Глава 11

Когда-то Намсыру гадала старая монголка. Не шаманка, не гадалка, а жалкая старуха, которую после дрянного пророчества вздернули…Сказала она Дракону, что появится рыжеволосая женщина, которая будет беременна, а значит, подарит долгожданного наследника… Непростая девка, дочь важного человека. Настолько важного, что Намсыру гордиться можно, если породнится с ним. Но она же, девка эта, может, и приведет к концу правление Намсыра, а вместе с ним и всех его подопечных. Как Елена Троянская, из-за нее может война разгореться. Намсыр только посмеялся. Кто посмеет с ним воевать? Особенно на его территории. Но Шаману пророчество не нравилось. Пока Намсыр был у власти, сам шаман купался в роскоши. Да и вообще, любое гадание – это стечение обстоятельств, и любое пророчество можно толковать по-разному и перекрутить как надо. Да и как дочь важного человека может попасть в постель к Дракону? Начудила бабка, а если и не начудила, то шаман собирался это пророчество в нужное ему русло повернуть. И ждал терпеливо, когда девка появится. А она появится. Старая гадина в этом правду сказала, карты свои разложила и увидела. Он и сам увидел. Несколько крашеных подсунул, думал, получится перекрутить…не вышло. Ни одна не забеременела. Намсыр разозлился, всех извел. Чокнутый маньяк. Но пока наследника у Намсыра нет, Верховным шаманом он его не сделает и к власти не допустит. А шаман не просто власти хотел. Он мечтал о том, как поселится в особняке Дракона и советником его станет. Гаанвалт терпеливо ждал своего часа. Если при муже жена шея, то при таком влиятельном человеке, как Намсыр, шеей может стать Гаанвалт. Еще в лесу понял, что ОНА появилась. Как только о драке с Лхагвой узнал. Донесли. Один из людей сторожевого пса границ. Прискакал весь в мыле и на колени перед шаманом грохнулся. – Дьявол везет девку! Скрывает от всех. Лхагве не отдал. Устроил бойню. Наших положил. Хозяин просил задержать и девку отобрать. – Что за девка? – Волосы рыжие, глаза бирюзовые. Прячет ее и никому не показывает. Ноздри затрепетали и губы задрожали от предвкушения и предчувствия. Запах особый у нее был, так пахнет победа и успех… А еще так пахнет самка, аромат, способный с ума сводить, и голос у нее ведьминский, как ручей журчащий, неземной голос, словно музыка в ушах переливается. Сам себе не поверил, когда понял, что среди избранниц есть ТА САМАЯ… Наконец-то! Это ведь все меняло. Это было тем самым шансом на успех, никогда еще среди шлюшек, привезенных из разных стран, не встречалась именно рыжая, которую все так ждали. Но в то же время это мог быть и великий провал. Когда успел Тархан вынудить расплатиться такого человека, на какую сделку с ним пошли? И как она оказалась среди этих? Или все же пророчество старой идиотки фуфло? Остается загадкой. Но Гаанвалт ее распутает. Постепенно. А может, и сразу, если удастся с девкой остаться наедине и заставить ее говорить. Кто она такая и каким образом здесь оказалась. Почему ее не напрямую к Намсыру привезли, а среди этих…ничтожных? Как обычную шваль? Интересно, Тархан знает, чью дочь тащит к Дракону? Догадывается? Ведь это так очевидно. Шаман Дьявола терпеть не мог. И силы его боялся. Такой человек мог сам к власти прийти, и тогда шаману не видать своего жирного сочного места возле Намсыра, как своих ушей. Дьявол каждому свое место указывает, и подхалимажем тут не обойтись… а пророчество очень тонкое дело, сбыться по-разному может, и вовсе не как угодно шаману. Опасен Тархан, очееень опасен, хитер и умен. Такой может всю степь на уши поднять при особом желании… а еще родство с Ханом. Пусть там пока вражда лютая, но любая вражда внутри семьи рано или поздно может обернуться дружбой против кого-то. И почему-то стало ясно шаману, что рыжая не несет никакой радости и добра, что с нее все проблемы и начнутся. И хуже всего то, что Дьявол глаз на нее положил и отдавать явно не торопился. Думал, сделать вид, что утонула она, окунуть пару раз, чтоб псы ее запах почуяли, чтоб пару вещиц ее нашли, а сам выкрал бы девку и притащил к Намсыру. Но не вышло. Охраняет ее Дьявол. Сильно зацепила она Тархана, как смотрит на нее, так глаза и сверкают, а зрачки расширяются от возбуждения. Окутала его своими чарами, приворожила лицом красоты невозможной, неземной. Разум ему затмила. Ничего, Гаанвалт со всем разберется и очень скоро будет управлять всей степью, а то и всей Монголией, всеми золотыми шахтами. Намсыра за нитки легко дергать. Родит ему девка рыжая