Глава 13

Давайте сохранять бодрость, помня о том,

что несчастья, которые мы не в силах перенести,

никогда нас не постигнут.

Джеймс Рассел Лоуэлл

Утро встретило путников пасмурным небом над головой и холодным северным ветром. Несмотря на недоброжелательность погоды, Фредерика пролежала бы на промозглой земле еще пару часов, но Файн настойчиво будил ее. Что ж, делать нечего. Пришлось вставать. В воздухе витал совсем не ароматный запах какого-то пойла. Одни мужики в отряде — едим, что дают. Хотя, судя по сморщенным у окружающих носам, их это устраивало не меньше.

— Пожалуй, я не буду сегодня завтракать, — протянула девушка, принимая из рук Шанеля булькающую белую жижу. На вид она оказалась еще ужаснее запаха.

— Мы не можем оставить принцессу голодной, — подал голос Казама.

— Лучше оставить ее в живых, — отложила Фредерика сей кулинарный талант в сторону. — Насколько далеко до следующего города?

— К вечеру доберемся, — ответил Шанель.

В отличие от остальных, он поглощал эту штуку настолько интенсивно, будто месяц голодал. На вопросительный взгляд принцессы он пробубнил что-то невнятное типа: «Я вэ двакон, мне фсе вавно, фто ефть».

С едой покончили быстро только потому, что больше к ней никто особо не притронулся.

— В следующий раз готовит принцесса, — заявил Казама, откидывая от себя тарелку как надоедливое насекомое.

— Особам королевского рода не пристало готовить, — мотнул головой Пересмешник.

— А если готовить будешь ты, особу королевского рода постигнет голодная смерть.

— Но я сама никогда не готовила!

— Хуже этого пойла, — указал Михаэль на еще булькающую жижу в походном котелке, — уже ничего не получится.

И все утвердительно закивали. Кроме дракона. Он покосился сначала на котелок, потом на окружающих. Минутная пауза.

— Никфо больфе не буфет?

Ближе к полудню погода заметно улучшилась. На небе появились лазоревые просветы, но ветер направления не изменил. Все такой же холодный, осенний. Созрел новый вопрос.

— Здесь сменяются времена года?

— Да, их четыре. Лето, весна, осень и зима. Праздник Нового года отмечается первого июля, — пояснил старейшина. — У вас иначе?

— Времена года те же, но Новый год мы празднуем первого января.

— Самый главный праздник в середине зимы? — вскинул брови Файн. — В такое холодное и голодное время?

— Так сложились традиции. Ничего не поделать, — пожала плечами Фредерика. — А сейчас вообще что? Месяц, число?

— В силу твоего незнания и замедленной реакции на происходящее, сообщаю: пятнадцатое марта, — ответил Пересмешник, взглянув на один из своих массивных перстней.

— Я все ждал, когда спросишь, — протянул Шанель. — Трудно жить в другом мире и даты не знать.

— Теперь знаю, — стиснула зубы девушка. — А в какой город мы едем?

Старейшина поравнялся со все еще неловко державшейся в седле принцессой. Проклятье Пятой Точки нежно клюнул Судьбинушку в морду.

— Мы едем в Арвалду — город-ярмарку. Но в объезд главной дороги. Там должен быть ажиотаж. Если нет дождя, снегопада, жары — там постоянное движение. Кареты, телеги…

— Так это что-то вроде развлекательного города?

— Развлекательно-торгового. Там мы сможем затеряться в толпе и сделать много важных вещей. А ты поближе познакомишься с народом.

— Какие такие важные вещи? — выпрямилась в седле Фредерика.

— Для начала меня интересуют местные магические салоны. Мы могли бы немного изменить свою внешность и на некоторое время обеспечить себе спокойную дорогу. А еще в Арвалду каждый день стекаются люди из разных точек королевства. Может, в других местах также происходят странные события на подобии отравленной скотины в Принорье.

— Вот меня тоже интересует, что на уме у темных, — протянул дракон.

— Спроси у их прямого представителя, — буркнул Казама, и Файн предупреждающе толкнул брата-близнеца в плечо.

— Я давно отказался от этого звания, — резко обернулся Пересмешник, прожигая оборотня горящими желтыми глазами.

— Кровь даст о себе знать, — не уступил ему злобнец. — И когда папочка-князь придет к тебе с распростертыми объятьями, ты в них упадешь.

— Как ты смеешь говорить такое?!

Старейшина дернул поводья, и Судьбинушка встала как вкопанная. Оборотни тоже притормозили, а вместе с ними пришлось и остальным.

