ГЛАВА 18

Эскадра Галактических войск приближалась к цели. Капитаны знали, что Новую Цэмею нужно захватить любой ценой, спасти арменейскую принцессу, а потом уничтожить всех жителей планеты до одного.

В авангарде строя шли эронийские корабли, способные к молниеносной атаке и обороне, в центре находилась тяжелая артиллерия пиритаков, эрлеванские легкоходные линкоры замыкали фланги с двух сторон. В хвосте шли сигарообразные самрийские и румеанские крейсеры. Новая Цэмея тоже готовилась к встрече, собирая вокруг себя тьму кораблей. Властитель не спал уже вторые галактические сутки, чтобы как можно лучше подготовиться к встрече. Подземные заводы планеты работали на износ, перерабатывая ценное сырье, из которого получали топливо и снаряды невероятной мощности.

Ариман Валаруад был мрачнее грозовой тучи. Внешне он оставался холоден, даже резок, но действовал скорее, как запрограммированная машина. Только Шерват знал, что происходило в душе императора. Внутренняя боль разрывала его на части, сводила с ума. Только жажда отмщения все еще сохраняла его разум, и только смерть предводителя вампиров могла принести облегчение. Этот бушующий огонь горел и в сердце Шервата, но он старался сохранять хладнокровие. Главное, что Милена все еще жива.

Уже давно никто не смеялся на корабле, и никто не рисковал отпускать шутки в присутствии командиров. Чувствовали, что не время и не место. Полная сосредоточенность и готовность к бою. Все понимали, на что идут. Никогда еще за последние тысячелетия не намечалось такой грандиозной и жестокой битвы.

Шерват хотел лично голыми руками придушит слейтера, посмевшего тронуть арменейскую принцессу. А потом он поможет ей забыть обо всем. В тот миг, когда его ауры коснулась ее энергия, он упал на колени, схватившись за голову и пытаясь избавиться от наваждения. Он видел два обнаженных тела, слившихся вместе и двигающихся навстречу друг другу. Женщина звала, и он узнал этот голос. Он вошел в тело мужчины, став им. Милена потянулась к нему и прижалась к его губам. Он услышал стон и не сразу понял, что протяжный звук вырвался из его горла. Женщина оторвалась от его губ. Как она смотрела! Ее глаза были наполнены любовью и трепетным огнем. Нежность окутала сердце мужчины, а страсть подчинила его тело, оплетая своими гибкими ветвями. Он уложил ее на постель, а потом рывками входил между ног женщины, а она радостно принимала его, прогибаясь от его ласк. Когда возбуждение достигло апогея, он, не в силах больше сдерживаться, рухнул вниз, увлекая за собой Милену. А потом ослепляющая вспышка и потеря сознания.

Когда он очнулся, тут же позвал принцессу и почувствовал ее эмоциональный отклик. Радость была недолгой и она тут же померкла, стоило ему услышать голоса эронийского императора и Властителя. Тогда он понял причину и ужаснулся, не в силах больше говорить.

И вот сейчас Шервату предоставлялась возможность разделаться с вампиром. Корабли приблизились к планете. Эронийские щиты выдержали первую атаку. Наведенные пушки ударили по вражеским целям, но взрывы растворялись в вакууме. Невидимый экран планеты впитывал энергию. Атака вампиров не заставила себя ждать, и они ударили во второй раз, практически снося их защиту. Эронийский император связался с ним ментально и отдал приказ выдвигаться эрлеванским кораблям с флангов и стрелять в одну цель. Шерват скомандовал линкорам выйти вперед и открыть огонь, но щит планеты не поддавался, а они теряли боевые корабли. Эрлеванский король пытался определить слабое место и так сосредоточился, что почувствовал близость с вампиром. Он двинулся дальше и стал видеть его глазами. Он узнал, где расположены узлы экрана. Если бить по ним, то можно нарушить целостность защиты.

