Глава 13

Командорское место выглядело потрясающе. Даже я, если бы захотела, не смогла придраться. Отутюженная до хруста скатерть белоснежным ромбом была наброшена на стол, а на ней, сияя серебряным блеском, лежали столовые приборы и в тон скатерти красиво свернутая салфетка, продетая в металлическое кольцо. Ничего лишнего: дорого, строго, лаконично. И в тоже время вся эта аристократичная роскошь создавала ощущение некого сюрреализма — словно кто-то открыл дверь прямо из флагманского звездолета в помещение высококлассного ресторана. Меню с красивым названием "Обед с командором" тоже в наличии имелось. Я потратила почти полчаса, выписывая на белой открытке серебряным маркером по металлу названия блюд.

Ну прости, Райдэк, если разочаровала, но цветочки тебе от меня точно не светят. Отбывать еще один наряд за то, что превратила строгую флотскую столовую во фривольную забегаловку я не собираюсь.

До сигнала оставалась ровно минута, когда я расставила на столе Райдэка источающие потрясающий аромат блюда и накрыла их серебряными крышками, чтобы не остыли.

— Эйк, обед никому не давать, пока не появится командор, — предупредила я.

По новому приказу командующего флагманом получалось, что без его согласования я не имела право кормить офицерский состав тем, что приготовила. И был бы ужас ужасный, если бы вина за голодных подчиненных Райдэка легла на мои плечи, но в данной ситуации благодаря моему изворотливому уму виноват был сам командор, не удосужившийся прочитать ни одного из предложенных мною меню.

Ничего личного. Так нас учили выживать в легионе: в любом препятствии искать брешь и лазейку. Возможно, я нашла ее не совсем честно, но из честности суп не сваришь. И я никогда не стала бы капитаном, если бы всегда и все делала по правилам.

Прозвучала сирена. Зал стал наполняться мужчинами, предвкушающими удовольствие от вкусной еды, но когда я заявила, что пока командор не продегустирует и не одобрит обед, есть никто не будет, довольный блеск в их глазах сменился голодным унынием.

С хмурыми лицами они занимали места в "зрительном зале", со сдержанным любопытством поглядывая на главную декорацию разворачивающегося спектакля.

Райдэк появился спустя мгновение.

Стремительный и быстрый, он пересек помещение практически за пару секунд, и когда взгляд его напоролся на сервированный командорский стол, неожиданно замедлился, начиная подозрительно оглядываться по сторонам.

— А почему никто не ест? — Райдэк испытующе прошелся по лицам военных, тут же опустивших глаза в пол и явно нежелающих вмешиваться в наши разборки.

— Вы не утвердили меню, командор, — услужливо ответила за них я. — А согласно вашему новому приказу номер две тысячи сорок один, обед, завтрак или ужин не может быть подан, если командор не заверил меню цифровой подписью.

— Я не получал от вас никакого меню, — уже чувствуя какую-то подставу, лениво приподнял бровь Райдэк.

— Прошу прощения, командор. Капитан Паркер посылала вам несколько вариантов возможного обеда каждые десять минут в течение полутора часов, — очень кстати встрял Эйк. — Я свидетель.

Командор медленно вытащил из чехла свой флэтпад и, глядя мне прямо в глаза, нажал на кнопку. Ну надо же, значит, я в адресном списке стояла у него под номером один? У меня на поясе завибрировал аппарат, и даже смотреть не нужно было, от кого пришел вызов. А следом за моим флэтпадом стал разрываться и гаджет Райдэка. Хок, правильно оценив обстановку, снял блокировку, и теперь все отосланные мною сообщения сыпались на почту командора, как горох.

Чем была хороша утилита, которой мы с Хоком воспользовались — она не оставляла в сети следов вмешательства. Как бы усиленно Райдек не искал, доказать он ничего не сможет.

— Плохая связь? — фальшиво посочувствовала я, глядя на командора, невозмутимо листающего мои послания. — А я думала, у вас на флагмане все самое лучшее.

Райдэк отвлекся от созерцания своего флэтпада, слегка склонил голову, и в глазах его внезапно появилось какое-то алогичное происходящей ситуации выражение, очень похожее на восхищение.

— И какой же вы нашли выход, капитан Паркер? — с легкой усмешкой поинтересовался он.

— Согласно внутренней инструкции семьдесят пять, если вновь созданный приказ, заменяющий предыдущий порядок, по каким-либо объективным причинам не может быть выполнен, то на это время действующим остается старый. Поэтому я взяла на себя смелость приготовить обед по собственному усмотрению. Дегустировать будете? — вежливо спросила я.