— Разве я не прав? — вызывающе изогнул правую бровь Казама. — Ты ушел из отчего дома в приступе подросткового бунтарства и сумел сказать «нет» только тогда, когда тебе показали средний палец вместо престола. До этого ты жил и не тужил, истребляя беззащитных женщин и детей. Спал на пуховых перинах, обедал фаршированными утками и отплясывал на княжеских балах с пышногрудыми эльфийками.

Фредерика переводила взгляд с абсолютно спокойного и даже улыбавшегося близнеца на закипавшего, крепко сжимавшего белыми тонкими пальцами поводья старейшину и обратно. Оборотень был прав. Она и сама думала об этом. Погубить столько невинных жизней, пусть даже подданных чужого королевства, ради власти. И пусть он ушел. Не вытерпел дальнейшего издевательства над собой и ушел. Но уже никогда и ничем Пересмешнику не смыть с себя эту кровь.

— Я испытывал невыносимую боль, когда убивал.

— Жаль, ты от этой боли не сдох.

— Казама! — скривился Файн. — Хватит! Мы в одном отряде. Для таких вещей у каждого есть совесть.

— У княжеского сыночка есть совесть? — усмехнулся оборотень. — Не думаю.

— А у низшей расы нет ничего, — процедил Пересмешник сквозь зубы. — Особенно у драного пса.

— Пой свои песенки в другом месте, птенец, — успешно продолжал парировать Казама. — Здесь они всем уже надоели.

— Довольно! — прикрикнула принцесса, и взгляды путников обратились к ней. — У нас есть общая цель. Даже несколько. Первая — показать будущей королеве, то бишь мне, королевство. А вторая — избавить это же королевство от неприятных инцидентов вроде отравления воды в деревнях. Ах да. Есть у вас еще одна задача — охранять меня. А как вы собираетесь делать это, цепляясь друг другу в глотки? — Она произнесла это как на духу, но ждать ответной реакции не стала, а продолжила еще более смело. — Пересмешник, — рыжая голова повернулась в сторону старейшины, — разумеется, крайне сложно забыть о том, кто ты на самом деле. Дело даже не в том, что ты сын темного князя. Ты нещадно убивал и не важно, какие цели перед тобой стояли в тот момент. Сам факт того, что ты лишал людей жизни добровольно… Даже мне трудно простить тебя за это. Но жизнь продолжается. — Девушка повернулась к оборотню. — Пересмешник искупает свои грехи тем, что служит мне, будущей королеве тех подданных, которых он истреблял. И пусть служит дальше верой и правдой. Смирись с этим. Один из вас, — кинула многозначительный взгляд на Файна, — станет королем. И я хочу, чтобы этот король умел прощать. Или хотя бы сделать вид, что простил. Я не хочу более поднимать этот вопрос.

Пауза. Довольно продолжительная пауза. Фредерика выжидательно разглядывала своих спутников, которые, в свою очередь, лишились дара речи. Но затем растерянность в их глазах сменилась уважением, Шанель одобряюще кивнул и дальнейший путь прошел в молчании. Только легкий стук копыт по песчаной дороге да шелест травы в поле.

Вечер накрыл леса и степи темным непроницаемым покрывалом, когда разномастный отряд подъехал к городу. Массивные деревянные ворота, стандартная охрана из двух человек и самое настоящее море из желающих посетить крупнейший рынок в королевстве Зеленодолье — Арвалду. Люди, эльфы, гномы и прочие расы самых различных сословий столпились возле ворот в ожидании. Компания остановилась в конце очереди, и Фредерика жадно принялась разглядывать местное и иностранное население. Помимо высших рас, как и на балу, встречались элементали, оборотни, амфибии.

— Никаких королей и князей, — шепнул старейшина на ухо принцессе. — Забудь о придворном этикете и веди себя как простолюдинка.

Девушка кивнула и задействовала все свое театральное мастерство, а именно сгорбилась, выпятила нижнюю губу и закатила глаза.

Пересмешник прыснул от смеха.

— Как простолюдинка, а не как больная старуха-отшельница. Просто… будь проще. Такой, какой была в своем мире.

— Поняла.

Вскоре подошла их очередь. К счастью, пошлину за вход платить не требовалось. Стражники спросили только о роде их деятельности, на что Пересмешник уверенно ответил…

— Бродячие актеры.

Но стража нисколько не удивилась. Еще бы. Принцесса, старейшина, монах, парочка оборотней и дракон. Более необычную компанию в здешних краях, да и вообще где либо, найти было бы трудновато.

