35

«Но мы-то знаем правду», — так и стучит в голове последняя фраза этого противного журналюги. Как бы мне еще эту несчастную правду раздобыть, как бы до нее добраться.

Ох, эта дурацкая травма совсем не вовремя, меня ведь Роберт из дома не выпустит! И связаться никак не могу с Кристианом, что за напасть! Только и остается, что сидеть в четырех стенах, саму себя поедать от нервов.

— Милая, я дома, как ты? — а вот и Ромиро, легок на помине.

— Да как, что со мной может быть, лежу целый день и все, скучно.

— Ничего, главное, это здоровье, — с нежностью целует в щеку Роберт.

Он снова в стадии заботливого и любящего жениха, знать бы еще надолго ли, и к чему готовиться дальше.

— О, газетку читаешь, да?

Черт, я не успела убрать ее, даже статью не перелистнула.

— Да так, надо ведь знать последние новости. Вот, пожар, пишут, произошел в самом центре столицы, представляешь? Страшно ходить становится, хотя я в том районе и не бываю, но если в следующий раз в другом полыхнет.

Роберт быстро пробегается глазами по строчкам, и уголки его губ едва заметно приподнимаются.

Чего это он? Просто рад несчастью врага? Или… Или он замешан в этом!

С трудом подавляю собственный удивленный возглас, готовый сорваться с губ. Почему-то в голове сидит уверенность, что моя догадка попала прямо в цель. Хотя я могу и ошибаться.

— Не волнуйся так, я не думаю, что подобное произойдет где-то еще, разве что ты не окажешься в другом каком-нибудь заведении этого Даррелла. Но не окажешься ведь? — Роберт пристально смотрит в мои глаза.

— Да я вообще не знала, что у него есть кафе! — искренне надеюсь, что звучу правдиво. А вот вопрос крайне подозрительный, я бы сказала с явным намеком.

— Есть, это не единственное, хотя, пожалуй, самое приличное. Остальной его бизнес располагается ближе к окраине города, и публика там соответствующая, — брезгливо замечает Ромиро.

— О, надо же, так Даррелл стал ресторатором, — специально немного подначиваю жениха, вдруг проговорится случайно о чем-то.

— Нет, милая, он не стал ресторатором. Какая же ты у меня наивная, но хорошо, что есть рядом я, — покровительственным тоном вещает Роберт. — У этого Даррелла папашка по уши в криминале, его сынок еще в академии промышлял тем же, все мечтал выбиться без помощи родителя. Вроде бы он ему запрещал идти в семейный бизнес, по крайней мере во время учебы. Но, как ты догадываешься, он не послушал. Так что не удивлюсь, если намеки прессы хоть раз правдивы, и Кристиана прижучили его же дружки.

— Так он вроде только с Далтоном общался, разве нет? И еще какой-то с ними ходил, не помню имя. Но у Далтона, ты говорил, свое дело, — версия о столкновении с прошлым упорно не хочет перекрывать мою собственную о причастности Ромиро.

— Да, и что? Одно другому не мешает, — выгибает бровь Роберт. — Но что-то ты слишком заинтересовалась этой темой, не находишь?

— Просто для меня шок все эти намеки в участии в криминале и так далее, ты ведь у меня тоже бизнесмен, но ты ни в чем не замешан, только поэтому и удивляюсь, — опуская глаза вниз, чертов гад, и тут пытается подловить.

— Солнышко мое сладкое, я исключение. Так что благодари каждый день Мерлина и Моргану за то, что послали тебе меня, — целуя в макушку, отвечает Роберт.

Ага, только Мерлин с Морганой тут не причем.

— Давай лучше займемся другими делами, более интересными, — Ромиро начинает неспешно покрывать мою шею поцелуями, — более сладкими и более правильными.

Медленно спускает свободную рубашку с плеч и переходит к ключицам.

Мои глаза сами по себе закатываются, мурашки ходят табуном по обнаженным участкам кожи, и внизу живота растекается что-то тягучее и горячее.

— Мистер Ромиро, обед на столе.

— Да твою ж мать, Лиззи! Какого черта ты врываешься без стука!? Пошла вон! — рычит Роберт и швыряет в девушку подвернувшейся под руку газетой. — Нет, только не сегодня! Сегодня эта дрянь нам не помешает.

И впивается с силой в мои губы…