Глава 15
Ревность — это боязнь
превосходства другого лица.
Прошла уже неделя с того момента, как путешественники уехали из дворца. Приключения в Виноградной Лозе и Арвалде остались далеко позади. По наставлению темного мага Амира, отряд из шестерых двигался только по главной дороге, сворачивая в лес лишь на ночлег, и за все это время не встретил ни одного темного в маске. Взявшийся из ниоткуда наставник Пересмешника действительно оказался на их стороне, что не могло не радовать. У них теперь свои люди во вражеском тылу. Пусть Фредерика и остальные не смогут связаться с союзником, но зато он будет делать все возможное для облегчения миссии.
Они не надеялись, что до магической столицы на их голову абсолютно ничего не свалится, поэтому всегда были настороже.
А в свободное время по утрам и вечерам наследницу закаляли и умственно, и физически. Пересмешник читал девушке лекции о географии, культуре, теории магии и еще о многих-многих вещах. Файн проводил инструктаж по этикету. Как правильно держать голову, ложку на обеде, чашку на чайной церемонии. Шанель обучал истории драконов и их магическим азам. На плечи Михаэля и Казамы легла ноша развития боевых навыков принцессы. При этом монах учил ее владеть оружием, пока что только посохом как самым безопасным для принцессы, а оборотень — рукопашному бою, захватам и поистине звериным уворотам. А также в программу занятий с монахом входила медитация, нахождение внутреннего магического источника, восполнение энергии и отдых без сна. Занятия Фредерике нравились, но такая концентрация знаний сильно выматывала. Короче говоря, к концу недели она была вся на нервах. Остальные же понимали, что обучение принцессы необходимо, и поэтому приходилось мириться с ее плохим настроением, недоеданием и недосыпами.
Очередное стандартное утро, на той же самой дороге и на той же отсиженной заднице в неудобном седле, пронзил женский крик о помощи.
— Стойте, — дернул за поводья Пересмешник, когда члены отряда навострили уши и участливо поглядели в сторону леса. — Это может быть ловушка.
— Ловушка или нет, но ее же надо спасать, — встрепенулся Михаэль, а старейшина заслужил обвинительный взгляд Фредерики.
— Эта женщина может быть одной из них, — покачал головой Файн. — Или они используют ее как приманку.
— Если мы хотим продолжить путь в безопасности, высовываться нельзя, — добавил Казама.
— Тогда пойду один, — решительно дернул за поводья Михаэль и в мгновение ока направил кобылу в чащу.
Недолго думая, принцесса устремилась за ним, и Проклятье Пятой Точки скрылся за толстыми стволами и густой зеленой листвой. А следом пришлось ехать и остальным.
Мольбы о помощи становились все громче по мере приближения, но буквально за несколько метров до цели все прекратилось. Голос резко оборвался, и наступила тишина. Спасатели замедлили шаг. В догадках одна другой страшнее они осторожно слезли с лошадей, пригнулись и раздвинули ветви ближайших кустов. То, что они увидели, по меньшей мере очень удивило и озадачило.
Посреди горки расчлененных трупов в масках на одном из них восседала… девушка. Лет двадцати на вид с длинными, слегка растрепанными темно-русыми волосами, в доспехах из тонкой кожи с элементами мелкой кольчуги. В руках она сжимала окровавленный одноручный меч.
— Это… ты кричала? — растерялся монах.
— Я, я, — пробасила незнакомка, сорвала с одного из темных маску и принялась очищать ею лезвие. — Хотелось сделать мужикам приятно, прежде чем оттарабанить их моей волшебной палочкой в интересное место. Вы же любите, когда бабы перед вами пресмыкаются.
— Кто ты? — интерес Фредерики пересилил благоговейный страх.
Девушка с мечом бросила на нее ленивый взгляд и хмыкнула.
— Знаешь, милочка, смотря, кто спрашивает. У тебя с друзьями свои секреты, а у меня свои. Хотя если ты не прочь поболтать за кружкой пенной бражки, я только «за» размять язычок.
— Я бы не стал пить с человеком, о намерениях которого ничего не знаю, — деликатно сказал Шанель.
— А я пью только с такими людьми, потому что платят они сами за себя, — усмехнулась дерзкая незнакомка и поднялась с трупа, вставив меч в ножны за спиной. — Но действительно, представиться мне лучше сейчас, поскольку в тавернах много любителей погреть уши. — Она сделала пару шагов вперед и коротко поклонилась. — Хелка тер Гардун. Дочь Данка тер Гардуна, военачальника государя тер Грашога.