Как только они въехали в город, Фредерика не смогла подавить вздох восхищения. Насколько же сияющей, шумной и многолюдной оказалась Арвалда. На главной дороге яблоку негде упасть, во всех окнах горит свет, а сколько новых ароматов, от вкусных до приторных алкогольных здесь витало! Решено! Спать сегодня ночью она не собирается, по крайней мере до того как осмотрит здесь все.

— Вижу, как забегали твои глаза, — усмехнулся Пересмешник, — но сначала нам нужно сделать все, что планировали. Раздобыть еду и зайти в салон.

— Логичнее и безопаснее будет в первую очередь разобраться со вторым, — заметил Михаэль. — Возможно, маски пробрались в город быстрее нас и уже караулят где-нибудь.

— Согласен. Только не имею понятия, где они разместили салон в этом году. Будем искать.

Лошадей пришлось оставить на конюшне. В городе передвигались пешком, да и для всадника было бы неудобно скакать в такой толпе.

Компания около получаса бродила по широким и узким улочкам, разглядывая каждую вывеску. Если заведение заинтересовывало — запоминали и собирались заглянуть туда после. Ну а Фредерика пожирала все и всех глазами, поскольку это был пока что самый густой город в этом мире, который она видела. Даже столица была, как ей показалось, спокойнее.

Как только они отошли от конюшни, Пересмешник взял ее за руку, чтобы не потерялась. С тех пор она, как маленькая девочка, плелась за ним сзади с расширенными от восхищения, удивления и вечернего полумрака зрачками. Ее несколько раз задевали плечом и бесчисленное множество раз наступали на ноги, но она этого даже не замечала. Этот город был ее фэнтезийной мечтой. Такой разный, такой волшебный. Отовсюду раздавались звуки лютни, флейты и других музыкальных инструментов, ласкавших слух. Изящные эльфы расхаживали, подобрав разноцветные подолы своих балахонов, пьяные гномы кубарем выкатывались из дверей питейных заведений. Как же ей хотелось зайти в одну из этих таверн и пропустить кружечку-другую. Но потом. Все потом.

Как только подходящая вывеска была найдена, старейшина обернулся к остальным.

— Не будем привлекать излишнее внимание. Сначала зайдут оборотни, затем Фредерика, монашка и Шанель. Последним пойду я. Настаивайте на максимальных изменениях. Особенно ты, Фредерика, — обратился он к принцессе. — Расположение глаз, размер носа, ширина губ — всё должно максимально отличаться от настоящей внешности.

Девушка кивнула. Но тотальное изменение внешности ее пугало настолько же сильно, насколько интересовало. Она сразу подумала о том, чтобы сделать себя максимально уродливой. Или хотя бы чуть-чуть, насколько это было возможно. Тогда ей не нужно будет терпеть домогательства со стороны парней, знакомых и незнакомых. Она, наконец, вздохнет спокойно, хоть и ненадолго. Или надолго?

— А сколько длится это перевоплощение? — озвучила вопрос Фредерика.

— До серьезного магического вмешательства. И оно не будет нам грозить, если нас не просекут, — вполголоса ответил Пересмешник, протягивая Файну пару золотых монет. — Давайте, идите.

Близнецы скрылись за дверью салона, и девушке оставалось только гадать, какими же они его покинут. Наверняка, добрый близнец выберет себе что-нибудь поярче. Может, даже в блондины заделается. А вот злобнецу больше по душе черное. И синяки под глазами побольше. Аура-то у них так и останется темной, если ее не умеют маскировать.

Прошло минут десять, прежде чем дверь осторожно приоткрылась и из нее вышли двое. Двое, кто угодно, но только не близнецы. Высокая девушка с каштановыми волосами до талии и чуть ниже нее типичный маг, засидевшийся по ночам за фолиантами. Черноволосый, кареглазый и с огромными мешками под глазами. У каштановой девы круги были поменьше.

Пока Файн хлопал ресницами и кокетничал с Михаэлем, настала очередь принцессы получать свою порцию красоты. Может, ей тоже пол поменять? Ой, как же удивится Пересмешник, думала она, получая свою золотую монетку. И осмелится ли он приставать к ней при всех, находись она в подобном облике?

В теплом светлом помещении с дощатым полом располагались только зеркало в полный рост и внушительных размеров шкаф. Встретили принцессу два улыбчивых «стилиста», парень и девушка. Внешняя схожесть подсказывала, что, скорее всего, они брат и сестра. Или же это очередной трюк.

— Миледи, — девушка присела в реверансе. — Добро пожаловать в наш скромный салон. Наша магия к вашим услугам. Будут какие-то пожелания?

— Э-э-э… — задумалась Фредерика.

