Глава одиннадцатая. Кто вы, кто я

Лия – В смысле? – Марс сел ровнее, – куда Нарски навострился? – Какого лысого демона? – Лейс облокотился на одну руку и пронзил меня своим полыхающим янтарём взглядом. – Вот так вот, – я развела руками, – я немного покопалась в черепушке Нарски. – Ты же говорила, что там какая-то защита, – Марс нахмурился. – Я смогла её обойти, – я хитро улыбнулась. – Что ещё интересного расскажешь? – Лейс был мрачнее тучи. – Я узнала о том, что Нарски следил за вами и докладывал некоему господину, – я посерьёзнела, – на самом деле, я давно об этом знала, просто сейчас раскрылись новые обстоятельства. Мне стало известно немного больше. – Не томи, – буркнул рыжий, Марс согласно кивнул, не отрывая от меня внимательного взгляда. – Нарски наблюдал за вашей силой, постоянно измерял различные параметры. Он заметил, что от ваших ссор магия скачкообразно увеличивается, потом делает небольшой откат, но всё равно растёт, – я переплела пальцы между собой, – я вам уже говорила, что ваша магия всё ещё растёт. Но сейчас не про это. Ему и его господину нужна ваша сила. Они собирались мариновать вас таким образом, пока вы не достигнете конечного предела. Парни напряжённо молчали и слушали каждое моё слово. Я перевела дыхание и продолжила. – Но после моего появления всё изменилось, – я слабо улыбнулась, – ваши ссоры начали сходить на нет, сила начала расти ровными большими прыжками. Настолько большими, что без якорей вы просто не можете воспользоваться своей магией. Нарски с помощью своих соглядатаев это заметил. Он не хотел, чтобы ваша сила росла так быстро, потому что ему нужно было время. Он хотел сбежать до того, как вас заберут люди некоего господина Эн. Поэтому он хотел как-либо отдалить меня от вас. Подозревал, что причина роста вашей силы как-то связана со мной. – И что? – нетерпеливое от Лейса. – Из-за того, что я напитала Источник под академией вчера вечером, Нарски решил, что самое время делать ноги, – я усмехнулась, – он собирался сегодня узнать ваши новые магические параметры, доложить об этом господину Эн и сбежать. – Собирался? – уцепился за слово Марс. – Собирался, – подтвердила я, – у него бы всё получилось, но судьба решила иначе. Нарски сейчас в коме и выйдет из неё не раньше, чем через две недели. Я взмахом руки остановила их расспросы и честно начала рассказывать обо всём, о боданиях с Нарски и его коме, о происшествии с Источником, о том, что мы с Зейном уже выбрали тех, кто должен поехать в Союз, об остальных мелких заданиях и поручениях. Меня было не заткнуть. Я чувствовала, что должна всё им рассказать. Или почти всё. – Мне осталось выполнить два задания, и мы сможем уехать, – закончила я, – меня ждут дома. – Но мы не можем уехать, – близнецы переглянулись, – мы должны закончить кое-какие семейные дела. – Те самые, пятнадцатилетней давности? – уточнила и получила два кивка, – мне по-прежнему не стоит ничего знать? – На самом деле… – начал Лейс, и братья переглянулись, – мы расскажем, но немного позже. Сейчас у нас другой вопрос. – Какой? – я нахмурилась. Было немного обидно выложить им почти всё о своей работе в Вильере и не получить откровенности взамен. Но ведь у них это что-то было личным, я же просто рассказала о своих заданиях. И то утаила некоторую информацию. И не рассказала им кое-что личное… – Мы сделали кое-что, – сказал Марс, – перелили силу друг другу. Во мне плескался огонь, пока не стал льдом, а у Лейса – наоборот. Но это ведь не якорь? Это было больше похоже на… укрепление связи зеркальных близнецов на магическом уровне. – Дайте посмотрю, – я перешла на магическое зрение, хмыкнула, – это точно не якорь. В ваших структурах по-прежнему хаотичная магия, но что-то изменилось… Возможно, вы и правда укрепили магическую связь. Когда пробудилась ваша магия? – Пятнадцать лет назад, – снова эти многозначительные переглядывания. Да что за тайны? Почему нельзя мне рассказать, что там между ними случилось тогда? Раз уж они уже помирились и пришли к каким-то соглашениям. Не доверяют мне? Не готовы рассказать что-то столь личное? Хорошо, пусть так. Обидно, конечно, но что поделать. И эта обида распускалась в душе ядовитым цветком. Я же хочу им помочь, спрашиваю не из праздного любопытства. Хочу узнать их ближе. Я прикрыла глаза, чтобы унять эмоции. Не нужно показывать, как мне досадно и неприятно. – Магия проснулась до ссоры или после? Во время? – спросила прохладным голосом, переключаясь на рабочий лад. – Как тебе сказать? – задумался Лейс, – фактически до ссоры. Но по идее во время этой… неприятной истории. – Понятно, – я сдержанно кивнула, – насколько мне