— Государя? — осталась в «непонятках» принцесса.
— Да, гномьего государя. Ты не ослышалась, милочка.
— Дочь гнома — человек? — сузил глаза Пересмешник. — Я что-то слышал об этом, но никогда бы не поверил в этот бред.
— Много ли детей от расосмешения ты видал, козлик? Или гномы прослыли в ваших землях принципиальными расистами? Вообще-то… — почесала затылок Хелка, — это действительно так. Но вы узнаете обо мне больше только тогда, когда перестанете быть незнакомцами и для меня, — скрестила девушка руки на груди. — Если бы ваша компания так глупо не выглядела, то вряд ли я стала бы делиться даже этим. Валяйте.
Фредерика задумалась. Каким же прекрасным союзником могла бы стать эта воительница, если бы она оказалась именно той, кем представлялась. Да и без титула, благодаря одним только бойцовым навыкам, она была бы очень полезна. Странно, но принцесса могла присягнуть, что слова Хелки все до единого правда. Жизнь научила Фредерику быть разборчивой, и в этой девушке она не сомневалась. Да и вторая девушка им в отряде не помешала бы. Если бы только был способ переманить ее на свою сторону… а еще узнать, какие дела привели ее в Зеленодолье. Что, если они и так на одной стороне? Ведь все эти убитые маски — ее рук дело.
— Я Фредерика, — вышла она вперед и тоже коротко поклонилась. — Принцесса Фредерика. Фредерика Виктория де Фабьер.
— Ух ты… — присвистнула дочь военачальника. — Какие дела тут делаются…
— Зачем? — одернул принцессу Пересмешник.
— Честность за честность, — улыбнулась Хелка. — Но поверить в то, что я с гномьим гражданством, так же трудно, как и в то, что ты наследница человеческого престола, ха-ха.
Фредерика даже не поняла, обижаться ей на эти слова или нет.
— Что насчет остальных?
— Мои спутники — старейшина Пересмешник, близнецы дар Раккаст, монах драконьего культа Михаэль и… дракон Шанель.
— Дракон?! — воскликнула воительница и смерила Шанеля скептическим взглядом. — Я думала, что драконы — это громадные ящерицы с чешуей и перепончатыми крыльями…
— Долгая история, — поджал губы мужчина.
— Недалеко отсюда есть придорожная таверна, — сказал Пересмешник, все равно поглядывая на Хелку с недоверием.
— Да, помню, — кивнула девушка. — Снимала там комнату на ночь. Местным мужланам диво дивное лицезреть девку в доспехах при оружии. Хотя наши гномки…
— Время терять нельзя, — отрезал старейшина.
— Ка-а-акой же ты скучный, козлик…
Массивный гнедой коняга воительницы был спрятан в кустах. Темных она услышала издалека, потому решила поберечь средство передвижения, да еще и поддаться слегка. Ведь неожиданное нападение в лобовую гораздо эффективнее крысиных приемов разбойников.
Почти всю дорогу до таверны Пересмешник полушепотом убеждал Фредерику, что связываться со странной незнакомкой и посвящать ее в свои планы не нужно. Мол, намерения ее неизвестны и в отряде их и так много. Как раз, чтобы не особо привлекать внимание.
— Слишком ты недоверчивый, — покачала головой принцесса. — О том, зачем она здесь, мы скоро узнаем, и ее навыки стали бы для нас неоценимыми.
Обиженный парень с Фредерикой больше заговорить не пытался. Только напряженно сопел, сгорбившись.
До места назначения они добрались примерно за два часа, и народу в этой придорожной таверне было хоть отбавляй. Шум и гам стоял неописуемый, и не занятой оставалась лишь пара столов в центре зала.
— Отлично. Зато никто нас не услышит, — удовлетворилась обстановкой Хелка. — Пойдем, лапушка.
Она мягко взяла принцессу за запястье и повела к одному из столов.
— Слишком она болтливая для вражеского шпиона. Не переживай, — хлопнул Михаэль старейшину по плечу. — У Фреди появилась подруга. Теперь она расслабится и перестанет психовать из-за нагрузок. Да и вообще, ей будет очень полезно заиметь влиятельного союзника среди соседей. И нам тоже.
