Глава 20

Бармалей

Сердце хуярит в ребра. Ощущаю на висках липкий холодный пот.

Несколько секунд (или минут?) тупо смотрю в темноту своей спальни и никак не могу к ней привыкнуть. Как слепой сейчас.

Сажусь и усердно тру грудину. Сердце даже не собирается успокаиваться.

Это просто сон. Ебучий сон. Но каждый раз, как первый. Всё слишком реально. До сих пор. Разве память не должна со временем сгладить острые углы? Смазать лица? Мои, блядь, ощущения?

Самое херовое в этом сне то, что я не знаю, когда именно он снова с ноги завалится ко мне среди ночи. Не знаю, что именно его провоцирует.

Всё же было хорошо. Даже новость Шпионки о приезде ее матери ничего не испортила. Да, неслабо удивила. Всё это дополнительный гемор, но с ним можно справиться. То, как Шпионка перепугано смотрела на меня, бледнела, пока рассказывала о своей матери даже позабавило меня. Такая она иногда смешная и… Честная? Да. Честная, чистая, искренняя. Как ей удается лавировать между мной и Куницыным — загадка. Наверное, Шпионка и вправду та еще отличница. Если за что-то берется, то явно рассчитывает получить только высший балл.

Я лег спать на редкость рано и вот во сне снова происходит это блядство. Когда-то случившееся в реале.

Отбрасываю в сторону одеяло. Душно. Опять тру ладонью грудную клетку. Ебанное сердце никак не хочет угомониться.

Пот на висках и спине сохнет. Становится холодно.

В полутьме нахожу джинсы и футболку. Натягиваю их и слепо шарю рукой по прикроватной тумбочке. Не хочу включать свет. Нахожу пачку сигарет, зажигалку и телефон. Забираю всё с собой и спускаюсь вниз.

Мне нужно двигаться. Нужно чем-то занять свои мысли, чтобы наконец-то начало отпускать.

За окном немилосердно воет ветер. Его звук кое-как перебивает включенный электрочайник. Из освещения включаю на минимум только подсветку. Закуриваю и начинаю рыться по ящикам в поисках кофе.

Рядом с электрочайником стоит целая кофемашина. Капсул для нее дохуя и больше. Светлана тут за всем следит. Но я привык по старинке. Обычного быстрорастворимого мне достаточно. А капсулы — это уже скорей по Валькиной части. Он эту лабуду любит.

Нахожу, сыплю в чашку две чайные ложки и стряхиваю пепел с сигареты в раковину. Снова зажимаю ее зубами и заливаю кофе кипятком.

Замечаю боковым зрением какое-то непонятное шевеление за дверью. Она стеклянная, хорошо видно любую тень.

На секунду кажется, что у меня уже начались галлюцинации на фоне этого ебаного сна. Но нет. Мне везет. Это просто Шпионка.

— Выходи, я тебя уже засек, — заявляю и ставлю чайник на место.

Несколько секунд ничего не происходит, затем Шпионка бесшумно и аккуратно так заходит на кухню. Почти как кошка.

— Извини, — тихо бормочет.

Бросаю в сторону Шпионки быстрый взгляд. Ее светлые волосы пусть и спутанные сейчас, но какие-то всё равно… красивые? Блестящие. Она всё еще одета в свою дурацкую огромную футболку.

Серёг, а в чем выйти-то сюда должна была? Голая что ли?

От этой мысли в ширинке становится тесно. Моментально, блядь.

То, что Шпионка, девка красивая, я еще прекрасно уяснил в первую нашу встречу. Но реакция у меня на нее какая-то… слишком острая. Сначала ведь действительно подумал, что шпионку мне подсунуть хотят. Не поверил ей. Вообще. Потом всё перевернулось на сто восемьдесят градусов. Пошатало меня на этих качелях крепко.

Откуда я мог знать, что вот такая девочка мне в руки попала? Нет, по взгляду сразу заметил, что не прожженная, но списал на то, что намеренно мне такую подсунули. Чтобы меньше подозрений возникло. А оно всё взаправду.