известно о зеркальности близнецов… Хотя известно мне не многое. Вы третья пара таких уникумов за всю историю Ахаэлии. Но судя по всему Марс прав, между вами из-за вашей ссоры сбоила магическая связь. Вы её даже толком установить не смогли. Зато сейчас всё в порядке, вам осталось только найти якоря и всё – вы полноценные, но плохо обученные очень сильные маги. – Расскажи нам о других зеркальных близнецах, – задумчиво попросил Марс, – это передаётся по наследству? – Не думаю, – я воскресила в памяти то, что знала, – двое родились ещё на заре создания Ахаэлии в Императорской семье. Тогда семья раскололась на две части, некоторое время была неразбериха, какая ветвь главная. Потом близнецы умерли, одна из ветвей потеряла силу Источника, вторая вошла в полную мощь. Вторая пара появилась семьсот лет назад. Обе близняшки вошли в Императорский род через брак. И вот, вы третьи. – Есть ещё что-то? – вскинул брови Лейс. – Возможно, – я усмехнулась, – но если вы хотите знать больше, вам нужно в Ахаэлию. В этот самый миг в дверь застучали. Я подхватилась с кровати и пошла открывать, пока мне дверь по новой не сломали. На пороге стоял Роберт. По его лицу нельзя было понять, злится он или готовится вот-вот улыбнуться. – Ратовски, какими судьбами? – я вздёрнула левую бровь. Конечно, я знала, какими он судьбами. Я же так нагло влезла в его дела и сделала всё по-своему. И он точно должен быть этим недоволен. Но ничего, переживёт. Тем более, что я смогла немного узнать о планах Нарски, в том числе о его побеге. Зачем ему бежать? Наверняка это связано с близнецами и господином Эн. – Нам нужно поговорить, – ровно сказал Роберт. – Это не может подождать до завтра? – я вцепилась в ручку двери, – я очень устала. – Не удивительно, – он сузил глаза, – но всё же? – Ратовски, – предупреждающе проронила я, – если мы поговорим с тобой сегодня, обещаю, тебе этот разговор очень не понравится. – Хорошо, – процедил он, – завтра. – Завтра, – кивнула я и закрыла за ним дверь. Недовольный какой! Я, может, тоже не всем в этой жизни довольна! У меня тут лосей из-за его промедлений всякие Нарски обижают, Фаворски секретами не делятся, ещё и дурацкое наследство до кучи! Ничего, сижу и держу себя в руках! Р-р-р. – Теперь вы, – я посмотрела на часы, – вам пора на тренировку. – А ты? – Марс поднялся. – Я устала, – я вскинула руку, – и хочу побыть одна. – Ты точно в порядке? – Лейс быстро приблизился и взял меня за руку. – В полном! – я заставила себя улыбнуться, – идите. Скажете остальным, что мне по-прежнему нехорошо. – Может, мы всё-таки останемся? Всё равно якорь пока не нашли, поэтому нет смысла сидеть в тренировочном зале, – Марс как всегда был практичен. – Как раз наоборот, – возразила я, – посидите и поищите вместе. Я в вас верю! – Лия… – начал Лейс. – Идите, – сказала устало, – ради всех богов, идите. – Хорошо, но мы вернёмся, – сверкнул улыбкой Лейс. – Куда вы денетесь, – проворчала я. Дверь за ними закрылась, а я упала на кровать, снова чувствуя эту странную усталость, пригибающую к земле. Два часа сна ненадолго придали бодрости, но вот меня снова тянет поспать, и на этот раз не просыпаться до самого утра. Я вздохнула и села. Нужно кое-что сделать перед тем, как идти спать. Я вызвала Зейна. Сейчас он был моими глазами и ушами в академии, и должен был знать, что там с Нарски. Нужно убедиться, что я довела это дело до конца. Ну, а завтра с новыми силами приступить к заданиям Тайной службы. – Ты всё сделала блестяще, – отчитался напарник, – завтра сообщат студентам и выберут заместителя. – Отлично, – я вздохнула, – сядь-ка, ты должен кое-что знать. – Слушаю, – он примостился на самый краешек кровати. – Я смогла немного покопаться в голове Нарски, и вот, что нарыла, – я пересказала ему то, что недавно поведала Фаворски, – но это не всё. – Что ещё? – напрягся. – Границы в Союз были закрыты из-за того, что из Вильеры пытались провести крошки дарангского камня, – конечно, я немного покривила душой, не говорить же ему, что мне это родитель сказал во время сна. – Твою ж… – он выругался. – Не переживай, у меня есть кое-какой план, – я усмехнулась, – но тебе придётся поиграть умирающего лебедя некоторое время. – В смысле? – Ты не забыл заклинание личины? – проговорила с намёком. – Нет… – растерянно сказал он, а потом вскочил, возмущённо зашипел, – что?! Лия, я не буду натягивать на себя личину Корнелии Эзел! – Тебе нужно будет всего-то лежать в постели! – воскликнула я, – я же не прошу тебя ходить на этих смертоубийственных ходулях! – А что тем временем будешь делать ты? – чуть подуспокоился напарник. – А я вернусь домой, – и