— С чего ты взял, что она собирается куда-то с нами идти?
— Для начала сядем и узнаем ее получше. Уверен, ты опять мутишь воду.
— Ладно, — отмахнулся Пересмешник.
Пройдя к уже занятому девушками столику, он вальяжно уселся на стул, сложил пальцы в замочек и уставился на воительницу. Та, сложив губы в трубочку, на него. Никто не осмелился прервать этот зрительный контакт кроме подоспевшей на помощь служанки.
— Желаете выпить, господа? — бойко окликнула она парочку. — Эль, мед, сидр, гномье крепкое. Из закусок могу предложить мясную, сырную и рыбную тарелку.
— Эль, пожалуйста, — подала голос Фредерика.
— Мне тоже, — улыбнулся Файн.
— Мед, — определился Михаэль.
— И мне, — очнулся Шанель.
— Гномье крепкое, — стукнула кулаком по столу Хелка и одарила старейшину улыбкой в тридцать два ровных зуба. — Причем самое крепкое. «Горную слезу» или «Плач валунов».
— Гномье крепкое, — хором согласились Пересмешник и Казама.
Наследница вскинула брови от удивления.
— Разве не ты говорил, что нельзя терять время? — дернула она алкаша-старейшину за рукав.
— Тс-с, — отцепил он ее руку. — Это битва не на жизнь, а насмерть. Еще два мяса и один сыр, — окликнул он удалявшуюся служанку.
Следующие полчаса больше напоминали допрос с пристрастием. Однако никто не смел перебивать распаленную парочку. Даже хихикавший Казама с легким румянцем на щеках.
— Если ты действительно из Красноравнинья, то что привело тебя сюда? Какие дела? — содержимое первой стопки было поглощено Пересмешником.
— Дело чрезвычайной политической важности к королеве Виктории, — на духу ответила Хелка и ее стопка через пару секунд опустела.
— Что же это за дело, если оно потребовало личной аудиенции королевы? — вторая стопка парня опустилась на деревянный стол с глухим стуком.
— Об этом я буду говорить лично с королевой либо с принцессой. Дыа-а, принцесса? — не унималась девушка и щелкнула пальцами по стеклянной стенке.
Далее шли вопросы о быте гномов, об известных знатных родах, а также гномьем языке. Импровизированный «экзамен» дочь военачальника сдала с блеском. Монах с драконом одобрительно кивали, потягивая свой мед, Файн слушал со всей сосредоточенностью, а Казама ухмылялся, иногда хихикал и тоже отправлял в себя стопку за стопкой. Принцесса же была вся в напряжении. Они просто обязаны были понять друг друга и пожать руки. Они оба нужны ей.
Наконец, до сих пор подозреваемая в шпионаже Хелка сдалась.
— Я должна поговорить с королевой о нападениях темных на мои земли.
Пять пар выпученных глаз теперь были направлены на нее. Казама хихикал.
— Светлые держат нейтралитет, к остроухим зазнайкам я не сунусь даже под угрозой плахи, поэтому королева Виктория — мой единственный вариант. И судя по моему лесному трофею, у вас маски тоже частые гости.
Казама хихикал.
— Неужели… князь решил напасть на все королевства одновременно, — произнес Пересмешник и отодвинул от себя очередные сто грамм. — Тогда все еще труднее, чем мы думали.
— В смысле «напасть»? — вытаращилась девушка на старейшину.
— Мы знаем все планы князя, — осторожно шепнула ей Фредерика. — И знаем, как его остановить. Этим мы сейчас и занимаемся. Если ты согласишься присоединиться к нам, мы все тебе расскажем.
Казама захихикал громче, и Файну пришлось легонько встряхнуть его.
— Вряд ли я буду бегать за вами хвостиком, но безопасность Красноравнинья для меня важнее всего. Для этого я сюда и притопала, — она пригубила еще одну стопку с «Горной слезой». — Отразить нападение на государство… да я же сразу папашу с должности смещу! Хотя нет… — погрустнела девушка. — Человека на такую должность не поставят… зато я наконец-то докажу, что человек тоже чего-то стоит. Милая? — повернулась воительница к принцессе и захлопала глазками. — Не хочешь стопочку?
— Э…
— Не надо спаивать девочку, — встрял дракон.
— Лучше еще эля.
