясняя. – Вам больше нечего здесь делать.

Но в отличие от подруг, я это место покидать не собирался. После шока ко мне вновь вернулось отчаяние. Эванджелина умерла, спасая Лекси, да и меня тоже. Я был ничем не лучше Гелиоса. Воспользовался ей, не объяснился, не простил, хотя она не была ни в чем виновата.

Облегчение из-за непонятной победы не приходило. Больше грусть, ярость и желание на ком-то отыграться.

– Ричард, да что ты застыл?! – потянул меня за собой дядя, но я не дал себя увести.

Не мог позволить себе выпустить тело колдуньи.

– Забери ее, – Богиня нагнулась и запечатлела на лбу Эви поцелуй. – Все с ней будет в порядке.