По-хорошему гнать ее надо взашей. Хорошо гнать, чтобы неповадно было. Так и пытался ведь. А Шпионка снова и снова у меня перед носом возникала. А теперь уже небезопасно ее гнать. Пока игру не закончим, тут будет.

— Так не за что, вроде, тебя извинят, — возвращаюсь к своему кофе, помешиваю его ложкой.

— Я просто… Крик услышала. Подумала, может, мне просто приснилось? Решила спуститься и проверить.

Еще крепче зажимаю сигарету. Почти прокусываю насквозь фильтр. Смотрю на черную кофейную воронку, которую сам же и закрутил.

Тоже подумал, что приснился собственный крик. Похоже, что нет.

— Это был я. Так что я должен извиняться.

Перехватываю двумя пальцами сигарету, выпускаю дым и тушу ее под краном. Выбрасываю в мусорное ведро и споласкиваю руки.

— С вами… То есть, с тобой всё хорошо? — голос Шпионки абсолютно серьезный. Я бы даже сказал, каплю взволнованный.

Снова смотрю на нее и пиздец как хочется улыбнуться. Ну вот такая у меня на нее теперь реакция. В злого Бармалея мы поиграли. Не помогло. Теперь… Просто не играю, если не учитывать наши фиктивные отношения.

Шпионка ловит мою эту почти прорвавшуюся на поверхность улыбку и хмурится.

— Разве я сказала что-то смешное?

Теперь мне хочется заржать. В голосину. Не потому, что Шпионка кажется мне идеальным объектом для издевательств. Я же по-доброму и без задней мысли.

— Кофе хочешь? — вместо прямого ответа задаю встречный вопрос.

— А можно чай?

— Садись, — киваю на обеденный стол позади себя.

Не помню, когда я в последний раз кому-то делал чай. По-моему, никогда. Такая незначительная херня, но мозг всё равно за нее зацепился.

Впрочем, почему бы и нет?

Хотел отвлечься, Серёга? Ну валяй.

Ставлю перед Шпионкой большую чашку с чаем и зачем-то лезу в холодильник за сладким. Светлана и здесь всё держит под контролем. Не домработница, а сокровище.

Сладкое я люблю и могу спокойно сожрать полпачки шоколада ночью. А что насчет Шпионки? Она вся такая тонкая и стройная. Думаю, от природы. Но, может, диеты какие-то соблюдает? Какая там придурь сейчас ходит среди девочек ее возраста?

— Будешь? — выкладываю на стол всё сладкое, что нарыл в холодильнике.

Шпионка придвигается поближе к столу, скользит заинтересованным взглядом по ярким упаковкам. Уверенно кивает и тянется за маленьким батончиком с шоколадом и орехами.

Я молча усаживаюсь рядом. Отхлебываю кофе и вскрываю пачку с зефиром в шоколаде.

Жуем.

Меня понемногу начинает отпускать. То, что нужно. В такие моменты мне остро необходимо ощущение нормальности и маломальского уюта. Тут ни вискарь не поможет, ни водка. Наоборот, любой алкоголь только сделает еще хуже. Разворотит злоебучую рану, которую я пытаюсь залечивать вот уже… сколько лет? Дохуя.

Снова хочется курить. Пока щелкаю зажигалкой, невольно наблюдаю за тем, как Шпионка облизывает подушечку большого пальца, случайно испачкавшую в шоколаде.

Я знаю, что ее зовут Эдита. Но мне проще даже в мыслях называть ее Шпионкой. Это помогает удерживать дистанцию. Не выходить за рамки. А они есть даже у меня. Но глаза заснуть в жопу не могу. Смотрю и смотрю.

Закусываю горький дым сладким зефиром и поливаю всё это сверху горьким кофе.

Я никогда и ни с кем не обсуждал то, что случилось. Даже следак добиться от меня ничего не сумел. Лучше будет, если всё так и останется. Но у меня стойкое впечатление, что когда-нибудь просто поеду крышей.

