24. Твой враг — мой враг

Мы сидели в комнате отдыха. Себ подвёз меня утром до универа, чем явно был недоволен другой фигурант моего "доброго утра". На голубом "Мерсе" мы неслись со скоростью света, но нас то и дело обгоняла тёмная грозовая туча на сером "Порше". До пар оставался ещё целый час, и, конечно же, эти двое, по прибытии в универ, завернули в своё логово, где уже собралась остальная часть компании.

Первым, за широкими спинами парней, меня заметил Алекс, он помахал рукой, блистая своей идеальной улыбкой. Сэму я дала пять, а Вэл просто кивнул.

— Как дела, Эля, после, — Алекс кивнул в сторону Лина. Боковым зрением я увидела, как тот ощетинился.

Поджилки затряслись.

— Нормально, — небрежно ответила, нервно доставая телефон, и тут же убрала.

Я начала копировать Его действия!

— А твои, Лин?

В отличие от меня, он долгим выразительным взглядом посмотрел на друга, пока тот не отвернулся. Парень молчал как рыба и в целом выглядел каким-то отрешённым. Если бы я его не знала, подумала бы, что он чувствует вину, но такой человек, как Лин просто напросто лишен сострадания. Может его Бел кинула?

— А что вы такие дохлые. У меня ещё неделю жилище холостяцкое. — не успокаивался Алекс.

— О, предлагаю чемпионат по плэхе. — высказался Себ.

— Снова дома? — проворчал Сэм.

— А что не так?

— Достало уже. Лучше в "the last player" сходить.

— Почему нет, — кивнул Вэл.

— Окей, — кратко отозвался Лин, не поднимая глаз.

А теперь все за исключением одной пары глаз, усердно изучающей дисплей смартфона, смотрели на меня.

Я даже не знаю, о чем они говорят.

— Много домашней работы, — улыбнулась я и почти услышала как Он облегчённо выдохнул. Выдохнул? — А хотя… ладно, подождут, — ухмыльнулась, чувствуя жжение на левой щеке, — Я согласна.

— Ты даже не знаешь, что это за место. — ох, он всё же не сдержался.

— Узнаю, — я сидела строго прямо — этот человек не заслуживал даже поворота моей головы.

— Тебя в "Кокетку" так же занесло? Согласилась, не раздумывая?

— Я вам доверяю, зачем мне вообще думать, — пролебезила, глядя в серую стену напротив. — Тем более я всё успеваю, больше не трясу задом перед мужиками. Много свободного времени появилось, знаешь ли.

— Хочешь ещё больше домашней работы? Так я организую.

У меня отпала челюсть. Он только что шантажировал меня? Да еще и при парнях, которые не должны ни за что узнать, что я работаю в доме Мунов?

— Отвали, злобная мачеха. — проскрежетала я, надеясь, что никто из парней не спросит, о чём он болтает.

— Апельсиновый сок, — просквозил он, и всё вмиг встало на свои места.

Утром я помогала на кухне. Мои мысли как всегда крутились где-то на седьмом небе. А Лин видимо планировал уехать пораньше. Он как раз сбегал вниз по лестнице, когда я попалась ему на пути. Сок окрасил его белую футболку в желтоватый оттенок, а до смеха нахмуренное лицо заблестело в сладких каплях.

И сейчас он напоминал мне об этом незавершённом деле.

— Сам, — ответила ему той же интонацией.

Больше я не стану падать так низко. Больше он не принудит меня делать то, что оскорбит меня.

Наши гляделки затягивались, но никто не смел прерывать это таинство.

Я чувствовала, как он разгорался всякий раз, когда мы с ним препирались. Его охватывало пламя, и он сжимал кулаки, напрягая вены, лишь бы сдерживать огонь внутри. На этот раз победа была за мной, потому что Лин поднялся с дивана, упомянув свою нареченную Бел.

— Ну и ну. Ты не перестаёшь меня удивлять, — присвистывает Алекс.

А Себ поглядывает на выход, порываясь уйти. После того дня, когда мы встретились у спальни Лина, он странно себя ведёт с братом. Как бы я не просила Себа молчать, скрыть своё изменившееся отношение и делать вид, словно ничего не случилось, он не мог. Ещё немножко и до недотёпы дойдёт что что-то не так, или скорее Себ на эмоциях выскажет всё брату, а я не собираюсь этого допускать. Поэтому сижу как на иголках, неотрывно отслеживая каждое движение его тела.