Вампир почувствовал его присутствие и тут же ментально отключил их соединение, но Шервату хватило тех нескольких мгновений, чтобы получить важную информацию. И это сработало. Щит планеты не устоял, пропуская удары. Корабли слейтеров вступили в бой. Как только установки поменяли свое местоположение, щит снова стал непроницаемым.

***

Этот взгляд невозможно было спутать ни с чьим другим. Так смотрел Вальдемар, когда хотел подчинить и лишить воли. Опять один из родственников Властителя, жаждущих получить желанный трон, но сила его взгляда была недостаточной, чтобы оказать на меня влияние. Не надо обладать предвидением, чтобы понять, что ему нужно.

- Не подходи! - предупредила я, выставив вперед руку.

- А то что? - насмешливо послышалось в моей голове.

Вампир сделал шаг вперед.

- Хочешь закончить так же, как принц Дугус? - напомнила я, отступая.

Отростки слейтера нервно вздрогнули, а очередное сотрясение планеты заставило его остановиться. Следующий претендент на трон был явно осведомлен о последних мгновениях незадачливого родственника.

- Смеешь мне угрожать, арменейка? - злобно зашипел голос в голове.

- Что-то мне подсказывает, что ты здесь не ради знакомства, а то бы уже представился.

- Ты права, - черные глаза угрожающе заблестели. - Я не могу упустить такую редкую возможность. Пока этот выскочка сражается, я приберу к своим рукам всю власть. Надеюсь, его прикончат, а нет, так я помогу.

- Немного самонадеянно, - заметила я. - Ты бы сначала убедился в этом, а потом бы уже выступал против него.

- Он идиот, раз думает победить в этой войне. Сотня кораблей против тысячи боевых единиц МОРРА! Носится все со своей идеей о возрождении планеты. Да кому это надо? Пища, свежие эмоции, энергия рабов - вот что нужно моему народу, а он посадил нас на сухой паек и заставил довольствоваться синтетически созданной едой.

- По крайней мере, вы не голодали.

- Ты даже не представляешь, насколько я голоден! И ты станешь первой, кто утолит мой аппетит.

- Ты забываешь, что я все еще твоя Госпожа!

Вампир затрясся от смеха.

- И что же ты сделаешь? Запретишь мне?!

- Могу пообещать тебе не слишком мягкое приземление, но твоей глупой голове все равно ничего не угрожает. Там просто нечему повредиться.

Слейтер угрожающе сверкнул глазами и успел сделать ко мне два шага перед тем, как отлететь к стене. Я хорошо его приложила, долго не очнется, как раз хватит времени, чтобы покинуть эту шрехову планету. А то все время пытаются то прибить ненароком, то выпить все силы.

- Прощай, как там тебя звать?.. Ах да, ты же не соизволил представиться! В общем, надеюсь, больше не увидимся.

Очередное сотрясение планеты напомнило мне, что следует поспешить и покинуть это пристанище вечно голодных монстров. Вальдемар уверен, что я нахожусь там, где он меня оставил, и знает, что мне оттуда не выбраться. Это только на руку. Остальные либо заняты спасением своей драгоценной шкуры, либо находятся на боевых позициях. Нужно выбираться отсюда, как можно скорее, пока есть такая возможность. Я не думала об опасности вне планеты, в данный момент я могла только думать о том, чтобы остановить кровавую бойню, а не о своей жизни.

Но мой путь преградили несколько слейтеров.

- Не спеши, принцесса, - вдруг услышала я за спиной.

От удивления остановилась и обернулась, наблюдая за тем, как только что пришибленный вампир поднимается с пола. А потом в нос ударил едва ощутимый газ, и я почувствовала головокружение и слабость. Я находилась в сознании, но не могла пошевелить и пальцем. Довольный вампир подхватил меня и закинул на плечо. И я впервые за последнее время решилась связаться с Вальдемаром. Он ответил мгновенно.