О таком не говорят с малознакомыми людьми. Тем более с девушками. Тем более с теми девушками, с которыми ты так или иначе работаешь. Хотя не скрою, хотелось бы не только поработать, но это уже лютый пиздец будет. Шпионка такая девочка, что ей впору ходить под ручку с сопляком типа племянника Куницына. Возраст один, внешность у него поприятней. А я должен трахать совсем других баб. Тех, которые знают правила игры и не проскальзывают по ночам на кухню, чтобы узнать, что же со мной там случилось.

Замечаю, что Шпионка тоже на меня посматривает. Лет мне будет побольше, чем ей. Опыта, соответственно, тоже. Знаю я эти взгляды. И румянец на щеках замечаю. Но делаю вид, что нет.

Прости, Манюня, но по-другому у нас с тобой не будет.

— Светлана завтра точно в обморок упадет, — вдруг тихо хихикнув, выдает Шпионка.

— С чего это вдруг?

— Ну как же? Мы тут вон как хозяйничаем. И без нее.

А ведь действительно. Светлана у меня тот еще командир и блюстительница порядка.

— Значит заметем следы и сделаем рожу кирпичом. Она не догадается.

Улыбка на губах Шпионки становится только шире. Она, блядь, реально очень красивая. По-своему. Но меня цепляет. И не могу понять, что конкретно, но в джинсах снова становится тесно. Су-ука.

В моей жизни есть секс. Есть женщины, которым я за него плачу и тем самым лишаю себя дополнительного мозгоебства под названием «отношения». Но при этом меня укладывает на лопатки улыбка Шпионки.

Буквально проглатываю оставшийся кусок зефира, допиваю чай и вдавливаю сигарету в дно пепельницы. Возвращаю остатки сладкого в холодильник и мою свою чашку.

Лучше бы она сюда не спускалась. Только всё усложняет, а мне проблем и без того хватает.

Шпионка безошибочно ловит мою смену настроения. Молча встает, несет свою чашку. Хочу забрать, чтобы ополоснуть. Не дает. Хмурится и набирается наглости легонько толкнуть меня бедром, мол: «вали, я сама справлюсь».

Хер тебе, а не сама.

Всё равно забираю чашку, сам мою и возвращаю обратно в шкаф. Слышу, что Шпионка недовольно сопит. Она имеет одно очень забавное качество. Может, быть девочкой-тихушницей-отличницей и то же время выпускать коготки.

— Спасибо за ночное чаепитие, Сергей Бармалеевич, — выдает она и улыбается мне ровно той улыбкой, которую можно подарить мимо проходящему незнакомцу. Много вежливости, мало искренности.

— Сергей Бармалеевич? — хмыкаю. — Снова на «вы»?

— Просто ответная реакция на ваше… поведение.

Шпионка не ждет от меня реакции или ответа, разворачивается и просто уходит такой грациозной и плавной походкой, что легко можно зависнуть.

В голове мелькает ебанутая мысль пойти за ней, схватить за волосы, перегнуть через стол и драть до тех пор, пока Шпионка снова не начнет обращаться ко мне на «ты».

Мне стоит немалых усилий, чтобы задушить эту мысль. Но их не хватает, чтобы убрать каменный стояк.

Гашу везде свет и иду в душ. Мне нужно просто остудиться и снова завалиться спать. Два раза за ночь кошмар мне еще ни разу не снился.

Температуру намеренно делаю комнатной. Упираюсь ладонями в кафельную стену, опускаю голову. Струи бьют по шейным позвонкам, несут прохладу по спине. Закрываю глаза. Думаю обо всякой хуете, но так или иначе где-то рядом маячит Шпионка.

Стискиваю зубы. Шумно выдыхаю. Я не стану дрочить, как сопляк. Не тот возраст и не те уже предпочтения. Но рука сама сжимает твердый член.

Мне хватает нескольких движений, чтобы кончить.

Выкручиваю температуру до минимума. Меня обдает ледяной водой. Стою так тридцать секунд, затем выхожу. Заваливаюсь на кровать и почти сразу же вырубаюсь. Как и я думал, до утра меня больше не мучают кошмары прошлого.