Она могла бы перевоплотиться в парня, как и задумывала, но почему-то нахождение в теле противоположного пола испугало ее. Еще она могла стать серой мышкой с такими же синяками под глазами и слиться с толпой. Это было бы практичнее всего. Незаметная для своих преследователей, она точно могла бы не страшиться излишнего внимания к своей персоне, но это было бы слишком просто и неинтересно.

— Да. Похоже, я знаю, что мне нужно.

Когда дверь салона снова отворилась, все дружно ругнулись, причем ругань эта была на нескольких языках: человеческом, темном и драконьем.

Принцесса осталась человеком. Каких-то отличительных черт других рас не появилось. Да и зачем, если аура для хорошего мага все равно читается, как открытая книга. Зато остальные изменения были колоссальны. В особенности грудь четвертого размера, которая так и норовила выпрыгнуть из глубокого декольте. Огромная копна белоснежных волос была перевязана красной атласной лентой, и пышный хвост доходил девушке до талии. На левое плечо кокетливо ниспадал одинокий локон. Карие глаза миндалевидной формы и густо накрашенные теперь смотрели на мир решительно и похотливо, алые припухшие губы говорили о том, что их целуют ежеминутно. Довершало облик скромное сельское платье. Скромное своим материалом, но особенно ничего не скрывающее.

Фредерика несколько раз покрутилась перед шокированными спутниками и хихикнула, прежде чем один из них обрел дар речи.

— Это… отвратительно, — прошипел Пересмешник.

— А по-моему, ты самая обворожительная куртизанка, которую я когда-либо встречал, — хохотнул Файн. И чуть не схлопотал от правильного старейшины по лицу, но вовремя увернулся.

— Я просто подумала, что будет опасно ходить одной группой. Логичнее разделиться и отправиться в разные места для сбора информации. Так мы быстрее узнаем, что нужно, и не привлечем внимание. Пересмешник с Файном и Казамой будут группкой темных со своими целями, а мы с Михаэлем и Шанелем… со своим бизнесом. Как вам задумка?

— Принцесса, — улыбнулся дракон краешком губ, — при всем моем уважении к вам, выбор подобной профессии не подобает вашему статусу.

— Тотальное изменение внешности? Максимальные изменения? — растянула губы в ухмылке Фредерика и взглянула на Пересмешника. Затем перевела томный взгляд карих глаз на Шанеля. — Куртизанке самое место в таверне. А там во хмелю язык за зубами не держат.

— Я восхищен твоей проницательностью, — сдался Пересмешник, и Шанель утвердительно кивнул.

— Какую же роль ты прочишь мне? — сощурился Михаэль.

— Клиента. Чтобы уважаемые господа не лезли ко мне под юбку.

— А я, получается…

— Сутенер, — хором заявили Фредерика с Михаэлем.

Дракон и сейчас бы выругался, если бы воспитание позволяло ему делать это слишком часто.

Они с монахом скрылись за дверями вместе, но златовласый вышел к ним уже через пару минут.

— Так и думал, — протянул он. — Даже столь легкая магия на меня не действует. На драконов не действует магия, — пояснил Шанель на вопросительный взгляд Файна. — Но мне казалось, что не восприимчива именно чешуя.

— Значит, ты неуязвим?

— Не только магией можно нанести вред. От меча и арбалетного болта в сердце я упаду так же, как и остальные.

— Но Фредерика превратила тебя в человека, — вскинул брови старейшина.

— И для меня до сих пор остается загадкой то, как она это сделала. Истории еще не известны случаи превращения магических существ, пусть и разумных, в людей. Множество гениальнейших магов пытались сотворить чудо, но не вышло ни у кого. Кроме нее.

Девушка потупила взгляд. Действительно. Как она, попаданка и неуч, сумела сотворить чудо? В ней нет ни капли от этого мира, и, по сути своей, она здесь никто. И останется никем, когда задачи, поставленные перед ней и остальными четверыми избранными, выполнятся.

Пересмешник как будто почувствовал ее пессимистический настрой, подошел, обнял за плечи и заглянул ей в глаза. Чужие глаза, но такие же проницательные.

— Ты сама чудо, Фреди, — улыбнулся он. — Неудивительно, что твоя магия такая особенная. Этой рептилии хорошо и в таком облике, многое он не потерял.

— На ногах тяжело летать, — поспорил Шанель.

— Ты создала молнию разрушительной силы из ничего, сумела постоять за себя в столице во время нападения, — продолжал парень. — Ты больше, чем думаешь. И значимее. А если ты думаешь, что Сокол вернет тебя обратно в твой одинокий мир, то заблуждаешься. Без боя тебя никто не отдаст. Такая и нам самим нужна.