***

Властитель вампиров выдвинул армии МОРРА ультиматум: эронийский император должен отдать все, что обещал за жизнь принцессы. Старую архивную книгу Арменеи и все последние научные разработки Эронии, включая телепортационную установку новейшей модели, а также свадьба Властителя с арменейской принцессой должна быть письменно признана всеми главами Совета.

Великая галактическая армия проигрывала бой и, чтобы сохранить остатки кораблей, пошла на условия цэмейцев. Были выбраны добровольцы, которые доставят груз на планету слейтеров. Но ящики таили в себе секрет троянского коня: телепорт мог включиться дистанционно и перенести воинов объединенной армии в любой момент. На это и рассчитывал Ариман.

Отправив нескольких эронийских солдат, император вступил в голограммную связь с Властителем вампиров, обговаривая условия доставки груза, но в какой-то момент почувствовал энергию Милены и угрожавшую ей опасность. Вампир отключился без объяснений. Лорд Ариман переглянулся с Шерватом. Они едва дождались момента, когда «троянский конь» был доставлен на планету и, недолго думая, переместились туда с отрядом самых сильных бойцов.

Расчистив ангар от слейтеров, воины рассредоточились и принялись выполнять задание - минировать важные объекты. Как только принцесса будет спасена, они взорвут гаденышей ко всем шрехам!

***

Эта сволочь воспользовалась моей беззащитностью и, неся меня на плече, принялась медленно потягивать мою энергию, как коктейль из трубочки, от удовольствия сверкая глазами.

- Вкуссссная, - слышала я, пытаясь изловчиться и дать ему коленом в грудь. Но где там, я едва могла повернуть голову.

От мысли втянуть его энергию в себя, чтобы как-то защититься, меня даже передернуло. Уж лучше потерплю.

- Ты куда меня несешь? - задала я вопрос не слишком вежливо. - Предупреждаю: твой Властитель уже в курсе, что ты меня украл.

- Надо же, это только упрощает мне задачу.

- И что ты сделаешь? Все стражники на стороне Властителя, ты едва ли дойдешь до конца коридора, как они схватят тебя.

- Стал бы я так рисковать, - мысленно загоготал принц, - вся армия уже давно подкуплена. У Вальдемара осталась кучка верных псов. Что они могут сделать мне, будущему императору Новой Цэмеи?

Странное затишье настораживало. Уже давно я не слышала взрывов, а нас так и не остановили. Вампир беспрепятственно шел по коридору, неся на себе мою тушку. И как я поняла, притащил он меня в командный центр планеты. Я приподняла голову и осмотрелась. Вальдемар в окружении нескольких полукровок был взят под стражу, но держался спокойно, словно ничего не происходило.

- Так и знал, что это твоя затея, Рамас! После Дугуса по старшинству идешь ты...

- И как тебе братец, когда перед тобой не преклоняются?

- Я удивлен, как хорошо ты подготовлен.

Принц довольно расслабился. Я все думала, когда меня отпустят, а то как-то неудобно, когда ко мне все передом повернуты и, кажется, меня услышали. Рамас опустил меня на пол, придерживая за талию и не отпуская. Он грубо рванул меня за волосы, приближая к себе. На мгновение глаза Вальдемара приобрели зловещий блеск.

- Только вот не понимаю, зачем ты сюда еду притащил, - произнес мой "второй" муж.

- Хорошим надо делиться, а то несправедливо как-то получается.

- Как раз этим я сейчас и занимался, пока ты не вмешался. Эта женщина - моя, тебе, Рамас, я найду лучшую пищу.

Тот затрясся так, что мне показалось: сейчас меня уронят.

- Думаешь, я поверю, что тебе безразлична эта арменейка? Из-за нее ты втянул нас в войну. Правда, я не рассчитывал, что ты ее выиграешь, но все складывается, как нельзя лучше. А что касается еды, я выберу ее по своему вкусу, и эта принцесса вполне подойдет на первое время.

