Глава 35

Леди Берс ушла, через некоторое время вернулась, чтобы отдать хрустальный флакончик, внутри которого плескалась тёмная жидкость, похожая на вино.

Она не сказала ни слова. Лишь кивнула. Мол, вы знаете, что делать и когда.

Так я и осталась сидеть на постели, сжимая в руке маленькую запретную тайну. Смерть, заключённую в двух глотках.

Тёмное зелье плескалось внутри, густое, как смола, и холодное даже сквозь нагретый теплом моей ладони хрусталь.

Я спрятала его на груди, в специальном потайном кармашке корсажа, который когда-то придумала мать для тайных писем.

Теперь здесь — смерть. Или новая жизнь. Смотря для кого.

Вира вошла бесшумно, как тень, неся поднос с лёгким ужином. Поставила на столик, поправила подушки, зажгла свечи. В её движениях была та особая почтительность, которой она не выказывала раньше.

— Вы скоро станете нашей госпожой, — тихо сказала она, не глядя на меня. — Все будут склоняться перед вами. Даже надменный лорд Бэллас.

— Ты так уверена? — спросила я, наблюдая за ней.

— Браслет выбрал вас, — Вира кивнула на мою руку. — Это знак. Лорд Каэлин… он не ошибся. Я видела, как он смотрит на вас. Как дракон на своё сокровище, здесь это многое значит.

Я усмехнулась, но усмешка вышла горькой. Сокровище. Да. Которое можно выбросить, когда надоест.

В дверь постучали, и вошла незнакомая женщина — высокая, седая, с глазами цвета расплавленного золота.

Целительница. Я узнала по белому плащу с вышитыми на нём драконьими крыльями.

— Принцесса Анна, — поклонилась она. — Я должна осмотреть вас. Для отчёта Совету.

Я позволила. Что мне оставалось?

Она долго слушала моё сердце, щупала пульс, смотрела на браслет, водила над ним руками, и её глаза становились всё задумчивее. Наконец, отступила.

— Браслет лжёт вам, ваше высочество, — сказала она просто. — Он навевает видения.

Я замерла.

— Что вы такое говорите?

— Он не показывает будущее. Он показывает ваши страхи. Самые глубокие, самые потаённые. То, чего вы боитесь больше всего. Ваши сны, вам же снятся сны, не так ли, ваше высочество? Они не имеют ничего общего с пророчествами. Это всё ваши страхи, умноженные магией артефакта.

У меня перехватило дыхание. Откуда она узнала про сон? Я никому не рассказывал его.

Значит, Каэлин не убьёт моих родителей? Ричард не женится на другой? А то, что я слышала от Маргариты…

— А слова лорда Каэлина? — вырвалось у меня. — О том, что я умру после родов, если так будет нужно?

Вырвалось само собой, но я о том не пожалела. Пусть Каэлину донесут, что я знаю его мысли.

Целительница покачала головой.

— Я не ведаю о том, что вы слышали, ваше высочество. Но знаю одно: лорд Каэлин приказал мне любой ценой сохранить вас и ребёнка. Он сказал: «Если она умрёт, я сожгу полмира». Это не слова человека, не слова мужчины, который ждёт смерти возможной матери своего ребёнка.

Я смотрела на неё не веря. Слишком много лжи. Слишком много правды. Где истина?

Целительницу подослал Каэлин, чтобы усыпить мои подозрения. Или проверить, как многое мне известно.

— И ещё, — добавила целительница, уже у дверей. — Ваша подруга, леди Маргарита, мне передали сказать вам, сама предложила себя лорду Бэлласу. В тот же день, когда вы с лордом Каэлином поднимались на гору. Она сказала, что если вы будете долго болеть, драконы смогут забраковать вас по древнему обычаю. И тогда она займёт ваше место. Из-за древности своего рода она имеет на то право.

Я похолодела.

Значит, Маргарита готовила предательство ещё до того, как я получила письмо от матери.