— Читать чужие мысли — нарушение личного пространства, — отчеканила принцесса и отстранилась.

«Если бы ты действительно так сильно любил меня, то со служанками не спал бы», — хотелось сказать ей. Но она благоразумно промолчала.

Молчание продлилось еще несколько минут, пока к группе не присоединился Михаэль, выглядевший как крестьянин среднего достатка. Короткие русые волосы, рубашка с расшитым дублетом, кожаные штаны и ботинки. Смуглая кожа стала светлее, пухлые губы вытянулись в ниточку.

— Шанель, ты пойдешь с нами, — решил Пересмешник. — Ты все еще слишком заметен. Куртизанка с клиентом вызовет меньше подозрений, чем куртизанка с клиентом и дракон. Ваша задача — слухи. Пройдитесь по городу, зайдите в какую-нибудь таверну — их тут море — и получите как можно больше информации. В центре города стоит гостиница «Старый шпиль». Там и встретимся, когда все закончите. — Он протянул монаху позвякивавший кошелек. — И еще одно. Если вам будет грозить опасность, даже не от масок, направляйтесь в гостиницу тут же. В этом городе легко избавиться от погони.

До сих пор не проронивший ни слова Казама медленно подошел к Михаэлю и, прошептав ему что-то на ухо, покинул переулок вместе с остальными темными. Ну и Шанелем. А монах только усмехнулся и, подхватив принцессу под руку, завернул за угол в обратном направлении. Почти сразу же они оказались на оживленной улице. Друзья уже успели смешаться с толпой. Им же это еще предстояло, и, не медля, они влились в общий поток.

Но ловить обрывки разговоров в шумной толпе оказалось еще сложнее, чем предполагалось. Сквозь крики и брань торговцев едва ли можно было расслышать что-то важное и интересное. Полчаса скитаний не дали никаких результатов, и парень с девушкой зашли в первую попавшуюся таверну под названием «Подкова и кружка».

Как только они ступили на порог, Михаэль прошептал Фредерике на ухо как можно тише:

— Маски здесь, не смотри на них.

Разумеется, женское любопытство взяло верх, и принцесса принялась вглядываться в зал, пока не отыскала группу из семи человек за самым дальним столом. Черные маски были натянуты на лицо, скрывая рот и нос, а полы заведения подметали их черные плащи. А этих темных в масках намного больше, чем она думала. Они представляют серьезную угрозу. В каждой сказке есть злодей. И в этой сказке злодей — отец Пересмешника.

Они с Михаэлем сели за единственный свободный столик и заказали две кружки эля и отбивную с овощным салатом. Михаэль раздумывал о том, как бы не попасться на глаза мужчинам в масках, а Фредерика напротив — думала о том, как бы заполучить их внимание.

Спустя две кружки эля интерес и долг слились в единую задачу — подсесть к этим странным личностям и узнать о них побольше. А заодно узнать побольше и о том, что они собираются сделать с наследницей королевства людей.

— Эй, красавица! — послышалось со стороны их стола. — Подойди-ка сюда!

Фредерика осознавала всю опасность текущего положения, но иначе поступить не могла. Сердцем чувствовала, что не могла. И когда спутник предупреждающе схватил ее за рукав, отстранилась.

— Это нужно для дела, — только сказала она и направилась к самому опасному для нее столику в этой таверне.

Маски с некоторым пренебрежением, скрывая вожделение, поглядывали на принцессу, пока та плавными шажками сокращала расстояние между ними. В горле все пересохло, на шее пульсировала жилка, ладони мгновенно вспотели, но эти темные угрожают не только ей, но и ее друзьям. Особенно Пересмешнику, как предателю и беглецу. Фредерика старалась не выдать своего волнения, но у нее это плохо получалось.

— И что такая симпатичная девчушка забыла рядом с обыкновенным крестьянишкой? — растянулся в ухмылке один из мужчин и посадил принцессу на колени. — Вы только посмотрите. Какое милое личико, — тощий палец коснулся девичьей щеки и направился ниже к шее. — А какие мягкие волосы… — Вторая рука маски ухватила прядь белоснежных волос и слегка сжала их. — Посидишь с нами, лапуля? Расскажешь нам сказочку?

От мужчин разило крепким алкоголем так, что глаза слезились. Но Фредерика старалась быть максимально учтивой и невинной.

— Сказочку? Какую сказочку?

Темные загоготали, а тот, на коленях которого она сидела, причмокнул и хлопнул бедняжку по ляжке.

— Сказочку. Как тебя звать, откуда ты. Свободна ли…на ночь?

