Глава 8. Праздник в честь дня рождения принцессы Вивьен

Стоило принцессе Вивьен спуститься по широкой парадной лестнице, как к ней тут же бурной рекой ринулись с поздравлениями гости. Принцы кружили вокруг именинницы, словно пираньи, почуявшие аппетитную жертву.

Мрачный принц не знал, почему ему на ум пришло вдруг определение «аппетитной», но в сотый раз пройдясь взглядом по фигуре девушки, он вынужден был мрачно признать, что все же – знал.

Виновница торжества выбрала платье нежного персикового цвета, которое чрезвычайно удачно помогало собравшимся любоваться всеми плавными изгибами ее совершенного тела.

Кто-то мог бы посоветовать Вивьен увлечься овощными салатами и сбросить парочку лишних килограмм, но такое могли высказать лишь упомянутые ранее злые языки.

Каждый мужчина в зале был сражен в самое сердце при ее появлении и мечтал поймать хотя бы мимолетный взгляд принцессы. Улыбка и вовсе считалась крайне ценным даром.

Мрачный не относил себя ко всякого рода наивным глупцам. Он прекрасно понимал, что его нахождение в здешнем цветастом обществе – ошибка.

Он нисколько не сомневался, что Вивьен даже не взглянет на него. Да и сам он совершенно не был заинтересован в ее внимании. Во всяком случае - так он себя убеждал. Однако сей разумный образ мыслей никоим образом не мешал ему украдкой наблюдать за девушкой.

Подмечать ее изящные манеры, ловить каждый поворот очаровательной головы и презрительно усмехаться, наблюдая как она удостаивает очередного не проклятого принца светским разговором, приправленным чарующей улыбкой.

Вскоре рядом с именинницей замаячил и его друг. Ну или тот, кто был им когда-то. Когда-то - несколько лет назад.

Тогда они вдвоем, смеясь, спорили, кому достанется самая красивая принцесса всех королевств. И сейчас, наблюдая за Ульрихом и Вивьен, Эдвард мрачно подмечал, что они неплохо смотрелись бы вместе. В ту же секунду, как он об этом подумал, девушка звонко рассмеялась в ответ на какие-то слова его знакомого, и проклятый залпом осушил очередной кубок вина. А затем вновь подозвал бледнеющего слугу.

Ему нет до них никакого дела. Он видит эту принцессу в первый и последний раз в своей жизни. Он проклят, а втягивать невинную девушку в свой мрачный мирок идет в противовес его принципам. Да и сам от этого совсем не хочет. Он дал себе слово, что его проклятие никому не навредит, помимо него самого. Так честнее всего. Точка.

Мрачный поднял взгляд к люстре, чье количество хрустальных пластин грозилось ослепить само солнце, но Эдвард не испугался подобной участи. Он мысленно пожелал своему другу счастья, снова поднес тяжелый кубок к губам и, к счастью, не успел сделать новый глоток, когда услышал рядом с собой приятный женский голос, сказавший:

— Доброго вечера, ваше мрачнейшее высочество.

Его глаза опустились вниз и застыли на прелестном лице. Что-то дернулось в мрачном капкане его души, но темноты было слишком много, чтобы разглядеть наверняка.

Мрачная улыбка скользнула на его губы, от которых он предусмотрительно отодвинул бокал. Принц учтиво кивнул в ответ и сказал:

— Добрый вечер, ваше высочество.

Любой другой принц на его месте рассыпался бы в благодарностях, оттого что имел честь получить приглашение на столь знаменательный праздник. А после обсыпал бы изменницу комплиментами. Сотнями комплиментов.

Но вся эта обходительная любезность теперь не входила в список его достоинств, отчего проклятый лишь небрежно заметил:

— Кто-то из ваших гонцов ошибся и доставил мне приглашение на ваше торжество. Пришлось приехать.