Значит, всё, что она написала мне — ложь? Или часть лжи?

У меня шла кругом голова: кому верить? Или снова никому, но как тогда жить?!

— По этому же обычаю, — продолжила целительница, — вас могут вернуть домой. Если Совет признает вас слишком слабой для продолжения рода. Но лорд Каэлин против этого.

Она ушла, оставив меня в полном смятении.

А через час Вира доложила, что явился Бэллас и просит об аудиенции.

Он вошёл без приглашения, не дожидаясь ответа служанки. нагло, криво усмехаясь. Леди Берс хотела его остановить, но он отмахнулся, как от мухи.

— Принцесса Анна, — поклонился он, но в поклоне не было почтения. Лишь усталое ожидание, когда лишние уши покинут гостиную. — Я пришёл предложить вам союз.

Я молчала, глядя на него.

— Вы не хотите этого брака с моим кузеном. Я не хочу этого брака для своего кузена. Мы можем помочь друг другу. Во время свадебной церемонии, когда вас спросят, согласны ли вы, — скажите «нет». Сошлитесь на болезнь. На слабость. На нежелание. Я и мои сторонники поддержим вас. По древнему обычаю, если невеста отказывается, её возвращают домой. Вы будете свободны от клятвы, данной через вас, но не вами.

Я смотрела в его светлые, фанатичные глаза и видела в них только одно: желание уничтожить Каэлина. Использовать меня как оружие против кузена.

Власть разъединяет близких по крови сильнее, чем дальних.

— А Маргарита, моя подруга? — спросила я. — Она тоже ваш союзник?

— Маргарита будет моей женой, — усмехнулся он. — И сделает всё, что я скажу. Она больше не принадлежит вашей свите, ваше высочество. И да, это последняя протянутая вам мной рука помощи, ваше высочество.

Он ушёл, оставив меня с новым выбором.

Я осталась одна.

Солнце село, за окнами сгустились сумерки.

До побега оставалось два часа.

Ларс ждал. Надина была готова. Леди Берс молилась в молельне.

А я сидела, сжимая флакон с зельем, и думала.

Браслет показывал страхи.

Значит, Каэлин, возможно, не лгал.

Целительница сказала, что он хочет меня спасти. Бэллас предлагал лёгкий путь — отказ, возвращение домой. Маргарита… Маргарита предала меня задолго до сегодняшнего дня.

Кому верить?

Я посмотрела на флакон. Тёмное зелье плескалось внутри, обещая свободу от возможного ребёнка.

Если я выпью его сейчас, до побега, то уйду чистой. Свободной от него. Если оставлю — значит, принимаю свою судьбу здесь.

Рука дрогнула.

Я поднесла флакон к губам.

Холодное стекло коснулось губ.

Один глоток — и всё кончено.

Никаких уз. Никакой крови. Никакого драконьего наследника.

Но в ушах звучал голос целительницы: «Если она умрёт, я сожгу полмира».

Что, если это правда? Что, если он действительно…

Если я стану не миротворицей, но причиной новой войны?

Я замерла, не в силах сделать глоток.

Перед глазами стоял Каэлин — не тот, кто почти насиловал меня сегодня, чтобы получить наследника, чтобы оставить меня себе, а тот, что нёс на руках из лабиринта.

Тот, что дарил лилию. Тот, чьи глаза горели золотом, когда он смотрел на меня.

— Будь ты проклят, — прошептала я и убрала флакон.

Не сейчас. Не так.

Сначала — побег. Сначала — свобода. А там видно будет.

Там, если судьба выведет меня, то я избавлюсь от прошлого позора.

Я встала, оделась в тёмное, спрятала волосы под капюшон. Надина ждала у двери.

— Пора, ваше высочество.

Я кивнула, бросив последний взгляд на оранжевую лилию. Она всё ещё цвела, не увядая.

— Прощай, — шепнула я цветку. И вышла в ночь.