приготовилась к возмущениям и вопросам. – Что? Как? А как же я и студенты? – Зейн не заставил себя ждать. – Послушай, я воспользуюсь порталом в Даранге, проклятый камень поглотит выброс энергии от перехода, – я вцепилась в руку Мелвина, – и никто не почувствует портал. Тот маг, что сбежал оттуда, – это наш шпион. Не спрашивай, откуда я это знаю. Просто доверься мне. – Ты ведь вернёшься? – он сощурился. – Ты дурак? Конечно вернусь! – я возмущённо нахмурилась. Я не могла не вернуться по многим причинам. Одна из них – долг перед Тилем. Он воззвал ко мне и обязал выполнить то, что обещала моя семья. И надолго уйти из Вильеры я не смогу. Отчасти это хорошо, потому что родные не посмеют не пустить меня обратно. Но сделать то, что потребовал Тиль будет непросто. Я даже успела забыть об этом. Источник обязал меня освободить Вильеру. Пожалуй, первый шаг я уже сделала – помогла Тилю вернуть его силу и вырваться из кандалов дарангского камня. Осталась теперь самая малость – заручиться помощью Союза в этой маленькой шалости. Всего-то. Ха-ха. – Хорошо. Когда? – сдался напарник. – Не сейчас, успокойся, – я улыбнулась, – сначала надо закончить все задания. – Не забудь про дело Амаль, – сказал Зейн напоследок. – Не забуду, – вздохнула я ему вслед. На плечах будто полмира лежало. Наверное, примерно так же чувствует себя Император. Не завидую я ему и его наследнику. Обещаю себе, что запрусь в семейном имении сразу, как только завершу все дела. На полгода. Нет, лучше на год! И с почти чистой совестью я приготовилась ко сну и завалилась спать, даже не поужинала. Дверь запирать не стала, потому что остаться без неё вовсе не хотела. А то Фаворски вполне по силам её снести. Неконтролируемой магией или физической силой. Сквозь сон я почувствовала, что уже не одна, но просыпаться не стала. Тяжесть с плеч ушла, а изнурительная усталость отступила. Я улыбнулась, почувствовав крепкие мужские руки. Меня защищают как самую большую драгоценность. Тиль держит защиту на комнате, а Фаворски окружили живым щитом. А с утра я кинулась в бой, чувствуя невероятную лёгкость. Для начала вытолкала Фаворски, а потом приготовилась изображать страдающую невесту несчастного ректора. Немного болезненная, как ни в чём не бывало вышла в столовую преподавателей. – Джулиано не будет завтракать? – я посмотрела на место ректора, там даже прибор не стоял. – Ох, дорогая, – вздохнула Лузовски, – понимаешь… – Нарски приболел, – крякнул Заварски, – ему прописали полный покой. – Я могу его посетить? – я побледнела, якобы от волнения. – Думаю, не стоит, милочка, – ухмыльнулся старикашка через два стула от меня, – лекари напоили его снотворным. Нечего у его постели сидеть. Лучше займитесь своим здоровьем. – Я в порядке, – я бледно улыбнулась, – я всё же зайду к Джулиано, справлюсь его самочувствием. – Ну сходите, сходите, – хмыкнул Заварски и уделил внимание завтраку. Я тоже набросилась на еду голодной волчицей. У меня со вчерашнего обеда во рту маковой росинки не было. Я съела всё, что предлагали сегодня повара, ещё и печеньями дополнила, поэтому из-за стола уходила одной из самых последних. На лестнице меня перехватил Роберт. – Корнелия, позвольте вас проводить до аудитории, вы всё ещё слабы, – проговорил он учтиво. – Благодарю, – сегодня я была благосклонней к нему, чем вчера. Мы чинно под ручку спустились по лестнице, прошли по проходу к выходу и повернули в сторону моей аудитории. Заодно решили «скрасить» прогулку разговором по душам. Я щелчком пальцев навеяла заклинание безмолвия, чтобы нас никто не мог подслушать. Ну, и сверху отвод глаз, чтобы особо не обращали внимания. – Итак, о чём ты хотел поговорить? – я начала первой. – Ты прекрасно знаешь, – сдержанно проговорил он, – зачем ты вмешалась? – Потому что посчитала нужным. И как оказалось, всё сделала верно, – я сузила глаза, – Роберт, он собирался сбежать в самое ближайшее время. – Откуда знаешь? – он нахмурился. – Посмотрела в его черепушке, когда вводила в кому, – я повела плечом, – но меня больше интересует то, чем занимаешься ты. Как успехи? – Работаю, – решил отделаться одной фразой он, но я продолжала требовательно на него смотреть, и Роберт сдался, – благодаря тебе я вычислил почти всех. Половину держат шантажом, я уже поговорил со многими из них. Они радостно мне всё рассказали. Проверял на лживость артефактом, клятвы брал. – Отлично, – я кивнула, – значит, скоро академия будет под твоей пятой. Кого выбрали на замену Нарски? – Не поверишь, – он ухмыльнулся так широко и хитро, что я почти восхитилась. – Заварски? – нет, ну при такой ухмылке это было бы логично. – Нет, – удивил меня