наследника, и избавится он от нее, как в свое время от матери Дьявола и Беркута избавился. Крутила мозги Намсыру, влюблен он в нее был. С этой влюбленностью Гаанвалт быстро разобрался. Смешал ее с грязью. Так, что она родила от своего палача и насильника, которому шаман ее отдал. Продал, можно сказать. А паршивца этого, Тархана, надобно сбросить с пьедестала, заставить Намсыра возненавидеть двоюродного племянника. На личном вертолете добрался до поместья Намсыра. В дом Дракона его впустили беспрепятственно. Зорким взглядом глянул на вакханалию и разврат, царящие вокруг. Мерзость какая. Его покоробило и сотрясло от брезгливости. Шаманы обет безбрачия давали, да и от рождения они равнодушны к плотским утехам. Праздник плодородия – так назывались эти дни, предшествующие прибытию избранниц. Любил высокопарные названия давать Намсыр. Дни адского и невероятного разврата, от которого шамана тошнило. Захмелевшие гости совокуплялись на каждом свободном квадрате сверкающего пола огромной залы. Музыканты играли чувственную мелодию, но ее заглушали мужские и женские стоны, рычание, крики и шлепки голых тел. Шаман приподнял край длинной рубахи и обошел стоящую на коленях женщину, сжимающую ладонями фаллосы двух придворных и жадно сосущую их по очереди. Лицо Гаанвалта исказила гримаса отвращения. Он бы всех их кастрировал, а сучек стерилизовал, чтоб не творили свои мерзости. Пробрался к креслу, на котором восседал Намсыр с золотым кубком в руках. На лице выражение похотливого наслаждения, и глаза узкие темно-карие закатываются под тяжёлые веки. За шесть десятков, а все туда же. Не устает каждый год разврату предаваться. Перед ним сразу три шлюхи на коленях полуголые, оттопырившие зад и жадно облизывающие его толстый короткий член, причмокивая и толкаясь. Глаза у девок узкие, миндалевидные, одеты в костюмы кошек. Да уж, обделила природа матушка Дракона копьем могучим, но с лихвой восполнила пробел властью бесконечной, жестоким нравом, вздорным характером и похотливой натурой. Чтоб член колом стоял, шаман варил разные травы и снабжал ими Намсыра. За хорошую цену, естественно. Редкостные лекарства стоили недешево… Особенно, если заказывать их из Швейцарии. О чем Намсыр, конечно, не догадывался. Он считал, что пьет редкие травы, добытые шаманом в степях. Но за три дня до знаменательной ночи Намсыр не принимал траву, воздерживался от утех, чтоб не испортила качество спермы, и пил всякие снадобья и ел молочные продукты. Когда шаман приблизился к креслу, Намсыр растолкал девок и опустил рубаху на колени, пряча свое достоинство в штаны. Смачно шлепнул двух черноволосых «кошек» по голым ягодицам, а одну почесал за ушами. – Не ждал тебя так рано, Гаан. Что-то важное приехал рассказать? Девушки-кошки сбились в кучу и алчно смотрели на хозяина, облизываясь, как зверьки, и виляя голыми задницами из стороны в сторону. – Хотел сказать, что новых избранных уже везут, господин. – Я знаю. Тархан всегда вовремя привозит. Кивнул в сторону «кошек» – Новые игрушки? – Из Китая подарки приехали. Покорные, услужливые. Но ты не вопросы задавать приехал, верно? Что-то важное у тебя, иначе так быстро не прибежал бы. Шаман присел на придвинутое слугами кресло и откинулся на спинку, отмахнулся от виски, но не отказался от золотого подноса с фруктами, который поставили на низкий столик перед ним. – Едет отряд, но задерживается сильно. – Отчего задерживается? Пнул ногой заигрывающую с ним «кошку», и та отползла назад, сверкая черными узкими глазками. Шаман посмотрел на конусообразную голую грудь с торчащими сосками и снова скривился от отвращения. Женское тело вызывало у него приступ тошноты и гадливости. Но оценить красоту он мог… как истинный ценитель прекрасного и совершенного. – Дьявол сцепился с Кишлигом, потом с Лхагвой. Строптивый, наглый твой племянник. Я давно тебе говорил, что держишь рядом бомбу замедленного действия. – Дьявол, да, строптивый и характер паршивый. Но и ты не сахар, шаман. Что там с Лхагвой не поделили? – Да так… девку отдавать не хотел. Одноглазый выбрал, а Тархан не отдал. – С каких пор Дьявол наши законы нарушать стал? Лхагве отдаем любую. Такова договоренность. – Не отдал. Бился. Насмерть. – И как Лхагва? Живой? Усмехнулся и несколько глотков из бокала сделал. – Уцелел. Тархана о пощаде попросил. Но мог и помереть. Что тогда бы делали? Лхагва с полицией все улаживает, у него там родня в чинах. Без него ни товар, ни девок через степь не провезешь. Да и на