— Что такое? — меня о чём-то спросили?

— Ты размораживаешь нашу снежную королеву.

— Снежную королеву?

— Ага. — кивнул Алекс, — Поэтому мы с ним не играем. Чтобы вызвать у Лина хоть какие-то эмоции нужно та-а-ак постараться. Ему плевать на всё, что происходит. Слишком собран, спокоен и серьёзен. Снежная королева.

— Но как только разговор заходит о тебе, — подхватывает Сэм, — Ему сносит крышу. Встаёт и уходит, кинув сквозь зубы очередную отмазку.

— Не скажу, что это приятная способность. — чешу локти, чувствуя себя неловко, а Алекс уже наклоняется вперёд и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

— Шутишь? Вывести Лина из себя было нашей мечтой и теперь стоит привести тебя с собой — он взбешен, пригласить тебя с нами — он хочет перевернуть все вокруг. Ты можешь стать оружием…

— В ваших детских играх. — заканчивает Вэл, которого точно не забавляли их выходки. Себ же продолжал сохранять молчание, пожёвывая скулы изнутри.

— Не понимаю только, как это может пригодится и где моя выгода. — нервно посмеялась.

— Оу, потому что её здесь нет, — Сэм дёргает ногой, что висит на его колене. — Это просто весело.

— Для вас, — истукан Себ наконец выходит из оцепенения. — Вы же знаете какой Лин и что он может сделать.

— Да и Эль не так проста как кажется, — Алекс откинулся на спинку.

Себ качнул головой. Они не знали насколько близко я находилась к тому, кто меня недолюбливал. И чтобы переломить мне шею, ему нужно было всего лишь протянуть руку. Они не знали, а Себу это было известно, потому что это он держал меня в объятиях, когда вся моя отвага рухнула, разбившись о боль и унижение. Он был рядом, когда силы покинули меня.

— Что нужно делать? — сказала я, улыбнувшись.

Столкнувшись с болью, ты можешь закрыться, а можешь ответить тем же.

***

Ехать пришлось на окраину города. И если поначалу я удивлялась такому размещению, то совсем скоро поняла, что у клуба не было другого выбора. Игровые автоматы, казино — являлись нелегальными в нашей стране. Поэтому хозяевам заведения ничего не оставалось, как спрятать своё владение глубоко под землёй в недостроенной шахте метро.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Как только мы попали внутрь, я зажмурила глаза от ярких вспышек. Гул голосов людей, звон автоматов, плач и победоносный смех взрывали мои перепонки. Мы продвигались вдоль столов для бильярда в самую гущу людей. Неспешно я скользила взглядом по их лицам, пока не выцепила из толпы одно знакомое:

— Тимур?

Я остановилась напротив парня, что весело галдел со своими друзьями.

— Элька?

Улыбки одновременно расплылись на наших лицах и полились стандартные вопросы людей, которые долго друг друга не видели.

— Я учусь, сложно конечно, но особо не заморачиваюсь, а ты как?

— На левом берегу, помнишь? Технический вуз — всё строго по линеечке. Устал уже учиться, работать хочу. — на этах словах я прикусила язык, — А ты здесь, — он беззастенчиво просканировал моё тело, облачённое сейчас в обтягивающую красную материю.

Тимур начал оказывать мне знаки внимания в выпускном классе. Как-то раз предложил просто прогуляться вечерком, а пришёл с цветами. Я растерялась, не видела в нём парня, да и не до отношений тогда было. Будущее, учёба, переезд… А он всегда был хорош собой. И сейчас я смотрела на загорелого парня, волосы и глаза которого были чёрными как смоль. Он улыбался мне открытой улыбкой хорошего парня, но меня это не трогало. Недолго думая, я поняла почему. Тимур был полной противоположностью Лина.

— Эльвира? — Алекс махал рукой, за его спиной расположились остальные, но мой взгляд как верный пёс остановился на том кто в недоумении скрестил свои руки и глядел на меня с укором.

— Извини, я здесь с, — кто они мне? — С друзьями. — Мои глаза нашли глаза Тима и увидели, как в них полыхнул старый погасший огонёк заинтересованности, — Я найду тебя.