Роберт. – Ты? – совсем уж недоверчиво. – Нет, – снова ввёл меня в ступор Ратовски. – Тогда кто? – я вскинула брови и пошутила, – неужели Лузовски? – Она самая! – радостно воскликнул коллега. – Да ладно?! – я даже сбилась с шага, – вау! Как так получилось? Все эти старички резко забыли, что они шовинисты, а она женщина? – О нет, она просто может быть очень убедительной, – хмыкнул мужчина, – тебя мы не позвали, потому что ты плохо себя чувствовала. – Демоны! – выругалась я, – да ради такого шоу, я бы даже из мёртвых восстала, Роберт! – Ничего страшного, на обеде Лузовски собирается объявить о состоянии Нарски и своём новом назначении, – он подмигнул, – тоже будет забавно. Мы почти пришли. – Постой, Роберт, есть ещё кое-что, о чём я хотела бы с тобой поговорить, – я заставила его остановиться, мимо нас текли ленивые ручейки сонных парнишек с редким вкраплением девушек. – О чём? – он снова нахмурился. – О Мьестине, – я наклонилась к его уху. – А что с ней? – он нахмурился ещё сильнее. – Я обнаружила то, что она является моей очень дальней родственницей, – начала с тяжёлой артиллерии, – а ты её опекун, как она мне сказала. – Да, – хрипло проговорил мужчина. – Когда закончится твоё задание, ты думал о том, что будет с ней? – я впилась пальцами в его предплечье. – Я хотел забрать её с собой в Союз, дать нормальное образование, – тихо сказал он, – но почему ты спрашиваешь? – Мне нужно знать твоё настоящее имя, Роберт, – я проигнорировала его вопрос. – Брент Ирман. – Отлично, приятно познакомиться, – я хмыкнула, – подготовь мне полное досье на Мьестину. Я должна знать о ней всё. Когда буду в Союзе, сделаю для неё новые документы. Кто знает, когда тебя отзовут со службы, Брент. – Спасибо, Лия, – он чуть склонил голову, – она мне как дочь. Досье будет в ближайшее время. – Хорошо, – я улыбнулась и развеяла все заклинания, – спасибо, что проводили, господин Ратовски. – Не за что, госпожа Эзел. Мы вежливо раскланялись и разошлись в разные стороны. К счастью, сегодня у меня первая пара была не у лосиков. Марс – Тебе не показалось, что Лия нас избегает? – я задумчиво обратился к Лейсу. – Тоже заметил, как она торопилась нас выгнать? – он ухмыльнулся, – что это с ней? Стесняется? – Мне показалось, что она была недовольна чем-то, – я повёл плечами, – может, обиделась? – На что? – братец картинно вскинул брови, – мы же такие зайки. – Угу, когда спим зубами к стенке, – я хмыкнул, – наверное, ей не понравилось, что мы не рассказали о пожаре и нашей… «размолвке». Она ещё вчера себя вела как-то прохладно. – У неё и без нас дел по горло, – Лейс покачал головой, – не будем грузить. Она ведь точно захочет вмешаться в расследование и как-нибудь помочь. Это же Лия. – Ты прав, – я печально вздохнул, – может, рассказать в общих чертах? – Ага, был несчастный случай, пожар, мы недопоняли друг друга, поэтому меня сослали в Даранг, наша семья раскололась, а мы все последующие пятнадцать лет люто ненавидели друг друга, – с сарказмом проговорил рыжий, – ты сам-то в это веришь? Лия не идиотка, сразу поймёт, что всё не так просто и начнёт докапываться. – Ты прав, – я недовольно нахмурился, – лучше попробуем переключить её внимание. – Например, на себя, – Лейс ухмыльнулся, – на поиски наших якорей. Ну, и соблазнение по отдельности. Ты ведь не забыл, что останется с ней кто-то один? – Конечно нет, – я скрыл все свои эмоции под ледяной корочкой. На самом деле я как-то не вспоминал об этом с того самого момента, как мы понадобились Лие. Мне казалось почти естественным, что вот нас двое рядом с ней и нужны мы ей оба. А ведь это ненормально. Нельзя даже рассчитывать на то, что… что мы будем вместе все втроём. Даже несмотря на ту глупую шутку Лии. Возьмёт мужьями обоих? Да это же противоестественно. – Эй, ты чего притих? – легонько ткнул меня под рёбра брат. – Задумался, – буркнул себе под нос. – О ней? – понимающе отозвался Лейс на грани слышимости, – понимаю. Как бы мне хотелось, чтобы Лия раздвоилась. Каждому по любимой. И тихо рассмеялся. Я невесело усмехнулся. На нас покосился Котовски, пронзил взглядом и отвернулся. Да что с ним не так? Уже который день ходит как в воду опущенный и ни с кем не разговаривает. Даже наш терпеливый Стеф уже махнул на него рукой и сказал не трогать его. – Эй, Фаворски, – шепнул Патрик с задней парты, – что, всё? Помирились и про верных друзей забыли? – И днями и ночами вместе ходите, – хмыкнул Гас, – вы где вторую ночь пропадаете, умники? – Любовью занимаемся, – Лейс откинулся на спинку стула и повернул голову к ним, – а что? – Чего? – опешил Патрик, – какой такой любовью? – Знаете, вы начинаете