— Безусловно, — вытащив из кольца белоснежную салфетку, Райдэк небрежно встряхнул ее, усаживаясь за стол, а затем, подняв голову, насмешливо посмотрел на меня, ожидая моего следующего хода.

Как заправский повар, я наклонилась над столом, подняла сияющую крышку, и почти все присутствующие в зале вытянули шеи и привстали со своих мест, пытаясь разглядеть то, что под ней находилось.

В прозрачно-желтом бульоне, присыпанном свежей зеленью, лежал жирный циллинг — моллюск с планеты Тектара. По вкусу он напоминал что-то среднее между рыбой и курицей, а вот в сваренном виде был похож на настоящий глаз.

— Что это? — угрюмо уставившись в свою тарелку, поинтересовался Райдэк.

— Суп, — вытянувшись по струнке, отрапортовала я. — Называется "око командора". Как вы приказывали — подошла с фантазией.

Настоящее око командора нервно дернулось, и на лице появилось какое-то зловещее выражение.

— Ко второму блюду вы тоже подошли с фантазией? — мрачно догадался он.

— Так точно, — выпятив вперед грудь, вышколено шаркнула по полу ногой.

— И какую часть тела командора вы выпотрошили туда? — недобро прищурился Торн.

— Сердце, — вскинув голову, ликующе гаркнула я.

— А это как называется? — не став заглядывать в меню, мужчина поочередно постучал ложечкой по двум вареным яйцам, недвусмысленно установленным на хромированный держатель.

— Ну, вы же умный человек, — моя улыбка стала неприлично мерзкой.

Честно? Заржать очень хотелось, потому что все вокруг сидели с красными рожами, полными слез глазами, и просто давились смехом. Но вместо этого я, глядя в перекошенное яростью лицо командора, невинно спросила:

— Вы не любите яйца всмятку?

Кто-то за моей спиной не выдержал и громко хрюкнул, пряча смех в кулак. Райдэк угрожающе поднялся с места и…

— В машинное отделение, — холодно приказал он. — Все остальные наряды будете проходить там.

— Слушаюсь, — возликовала я.

Да. Вот так меня. С глаз долой — из кухни вон. О, Райдэк, ты даже не представляешь, какую лису ты запустил в свой курятник. Я мечтала посмотреть на двигатели твоего вояджера с того момента, как на него прибыла.

— Стоять, — внезапно остановил он мой порыв быстро свалить из столовой. Развернув меню, он опустился взглядом к последнему пункту, под которым значился десерт с таинственным названием "МК".

— А где десерт? — не найдя на столе ничего на него похожего, вопрошающе посмотрел на меня Райдэк.

— Десерт "Мозг командора" следует подавать исключительно в охлажденном виде, — очень серьезно сообщила я и, щелкнув пальцами, кивнула Эйку, чтобы нес Райдэку желе. — Есть его нужно медленно и маленькой ложечкой, — с придыханием произнесла я. — Так намного вкуснее.

Непроницаемое лицо мужчины внезапно странным образом стало меняться, и я, выпав из реальности, почему-то завороженно смотрела, как сначала появляются тонкие лучики морщинок в углах серых глаз, начинающих искриться весельем, потом плавно изгибаются четко очерченные губы, расползаясь в белоснежной улыбке, а затем глубокий бархатистый смех обрушился на меня колкой лавиной мурашек, выбив почву из-под ног и оставив стоять в полном замешательстве и растерянности.

Он смеялся. Мягко, низко и, что самое странное — искренне. И смех этот действовал на меня как гипноз. Такое чувство, что я могла его слушать вечно, как джаз или классику.

Какого черта?

— Это все, капитан Паркер? — он наклонился ко мне так неуловимо быстро, что его чистое дыхание успело теплым ветром обдать мое лицо, прежде чем я смогла отпрянуть и сделать шаг назад. — Я надеюсь, вам не пришло в голову связать со мной каким-нибудь образом название сока? — он кивнул на искрящуюся в стакане желто-коричневую жидкость, поджимая кривящиеся от смеха губы. — А то, боюсь, после этого его в принципе никто никогда больше пить не будет.

Сок в меню значился просто соком, как и яйца — просто вареными яйцами, и то, что Райдэк находил все происходящее смешным, настолько сбивало меня с толку, что пропадало желание даже отвечать уколом на выпад. Я пристально смотрела в его сверкающие весельем глаза и вдруг с отчетливой ясностью поняла, что я дура. Он же играл со мной, как с забавной зверюшкой. Дергал за усы, лапы и хвост, и развлекался, получая удовольствие, пока наблюдал за тем, как я шиплю, царапаюсь и кусаюсь.

Сволочь. Недооценила.

— Я могу идти в машинное отделение, командор? — не подавая виду, что расстроена, упрямо вскинула голову.