Я все недоумевала, почему Вальдемар не может повлиять на свою стражу, а потом пригляделась и увидела у каждого солдата на голове обруч. Ментально он никак не мог подчинить их. Кто же принцу подсобил эти устройства?

Хрустнули кости на пальцах Властителя. Он повел плечами и медленно из-под одежды стали появляться щупальца. В ледяных глазах я прочла для принца смертельный приговор. Несмотря на то, что рядом с Вальдемаром находились только три верных стражника, выглядел Властитель очень устрашающе. Невольно солдаты сделали шаг назад, пряча глаза.

- Трусы, - припечатал их Рамас и, приложив к моей голове пистолет, предупредил:

- Без глупостей иначе твоя малышка может лишиться своей милой головки! Жаль будет портить такую редкую красоту.

Не думала, что Вальдемар поведется, но его это остановило. Он замедлился, обдумывая ситуацию.

- У тебя есть только один вариант: отказаться от престола.

Вдруг я почувствовала близость с эронийским императором. Неужели он смог проникнуть на планету? Мои ощущения тут же передались Вальдемару. Он решил отвлечь внимание принца.

- Одно дело получить корону и совсем другое ее удержать. У нашего отца более ста сыновей и тридцать семь дочерей. Я единственный, кто сдерживал их жажду власти. Неужели ты рассчитываешь удержаться на троне?

- Я не такой глупый, как ты, Вальдемар. Уже сейчас большая половина из них делает свой последний вдох.

Не думала, что вампиры бледнеют.

- Что ты наделал?! - вскричал Вальдемар, теряя на миг контроль.

- То, на что у тебя не хватило мозгов. Избавился от проблемы. Кстати, в хрониках будет записано твое имя, и я уже предчувствую, что оно станет синонимом братоубийства. От одного только упоминания его, истинных сыновей Цэмеи будет бросать в дрожь, а прекрасные дочери станут трепетать от ужаса и пугать твоим именем детей. Я же буду записан, как освободитель своего народа от тирана.

И в этот момент раздался взрыв. Дверная панель отлетела в сторону, а в сером дыму я смогла рассмотреть лица эронийцев и эрлеванцев, среди которых тут же узнала Аримана, рядом с которым находился Гавин.

Видя, что перевес сил пошел не в его сторону, Рамас приказал солдатам защищать его, а тем временем стал двигаться к другому выходу. Я уловила мысли Вальдемара и поняла, что там находится сеть туннелей, ведущих к ангару. Принц пытался сбежать, но перед этим все же выстрелил в Вальдемара, ранив его. Мною он ловко прикрывался, зная, что напавший враг не станет рисковать жизнью своей императрицы.

Прыгнув в капсулу, он дернул меня за руку - и мы с огромной скоростью понеслись по туннелю. В след я только слышала яростные крики мужчин.

Мы оказались в ангаре. Слейтер тащил меня за собой, сломив все мои попытки к сопротивлению, а так как я была еще обессилена, то не могла даже оттолкнуть его, надеясь, что устроенная за нами погоня успеет меня спасти.

Перед тем как взойти на маленький корабль, вампир бросил несколько круглых бомб, которые покатились в разные стороны. Усмехнувшись, принц открыл люк, как сзади нас раздались слова Вальдемара:

- А как же насчет того, чтобы попрощаться с братом?

Рамас повернулся. За спиной цэмейского Властителя остановилось несколько шлюпок, из которых стали выпрыгивать хараты, а вместе с ними мой муж.

- Ты уже не сможешь меня остановить, и не забывай, что в моих руках арменейка, - сказал принц и потащил меня за собой.

В моей голове пронеслись мысли цэмейского принца о подрыве всей планеты, переданные случайно в состоянии возбуждения. Те бомбы, что он бросил, обладали замедленным действием и скоро готовы были рвануть.

