Глава 21. Слонов много не бывает

Нет, надо все-таки верить в людей, даже когда они сами в себя не верят. Вон, Сакремоль клялся и божился, что не сможет найти слонов раньше, чем через несколько месяцев, а гляди-ка — потребовалось и справился уже к третьему часу пополудни!

Вот что значит грамотная мотивация.

Я с огромным удовлетворением наблюдала за тем, как королевские слоны возвращаются в родные конюшни. Вместе со мной поглазеть на величественное зрелище сбежалось половина двора от поворят до статс-дам.

Слоны вплывали медленно, неторопливо, как груженые галеоны в прибрежные воды. Первым шел самец — темно-серый, мощный и основательный красавец. Исполинские бивни по обе стороны от хобота смотрелись воистину угрожающе.

За ним следовало две самочки — куда более светлые и изящные, хоть и странно говорить подобное о слонах. И (вот так сюрприз!) аж два детеныша — один побольше, другой совсем кроха. Малыши смешно семенили, помахивая хоботами.

— Вот это я понимаю: в слонах, как в шелках, — ошарашенно пробормотала я.

Поверить не могу, что этот ворюга вернул украденное с приплодом. Настолько не вписывается в мое представление о графе, что впору менять картину мира.

За спиной раздалось вежливое басовитое покашливание.

— Вы решили купить еще животных, — леди? — осторожно осведомился Тарук. — Зачем?

— Да вот: думаю заделаться слонозаводчицей. А то один маленький слоненок — это как-то несерьезно, — ляпнула я.

Он ошарашенно моргнул.

— Слоноза… кем?

— Ну, разводить слонов для народного хозяйства. Доить их там… стричь. Что еще делают с несчастными животинами на фермах?

Тарук хмыкнул и смерил меня недоверчивым взглядом. Я на всякий случай состроила самое честное лицо.

— Слонов разводят, как грузовых животных, используют как тягловую силу, а также в военном деле, — тоном университетского лектора сообщил он мне. — Их помощь неоценима при расчистке джунглей и на иных сельских работах. Мясо слонов очень жесткое и обладает специфическим вкусом, поэтому разведение животных ради мяса представляется нецелесообразным. Кожа жесткая, тяжела в выделке и имеет специфическую структуру. Кормящие самки становятся агрессивными и не подпускают к себе человека, о случаях промышленной дойки этих животных нет свидетельств. Единственный по-настоящему ценный ресурс, который можно получить при разведении слонов — это слоновая кость. Также их помет является прекрасным удобрением, и весьма цениться крестьянами в местах обитания хоботовых.

Я с подозрением покосилась на орка. Он это серьезно или решил поддержать шутку?

Да нет: кажется, серьезно. Вот они — последствия магистерской степени по экономике.

— Спасибо за информацию. Кость это хорошо, но извлечь ее из слона без вреда для здоровья, наверное, не получится, как считаете?

Тарук нахмурился. Кажется, теперь уже он пытался понять издеваюсь я над ним или нет.

— Слоновой костью называют бивни, а не все кости в теле животного. Их можно спилить, но новые уже не вырастут.

— Жалко, — я полюбовалась мощными изогнутыми бивнями слоновьего патриарха. — В смысле — пилить жалко. Зачем мне беззубый слон? Несолидно как-то. Лучше займусь производством навоза. Представляю сколько они гадят…

— До трехсот фунтов в день, — тут же поспешил обрадовать орк.

Да уж… умножаем на три, получаем девятьсот фунтов первоклассного удобрения в день. И это только взрослые животные, а ведь еще есть детишки…

— И куда девать этот ценный и важный в народном хозяйстве продукт? — печально спросила я у орка. — Продавать фермерам? Хм-м-м… а это мысль!

Тарук аж поперхнулся.

— Что?!

— А что: хорошая же идея для бизнеса, — мой внутренний гном проснулся и принялся фонтанировать предложениями. — Только ни в коем случае не писать банальное “навоз”, навоза у фермеров самих навалом. Надо что-нибудь звучное. Скажем, “Продукт для полей “Королевский””. Буду фасовать в коробочки по пять фунтов и продавать: десятка меди за коробку. Озолочусь! Что скажешь? Деньги не пахнут!

Орк посмотрел на меня, как на умалишенную.

— Весьма опрометчивое решение, леди. Люди могут подумать, что продукт с таким названием производят члены королевской семьи.

— Тьфу ты, точно! — я расхохоталась, не в силах и дальше держать серьезное лицо. — Жаль, но придется отказаться от шикарной идеи. Мне совсем не улыбается войти в историю, как Айрис Засранка.

В этот момент со стороны конюшни показалась Данду. При виде сородичей малышка сперва замерла, словно не верила своим глазам. А потом задрала хобот, пискнула что-то ликующе-задорное и помчалась обниматься.