Теперь скопище темных пошло захихикало. Принцесса опасливо сглотнула, но, найдя глазами Михаэля за соседним столом и неотрывно наблюдавшим за происходившим, быстро успокоилась. И даже осмелилась на игривую интонацию.

— Меня зовут… Бетси. Я из… Принорья. Здесь на заработках.

— Из Принорья? — воскликнул один из масок. — Мы только недавно отравили там скотину, так что, скорее всего, твои родные подыхают сейчас в муках, пока ты спишь тут с мужиками.

Фредерика изобразила на лице крайнее удивление и страх. Будто успокаивая, темный погладил ее по коленке, но они уже перешли к той теме, которая интересовала ее отряд, так что аккуратно следовало вытянуть как можно больше информации из подвыпивших вражин.

— И много еще деревень вы собираетесь отравить?

— И не только травить, — добавил все тот же мужчина. — Резать как свиней всех будем.

— Не пугай девочку, Торенс, — улыбнулся тот, что держал ее на коленках. — Ей не обязательно знать о наших планах. Даже такая нежная птичка может нащебетать кому не следует.

— А может, проверим ее? — предложил мужчина сидящий слева. — Вдруг она одна из этих?

— Девка как девка, — пожал плечами злобная маска. — Можно подумать, в любом есть подвох. А если и ты шпион? Работаешь, скажем, на беглого княжьего сынка? Как бишь его…Каин?

— Ой, я что-то слышала про него, — встрепенулась Фредерика.

— Да что ты, трактирная шлюха, могла слышать про сына князя? — прорычал скептическая маска, но глава этого отряда (как предположила принцесса, тот, на коленях которого она сидела) предупреждающе стукнул глиняной чашей по столу.

— Что же у вас говорят о нем? — прищурившись, обратился он к девушке.

— Многого я не знаю… только обрывки разговоров. Говорят, отец… его отец… ну, князь… заставлял его делать ужасные вещи. Каин просто не выдержал этого и ушел. Решил, что будет служить на благо человечества, но люди поймали его и заточили. И по сей день он там, отбывает свое наказание за пролитую человеческую кровь.

— Красивая история, — почесал подбородок старший. — Но не совсем верная. И действительно, много деталей опущено. Юный наследник князя был моим учеником по темной магии, и с уверенностью могу сказать, что такого одаренного темного днем с огнем не сыщешь. Умен не по годам, сообразителен, аккуратен. Идеал темного мага. Скажу по правде, вряд ли на этом свете есть настолько же одаренный и сильный темный маг. — Он с выражением заглянул Фредерике в глаза, и та опасливо сглотнула в ответ. — Ты интересуешься княжьим сыном, красавица? Ты знаешь, где он находится, не так ли?

— Нет… Конечно, нет. Я просто считаю его… интересной личностью, только и всего.

— Ладно, парни, сворачиваемся! — неожиданно хлопнул глава отряда в ладоши. — Делитесь на три группы и отправляйтесь в разные части города. При выполнении — ко мне с добычей.

— А где вы будете? — последовало от скептического.

— Как где? Развлекаться с нашей новой знакомой, — усмехнулся мужчина и снова хлопнул принцессу по ляжке.

Затем вскочил, взяв Фредерику под руку, и неспешно направился к лестнице. К комнатам. Страх охватил заложницу, но ведь рядом Михаэль. Он не позволит ничему случиться. Сначала надо остаться один на один, а потом думать, как выбираться из сложившейся ситуации. Но тот факт, что главарь масок оказался наставником Пересмешника, все усложнял.

Темный поднялся на второй этаж, прошел с девушкой по коридору и отпер самую дальнюю дверь. Захлопнув ее, мужчина бесцеремонно швырнул будущее королевства людей на кровать. Фредерика не особо верила в бога или богов, поэтому молиться ей было некому. Хотя было самое время. Огромными от страха глазами она смотрела на мужчину, возвысившегося над ней.

— Выбрала шлюшье прикрытие, так надо ему и соответствовать. Чего смотришь на меня, как подстреленная олениха? Любой бы на моем месте уже давно содрал бы с тебя эту тряпченку и выдрал во все щели. Повезло тебе, что я все еще…

Дверь с грохотом отворилась, а на пороге, как и ожидала Фредерика, Михаэль, выставив вперед двуручный посох.

— Отпусти ее и уходи, — процедил он сквозь зубы.

— Ее никто не держит, мальчик. Если ты не против, я хотел бы поговорить с принцессой наедине. Пальцем ее не трону. Даю слово.

На удивленный взгляд монаха мужчина только хмыкнул.