Вальдемар среагировал моментально и бросился вперед за нами. Я прочитала на его лице мрачную решимость. Его щупальца оплели мое тело и с силой вырвали из рук Рамаса, никак не ожидавшего такого исхода. Он отгородил меня своим телом от Рамаса и одним ударом обезвредил его. Вальдемар обернулся - и я встретилась с его взглядом и прочитала в нем сожаление, печаль, а на губах его промелькнула ободряющая улыбка и быстро погасла.

- Уведи ее, - обратился он к Ариману. Тот молча кивнул и активировал телепорт.

Я закричала и подалась назад, но Ариман крепко держал меня в объятиях. Я уже знала, что задумал Властитель вампиров. А дальше все, как в замедленной съемке. Мое лицо обдало силой взрыва и опалило кожу. Я же видела перед собой глаза Вальдемара, он не боялся смерти и не отрывал от меня прощального взгляда, пока огонь не поглотил его, и тогда мое тело пронзила такая боль, сравнимая лишь с тем, как тысяча лезвий острейших кинжалов вонзаются в твое сердце. Я истошно закричала, протягивая руки к Вальдемару, ослепленная и оглушенная многочисленными последовавшими взрывами.

Картина сменилась на обстановку эронийского корабля. Я никак не могла смириться со смертью цэмейца. Я бездумно смотрела на молчаливых Аримана и Шервата, ошеломленных жертвой вампира, едва держась на ногах и чувствуя, как все расплывается перед глазами.

Планета монстров исчезла из созвездия Персея. Новая Цэмея была уничтожена навсегда так же, как когда-то была уничтожена Медуза Горгона - чудовище, способное повелевать взглядом и превращать живое в камень.

Цэмейский народ потерял своего Властителя и, как позже стало известно, что и других претендентов на престол. Из королевской ветви осталось несколько прямых наследников. Они признали поражение, и галактическая армия не стала уничтожать выживших.

По праву трон Властительницы перешел ко мне, но я была не в том состоянии, чтобы принять его, я отказалась от престола. Среди аристократии за власть начались распри, что загоняло простой народ в еще большую нищету. Советом МОРРА было единогласно принято ограничить перемещение вампиров, создать резервацию из нескольких станций и временно назначить правителя среди них. Выбор пал на молодого принца-полукровку по имени Домират ди Моруа, который охотно стал сотрудничать с Советом.

Ариман и Шерват старались отвлечь меня от горестных мыслей. Несмотря на ненависть к вампиру, его уничтожение тоже сказалось на них. Энергетически они были обесточены на долгое время и пребывали не в лучшем настроении. Чтобы не ранить мои чувства, они даже прекратили враждовать между собой, что не могло не радовать меня.

Народы галактик ликовали по поводу установления мира во Вселенной, а Эрония радовалась возвращению своей правительницы. В день нашего прибытия жители планеты вышли встречать нас с цветами, был устроен великий праздник в честь победы над вампирской расой. Постепенно моменты прошедших ужасных событий теряли свою остроту, я научилась жить с глухой болью в сердце. Жизнь продолжалась, и то ощущение потери, что поселилось в моем сердце после смерти Вальдемара, притупилось, но так и не исчезло до конца. Все, что осталось мне от вампира - это браслет, выполненный из темного металла. А временами мне казалось, что я снова слышу его голос, вижу его последний взгляд, брошенный на меня. Я даже ощущала его присутствие, чувствовала его запах и энергию. В эти мгновения мне казалось, что я медленно схожу с ума.

Самое странное, что с того дня, как погиб Вальдемар, я никак не могла восстановить свои силы. Сколько бы ни впитывала энергии, все равно сильно уставала. Часто кружилась голова и чтобы отдохнуть, мне требовалось больше времени. Ариман первый заметил мое недомогание и решил, что я до сих пор не могу прийти в себя. Он взял меня в морское путешествие, чтобы я немного развеялась, но мое состояние только ухудшилось. Меня так укачало на волнах, что даже вытошнило в море. Ариман не на шутку испугался, заметив, как позеленело мое лицо, и нам пришлось в срочном порядке вернуться во дворец.