меня пугать, – кашлянул Гас. – Лейс шутит, – я чуть развернулся корпусом к друзьям, – нам просто многое надо друг другу сказать. – Ночью? – Гас. – А спите вы когда? – не поверил Патрик, – ходите довольные жизнью и на не выспавшихся не похожи. – Радость от обретения друг друга заменяет нам сон, – губы братца дрожали от еле сдерживаемой улыбки. – Не рассчитывайте, что эта радость заменит вам знания моего предмета! – продребезжал подкравшийся к нам профессор Люторн. Но мы прозвали его Лютиком, – Фаворски, Ждански, Звански, а ну быстро уткнулись носом в конспекты. После пары проверю ваши записи! Мы вчетвером переглянулись и скривились. Ничего не попишешь, надо не отвлекаться от писанины. Лия Наконец настала пара моих лосей. Мне было немного неловко из-за всей этой ситуации с Нарски, но, к счастью, эта неловкость рассеялась как утренний туман, когда все расселись по местам, и Патрик ехидненько так проговорил на всю аудиторию, ни к кому конкретно не обращаясь: – А хорошо, что Нарски сам себя свернул с катушек, теперь наши кукушки в безопасности, – раздались тихие смешки, – госпожа Лузовски наведёт порядок, а госпожа Корнелия наконец спасена от злобного дракона. На обеде, как и обещал Роберт-Брент, госпожа Лузовски заявила о своём новом назначении. И все студенты приняли это заявление с небывалой радостью. Парни орали во всю глотку, девчонки визжали, все аплодировали. О да, тюкнуть Нарски по башке того стоило. Я воспринимала студенческую радость едва ли не как свою личную заслугу. – Патрик, мне кажется, что драконы слишком прекрасные сказочные звери, чтобы сравнивать их с Нарски, – хохотнул Гас. Ребята засмеялись, я тонко улыбнулась, позволяя им немного потешиться, а потом строго призвала к порядку и начала лекцию. На этом занятии я решила посвятить время сказкам. Обычным сказкам. Тем самым, на которых выросла я и многие другие дети Ахаэлии. Я решила, что лучше уделить внимание народному творчеству моей родной страны, чем сидеть и судорожно вспоминать сказки других государств, входящих в Союз. Наверное, я эгоистка или излишняя патриотка, но что поделать. В конце концов, Союз создали монархи Империи, Редверги, для защиты других стран. Ахаэлия – самое сердце Союза Правых. А значит, и сказки я буду рассказывать Имперские. Так сказать, чтобы лоси прочувствовали дух Союза через душу Ахаэлии. Как-то так. Я с почти умильной улыбкой наблюдала, как большие брутальные лоси с интересом слушают сказки, прежде никогда ими не слышанные. Взрослые парни словно маленькие дети ловили каждое моё слово, сохраняя идеальную тишину. Её нарушал только звук моего голоса и дыхание десятка боевых магов и одной маленькой меня. – …Конец, – закончила я последнюю на сегодня историю и глянула на часы, – есть какие-нибудь вопросы? – Профессор, я заметил, что в ахаэльских сказках особое место уделяется воде: озёрам, морям, рекам, ручьям, дождю. С чем это связано? – взметнул руку вверх Стефан. – Это связано с тем, что у нас магию отождествляют с водой. Источники силы – это как ключи родников, от которых идут нити-ручьи магии, – я улыбнулась, – рядом с водными пространствами природного происхождения быстрее пополняется резерв, вода отлично сохраняет энергию и охотно ею делится с миром. – Я где-то слышал о таком персонаже, как Королева вод, – вдруг заговорил Марс, – кажется, в наших старых сказках. У вас есть какой-нибудь схожий персонаж? – Да… – я вздрогнула и впилась в него взглядом. Королева вод. Королева вод! Снова Королева вод! Тиль говорил мне что-то о Королеве вод, это связано с входом в тайную секцию библиотеки. Он говорил что-то про Королеву вод и странника, который покажет ей дорогу. А ещё… Демоны! Как же я могла забыть! Эразм Ремер, мой любимый поэт, написал несколько поэм и стихов про эту Королеву вод. – Да, есть, – повторила снова, потому что на меня смотрели с ожиданием, – она упоминается в поэмах Эразма Ремера и в древних книгах. Чаще всего этот персонаж связан со странниками. При упоминании моего любимого поэта едва заметно дёрнулся Марс. Демоны великие, неужели он что-то знает о Королеве вод и страннике? Может ли это значить, что это именно он тот человек, который знает, где вход в тайную секцию? – А что за Королева вод и странники? – полюбопытствовал Риз. – Если я ничего не путаю, то Королева вод считается неким духом природы, который является самой сутью воды, она может ею управлять, становиться водой и много чего ещё. В том числе направлять путников, видеть будущее и исполнять самые сокровенные желания, если посчитает человека достойным, – я чуть прищурилась, – в разных источниках свойства её силы разнятся. А