— Кто это был? — Себ пялился на Тимура, который вновь вернулся к своей компании — они переговаривались и кидали любопытные взгляды в нашу сторону.

— Одноклассник.

Продолжая идти за парнями, я успокаивала своё сердце. Как же хорошо, что они меня подождали. В этом тёмном лабиринте с красными мигающими лампами, я бы легко заблудилась. И вот парни уже завернули в зал, а меня вдруг отдёрнули крепкие руки.

— Что такое? — впилась в лицо Лина свирепым взглядом.

— Это игровой клуб, а не ресторан. Начерта это платье?

Я ухмыльнулась. Разглядывая тень, скрывавшую половину его лица.

— А ты не догадываешься? — я придвинулась ближе к его лицу и выдохнула прямо в заледенелые губы. — Чтобы позлить тебя.

Его глаза опасно сощурились. Дым повалил из ушей.

— Сколько мой отец платит, что ты позволяешь себе Dior?

— С чего ты взял, что это платье купила я?

Он замер. Лицо его застыло нечитаемой маской.

— Забыл твою ипостасью соблазнительницы. — он, к моему сожалению, отодвинулся, нарушая ту связь, что я установила.

— С каких пор я стала соблазнительницей? Помнится раньше ты называл меня иначе.

Он чувствовал подвох, не отрывал от меня взгляда, надеясь, что ответ будет написан на моих ключицах, губах, в глубине моих глаз. Иначе зачем ему так откровенно смотреть?

— Шлюхой? Ты пока в одежде и руки, к моему удивлению, держишь при себе.

Сейчас или никогда. Я делаю пару нерасторопных шагов. Так вышло, что мы стояли в узком коридоре, я у одной стены, Лин напротив. И сейчас стук моих шпилек отзывался тяжелым пульсом в ушах. Я пододвинулась невыносимо близко к его губам, скользнула рукой вниз по его груди. Он не двигался, не говорил, и кажется даже не дышал.

С каких пор он бездействует, хотя раньше отпихнул бы меня с криком "Насилуют"?

Его руки, всё время висящие вдоль тела, резко сжали мою талию. Он удерживал меня меня на месте, не решаясь сделать выбор: оттолкнуть или притянуть — это уже была маленькая победа.

Его близость странно действует на меня. Успокаивает. Приводит в равновесие. Рядом с ним я чувствую тот баланс, который люди ищут всю жизнь. Я всё-таки шагаю ещё ближе и прислоняюсь грудью к его груди. Мы смотрим друг на друга, будто видим впервые. Лин с недоверием, я с пугающей страстью. Но когда между нашими губами остаются считанные миллиметры разряженного воздуха, мы оба прикрываем глаза.

Я — полюс положительный, он — отрицательный, и как бы мы не хотели, наши губы притягиваются к друг другу какой-то вселенской силой. Лин отрывает одну руку от моей талии, скользит вверх, задевая чувствительную грудь так, что я изгибаюсь, вжимаясь в него животом. Он кладёт тёплую ладонь на мою шею, снова мечась меж двух огней: отпустить или удушить.

Неожиданно всё меняется. Теперь к стенке прижата я, а он нависает надо мной и перекрывает приглушенное красное свечение. И наконец спустя долго растянутые секунды его губы касаются моих. Сладко, дразняще, невесомо. Обхватывают одну губу и медленно смакует. Из меня вырвется полустон и это служит сигналом для Лина. С каждым укусом, с каждым касанием языка поцелуй становится настойчивым. Он пятернёй зарывается в мои волосы, наклоняет голову под удобным для него наклоном и задевает нёбо, запуская по коже рой мурашек. К моему сожалению Лин не торопится. Он медлителен. Сконцентрирован. А я хочу огня.

Я привожу в движение свои руки, которые всё это время покоились на его груди. Сейчас озорницы обхватывают его подтянутые предплечья, исчезают за поясницей и опускаются на его упругий зад. Я сдавливаю его так, как давно этого хотела. Слышу, что дыхание Лина прерывается. Он теряет контроль. Наши языки сплетаются. Наши тела чувствуют возбуждение друг друга. Я трусь о него, выпрашивая ласки, пошлости и всего чего в тайне желают наши тела.