- Милена, я позову врача, а ты пока приляг на постель.

Он отправил слугу за эронийским врачом. Я послушно выполнила то, о чем попросил меня муж, слабо улыбнувшись ему. А он все держал меня за руку, хмурясь и не отпуская.

- Не надо так беспокоиться обо мне. Я чувствую себя намного лучше.

- И все же пусть тебя осмотрит доктор, так мне будет спокойнее.

- Ты же знаешь причину моего недомогания.

- Если бы я что-то мог изменить… - Ариман вдруг смолк, охваченный воспоминаниями.

- Теперь уже ничего не изменить.

- Если доктор позволит, может, тебе какое-то время пожить на Арменее? Там ты сможешь быстрее окрепнуть и набраться сил.

Я улыбнулась мужу.

- Хочешь избавиться от меня? - пошутила я, но тут же поблагодарила его за заботу.

Вскоре пришел врач, и Ариман уступил ему свое место. Встав у изголовья, он молча наблюдал за манипуляциями доктора. Тот заглянул в мои глаза, недовольно поцокал языком, потом сосредоточенно прослушал мой пульс и взял слюну на анализ. Но как только электронное устройство запищало, передав на панель данные, он расслабился и радостно сообщил:

- Нет никаких причин для беспокойства и даже более того, я хочу сообщить Вашему Величеству, что императрица беременна. Это чудесная новость для всего эронийского народа!

Но император не испытал радости. С каменным выражением лица он поблагодарил недоумевающего доктора и быстро избавился от него, выпроводив за дверь. В комнате повисла напряженная тишина. Сцепив руки, я сидела на кровати, откинувшись на подушки, и с удвоенным вниманием разглядывала узоры на платье. Наверное, внешне я выглядела очень спокойной, словно уже знала ответ доктора. Где-то в глубине души я догадывалась, что могла забеременеть, только вот не хотела в это верить.

- Мы избавимся от этого ребенка, - наконец услышала я мужа.

Подняв глаза, я пыталась осознать только что произнесенные чудовищные слова.

- Я не ослышалась?! Ты предлагаешь избавиться от дитя? Ты даже мысли не допускаешь, что это может быть твой ребенок?

Ариман отвернулся к окну, напряженно сведя руки за спиной.

- У нас еще будут дети. Если провести операцию на раннем сроке, то последствий не будет.

Я все еще находилась в шоке. Бабушка предупреждала меня о предательстве близкого существа, но даже после всего услышанного я не могла поверить, что Ариман способен так со мной поступить.

Сжав кулаки настолько сильно, что ногти впились в кожу, я ответила:

- А ты спросил меня, хочу ли я этого?

Ариман резко обернулся, вглядываясь в мои злые глаза, на которые уже наворачивались слезы.

- Ты хочешь сказать, что желаешь этого ребенка? - не веря, произнес он. - Тот монстр принудил тебя лечь с ним в постель, а ты хочешь родить от него? - он почти срывался на крик.

- Это ни в чем неповинное дитя, даже если оно и было зачато от насилия.

- Опомнись, Милена! Подумай, кем он станет, когда вырастет?! Этот ребенок - чудовище!

- Наверное, тебе виднее. Ты уже все для себя решил и за всех нас.

Ариман преодолел расстояние в несколько шагов и, сев напротив меня, взял мои руки в свои. Его тон изменился, стал мягче, но он продолжил с той же убедительностью:

- Милена, пойми, что этот ребенок станет вечным напоминанием о том кошмаре, что ты пережила. Я не стану тебя ни в чем винить. Избавившись от последствий, мы начнем все сначала.