странники в историях с Королевой вод – это те, кто нашёл в её объятиях то, к чему стремился всю жизнь. Чаще всего это вечный покой. Иногда – подсказка или видение будущего. И очень редко – буквально в паре источников, – Королева вод влюбляется в странника и забирает его в свой мир. Он, конечно же, именно её искал всю жизнь и тоже её любит. На этой лиричной ноте прозвенел звонок, и лоси застонали. Я широко улыбнулась им и пообещала, что принесу книгу с поэмами о Королеве вод, пусть ознакомятся. Лосики загудели что-то согласное и начали собираться. Фрай вылетел первым, даже не попрощавшись. Я дождалась, пока все покинут аудиторию, только Марса задержала. Лейс же сам себя решил задержать, и судя по взгляду, уходить не собирался. Я только вздохнула и опустила контур на аудиторию. Хочет послушать, боги с ним. – Марс, ты что-то знаешь об Эразме Ремере, Королеве вод и страннике? – пошла в наступление, – это важно! – В дурацком сборнике стишат мне всё время открывалась одна и та же страница, – он пожал плечами. – Однако, – выдохнула я. – Что за сборник? – уточнил Лейс и сложил руки на груди, – почему в курсе все, кроме меня. – Потому что ты в библиотеке бываешь два раза в год, – съехидничал Марс, – забрать учебники на год и вернуть их в конце года. – Я может, пекусь о твоих книжонках, – весело отбил Лейс, – они так легко воспламеняются… – Хватит! – фыркнула я, – Марс, что за стих, ты помнишь? – Что-то про Королеву вод и странника, он должен остаться с ней, окунуть разум в водоворот памяти, чтобы открылась истина прошедших лет, – сказал мой ледяной Фаворски. – И как, вспомнил, что забыл? – я чуть прищурилась. – В смысле? – он нахмурился, – это просто стих. – Тормоз ты, братец, – вздохнул Лейс, – ты же вспомнил, что было пятнадцать лет назад. – Демоны, – он взлохматил чёрные как смоль волосы типично лейсовским жестом, а я нахмурилась. Опять это загадочное «пятнадцать лет назад». – Я не буду спрашивать ничего об этом, – сказала твёрдо, – меня интересует только то, где ты вспомнил всё? – На том старом диване в «Картографии», – ответил Марс. – Так вот где оно, – я усмехнулась. – Где «что»? – нахмурился Марс. – Моё задание, – ответила односложно, – теперь знаю, где искать. – Поподробнее? – Лейс приподнял бровь. – Обойдётесь, – я вздёрнула подбородок, – это секрет. – Ты обиделась, – вздохнул рыжий. – На что? – я попыталась прикинуться дурочкой. – На то, что мы тебе не говорим о том, что случилось пятнадцать лет назад, – спокойно сказал Марс. – Нет, с чего бы? – я пожала плечами, – дело ваше – с кем и чем делиться. Я не имею права обижаться. – Но тебе всё равно обидно, – проницательно сказал Лейс и улыбнулся, – глупая. – Вот спасибо, – теперь точно надо обидеться. Лейс тихо засмеялся и притянул меня к себе, я фыркнула, – эй, руки! А то ещё глупостью заразишься. Я слышала, что это жутко заразно! – Я готов рискнуть, – хохотнул рыжий, – малышка, мы доверяем тебе. Кому как не тебе? – Просто не хотим, чтобы ты отвлекалась от своей работы, – печально вздохнул Марс, – мы расскажем тебе позже. Честно. – А с чего вы взяли, что я буду отвлекаться на вас от своей работы? – я оттолкнула Лейса и отошла от него на пару шагов. – Наверное, потому, что успели тебя изучить? – рыжий ничуть не обиделся, засунул руки в карманы синих брюк. – Серьёзно? – я покосилась на них недоверчиво, – вы даже не знаете, кто я такая. – Ты – Лия, просто Лия, – Марс улыбнулся и взял меня за руку, поцеловал кончики пальцев, – мне этого достаточно. Нам этого достаточно. Я вздрогнула, сердце забилось чаще. Ну вот и что мне с ними делать? А с моей реакцией на них и их слова? Растопят же как кусочек сахара на огне, и ничего я с этим не поделаю. Взгляды близнецов пронзали стрелами, такие спокойные и серьёзные. Демоны! – Фаворски, так нечестно, – я вырвала пальцы из ладони Марса, – что вы за негодяи? Так бессовестно подкупать… А потом заставите выбирать кого-то одного. Это нечестно. Я насупилась и посмотрела на них исподлобья. Нет, ну они самые настоящие негодники! Если бы я для себя не решила, что хочу обоих, то прямо сейчас бы умерла от разрыва сердца. Потому что выбрать кого-то одного равнозначно смерти. Огорчало только то, что я решила, конечно, но многое зависело и от решения Фаворски. Согласятся ли они оба… Я даже в мыслях запнулась. Могут ли смущённо краснеть мысли? Как оказалось – могут! Так вот. Согласятся ли они оба стать моими? Или я просто жадная наивная идиотка? Демоны! – Тогда, – отчего-то хрипло сказал Лейс, и близнецы переглянулись, – может, мы разделимся? – Я обещал тебе занятия по истории Вильеры, – сглотнул Марс. – А ты