— И какие же у вас дальнейшие планы? — протянула Хелка, снова вернувшись к лицезрению нетрезвой физиономии старейшины.
— Не здесь.
Парень еле сидел на стуле. Создавалось ощущение, что малейший тычок в плечо, и он шмякнется на пол. Именно поэтому принцесса решила, что ему на сегодня хватит. А ведь еще даже не вечер.
— Возьми четыре комнаты, если их столько есть, — тихо сказала она Михаэлю. — И отведи Пересмешника в одну из них. И Казаму желательно. Но только в разные.
— Понял, — кивнул монах и под шумок улизнул к стойке.
— Вот что! — встрепенулась воительница и хлопнула принцессу по плечу. — Я помогу вам, чем смогу, на своей земле. Договорюсь с папашей и подниму войска, если будет необходимость.
— Договорились, — кивнула Фредерика. — Теперь остались эльфы и светлые. Кстати, всегда задавалась вопросом, почему гномы так ненавидят эльфов и наоборот?
В ответ Хелка залилась низким гоготом и треснула кулаком по столу. Тот опасливо пошатнулся.
— Да потому что они все пид…пид…высокомерные и зацикленные на себе существа, вот что. Поди патлы свои длинные по несколько раз на дню расчесывают, а к портным бегают и того чаще. То ли дело мой народ… — Девушка гордо выпятила грудь. — С оружием рождаемся и с ним же умираем. В отличие от тех, кто рождается и умирает с расческой.
— Вот оно что… — пробубнила принцесса и задумчиво накрутила рыжий локон на палец. — Тайна вражды Леголаса и Гимли раскрыта.
Давненько уже Фредерика не вспоминала о родном мире. Мире, где все происходящее перед ней в настоящий момент, всего лишь фантазия и выдумка.
— Фреди-и-и…
Ах да. А еще в родном мире нет пьяного старейшины под боком, дышащего в лицо «Горной слезой» и улыбающегося как придурок. Фе-е-е.
Но все-таки, разве могла она сокрушаться о том, что попала сюда? Ведь по-настоящему жить Фредерика стала именно в этом мире. Даже если бы завтра ей предложили вернуться… И старейшина, и монах, и дракон, и близнецы… куда же она теперь без них денется?
— Чего тебе? — с напускной раздраженностью поинтересовалась девушка.
— А уложишь меня… ик… спать, Фре-е-еди?
— Ща. ас… я тебя… уложу, — медленно поднялся со стула Казама.
— Так, — встала Хелка, схватившись за эфес меча. — Давайте я уложу вас обоих.
— Никто никого укладывать не будет! — вклинилась принцесса.
— Четыре комнаты! — бодренько подоспел Михаэль, бренча ключами в руке.
Вот же шельма. Точен как часы.
Как только главные пьянчуги были распределены по комнатам, остальные выбрались на улицу подышать свежим воздухом.
Открывшийся пейзаж не блистал особой оригинальностью. Сельские дома, грядки с капусткой, поля.
— Пара часов до Латинии, — заявил дракон.
— Не похоже на то… — протянула в ответ Фредерика, охватывая взглядом деревушку.
Шанель изогнул бровь
— А какой ты представляешь себе магическую столицу королевства?
— Ну… тако-о-ой… — Девушка принялась делать руками пассы в воздухе. — Зеленые сады кругом, высоченные башни уходят в небо так, что их не видно за облаками… Где-то слышен звук битвы. Это дуэль между учениками магической академии!
Сымитировав эпичные звуки из комиксов и проведя перестрелку пальцами, принцесса повисла на плече дракона.
— Ой, ты смотри, там же идет ректор академии! Нам сейчас влетит по первое число! А я как раз не сдал экзамен по зельеварению во вторник! Пыщ-пыщ!
— В вашем мире знают о магии? — вмешался монах.
Девушка прекратила паясничать и задумалась. Рассказывать ли им о существовании трилогии «Властелин колец» и фэнтези-блокбастерах, которые нынче так популярны в мире без магии?
В итоге она решила сократить повествование до минимума.
— Она считается только плодом воображения, зато вот чудес техники хоть отбавляй. По специальным проводам… таким толстым нитям передается электричество и заставляет свет включаться, картинки двигаться, а еще можно за секунду связаться с любым человеком, если у тебя есть его номер телефона или страница в социальной сети. Но это я уже перегнула.