Я закрыла глаза, вспоминая последние слова из разговора с Элем. Мне понадобится все мое мужество, чтобы пройти через это испытание.

- Я никогда не дам согласия на это, - твердо ответила я и наткнулась на мрачный сверлящий взгляд мужа.

- И ты ведь понимаешь, что я никогда не признаю его своим? - он поднялся, окатив меня сверху холодом.

Это был болезненный удар, но я его выдержала. Ничего не ответила я мужу. В тот момент я старалась не думать о последствиях своего выбора, иначе просто не выдержала бы, но и поступить по-другому моя сущность мне бы не позволила. Убить невинную жизнь у меня не поднялась бы рука, даже мысли такой не возникло. Для любой арменейки жизнь священна и имеет свою огромную ценность. Ее тело - это храм, вместилище для духа. Единение с ребенком настолько крепкое, что мысль разрушить его уже сама по себе является кощунством. И эта связь будет с каждым днем только расти.

Я не стала обвинять Аримана в изменчивости его обещаний, даже несмотря на заверения, произнесенные им, когда я находилась в плену. Судьба испытывала наши чувства на прочность и, если мне суждено потерять мужа из-за своего решения, что ж, так тому и быть, на то воля Богини.

Ариман оставил меня наедине со своими горестными мыслями, а я даже выплакаться, как следует, не могла, настолько чувствовала себя слабой и подавленной. Все последующие дни я чувствовала повышенный всплеск эмоций. Ребенок давал о себе знать и требовал внимания. Раньше я думала, что схожу с ума, ощущая силу Вальдемара, но как оказалось, тому потом нашлось разумное объяснение. Энергия Властителя вампиров перетекла в новую форму, обрела свое продолжение, и Ариман каким-то образом это почувствовал.

Со мной связался Шерват, который вынужден был посетить свою планету и устроить почести погибшим воинам. Он беспокоился о том, что эронийский император не шел на контакт.

- Что происходит, Милена?

Я замерла, пытаясь сохранить спокойствие и обдумывая, что сказать. Двойное предательство я не переживу.

- Ты молчишь, значит что-то серьезное, - ответил за меня Шерват. - Если не знаешь, что сказать, то скажи правду. Горькая она или нет, все же она лучше любой хорошей лжи.

- Я беременна, Шерват, - произнесла я, ожидая обвинений.

Но эрлеванский король повел себя совсем не так, как я думала. Он выдохнул с облегчением. Не могу сказать, что он обрадовался, но его эмоции определенно не были наполнены гневом. Может, он не догадывается, кто истинный отец ребенка?

От волнения я открылась на несколько бридов, которых хватило, чтобы понять мои опасения.

- Для меня это не имеет значения, - тут же спокойно ответил Шерват, прочитав мои мысли. - Я так понимаю, что Ариман тоже об этом знает?

- Да, - ответила я, не в силах сдержать судорожный всхлип.

Не понимаю, почему в последнее время не могу сдержать эмоции. Сейчас мне бы радоваться, а я опять плачу, плачу от счастья и облегчения.

- Мила, дождись меня. Не уверен, что Ариман захочет меня принять или говорить со мной, но я обязательно добьюсь встречи с ним. От моей армии мало что осталось, но мне есть, что предоставить эронийскому императору.

- О чем ты, Шерват? - напряглась я.

- Ты все узнаешь. Сейчас тебе не стоит волноваться. Я чувствую, у тебя упадок сил. Восстанавливайся и не думай ни о чем плохом, я не намерен причинить вред Ариману.

Слова Шервата меня немного успокоили. Прикоснувшись к все еще плоскому животу, я стала поглаживать его, чувствуя волнение плода. Он очень чутко реагировал на мои эмоции.