хотела поучить меня магии, – закончил мысль рыжий. – Вы… – я прокашлялась, – вы хотите, чтобы я провела время с каждым по отдельности и решила? – Да, – кивнул Марс и посмотрел выжидающе. – А если я никого не выберу? С чего вы вообще взяли, что я к вам что-то чувствую? – я замерла, ожидая реакции. – А ты не чувствуешь, Лия? – прошептал Лейс и приблизился, мягко провёл горячей ладонью по щеке. – Чувствуешь, – ответил вместо меня Марс и коснулся подбородка прохладными пальцами, заглянул в глаза, – это видно, Лия. Поэтому придётся выбирать. По телу прокатилась волна дрожи и табун мурашек. Все демоны мира, да я теперь точно не буду выбирать! Мне до одури захотелось их поцеловать, обоих. Прижаться крепко-крепко, чтобы обняли с двух сторон, стали моей крепостью. Внизу живота потяжелело, и я судорожно выдохнула. Выбирать? Счаз! – Мальчики, давайте лучше поговорим о деле, – я с трудом взяла себя руки, стараясь отвлечься от легких поглаживаний скулы и подбородка, – что там с вашим якорем? – Пока не нашли, – вздохнул Лейс. – Но мы над этим работаем, – заверил меня Марс. – Помощь нужна? – голос едва заметно дрожал. – Мы сами, – они переглянулись и почти счастливо улыбнулись. Я замерла как мышонок перед удавами. Боги великие, что это были за улыбки! Такие яркие, весёлые, сразу было видно, что теперь между братьями царят мир и покой. Они точно задались целью растопить меня до жидко-блаженного состояния! Я тяжело сглотнула. Растаять окончательно мне не дал звонок об окончании перерыва. Я даже не смогла понять, расстроилась я или обрадовалась этому. Меня нехотя выпустили из ловушки, в которую так легко загнали и снова переглянулись. Они там телепатическую связь, что ли, настроили? – Так что на счёт раздельных дополнительных занятий? – уточнил Лейс. – Вы опаздываете на пару, – попыталась уйти от ответа я. – Лия, – сузил глаза Марс. – Хорошо, – я сдалась. Фаворски сверкнули улыбками и наконец скрылись с глаз моих. Я устало опустилась на стул и прикрыла глаза. Вот попала-то, а! И когда я успела так крепко прикипеть к этим обаятельным негодяям? А ведь мне надо ещё поговорить с Марсом о том поцелуе в библиотеке… И ничего я не ревнивая! Пара с лосиками для меня была последней на сегодня, поэтому я решила отправиться проведать Нарски. Нужно же довести свою роль невесты ректора до конца? Схожу, «поплачу» у постели «возлюбленного жениха». Потом просто периодически буду заходить к болезному, проверять его, чтобы раньше времени не проснулся. А всем остальным показывать заботливую невесту. Идеальное прикрытие. Роберт-Брент за обедом сказал мне, где я могу найти бренное тело ректора, поэтому я сразу же направила свои стопы в сторону покоев Нарски. Наверное, его не оставили в лазарете, чтобы никому глаза не мозолил. А так лежит себе брёвнышком в своей кровати, знай, чтобы заходить иногда, проверять, живой ли ещё. Возле двери его комнат никого не было, а сама дверь была не заперта, я немного удивилась, но не обратила особого внимания. Никому-то не хочется тратить своё время на Нарски. А вот запереть комнату стоило бы. Мало ли что захотят учудить мстительные студенты с бессознательным телом теперь уже бывшего ректора. Я вошла внутрь, огляделась. Планировка примерно как в моих покоях – сразу от входа идёт рабочая зона, а за аркой – спальня. Тут-то я и насторожилась. Ушей достиг лёгкий шорох, словно кто-то пытался спрятаться. Я неслышно сняла туфли и босяком прокралась к арке с заклинанием наготове. Кто бы там ни был, он может быть опасен и для меня. Я снова прислушалась, за стеной царила полная тишина и витал лёгкий запах целебных трав. Я оглядела то, что могла увидеть из своего укрытия – большое окно, кресло и столик, край двери, ведущей в ванную комнату. Кровать с Нарски рассмотреть не было никакой возможности. Я собралась с мыслями и рывком прыгнула в спальню, лицом к тому месту, где должна была быть кровать. Быстро оглядела пространство, медленно вздымающуюся грудь на первый взгляд вполне целого Нарски. Никого здесь не было. Удрал? Нет, не возможно, этот кто-то всё ещё здесь. – Выходи по-хорошему, – сказала громко, – по-плохому тебе точно не понравится. И ловко отошла от того места, где только что стояла. На всякий случай, в целях безопасности. В шкафу кто-то едва слышно шевельнулся, но я была так напряжена, что смогла уловить этот шорох на грани человеческой слышимости. Я в несколько шагов оказалась рядом, распахнула дверь так, чтобы прикрыть себя ею, и зашвырнула внутрь своё заклинание. Неизвестный сдавленно охнул и вывалился наружу как мешок с картошкой. Я выглянула из-за дверцы и округлила глаза. У моих ног