многое глаза не закрыть…Усмири племянника своего, Дракон. Он наворотит, а ты потом не расхлебаешь. – Но ведь дело не в этом, да, Гаан? – Не в этом, Намсыр. Все из-за девки произошло, которую от тебя Тархан утаить собрался. Не скажет даже о ней… – Что за избранница и что в ней особенного, что ты изволил ко мне лично пожаловать, да еще столь непривычным способом? Последний раз на вертолете лично прилетал лет десять назад. Обычно звонками ограничивался. – Рыжеволосая она… Намсыр глазами сверкнул, и морщинистое лицо словно разгладилось, ноздри затрепетали. Он вперед подался, к шаману поближе придвинулся. – Значит, рыжая? Помню я, да…помню пророчество. Но разве не ты говорил мне, что все это дурь и неправда? Чтоб я шаманке голову оторвал? Твои люди фото или видео сделали? Покажи мне ее. Знаю, что, как положено, все снимал. У тебя муха не проскочит, чтоб ты ее со всех сторон не обсмотрел. И куклу Вуду не потыкал иглами. Хочу увидеть – из-за кого мой племянник так рискует и вражды со мной не боится? Кто в него столько наглости и смелости вселяет? Шаман сотовый из кармана достал, пальцами пощелкал и отдал Намсыру. Тот включил запись. Плохо видно, дымка везде, ночь. И видит старик, как Дракон злится, как нервничает, как пальцами постукивает по столешнице и сверкает перстнями. Один такой жест, и любому в этом мире шею свернут по приказу Намсыра. Не спрятаться, ни укрыться. На видео из-за деревьев всадники показались, через лес пробирающиеся, и женский силуэт в седле с капюшоном на голове. А потом и саму избранницу под номером девять вблизи стало видно со сброшенным капюшоном и развевающимися на ветру волосами цвета огненной меди, глаза яркие, бирюзовые и кожа бледная, словно фарфоровая, с раскрасневшимися щеками и чуть приоткрытым алым ртом. Грудь бурно вздымается, и глаза смотрят прямо на Намсыра как будто. Дракон вперед еще больше подался и брови седоватые нахмурил. – Красивая сучка! Очень красивая! – Красивая. А он от тебя ее прячет и не только от тебя, а вообще от чужих глаз. В этот момент на видео Тархан появился и собой девушку от глаз Намсыра закрыл. Словно в доказательство слов шамана. Дракон тут же выбил сотовый из рук старика, но тот поймал его на лету и положил к себе на колени. – Значит так! Девку пусть мне везет! Я ее хочу! Притом он обязан ее отдать! – Не обязан…Номер девять погибла, а эта как бы и лишняя. Он ее может куда угодно деть. Да хоть и себе оставить. – Я ее выбрал. Хочется мне именно эту. Не пойдет против! Я ему за нее любую другую отдам, а то и двоих пусть берет. Поговори с ним. Выезжай навстречу. Скажи, что я жду его. Пусть на твоем вертолете ее ко мне везет. Так быстрее будет. – Не отдаст и не променяет. Он с Лхагвой из-за нее сцепился, мимо болот тащил, рисковал и со мной препирался. Слышал я, он Нимаг отказал, помолвку расторг, и та на себя руки наложила, а ему плевать. А на вертолете нельзя…рискованно. Так к тебе не подкопаться за живой товар. Не рискуй. – Помолвку разорвал? – Да. Выкуп даже не забрал, им все оставил, а помолвку разорвал. Нимаг покончила с собой из-за позора такого. Никто не думал, что он вот так…все же ее родители уважаемые люди и к тебе приближенные. Ты сам в их руки кольца вложил… а он вот так с тобой и решением твоим. Намсыр кулаком по столу ударил. – Вынуди его отдать! Сделай так, чтоб обязан был! Придумай как. Чувствую, с ней все получится, и родит она мне. Всем телом чувствую. Так, что в паху жарко. Даже трава твоя не нужна, когда на нее смотрю, член колом стоит и яйца ломит. Как будто лет двадцать мне опять. И рот тонкий подрагивал в похотливом оскале. Наклонился к шаману и процедил, сжав плечо старика. – Привезешь ее – своим приближенным тебя сделаю и возле себя оставлю. Достань мне сучку эту рыжую. Да так, чтоб ни с племянником не вступать в конфликт, и чтоб девка моей стала, как полагается. Шаман покорно голову склонил. – Руки мне развяжете? Могу как угодно действовать? – Что хочешь делай. Я тебе метку дам…мои люди тебя везде пропустят и поддержку дадут. И за волосы одну из кошек к себе притянул под низ рубахи, зажимая широкой ладонью женский затылок и насаживая ртом на свою вздыбленную плоть. Так, чтоб членом по самую глотку. Чтоб подавилась и закашлялась, а он удержал и насильно еще глубже вошел…чтоб пальцы растопыривала и билась, задыхаясь. – Перешли мне видео, шаман. Денег тебе дадут…ничего не жалей и рыжую ко мне привези, или сделай так, чтоб Тархан привез. Ааааа…да, тварь. Соси. Вырывается она.