— Можете, — Райдэк демонстративно уселся за стол и, запустив в тарелку с супом ложку, принялся как ни в чем ни бывало есть, щурясь от удовольствия. — Вы ничего не забыли, капитан Паркер? — его голос остановил меня на полпути из столовой, срикошетив от стен и ударив нервной дрожью по напряженным мышцам моей спины.

Повернувшись, я встретилась взглядом все с тем же просто бесившим меня насмешливым превосходством, прятавшимся в глубине серых глаз Райдэка. Я не могла его просчитать. Впервые в жизни я не могла просчитать противника и предсказать его дальнейший шаг. Сейчас мне казалось, что это не он, а я делаю все так, как и было задумано, выполняя какой-то тонко задуманный расчет, и желание свалить с корабля Райдэка как можно быстрее стало просто навязчивым. Вот только шестое чувство коварно нашептывало, что теперь меня отсюда так просто никто не отпустит.

— Вы так и пойдете по флагману? — мужчина слегка отклонился в сторону, посмотрев на мои ноги. — У меня в машинном отделении принята несколько другая униформа.

Лакс, я и забыла, что осталась одетой в бахилы, халат и шапочку. Возникло глупое желание запустить в Райдэка чем-нибудь из них с досады.

— Я выброшу по дороге в сборник для мусора, командор.

— А я думал, найдете лазейку в нормативной базе, позволяющей вам варить из топлива в машинном отсеке какую-нибудь бурду, — безжалостно расчленяя ложкой циллинга, ухмыльнулся командор.

Очень смешно. Остряк. Что-то по твоей довольной морде не похоже, что ты ешь бурду. Молчи, Агни, умнее покажешься.

— Так я могу идти, командор? — я постаралась придать голосу бесцветный оттенок, словно обращалась не к человеку, а деревянному столбу.

— Идите, капитан Паркер. Сообщение о вас в машинном отделении уже получили… и даже успели мне ответить, — Райдэк небрежным кивком головы указал на свой флэтпад, после чего загадочно улыбнулся, отвел взгляд от меня и уставился на Хока, сидящего под стенкой рядом со Свэном.

На лице моего штурмана не дрогнул ни один мускул, пока командор потрошил его своим взглядом, как тушку выловленной из океана рыбы, а я, сделав вид, что вообще ничего не заметила, пошагала прочь из столовой, сосредоточенно соображая, зачем Райдэку понадобилось засунуть меня в машинный отсек. Я не заметила, чтобы он набирал на своем флэтпаде длинное сообщение, значит, оно у него было заготовлено заранее, хотя не исключено, что это была и устная договоренность, а через устройство он просто подал кому-то сигнал.

Наша с Райдэком игра начинала выходить за рамки экстравагантного развлечения, и мое чутье дрэйкера вибрировало тревожным набатом, предупреждая об опасности. Не знаю, откуда взялось это иррациональное чувство. Вроде расчет наш числился за миссией официально, и Райдэк при всей его крутости не создавал впечатление неадеквата, способного на крайности. Даже если вдруг, что маловероятно, командор заподозрит во мне танцовщицу из звездного клуба, то что он мне может сделать? И как вообще можно это доказать, если за мной закрепилась слава холодной стервы, отшивающей любые притязания мужиков жестко и безжалостно? Единственная, кто знает мою тайну, это Зарта, а она скорее умрет, чем расскажет Райдэку правду. В моем случае, вероятно, следовало вести себя с ним так, чтобы провести параллель между крутой дрэйкершей и богиней пилона было вообще нереально. И пока я с этой задачей худо-бедно справлялась. Оставалось закрепить результат и сбить своими способностями командора с толку окончательно. Машинное отделение для этого плана — самое то. Стриптизерша и двигатели, на мой взгляд, понятия вообще несовместимые.

Пока я в глубоких раздумьях шествовала по коридору, на мое рабочее устройство пришла информация о дальнейшем месте пребывания, видимо, отосланная мне корректорами по приказу Райдэка. Меня ждали на втором уровне в секторе под номером десять-пять-один. Навигатор флэтпада тут же выдал на плане кратчайший путь, и, добравшись до ближайшего лифта, я без опасений стала спускаться вниз.

Я ошибалась, когда думала, что имею представление о том, как выглядит машинное отделение данного вояджера. Я видела очень много инопланетных кораблей, и мехотсеки во всех них были устроены приблизительно одинаково, ведь двигатели на кораблях могли быть самыми разными, а принципы механики во Вселенной никто не отменял. На моем стрэйнджере это было большое помещение, состоящее из многоуровневых блоков и модулей, напичканных автоматикой, электроникой, пневматикой и прочей аппаратурой, обеспечивающей жизнедеятельность корабля. Здесь все должно было быть масштабнее, дороже и более впечатляющим.

