Глава 15

Магистр Вальдес-Рейн вышел из подсобки с дымящейся чашкой какого-то варева. Пахло оно, как нечто совершенно несъедобное. Я сморщила нос и помахала перед лицом ладошкой, чтобы отогнать противный запах.

– Фу! У некроматов сбежал лабораторный материал, а затем испустил дух где-то под партой?

Ларс, как ни странно, даже бровью не повел. Лишь как-то странно посмотрел на меня.

– Здесь ничем не воняет, ты о чем?

– Вот об этом! – возмущенно указала на магистра.

Тот поднял емкость и демонстративно вдохнул зеленоватый дым. Меня от этой картины чуть не стошнило.

– Все верно, Габриэлла, – серьезно проговорил он. – Аромат не очень приятный. Но никто, кроме тебя, его не ощущает.

Я растерянно моргнула, не понимая, и магистр продолжил:

– Это зелье моего авторства. Лекарство для таких, как ты.

Прозвучало немного обидно.

– Каких «таких»?

– Магов с драконьей стихией.

– То есть стихией огня? – Я уже ничего не понимала, и это раздражало.

– Нет. Огонь в том понимании, в котором наблюдаем у стихийников, относится к другой категории. Он никогда не ранит своего носителя. А вот то, чем наделена ты, в моем мире называют «драконьей чумой».

– Ну спасибо… – саркастично протянула я, скрестив руки на груди.

Зашипела и вернула обратно на колени, ладонями вверх. Ожоги хоть и были обезболены, но не давали о себе знать, только если их не тревожить.

– Ты не стихийный маг огня, Габриэлла. Ты волшебница, магия которой поражена вирусом. Он не лечится. Но усмиряется. Я не мог определить это сразу из-за отсутствия главного «симптома». Раньше огонь не причинял тебе вред.

Я задумалась, припоминая все моменты, когда колдовала стихийно.

– Нет, не причинял… Так, может, вы ошиблись? Это просто случайность. Ларс сказал, у Ники Роуин какая-то странная магия, вдруг она как-то повлияла на меня?

Он качнул головой и повторил:

– Огонь никогда не ранит своего носителя.

– Но раньше…

– Видимо, тогда еще не вошел в свою полную мощь.

– Ладно, – вмешался в полемику Ларс. – Любой магический дар можно назвать болезнью, раз на то пошло. Габи просто повезло чуть меньше. Но даже с этим можно справиться.

Он подошел и уселся на парту рядом со мной. Обнял за плечи, прижимая к себе. Вальдес-Рейн задумался, глядя куда-то мимо нас.

– Признаться, у меня не складывается, как в это уравнение могла попасть ваша дуальность. Ведь именно ее вы развивали на индивидуальных занятиях?

Ларс бросил на меня быстрый взгляд и качнул головой.

– Нет, тут оказалось кое-что другое. Даже если б у Габи была чистая стихия огня, у меня это – воздух, а не вода. Мы не дуалы. – И сразу же перевел тему: – Так если это не лечится, как вы могли создать лекарство?

Магистр посмотрел на чашу, которую держал, затем протянул ее мне.

– Тебе нужно это выпить.

– Что?! Я не смогу! У меня тошнота к горлу подкатывает только от одного запаха!

– Придется зажать нос. Вы правы, мистер Варден, это не совсем лекарство. Оно не изменит природу магии. Но уберет ожоги, оставленные ею. Советую иметь при себе готовую дозу на всякий случай. Рецепт я дам. Изготавливается на самом деле несложно.

Я прикрыла глаза, унимая гудящее раздражение.

– Погодите! Я не понимаю… Как и где новорожденный ребенок мог заразиться этой драконьей чумой?! И как вообще жить дальше? Это передалось от мамы? У нас в роду никогда не было стихийников! А я могу кого-то заразить? И откуда вы так много об этом знаете?

Магистр вздохнул и передал чашу Ларсу.

– Помогите ей это выпить. А потом продолжим разговор. Мне больно смотреть на ее руки.

– Не говорите так, будто меня нет в комнате!

Я уже не отдавала себе отчета в действиях и словах. Сердце стучало как бешеное. Меня накрывала паника.

– Успокойтесь, мисс Мерзе! – вдруг рявкнул магистр.

Подскочив от неожиданности, воззрилась на него широко распахнутыми глазами. Шум в ушах резко сошел на нет. Мужчина снова вздохнул и гораздо тише проговорил:

– Я знаю, потому что моя жена обладала таким же огнем. Помочь ей никто не мог. Можно было только свести неконтролируемые приступы к минимуму, а в случае ранения обезболить ожоги стандартными зельями. Потом ждать, пока заживет само. А это долго и мучительно. Поэтому я пытался создать лекарство.

После слов магистра стало особенно тоскливо. Если аномалия затронула близкого ему человека, значит, он действительно был заинтересован, чтобы изучить дело как можно тщательнее. И найти лучший выход.

Молча повернулась к Ларсу, не поднимая глаз от чаши в его руках. Он понял без слов и поднес ее к моим губам. Я выпила отвратное зелье до дна, хоть оно и норовило вырваться обратно. После зажмурилась и содрогнулась всем телом.

– Какая же гадость! Могли бы сделать его если не вкусным, то хотя бы не таким противным.

Вальдес-Рейн на это только улыбнулся.

– А что стало с вашей женой? – задал Варден интересующий меня вопрос. – Она жива?