— Как обидно, что для мага моего уровня вы все как на ладони. Можешь верить моему слову. Оно дорогого стоит.

Парень встретился с округленными от страха глазами Фредерики, но она решительно кивнула. Как бы агрессивно не выглядел этот человек, а точнее темный, у него действительно есть, что сказать и что выслушать.

Маленькая группа, состоявшая из старейшины, близнецов и дракона, прослонявшись около часа в шумной толпе, остановилась напротив маленького темно-синего шатра. «Рамэя фар Патит. Предсказания из Амальтеи» гласила деревянная вывеска над входом.

— Слыхал я что-то про этот город, но сам там никогда не был, — почесал подбородок Шанель. С головы до ног дракон был укутан в янтарного цвета дорожный плащ с бархатной оторочкой.

— Родина предсказательницы Амальтеи, в честь которой он и был назван, — пояснил Пересмешник. — Там сейчас находится Храм Пророчеств. Предсказание, касающееся падения Зеленодолья, пришло лично в руки Соколу именно оттуда.

— Разве это не шарлатанство?

— Так считают только темные. И только потому, что данный вид магии им неподвластен. Так же, как и светлым — некромантия.

Взвесив все «за» и «против», а заодно и мысленно помолившись Дане — богине плодородия и семейного благополучия, никому ничего не говоря, старейшина зашел в полумрак шатра.

Его встретили сиротливо стоявший стол и пара стульев возле него, на одном из которых сидела средних лет женщина. Белоснежные волосы были завернуты в пышную кичку на макушке, свисали лишь два локона до плеч. Глубокое декольте темно-сиреневого платья наполовину обнажало слегка обвисшую грудь. Немигающий взгляд был устремлен на Пересмешника.

— Полюбоваться на меня пришел? — гаркнула она, прерывая паузу. — За будущим — садись и деньги вперед. Поглазеть хочешь — разворачивайся и топай в трактир. Там девок побольше, да посимпатичнее они будут.

— Все светлые женщины на старости лет такие же сварливые, как ты? — ухмыльнулся старейшина. Но приглашение принял и сел напротив предсказательницы. — Сколько?

— Какой аспект будущего тебя интересует?

Думал Пересмешник недолго. Цель была известна заранее.

— Любовь. Семья. Меня интересует, смогу ли я быть с любимой девушкой.

— Десять золотых.

— Десять?! Да это же обдираловка! — воскликнул парень, и рука с мешком монет задержалась в воздухе, так и не достигнув места назначения.

— А ты думаешь, я сказки тебе тут рассказывать буду? Я амальтейская предсказательница. Одна из лучших, позволю себе заметить, — пробурчала женщина и брезгливо поморщилась. — Но с теми подачками, что кидает нам храм, можно сдохнуть. Вот я и сижу здесь, растрачиваю свой бесценный дар на подобных простофиль. Так что плати или…

Десять толстых золотых монет опустились на стол. Движением руки предсказательница сгребла их в кошель на поясе и только потом обратила свои тусклые голубые глаза на клиента.

— Давай сюда руки. Ладонями вверх.

Пересмешник исполнил просьбу. Руки женщины опустились сверху и слегка сжали его побледневшие тонкие пальцы.

К самому худшему он не готовился. Не потому, что не был уверен в себе, а потому, что боялся не выдержать пессимистического вердикта. Мужчина всегда должен оставаться мужчиной, особенно в таком деле как женщины. До встречи с Фредерикой женский род и был для него ничем. Высокое положение в обществе и богатство притягивали к нему самых очаровательных особей, но о серьезных отношениях Пересмешник никогда не задумывался. Однако так бывает, что, переспав с сотнями, ты встречаешь ту самую, одну-единственную, с которой вся эта сотня, даже будь она помноженная на такую же сотню, не сравнится. Одна мысль о прикосновении к этой девушке приводит в больший трепет, чем ночь, проведенная в компании искусной пышногрудой эльфийки. Даже сейчас старейшина улыбнулся, представив себе пламенные локоны принцессы. Как же сильно ему хотелось зарыться в них лицом и просто вдыхать тонкий, щекочущий нос, аромат…

Предсказательница сильнее стиснула его руки и плотно сжала губы. Подергивавшиеся плечи говорили о том, что женщина очень напряжена. Что же такое она сейчас видела? Плохое предчувствие маленькими острыми иголочками пронизывало все тело. А может, это действие колдовства? Морок с него уже спал, но он не придал этому особого значения. Сейчас решалась его судьба.

Наконец, Рамэя фар Патит разжала влажные от пота ладони и положила руки перед собой. Не открывая глаз, она тихо вынесла вердикт.

