Глава 11. Коробочка с приглашениями

Мрачный принц тщетно пытался отыскать взглядом часы. В главном зале для торжеств Пурпурного дворца, где все ежесекундно ослепляло своим великолепием и вычурностью, они не были предусмотрены, дабы радость затмевала всякие ненужные думы и люди теряли счет времени, ощущая себя вечными пленниками счастья.

Юноша направился к ближайшему окну, совсем как хмурый узник, стремящийся глотнуть свежего воздуха.

Люди, стоявшие у него на пути, предпочитали испаряться, как дым или прятаться, как мыши от кота, но принц не замечал активного бегства окружающих, погрузившись в собственные мрачные мысли.

С некоторой мрачной радостью он отметил, что уже вечереет. И этот факт был единственной радостью, которую он мог позволить себе в этот день.

Терпеть пурпурный цвет, от которого вот-вот начнут кровоточить глаза, осталось не так уж долго.

Как только он окажется дома, объявит в замке неделю тишины, покоя и полного отсутствия цвета. Мир должен будет искупить грехи за эту пытку пурпуром. Правда, последний пункт был явно лишним, учитывая цветовую гамму его жилища, которая была не менее мрачной и однообразной, чем его нынешнее настроение.

Вернувшись к знакомой стене, он безразлично оглядел комнату. Он делал вид, будто совершенно не заинтересован в происходящем, а на самом деле сканировал каждый уголок, как охотник, выслеживающий добычу.

В этом жесте скрывался интерес, который мрачный пытался скрыть даже от самого себя. Считая его постыдным грехом.

Наконец, его темные глаза нашли, то что столь усердно искали.

На какое-то время именинница полностью исчезла из его поля зрения. И это вызвало в его груди непонятное чувство, которое он изо всех сил старался подавить. Даже под пытками он бы не признался, что украдкой наблюдал за девушкой, словно неожиданно стал вуайеристом или сталкером.

Он же мрачный принц - ему не до принцесс и всякого такого. Он должен быть сильным, независимым, исключительно мрачным и одиноким, как волк на лесной тропе.

Проклятие накладывало определенный отпечаток на его поведение. Как смирительная рубашка, скрывающая истинную сущность. Это были не просто правила, которым он должен был следовать. Это было нечто большее, чем просто ограничения.

Проклятие меняло саму суть того, на кого было направлено, в зависимости от того, как оно звучало.

Ведь Эдвард, например, не всегда был мрачным. Мрачность была навязана ему. Далеко не всегда он мог припомнить те времена, когда на его лице сияла искренняя улыбка.

Он помнил, кем он был. Но не помнил каким он был до проклятия. Его прежняя жизнь была окутана густым туманом. Его характер в большинстве своем остался прежним, но это была скорее тень его прежнего «я». Каждая черта теперь была любовно отшлифована мраком, как меч, отполированный тьмой до блеска.

И помимо того, что он не помнил каким он был… он не помнил ещё кое-что, какую-то важную деталь, затерявшуюся в глубинах его разума. Но что именно это было - сказать было сложно. Как если бы он пытался вспомнить давно забытый сон.

— Принцесса желает сказать! — неожиданно со всей торжественностью, будто даже в речь здесь вплетали ненавистный пурпур, объявил глашатай.

Принцесса Вивьен, как бабочка, выпорхнувшая из кокона, чарующе и немного смущённо улыбаясь, поднялась на небольшой помост. В руке она держала бокал шампанского.

— Для начала я бы хотела поблагодарить вас всех за то, что нашли время и почтили своим присутствием мой скромный день рождения. Я искренне рада видеть сегодня каждого из вас.

Послышались аплодисменты, благодарности из толпы и засахаренные комплименты в адрес именинницы, напоминающие пчел, нашедших мед.

Мрачный лишь мрачно хмыкнул, все так же подпирая стену.

Он единственный, кто не подошел ближе к помосту. Все остальные окружили принцессу кольцом, тогда как он не сдвинулся ни на шаг, демонстрируя тем самым свое полное безразличие к происходящему.

Если бы он не был проклят, о нем могли бы сказать, что он не шелохнулся из-за своей невоспитанности. И обвинили бы его во всех смертных грехах, а так он был всего лишь мрачным принцем, с которого нечего взять.

Принцы в зале решили, что пришло время произнести тосты, и каждый старался выставить предыдущего гостя в дурном свете. Затмить соперника пышным кружевом слов, словно соревнуясь в красноречии на ристалище.

Единственным, не проронившим ни слова, снова остался наш знакомый мрачный принц. Но все тактично приняли мрачные правила, восприняв его молчание как должное, и сделали вид, что он полностью слился со стеной. Особенно этому был рад король, который уже послал Тиколина за семейным амулетом, защищающим от проклятий, так как подозревал, что без него праздник обернется катастрофой.

За пять поколений амулет ни разу не дал сбоя. Гарантия распространялась на восемь поколений. Что не могло не радовать монарха. Который, надо заметить, был порой склонен к излишней панике.

— Я так взволнована сегодняшним торжеством. Так тронута вашими добрыми словами и пожеланиями, что подумала… Почему бы нам не открыть шкатулку с приглашениями сегодня?!