распростёрся оглушённый моим заклинанием Фрай Котовски! Я щёлкнула пальцами, снимая воздействие, и мой лось начал медленно приходить в себя. – Фрай, какого демона ты тут делаешь? – рыкнула я, когда он смог сесть и посмотреть на меня осмысленным взглядом. – Ох, чем это вы?.. – он скривился и сжал виски. – Оглушающее, – хмыкнула я и села на корточки, благо брючный костюм позволял, – ты же не хотел по-хорошему выходить. Со мной шутки плохи. – Буду знать, – простонал он. – Скоро пройдёт, не вставай пока, – мне стало его немного жаль. Самую чуточку, – итак, внимательно тебя слушаю, Котовски. Я добавила в голос суровых ноток и грозно свела брови, стараясь быть похожей на своего дядю во время допросов. Такой устрашающей, как Алан Невилл, конечно, мне никогда не стать, но попытаться стоит. Тем более Фрай, кажется, проникся ситуацией и моим настроем. – Я здесь из-за него, – он недовольно зыркнул на безмятежно лежащего под одеялом Нарски. – Это я и без тебя поняла, – я хмыкнула, – ты пришёл ему мстить? – Как вы узнали? – Фрай поджал губы. – Ты дуру-то из меня не делай, – я снова нахмурилась, – что ты собрался с ним делать, Фрай? – Подушкой, – он покраснел и потупился. – Ох, – я сразу всё поняла, но стоило довести допрос до конца, – зачем так радикально? Только за придирки и особую «любовь»? – Нет! – тут же вскинул дурную блондинистую голову Котовски и скривился, сжав виски. – Мне из тебя клещами слова вытаскивать? – я многозначительно перебрала пальцами в воздухе, намекая, что я могу сделать. – Он обокрал мою мать, – он опустил взгляд в пол, – подставил её и оставил нас без гроша в кармане. У нас не осталось ничего. Ни поместья, ни фамильных ценностей. Только старая прадедушкина квартирка. – Подонок, – процедила я, – после этого он ещё смел над тобой издеваться здесь, в академии? – Ему казалось это забавным, – Фрай опустил ладони на пол, – он наказывал меня за то, что я такой дурак. Это ведь из-за меня он узнал о наших семейных проблемах и воспользовался моментом. Я непечатно выругалась, заставив эльфийского лося посмотреть на меня с удивлением и долей восхищения. А потом он снова помрачнел и опустил голову. Ладони сжались в кулаки, почти добела. Он весь напрягся, словно закаменел. – Что вы теперь будете делать, профессор Эзел? – спросил он безжизненным тоном, – сдадите за попытку убийства главы академии? – Мне вот интересно, почему все считают меня не только дурой, но ещё и злобной стервой? – я сузила глаза и отчеканила: – Нет, Котовски. Тебе повезло, что здесь оказалась именно я и так вовремя. Я тебя не сдам, но при одном условии – ты не будешь пытаться убить Нарски. – Вы не слышали, что я вам рассказал о нём? – он почти кричал мне в лицо, – точно, я же забыл, вы его невеста и любите этого урода! – Замолчи! – я отвесила ему пощёчину, для острастки, и потрясла вспыхнувшей ладонью, – между мной и Нарски ничего нет. Это я отправила его в кому. И да, мне не плевать, что с ним станет, – Фрай нахмурился и открыл было рот, но я подняла ладонь, – дослушай! Мне не плевать, потому что я считаю, что за все свои злодеяния он заслуживает высшей меры наказания. Но ты, Фрай, не будешь его палачом. Я не хочу, чтобы ты марал об него руки. Убийство ляжет на твои плечи непосильным грузом. – Простите, госпожа, – он сказал это на грани слышимости и снова опустил голову. Но я не дала ему уйти в себя, я сказала ещё не всё, что хотела. Поэтому я положила ладони на его щёки, одна из которых полыхала алым отпечатком моей ладони, и подняла его голову. Легонько погладила место удара и заставила смотреть мне прямо в глаза. – Фрай Котовски, не смей совершать глупости! – проговорила с нажимом, – не порти себе жизнь. И ещё. Перестань ревновать меня, Фрай. Я не смогу ответить тебе взаимностью, но я не хочу обижать тебя, правда. Я всё вижу, даже не думай отпираться. Поэтому говорю с тобой честно. – Кто он? – эльфолось подался вперёд. – Это не имеет значения, – я покачала головой, – просто пойми и перестань дурить. Мы не будем вместе. Но ты обязательно ещё встретишь ту самую. – Как банально, – он слабо улыбнулся, – но такую как вы мне точно не встретить. Вы одна такая. Особенная. – Ну, такую точно не встретишь, слава всем богам, – я улыбнулась, переводя всё в шутку, – двух таких мир бы не вынес. А теперь вставай и пойдём отсюда. Нет никакого желания смотреть на эту тушу более необходимого. Я поморщилась и поднялась, Фрай тоже поспешил встать, взъерошенный и задумчивый. Я отправила его отдыхать, решила даже не ругать за то, что он пропустил пару. А сама быстро просмотрела состояние Нарски, удовлетворённо кивнула и убралась восвояси.