Глава 30

Окружающая действительность ошеломляет. Краски невероятно яркие. Сияющее солнце, огромный бирюзовый океан, пляж с розовым песком, насыщенно-желтые и темно-красные дюны до горизонта. В небе плывет прекрасное серебристое создание. Это воздушный элементаль. Из моря выныривает огромный синий дракон и выпускает фонтан воды из ноздрей. Я громко смеюсь от восторга. Оставаться у кромки воды опасно, но волны так манят, что я невольно замираю. Внезапно песок начинает бурлить. Одна за другой из него вырываются вспышки пламени. Это гнездо огненных драконов. Пляж становится смертельной ловушкой. Приближающееся пламя мгновенно испепеляет все живое, а следующая за ним мать семейства считает чужака угрозой для выводка и собирается прикончить на месте. Жить мне остается всего лишь несколько мгновений. Затаившаяся внутри горечь напоминает, что спасать меня некому, но я все равно кричу, что есть сил: – Помогите! Воздух начинает дрожать. Из пустоты раздается незнакомый голос: – Иди ко мне! Я следую по проложенной тропе, и пространство вокруг изменяется. Краски словно выцветают, звуки становятся приглушенными. Вокруг серо-коричневая пустыня с редкими островками колючек. На песке рядом с невысоким каменным домом сидит худой загорелый мальчишка с растрепанными волосами. В черных глазах искрится веселье: – Привет! Давай дружить? Я неуверенно улыбаюсь в ответ и падаю на землю. В доме жарко, но меня сотрясает озноб. Мальчишка тащит в комнату такого же худого и загорелого старика: – Дедушка, что с ним такое? – Откуда он тут взялся? – Я его привел. Это мой новый друг. Старик вздыхает: – Джафи, я ведь просил тебя не касаться магии, когда меня нет рядом. – Но ему было плохо! Он звал на помощь, я не мог его бросить! – Твой новый друг – джинн. Надо бы вернуть его домой, но он потерял слишком много сил. В одиночку вряд ли выживет, мир магии слишком опасен. – Дедушка, давай оставим его. Пусть живет с нами. – В нашем мире для него слишком мало магии. – Давай я с ним поделюсь. Ты же все время говоришь, что у меня магии слишком много. – Да, на мою седую голову. Поделиться с ним ты не сможешь, но вот если создать небольшой карман… Старик задумчиво смотрит на меня. – Какой карман, дедушка? – Место, где он сможет восстановить силы. Нужна основа. Старик оглядывает комнату и берет со столика масляную лампу. – Да вот хотя бы эта. Иди сюда, Джафи. Сосредоточься… Старик поворачивается ко мне: – Не переживай, малыш. Мы о тебе позаботимся. Продержись еще немного. Из последних сил я говорю: – Меня зовут Башир… По крыше барабанит дождь. Джафир старательно водит кисточкой по бумаге, пока я кружусь по комнате. Налетавшись, я приземляюсь около друга и смотрю на лист, испещренный пятнами и закорючками. – Что это? – Ты и я. – Похоже! Давай играть? Джафи морщит нос: – Дедушка строго запретил использовать магию, пока он не разберется с нашим дождем. Сказал, тут его уже лет сто не было. Я заговорщицки шепчу: – Тогда пошли в лампу? Там мы можем делать все, что хотим. Друг радостно кивает и протягивает мне руку. Мы исчезаем в лампе… Острые пики гор закрывают горизонт. Подросший Джафир весело смеётся: – Водопад внутри лампы? Ну ты даешь! Почему тогда не океан? Я фыркаю в ответ: – Отличная мысль! Только на океан у нас сейчас сил не хватит, потому что кое-кто полностью выложился в этом горном туннеле. Неправильный из тебя чернокнижник. – А из тебя джинн неправильный – вместо того, чтобы сокровища копить, ты только свою лампу обустраиваешь. – Это и есть мои сокровища! Так ты поможешь с водопадом? – Конечно! Идем… Окна в магической лаборатории зашторены, внутри царит полумрак. Взрослый Джафир мрачно смотрит на меня: – Это моя ошибка, мне и разбираться. Я пойду один. Этот разговор далеко не первый, все аргументы изложены много раз, но мой друг остается глух к голосу здравого смысла. – Ладно, пойдешь один, я просто рядом постою. – Нет, Баши. Ты не сможешь не вмешаться. Прошу тебя, позволь мне решить все самому. – Я ей не доверяю. – Я тоже. – С каких это пор? Джафир