— Техническая магия… — просмаковал Шанель и так сосредоточенно сощурился, что Фредерика прыснула.
— Принцесса — иномирка? — только сейчас спохватилась Хелка и уставилась на нее как на антикварную вазу.
Пришлось рассказывать воительнице историю с самого начала, от сотворения пророчества и до наших дней. Некоторых деталей не знали даже остальные путники, а поэтому гогот стоял такой, что жители деревни опасливо поглядывали из окон домов. Но компании было все равно. Они наконец-то могли расслабиться, ни от кого не бегать и наслаждаться теплым вечерком.
— Знаешь, — улыбнулась «гномка», когда история подошла к концу. — Я ведь сразу поняла, что ты не настоящая принцесса. Уж больно не по-королевски ты выглядишь. Потому и решила довериться. А вот наличие княжьего сынка под боком… — она кинула взгляд на дверь таверны, — …все-таки сильно усложняет дело. Вот уж кого я почуяла так почуяла.
— Я тоже понимаю, кому доверять стоит, а кому нет. И Пересмешнику… — краткий взгляд на дверь, — …можно. Он, конечно, жуткий эгоист и извращенец, но зато честный и в беде никогда не бросит.
И ей вдруг стало немного… грустно и одиноко. Сколько огня и воды они прошли в этом мире вместе, буквально рука об руку, а она имеет такую наглость смеяться и веселиться без него. Еще и гоняет постоянно как пса, которого колбасой накормили, а в дом погреться не позвали.
— Уж не думаешь ли ты, что несправедлива к нему? — прервал Михаэль поток ее мыслей.
— Шанель, научи меня ставить ментальные щиты.
— Это и без чтения мыслей понятно, — усмехнулся монах.
На это принцесса побурчала, показала ему язык и скрылась за дверью. Пусть пообсуждают там ее глупые выходки, а она отправится повидать своего товарища по всем несчастьям. И по счастьям, куда ж без этого.
Поднявшись на второй этаж, она задержалась перед комнатой, которая была выделена близнецам, и прислушалась. Тихо. Оборотень спит крепким сном, и лучше его не будить. Да и не нужно. Если уж говорить начистоту, то в последнее время общение девушки с Пересмешником сократилось до минимума в основном благодаря Казаме. Даже если злобнец был чем-то сильно отвлечен, стоило Фредерике сократить дистанцию со старейшиной, и в нее тут же впивалась пара малиновых глаз. Рано или поздно холодная война могла перерасти в настоящую, и рисковать не стоило. Сейчас же ей ничего не мешало побыть с другом наедине. Хотя нет. Мешало. Доза им на душу принятого.
Отворив дверь в его комнату, принцесса уже с порога сморщила нос. Ну и «Горная слеза», ну и слезоточивый же самогон. Боги упаси когда-нибудь его попробовать.
Громко стуча каблуками по дощатому полу, она подошла к кровати и легонько пнула Пересмешника по свисавшей ноге. Нога дернулась и снова замерла.
— Слыш, балда, — еще один легкий пинок. — Не надоело еще тебе так надираться? Молодость лихая минула, а привычки вредные остались?
— Уйди, — буркнул старейшина и медленно перевернулся на другой бок.
— Уйди? — девушка даже опешила от такой наглости. — Ты принцессе это своей говоришь? Так ты ей верой и правдой служишь?
— Принцесса, уйди…
— Никуда я не пойду! — встала она в позу. — А ну, вставай, живо!
— Уходи… к блондину своему.
— К кому-кому?
Так, блондин. Либо у него белая горячка какая-то пошла, либо это Фредерика чего-то не догоняла. Блондин же у них вроде как на всю компанию такой один.
— К Шанелю, что ли?
Пересмешник раздраженно дернул ногой.
— К другому блондину. Ты… ты его не знаешь.
— Вот те раз. Как ж я к нему уйду, если не знаю? Прекрати напиваться до бредовых расстройств. Ты меня пугаешь.
Парень повернулся к принцессе лицом и уставился сквозь нее.
— Послушай, — мягко вздохнула она и присела перед кроватью на корточки, чтобы лица их оказались на одном уровне. — Все это зашло слишком далеко. Никто не знает, что случится завтра. Прикончат нас или нет, начнется ли этот ваш апокалипсис или нет. А даже если все закончится успешно и хеппи эндом нас не обделят, разве могу я рассчитывать на то, что меня не отправят обратно тем же рейсом, что и прислали сюда? И ты, и королева, и все остальные строите какие-то грандиозные планы насчет меня, но вы разве не подумали, что все может пойти не по-вашему?