— Боже, это так мило, я сейчас расплачусь, — растроганно пробормотала я, любуясь на сцену первой встречи. Зря боялась за Данду: взрослые приняли ее сразу. И стыдно признаться, но у меня на глаза действительно наворачивались слезы, когда я смотрела, как слонихи нежно обнимают и гладят хоботами малышку-альбиноса.

— Я понял! — воскликнул Тарук, отвлекая меня от очаровательного зрелища. — Вы купили слонов, чтобы маленькая Данду не скучала в одиночестве. Это очень благородно, ваше высочество.

— Не купила, — поправила я его. — Именно эти слоны и раньше принадлежали Ильденам, просто после смерти моих родных Сакремоль их украл. Но благодаря Розмари мне удалось найти на графа управу… Вы что-то сказали?

— Нет… — пробормотал орк, стремительно меняясь в лице. — Ничего.

А ведь врет! Что же такого было в моих словах, что его степное высочество резко полинял из зеленоватого в сероватый?

— Прошу прощения, ваше высочество, мне нужно идти.

Ну вот: еще и сбежал, оставив меня наедине с этой загадкой.

Мужчины…

***

— Ты все понял?

Начальник полицейского управления коротко поклонился.

— Да, ваша светлость.

— Самый противных, каких только сможешь найти, Карл. Малолетних воришек, бандитов, убийц…

Церемониймейстер. выразительно приподнял бровь.

— Убийц?! Ваша светлость, это же дети!

Герцог раздраженно поморщился.

— Не уподобляйся придворным клушам, которые готовы сюсюкать над любым детенышем. Мы говорим про уличный сброд. Это не сахарные пупсики, а злобные зверята. Вон, хоть у Карла спроси.

Начальник полицейского управления осторожно покашлял.

— Убийцы все-таки встречаются достаточно редко, — деликатно сообщил он. — Подавляющее большинство столичных беспризорников — попрошайки и мелкие воришки.

— А нужны — убийцы! — категорично отрезал герцог.

— Помилуйте, ваша светлость, где откуда я достану сотню убийц в возрасте от пяти до десяти лет?! Да еще к завтрашнему утру?! Мы и обычных бродяжек пятьдесят человек еле наловили. Слухи бегут, как лесной пожар, все воровское дно уже в курсе, что полиция отлавливает малолетних беспризорников. Кто мог сбежал, остальные затаились.

Герцог нахмурился.

— Плохо работаете, — сказал он. Вроде бы негромко, но начальник полицейского управления побледнел. В глазах мелькнула отчаянная обреченность смертника, но чиновник сглотнул и заговорил:

— Мои люди трудятся с утра, ваша светлость, оставив все другие дела. Но поймите: люди не знают, зачем мы отлавливаем детей. По городскому дну гуляют самые дикие слухи. Поговаривают…

— Что?! — с опасно ласковой улыбкой переспросил герцог.

— Нет, я не буду это повторять. Простите, ваша светлость.

— Что я собираюсь принести детишек в жертву Хоглуне, чтобы узурпировать с ее помощью трон?! — регент зло рассмеялся. — Мне уже донесли.

— Тогда вы должны понимать, в какой обстановке приходится работать моим людям, ваша светлость. Да, воришек и попрошаек никто не любит, но это же дети! Бедняки и мастеровые прячут их от полиции. На головы моих ребят сыпятся оскорбления и проклятья. Да и сами служаки иной раз отпускают мелюзгу. Дети же — жалко… Если бы вы разрешили объявить для чего вам на самом деле нужны беспризорники…

— Никакой огласки, — категорично и жестко отрезал герцог. — Даже тени слухов об облаве не должно дойти до принцессы! А нарушителей присяги — под трибунал.

— Но…

— И никаких “но”, Карл! И завтра не позже одиннадцати мне нужна сотня самых противных, грязных и озлобленных детей во всем Виндаре. Свободен!

— Ну вот и что я должен делать? — печально спросил начальник полицейского управления, когда они оба покинули кабинет. — Рожу я ему, что ли, этих беспризорников?

Церемониймейстер забулькал, давя смех.

— Это было бы выходом. — сказал он, отдышавшись.

— Я серьезно. Сам бы попробовал побегать по трущобам за мелкими вертлявыми воришками. Они же как крысы! Еще и половина слишком взрослые — не подходят. А как-то раз вместе с бандой случайно замели сынишку кузнеца, так вся гильдия чуть не взбунтовалась. Орали, что мы воруем их детей. А кузнецы, знаешь ли, это вам не ювелиры. Здоровенные, как орки, не каждый полицай совладает. Регент с ее высочеством делят власть, а отдуваться нам, как всегда.

— Эх, молодежь, — снисходительно хмыкнул церемониймейстер, поглаживая роскошные седые усы. — Всему-то вас учить надо! Одолжи недостающих в работном доме — кто будет разбирать откуда эти поганцы?