- Все у нас будет хорошо, - заверила я малыша, не испытывая при этом полной уверенности, но от произнесенных вслух мыслей становилось как-то легче на душе, проще в это верилось. - Я больше не стану тебя расстраивать и не буду грустить по твоему отцу. Из-за этого я теряю слишком много энергии, в которой ты сейчас так нуждаешься. Я стану больше заботиться о своем здоровье, чтобы ты вырос сильным. Будем надеяться, что Шервату удастся поговорить с Ариманом, может, он сможет повлиять на него.

В ожидании эрлеванца я больше времени проводила с единственным верным другом. Никто не препятствовал нашим встречам. Гавин отличился при битве в созвездии Персея и был повышен с простого солдата до звания младшего офицера. Он часто навещал меня в свободное от учебы время, и мы долго гуляли возле моря. Видя мою усталость и временами подавленное состояние, он старался, как мог, отвлекая меня от грустных мыслей.

Император был настолько занят, что даже не навещал меня, и как я не старалась, не могла улыбаться другу, но я искренне радовалась его успехам. Гавин же ни словом не обмолвился о моем пребывании на Цэмее, словно мы и не расставались. Со временем его жизнелюбие передалось и мне, я стала приходить в себя. Его дружеская поддержка и истории о полетах, рассказанные с таким увлечением, совместные прогулки на свежем воздухе подействовали на меня положительно. Теперь я шла рядом, не опираясь на руку друга. Силы медленно, но возвращались.

Ариман продолжал игнорировать меня и все, что я делаю. Я была вольна делать все, что захочу. Раз он не хочет видеть меня, то и я не стану навязываться. Я дала себе обещание больше не переживать по этому поводу, но все равно было больно осознавать такое безразличие. Раньше я бы все отдала, чтобы иметь свободу действий, но получив ее, не испытала никакой радости.

Вернувшись с очередной прогулки, я вдруг почувствовала энергетическую близость с Шерватом. Слуги подтвердили, что эрлеванский король нанес визит императору. Почему он не сообщил мне об этом? Нарушив данное самой себе обещание, не искать встречи с императором, я все же вошла в его кабинет.

Двое мужчин молча мерили друг друга яростными взглядами. Заметив меня, они, как по команде, успокоились.

- Надеюсь, я вам не помешала?

- О чем ты, Милена? Мы как раз говорили о тебе, - улыбнулся теплой улыбкой Шерват. - Я пытался доказать Его Величеству, что воздух Арменеи пойдет тебе на пользу.

Я устремила пытливый взгляд на Аримана.

- Она не покинет Эронию без моего разрешения, - мрачно произнес император, так и не встретившись со мной глазами.

- Это решать не только тебе, - тут же решительно ответил Шерват. - И ты сам понимаешь, что Милене воздух родной планеты пойдет на пользу. Так она быстрее восстановит свои силы.

Ариман, наконец, посмотрел на меня. Я знала, как выгляжу. Зеркало не скрывало мое осунувшееся лицо, темные круги под глазами и проявившуюся худобу, когда я каждое утро смотрелась в него.

Что-то изменилось в лице императора, но он тут же отвернулся к окну. А я замерла, ожидая, что он скажет.

- Тогда я думаю, ей лучше отправиться прямо сейчас, - холодно ответил Ариман, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

А я подумала, что испытывая боль в груди каждый день, начинаешь привыкать к ней. Видя перед собой императора, я чувствовала между нами огромную пропасть. Что закричи я изо всех сил, на противоположном крае все равно не услышат. Меня отсылали, и сколько я пробуду в отдалении от мужа, я не знала. Я боялась, что пропасть между нами к концу моей ссылки станет непреодолимой.

Шерват подошел ко мне, чтобы увести. Бросив долгий взгляд на Аримана, я так и не дождалась его возражений. Развернувшись, я молча вышла за харатом.

Когда за закрытой дверью раздался грохот, я вздрогнула и остановилась, но Шерват обнял меня за плечи, успокаивая, и мягко подтолкнул следовать за ним.