Улыбнувшись для того, чтобы разрядить атмосферу, Фредерика ткнула старейшину в нос.
— Наверное, ты права, — после продолжительной тишины произнес Пересмешник. — Должно быть, я просто привык, что всегда получаю желаемое. Кроме трона. И тебя.
— А если бы ты получил трон, неужели справился бы с ответственностью и не свихнулся, как твой отец и его предшественники? Не ты ли утверждал, что с темной магией желательно покончить раз и навсегда?
Пересмешник перевернулся на спину и вытянул перед собой руку. Осмотрел ее со всех сторон, сжал пальцы в кулак, разжал.
— Десять лет я не использовал темную магию, — констатировал он. — Если бы я снова когда-нибудь захотел воспользоваться ею в полную силу, меня разорвало бы на части.
— Прямо на части? — испуганно выдохнула принцесса.
Он перевел на нее взгляд грязно-желтых глаз.
— Ты ведь уже в курсе, что она постепенно разрушает организм. Мой организм почти излечился от ее влияния. Если в определенный момент он получит сильный разряд, то будет не подготовлен, а следовательно, уничтожен. От переконцентрации эффект тот же. Если неподготовленный молодой маг академии постарается высвободить свою тьму в большем количестве, чем ему могут позволить силы, то он рассыпается. В прямом смысле. Тело начинает гореть от боли, кожа — засыхать и отваливаться слой за слоем, а потом и внутренние органы. В конце концов, от темного мага остается лишь горстка паленой кожи да костная мука. А иногда и кожи не остается. Только мука.
— Это… ужасно.
— Рад, что ты поняла, насколько же магия невеселая штука. И впредь будешь осторожнее с экспериментами. Сначала ты создала молнию, потом огонь. В следующий раз можешь по ошибке высвободить и свою тьму. Я даже протрезвел.
Ловким движением Пересмешник приподнялся, уселся на край кровати и посадил рядом с собой девушку.
— В академии тебе расскажут об остальных видах магии, но что касается темной — я все сказал. И добавить нечего, — закончил он.
— Хорошо. Я буду осторожна, — заверила Фредерика. — И ты тоже, — носком туфли она принялась подковыривать одну из выпирающих досок пола, — будь осторожен.
— Постараюсь.
Оба замолчали. Пересмешник тоже начал что-то подковыривать. Где-то вдалеке хлопнула дверь, потом еще одна. В тишине и звуки снизу стали более отчетливо слышны. Чоканья кружками, отборная брань. Таверны — они везде таверны.
— Ничем хорошим наши прогулки ведь не заканчиваются, так? — нарушил молчание старейшина. — Стоит только куда-то пойти, и окружают со всех сторон. Даже забавно.
— Хуже то, что тебе потом прилетает за это, хотя ни в чем не виноват, — усмехнулась девушка. — А ты хочешь куда-то сходить?
— Просто есть у меня такое предчувствие, что после того как мы въедем в ворота Латинии, наше путешествие уже не будет продолжаться по-прежнему. Королева получит наши сообщения, все королевство встанет на ноги, и пиши пропало прежнее комфортное уединение. Вполне возможно, что тебя вернут во дворец, да еще и охрану приставят.
— Я не хотела бы, чтобы нас разлучали, — честно ответила принцесса, и Пересмешник, не веря своим ушам, удивленно уставился на нее. — Мы уже столько всего пережили вместе, что мне будет крайне сложно подолгу не видеть твое лицо. И остаться без твоей поддержки. Если уж встали на этот путь вместе, то вместе должны и пройти его. Я так считаю.
— Спасибо, принцесса, — парень остался крайне польщенным. — Я стараюсь. Честно.
— Пойдем, сбежим на пару часов! — воскликнула Фредерика и, схватив старейшину за руку, повела прочь из комнаты.
— Как неприлично, Ваше высочество…
Но в глазах Пересмешника сверкали искорки смеха. Иногда так мало требуется для счастья. Принцесса в хорошем настроении под бочком — и, пожалуй, никакой темной магии не нужно и никакой мести.
Хотя… чтобы защитить тех, кого любишь, расслабляться не следует.