Но он снова сдерживается. Как делал это всю свою чёртову жизнь. Отрывается от меня, пребывая в невминозе, смотрит расфокусированным взглядом на мои опухшие губы. И неожиданно обхватывает губами подбородок. Я наклоняю голову а он уже прижимается к месту под челюстью. Покусывает, горячо дышит в лицо, то и дело выпуская свой язык. Собирая себя заново по кусочкам. Я буквально телом чувствую, как он вспоминает, кто перед ним стоит, и отшатывается тотчас воспоминания настигает его возбуждённый разум.

Все свои ругательства он сдержал и рванул в зал, в котором нас уже заждались остальные, а я ненадолго осталась стоять на месте. Мурашками покрылись голые руки, я обхватила себя за плечи и уставилась на красные носки моих туфель.

Нет никакого триумфа. Победа над ним — моё поражение.

Парни рассредоточились по всему залу: Сэм и Алекс резвились у автоматов, Вэл, вооружившись кием, целился, выстраивая траекторию, Себ болтал с девчонкой на баре, а за ними расположился Лин.

Заметив меня, Себ взглядом спросил, всё ли нормально, Лин делал вид, что меня не существует.

Душа моя металась в теле, желая выхода всех эмоций, что накопились. И как обычно это бывает, выход я нашла в алкоголе. Джин, водка, лимон. Затем пара коктейлей розового цвета. Я пила, пока мир вокруг меня не начал кружиться. С тех пор, как я ушла из "Кокетки", мой трезвый закон сдал позиции.

— Упс, — Алекс появился из ниоткуда и подхватил меня за талию, когда каблук опасно подвернулся. — Столько джентльменов вокруг, а даме помогаю только я.

— Дама пару минут назад пила, как алкоголик со стажем. — отозвался Лин, опрокидывая в себя жидкость с листочком мяты.

— Моё почтение.

— Ты чего мечешься? Уже закадрил девчонку и собрался на хаус? — Себ с вызовом поднял бровь.

А Алекс снова маялся, пока желваки его ходили ходуном.

— Есть одно предложение.

— Нет, — сразу отозвался Лин, поворачиваясь к нам лицом на крутящемся стуле.

— Почему так категорично? — зашевелила я языком. — Ты даже не выслушал.

— Потому что все идеи Алекса в 99 % случая заканчиваются трешем.

— Не преувеличивай, — фыркнул тот, кто все ещё держал меня за талию.

— Я преуменьшаю.

— В этот раз всё будет нормально.

— Ты каждый раз так говоришь.

— Может сначала выслушаешь? — рявкнул Себ, и я вся сжалась, чувствуя напряжение в воздухе.

Хмурый взгляд с них глаз прошелся по Себу. Лин кивнул в сторону, разрешая говорить.

— Шторм на неделе устраивает тусовку, как насчёт свести старые счёты?

— Тебе скучно живётся что ли? — Лин, как заведённый качал головой. — Даже не вздумай, Алекс. Ты же понимаешь, что это будет иметь последствия.

— Ты же понимаешь, — сквозь зубы прошептал он и сдавил мою талию жесткой хваткой.

Я пискнула и Алекс извиняюще пригладил это место.

— Понимаю, но он того не стоит.

— Мы всё сделаем чисто, что даже патологоанатом не придерется.

Я застыла, словно скульптура. Мурашки побежали вверх по моему телу. Я корила себя, что выпила так не вовремя, и теперь мои извилины настолько расслабились, что понять смысл разговора было почти невозможно. О чём они, чёрт побери, говорят?

— Что ты скажешь Себ? — махнув рукой на Лина, который вновь отозвался отрицательно, Себ искал поддержки у него.

— Этот сукин сын за всё ответит.

— Не смей, Себ! А ты не втягивай его в это!

— Ты забыл, Лин? Мы все за одного. Сэм и Вэл согласны, один ты строишь из себя спокойного удава.

— Почему вы не можете забыть?

— Потому что лицо той девчонки всё ещё у меня перед глазами. — произнес Алекс проникновенным голосом.

— Ты не вернёшь её своей местью.

— Зато он больше не будет улыбаться.

Меня не отпускал мандраж. Предчувствие чего-то ужасного сдавило горло. Я не могла и слова высказать, так было тошно.

— На чём ты хочешь сыграть? — Лин нахмурился, кинув на друга подозрительный взгляд.

А я с ужасом заметила, как губы Алекса изгибаются в извращённой улыбке.

— На крови.