— Я видела светлого. Высокого, голубоглазого блондина. В нем нет ни капли темной крови. Только свет. Яркий, божественный. И этот свет никогда не погаснет. А рядом с девочкой этот свет всегда будет таким. Боги благословят этот союз, и он будет самым крепким, потому что нет и не будет в мире существ, которые любят друг друга так же сильно, как эти двое. Я видела счастье в их глазах, я видела, как лучатся их фигуры в дневном солнечном свете и в ночном лунном.

— Ложь.

Со скорбью взглянув на сгорбившегося перед собой парня, ясновидящая снова взяла его руки в свои и продолжила так тихо, как только могла, чуть ли не шепотом:

— Мне очень жаль. Я не могу сказать тебе всей правды. Лишь то, что мне позволено. Но… не зацикливайся на этом. Ты должен бороться дальше, выполнять цели, которые должен выполнить. У тебя будет долгая и насыщенная жизнь. Ты будешь… — женщина коротко всхлипнула, на глазах ее проступили слезы. — Ты будешь… не таким, как все. Боги уготовили тебе испытания такие, что они под силу не каждому, но ты должен бороться. Ради себя и ради того, что тебе дорого. Ради принципов и любви.

— Хотите сказать, что будущее изменчиво? И я еще могу все исправить?

— Ты… главное не опускай руки и всегда иди с высоко поднятой головой. Даже если остальные толкают тебя в грязь, поднимайся и иди. И твои старания будут вознаграждены. Больше я ничего не могу сказать, мальчик.

Пересмешник медленно поднялся, кинул на предсказательницу пустой взгляд, коротко поклонился и вышел.

— Пора в гостиницу, — бросил он остальным и, не оборачиваясь, направился вперед по оживленной улице. Ему многое надо обдумать и со многим свыкнуться. Бороться с судьбой можно, но стоит ли?

— …вот так мы и очутились в этом «приличном» заведении.

— Ага, — хохотнул Амир дар Хамур — один из сильнейших темных магов и бывший наставник Пересмешника. — Интересное и опасное приключение вас ждет.

— Оно не ждет. Оно уже началось. Взять хотя бы драконов с вашими маньяками в масках, — ухмыльнулась принцесса.

— Эх. Если бы все наследники проходили такой путь, а не садились сразу на бархатную подушку, то было бы намного проще. На долю Каина пока что выпало больше испытаний, чем на твою. С половиной он справился, еще за одну половину он будет убиваться всю свою жизнь и никогда не найдет себе прощения. Вместо того чтобы осуждать его, подумай, что бы на его месте сделала ты, маленькая принцесса?

— Но люди умирали…

— И немало их еще помрет в этой войне. Дай ему шанс. Он не виноват, что с рождения его психика жестоко промывалась. Из него растили машину для убийств, но он сломал систему и сумел сбежать, чтобы найти самого себя и смыть с себя грехи.

— Я понимаю, что…

— Тсс, — прижал палец к губам мужчина. — Времени на это сейчас нет. Вам всем нужно покидать город в срочном порядке. Забудьте пока о теплых постелях, уходите как можно дальше от стен. Своих ищеек я за пояс заткну, но остальные пока что вне зоны досягаемости. Осторожность — ваше первое правило. Так, принцесса?

Девушка кивнула, а Амир тем временем вытащил из сумки на поясе маленькую книжку в кожаном переплете и вручил ей.

— Отдай это. Лично в руки Каину. К темным или иным личностям, не вызывающим доверия, это попасть не должно. Возможно, это загладит вину всей нашей расы за учиненные зверства.

— Что это?

— Мой дневник. Моя величайшая работа. И, вероятно, единственный способ избежать падения мира от рук князя. Его план продуман до мельчайших подробностей, но я тоже не терял времени даром. Ваша команда разношерстная, множество способностей, навыков и умений. Это и поможет вам привести в исполнение задуманное. Держи. И уходи. От города лучше идти главной дорогой, поскольку на всех срезах вас поджидают засады. Я верю, что все у вас получится. В добрый путь. И передай Каину привет от меня.

— А вы не хотите личной встречи с ним? — спросила Фредерика, медленно поднявшись с кровати.

— Конечно, хотел бы. Но это опасно. А проблемы нужны сейчас и мне, и вам меньше всего. Если все получится, мы и так встретимся.

— Ну… тогда до встречи. Было приятно познакомиться с таким челов… темным, как вы.

Мужчина коротко поклонился.

— Знакомство с вами, принцесса, еще приятнее. Я рассчитываю на вашу помощь. Не подведите меня. И все пять стран тоже.