Глава 6. Разговор про план

— Дэлис, ты хорошо запомнила, что надо сделать? — чуть ли не по слогам проговаривала принцесса, обращаясь к застывшей за ее спиной статуей глубоко сомнения служанке.

— Да, госпожа. — обреченно ответила та, приложив ладошки к груди. Сомнение витало вокруг ее фигуры понурым призраком.

— Отлично. — Вив внимательно осмотрела в зеркале свою высокую прическу и, решив, что справа будут не лишними еще пару шпилек, потянулась к маленькой розовой шкатулочке.

— Но, если вы позволите мне поделиться своими соображалками, — попыталась Дэлис, — То я скажу, что вся эта затея мне совершенно не по нраву. Попахивает крималином.

— Тогда я отказываю тебе в праве делиться своими соображениями, —невнятно произнесла принцесса. Две шпильки она успела зажать зубами, а третьей уверенно закалывала непослушную прядь. — И при чем здесь кринолин?

— Не кринолин, а крималин. То есть то, что нарушает установленные правила и порядочки.

Вив скосила глаза на служанку.

— Криминал.

— Я так и сказала. — ничуть не смутилась Дэлис.

Дочь Пурпурного короля закрепила в волосах еще одну шпильку. Она знала, что могла в любой момент получить незамедлительную помощь своей служанки, но годы опыта давали ясно понять, что лучше сделать все самой. Во всяком случае риск лишиться части волос или же полностью облысеть в молодом возрасте существенно снижался.

А при нанесении макияжа с помощью мастерства Дэлис можно было смело прослыть кривобровой, косой и до неприличия жаждущей блесток принцессой.

Потому волнения ее высочества, связанные с предстоящей операцией, были вполне понятны. Однако в целом замке она не могла бы положиться ни на кого другого. Остальные мигом бы побежали докладывать все Тиколину.

Закончив с прической, Вивьен поправила на шее колье с драгоценными камнями, прошлась кисточкой по в меру пухлым губам, нанесла на запястье пару капель духов из королевства Шань, и, наконец, удовлетворившись полученным результатом, встала с мягкого белоснежного пуфика.

— Вы такая красавица, ваше высочество, — совершенно искренне воскликнула Дэлис и радостно захлопала в ладоши. — В целом мире лучше вас принцессы не сыскать!

Девушка всем сердцем обожала свою госпожу. Считала ту самой прекрасной из всех живших когда-то и ныне существующих принцесс. И с ней было сложно не согласиться.

Вивьен называли драгоценным изумрудом Пурпурного дворца, намекая на большие слегка раскосые глаза, в которых, со слов влюбленных воздыхателей, можно было утонуть с улыбкой на губах.

Другая принцесса, получая такого рода комплименты, давно бы возгордилась и возвела себя на трон самолюбования, веля поданным поклоняться и петь в ее честь. Но Вив была иной.

Конечно, как и любой другой девушке, ей было приятно слышать слова восхищения и чуть ли не ежедневно получать комплименты от поклонников. У нее даже имелся целый список песен, посвященных ее изящному стану. Однако принцесса с легкостью отмахивалась от подобных даров, не считая их чем-то по-настоящему значимым. Или хоть сколько-то важным.

Она не желала остаться в памяти своего народа в качестве просто красивой принцессы. Напротив, ее подобная участь искренне расстраивала.

Отдать ей должное, Вивьен приложила немало сил, чтобы титул Красивая принцесса достался не ей, а ее подруге из соседнего королевства, принцессе Фредерике.

Вив очень боялась, что та не захочет забрать титул себе нечестным путем. Чего доброго, оскорбиться и пожелает разорвать их давнюю дружбу. Потому в тот вечер она чрезвычайно осторожно подбирала слова и выдохнула с большим облегчением, когда, не успев закончить, услышала из уст подруги:

— Я согласна! Надо еще подписать соглашение о неразглашении! Мой юрист немедленно подготовит все необходимые бумаги!

Больше всего, кажется, тогда огорчилась Дэлис. Она до сих пор, если вдруг всплывало имя Фредерики, которую теперь только и называли не иначе, как Красивой, бубнила себе под нос, что титул заслужила вовсе не принцесса Оранжевого двора, а ее госпожа. И что голоса были сфубориковшаны и всячески подтасованы.

— Дэлис, — Вив приходилось опускаться до совершенно не красящего принцесс негодующего шипения, — Прекрати немедленно. Мы же договорились, что про тот случай мы больше не вспоминаем.

— А я ничего и не помню, — обиженно бухтела в ответ служанка, взбивая подушки на широкой постели принцессы.

— Итак, — ее высочество остановилась напротив своей верной помощницы и внимательно посмотрела той в глаза, — Давай еще раз по пунктам повторим наш план, хорошо? Малейшая ошибка лишит меня шанса попасть в Мрачный замок, а другая возможность вряд ли вскоре представится.

— Так, может, он вам и не нужен? Зачем вам ехать к Мрачному принцу, когда к вам вон сколько красивущих принцев понаехало! Их тут тьма! Берите любого, они от счастья помрут.

— Дэлис, я туда еду не ради самого принца, ты же знаешь. И мы это не раз с тобой обсуждали. — терпению принцессы Вив могли позавидовать многие служители храма Кристальной тишины. Она с легкостью могла бы сколотить целое состояние на одних только обучающих уроках по выдержке и самоконтролю.

— Да, но вы разве не знаете, как оно бывает в сказках? Если принц и принцесса долгое время находятся рядышком … То они волей-неволей начинают смотреть друг на дружку. Смотрят, смотрят, смотрят, а потом раз, и их бьет обухом любви по головам.

— Я не собираюсь ни в кого влюбляться.

— Вы, может, и не влюбитесь. А он? Ему-то деваться некуда. — Дэлис была убеждена, что не родился еще тот принц, который не влюбится в пурпурную принцессу. — Да он, как вас увидит, сразу голову потеряет, госпожа. Не захочет выпускать вас из своего мрачного убежища. И вы… — голос служанки дрогнул, — Превратитесь в мрачную принцессу. — ее губы задрожали, — Что тогда прикажете делать вашей бедной Дэлис? Мне до конца дней придется ходить в черном и постоянно красить волосы в черный цвет. Краски не напасешься. Жуть, жуть.

— Дэлис, ты же знаешь, что твои волосы с самого рождения черного цвета, правда? — изящно приподняв бровь, уточнила принцесса.

— Недостаточно для полноценной мрачности, — пояснила служанка.

— Ладно, забудь. Но, если я правильно поняла, то, ты хочешь сказать, что, если я вдруг стану мрачной принцессой, ты все равно последуешь за мной? — на губах Вивьен появилась озорная улыбка.

— Конечно, госпожа. Куда ж я денусь. Куда вы, туда и я.

Вот именно за верность и искренность ее высочество была готова прощать своей помощнице все остальные огрехи. А их было много. Очень и очень много, если быть до конца честными. Доверьтесь своему автору, он знает, о чем говорит.

— Дэлис, ты такая милая. Но давай, пожалуйста, сосредоточимся и пройдемся по нашему плану. Итак, что тебе следует сделать и в какой момент?