невесело усмехается: – В итоге я все-таки разглядел суть той, которую опрометчиво считал возлюбленной. Ей от меня нужны были только запретные знания. По моей глупости они попали к ней в руки. Мне и исправлять ошибку. Судя по выражению лица, его не переспоришь. Я неохотно уступаю: – Ладно. Я буду в лампе, но если ты до вечера не явишься, разнесу весь этот континент, так что изволь поторопиться. На лице Джафира появляется слабая улыбка: – Прошу тебя смирить твой нрав, о грозный джинн. – Ни за что и никогда, – привычно фыркаю я в ответ и исчезаю в лампе. Внутри лампы скромная старая хижина, точная копия той, где Джафи с дедом когда-то жили, давно сменилась роскошным дворцом. Вокруг него цветет ухоженный сад. Я долго брожу по песчаным дорожкам, не в силах успокоиться. Наконец, проходит достаточное время. Подгоняемый тревогой, я спешу выйти, но ничего не получается. После многочисленных попыток, обессилев, я понимаю, что заперт. Из уютного дома лампа превратилась в тюрьму… Ветер несет по дорожке обрывки мусора. От наших построек почти ничего не осталось. В приступе гнева я разнес большую часть дворца. Сад зарос бурьяном, а в итоге засох. И строить заново, и разрушать мне одинаково надоело. Магия лампы постепенно истощается. Теперь я по большей части провожу время в грезах, том состоянии, что заменяет джиннам сон. Внезапно все содрогается, и меня выбрасывает наружу. Я оказываюсь в незнакомой комнате. Полы, стены и даже окна покрыты сетью пентаграмм. Напротив стоит незнакомый старикашка. Пытаюсь найти друга, но не могу почувствовать даже малейших следов. – Где Джафир? – Джафир? Так вот кому ты принадлежал! Его давно уже нет. Теперь ты служишь мне. Меня переполняет ненависть. Я собираюсь обрушить на наглеца самые ужасные муки, но ничего не могу сделать. Магия мне не подчиняется. Старикашка изрекает: – Я хочу, чтобы ты разрушил башню Гасана Тощего. Сопротивляться я не могу, но вижу лазейку. Цежу сквозь зубы: – Как пожелает мой господин. Я разваливаю башню Гасана вместе с землей, на которой она стоит, и возвращаюсь к старику. Успеваю увидеть ошеломление на его лице, когда случившееся землетрясение доходит до его дома, и меня втягивает обратно в лампу… Следующий зов снова застает меня врасплох. Я успел много раз пожалеть о том, что расправился с наглым чернокнижником прежде, чем смог что-то узнать. Новый хозяин на мага совсем не похож, да и вокруг не дом, а какие-то развалины. – Чего желает мой господин? – вкрадчиво спрашиваю я. Тому явно не по себе, но он перебарывает порыв отшвырнуть лампу. Я шепчу искушающим голосом: – Могу дать все, что ты захочешь – золото, женщин, силу. Только скажи. В глазах человека вспыхивают искры жадности, я с надеждой жду, но через мгновение он качает головой: – Нет, я не настолько хитроумен, чтобы пытаться совладать с джинном. Зато я знаю того, кто заплатит за тебя огромные деньги. За время дороги я еще много раз пытаюсь уговорить вора, но он остается глух к моим посулам. Наша связь, пусть и незавершенная, дает мне возможность беседовать с ним, однако в своем нежелании иметь со мной дело он непреклонен. Зато теперь я могу выходить наружу. За прошедшие столетия мир изменился. Джинны, драконы и элементали исчезли, а маги измельчали. Никаких зацепок, чтобы разобраться, куда исчез Джафир, и кто наложил на лампу печати, превратившие меня в узника и раба. Новый хозяин – богатый сноб. При продаже он не касается лампы, что лишает меня возможности с ним общаться. Вскоре я понимаю, что никто не собирается загадывать желания, и мне снова предстоит провести годы в ожидании следующей возможности выбраться из лампы. Но все случается куда скорее. Вокруг снова магическая лаборатория, а на меня с восторгом и ужасом таращится высокий худой парень в дорогой одежде. – Чего желает мой господин? – елейным тоном спрашиваю я. – Я принц Гастон. Я склоняюсь в поклоне: – Для меня высокая честь служить вам. Кажется, наконец повезло найти подходящего глупца. Теперь от свободы меня отделяют всего лишь три желания.