Я шикнула на него и пнула коленкой.

– Как бестактно!

И тут же воззрилась на магистра в ожидании ответа. Но все сразу стало ясно по выражению его лица – посеревшему и отстраненному.

– Увы, нет, – он посмотрел мне в глаза. – Но у вас все будет хорошо, Габриэлла. Вы по природе своей скорее хищник, чем жертва. Каким бы ни был огонь, он вам подвластен. Да, без ран и ожогов не обойдется… но магия по природе своей опасна. Любая.

Его взгляд опустился на мои руки. Я последовала его примеру. Пораженно выдохнула, сгибая и разгибая пальцы. Покраснений и вообще каких-либо следов больше не наблюдалось.

– Идите в зал. Праздник еще не закончился.

Магистр отвернулся и направился обратно в подсобку. Я спрыгнула с парты и двинулась следом.

– Погодите, а рецепт?

Он чуть замедлил шаг, но не обернулся.

– Да, пойдемте.

Оглянулась на Ларса, поймав его задумчивый взгляд, а затем побежала за Вальдес-Рейном. Задержалась в дверях, наблюдая, как он подходит к столу, перебирает какие-то книги и берет самую нижнюю из стопки. Раскрывает ее примерно на середине, берет сложенный пополам пергаментный лист. Оборачивается, глядя на рецепт в своих пальцах.

– Мне очень жаль вашу жену, – тихо проговорила я.

Он поднял на меня взгляд, и я невольно вздрогнула. Никак не могу привыкнуть к неестественно яркой синеве, напоминающей, что человек передо мной – с другой планеты. Магистр подошел ближе и протянул мне пергамент.

– Она перестала бороться. А моего стремления не хватило на нас обоих.

– Мне жаль, – повторила шепотом, забирая рецепт. Прочистила горло и спросила уже громче: – Вы не сделаете себе копию?

– Я знаю его наизусть. Если будут вопросы, обращайтесь.

– Спасибо, магистр.

Он кивнул и отвернулся, показывая, что прием окончен. Я пошла обратно в аудиторию, на ходу читая написанное.

Цвет лилии, 25 гр

Толченая жабья печень 40 гр

Настой…

Пергамент вдруг выпрыгнул из рук, в тот же миг оказавшись у Ларса.

– Эй!

Парень сложил рецепт еще более компактно и убрал в карман брюк. Подошел, подхватил мою руку, провел пальцем по ладони и поднес ее к губам. Поцеловал, глядя мне в лицо. Негодование тут же испарилось, а по щекам разлился жар.

– Потанцуем?

– Прямо здесь?..

– Ну, Вальдес-Рейн вряд ли будет в восторге от этого. Он советовал нам вернуться в зал.

– Там Кристиан.

Ларс фыркнул и притянул к себе за талию.

– Он уже забыл, что явился на бал с тобой. А если нет, так и быть, разрешаю тебе подарить ему один медляк.

Хлопнув пару раз ресницами, неверяще приподняла брови.

– Серьезно?

– Нет, конечно! Все обжиманцы исключительно за мной.

Варден взял меня за руку и увлек прочь из класса. Даже злиться на него не хотелось. Слишком много эмоций я испытала за этот нескончаемый вечер. И желания что-то решать, спорить, доказывать совершенно не было. Это все подождет до завтра. А сегодня я побуду просто девушкой в красивом платье, у которой нет никаких проблем.

Добрались до зала мы очень быстро. По пути кто-то окликал Вардена, но тот лишь отмахивался и не останавливался. Мелодия медленного вальса звучала даже в фойе. Я сразу ее узнала, так как часто слышала на факультативе магистра Магноди.

У распахнутых двустворчатых дверей Ларс вдруг поменял курс, направившись к выходу на террасу. Повел меня вдоль колонн, по тонкому покрывалу наметенного снега и повернул к себе у куста голубых зимних роз. Музыка подошла к середине, но это не остановило его. Провел рукой от поясницы до лопаток, сжал мою ладонь в своей и поднял, как полагается в исходном положении вальса.

– Ты не пропускала факультативы Магноди? – улыбнулся уголком губ и сделал первый шаг.

Мне нравились уроки, хоть я не сразу к ним прониклась. Но такого трепета в груди и застывающего у горла дыхания ни разу до этого не ощущала.

Ларс кружил меня по присыпанной искристым снегом террасе, мимо голубых диковинных роз, оплетавших колонны, и волшебных фонариков, мерцающих теплым желтоватым светом.

Если и были с моей стороны какие-то ошибки – все потерялось и стало совершенно неважным.

Шаг в шаг. Глаза в глаза. Музыка, уносящая душу куда-то далеко-далеко. И ощущение тепла, зародившегося в груди, но заполнившего всю меня от макушки до кончиков пальцев.

В какой-то момент я вдруг заметила свечение, исходящее от наших сцепленных рук. Два потока мерцающих искр: рубиново-красных и серебристо-голубых. Они огибали нас, окутывали, кружились вместе, переплетаясь и принимая образ призрачных птиц.

На последних нотах я сосредоточилась только на этом чуде, пытаясь поймать его в поле зрения. Даже наступила один раз Ларсу на ногу. А когда мы замерли, закончив танец, пробормотала:

– Ты только посмотри…

Варден не смотрел, ему было неинтересно. Он порывисто привлек меня к себе и впился в губы крепким поцелуем.