Должно было…

Нет, подозреваю, что, наверное, так оно и было, если бы кто-то позволил мне на это посмотреть, потому что рабочее место, которое мне выделили, размерами лишь немного превышало грузовой лифт и больше походило на какую-то промежуточную буферную камеру, чем на рабочий модуль.

Что сразу бросилось в глаза и насторожило, когда меня пропустили на нижний уровень, так это количество охраны. Она была выставлена перед каждой дверью и переборкой, и, что самое странное, на ее одежде не было отличительных знаков конгломерата: ни нашивок, ни эмблем, ни металлических символов принадлежности к роду войск.

Огромные, похожие на истуканов мужчины с каменными лицами смотрели перед собой, и казалось, их вообще не интересует происходящее вокруг. Но это только казалось, потому что едва я попыталась, как бы невзначай, свернуть внутрь одного из секторов, мне тут же перегородили дорогу и жестко дали понять, что к этому сектору у меня нет допуска.

Все выглядело если не странным, то окутанным тайной и загадкой, впрочем, как и сам командор, непонятно чего добивавшийся от меня своими приказами.

Мне на флэтпад пришли четкие инструкции того, что я должна была делать, и будь я Эйком или кем-то ему подобным, решила бы, что мне уготовили роль космического привратника, ибо так моя работа со стороны и выглядела. Буфер, в который меня "упаковали", был сквозным и проходным, и все, что от меня требовалось, это впускать по сигналу техников, следить за тем, как они проходят через трехмерный галоскан, вмонтированный в пол, а затем выпускать их с другой стороны в охраняемый непознанной наружности мордоворотами отсек.

Это была фикция чистой воды, поскольку даже на нашем стрэйнджере перед всеми переборками стояли датчики-идентификаторы, а вояджер Райдэка по уровню технологий и сравнивать с малогабаритными звездолетами было нельзя. Небо и земля.

Хоть убейте меня — не могло быть на сверхсовременном корабле даже угла из прошлого века. Его здесь и не было, потому что внимательно осмотрев стены, пол и потолок буфера, я обнаружила десятки точечных датчиков. По идее, установленная система на входе должна была считывать и распознавать чип входящего в камеру человека, потом сетка галоскана определяла наличие у него запрещенных для переноса в отсек предметов, а после проверки все та же система распознавания чипов выпускала техника в следующий отсек, если у него к нему был допуск. Кто-то намеренно вывел из строя контроллер, заставив меня тупо жать на кнопку ручного управления. Зачем? Пытались посмотреть, пойму ли я, что происходит? Ну, поняла. Дальше что?

Согласно внутренним инструкциям, каждый член экипажа нес ответственность за свое рабочее место, а поскольку, определив меня в машинное отделение, Райдэк автоматически причислил меня к бригаде техников, то ко всем прочим обязанностям я должна была устранять неполадки на своем посту в случае их обнаружения. Вопрос оставался открытым: чем руководствовался командор, когда посылал меня сюда? Хотел изолировать или ждал, что я найду неординарное решение проблемы? Гадать можно было бесконечно, а способ узнать наверняка только один — проверить. Что я и сделала.

Вооружившись своим мининабором инструментов, я стала вскрывать все технические панели, определяя последовательность соединения и разбираясь в тэш-блоках. Через пять минут я вообще забыла о Райдэке потому что когда Агния Спаркс добиралась до схем и проводов, она обычно теряла связь с реальностью.

Из мира тиристоров, биполярных транзисторов и сопротивлений меня вырвал шум отъехавшей в сторону двери. Я, наконец, разобралась со схемой и нашла блок, отвечающий за идентификатор входа. В открывшемся проеме мгновенно возникли угрюмые рожи охранников, смотревших на повисшую на стене меня так, как будто я не ремонтировала охраняемый ими объект, а устраивала на нем диверсию.

— Извините, ребята, это был тест-контроль, — мило улыбнувшись мужчинам, я замкнула контур, захлопнув дверь у них перед самым носом. Судя по выражениям лиц, мой творческий энтузиазм их не впечатлил, и если я все правильно поняла, то через пять минут здесь будет Райдэк. Жаль, не успею отремонтировать все до его прихода, но зато выясню, какого черта ему от меня надо.

Я опять ошиблась: командор заявился через четыре минуты. Впрочем, с той скоростью передвижения, которую я у него наблюдала, странно, что не через три. К тому моменту функция датчика-идентификатора на входе была восстановлена, и когда Райдэк пересек линию контроля, сработавшая система голосом главного компьютера опознала капитана корабля. Я так думаю, что опознала, потому что из всего сказанного механической теткой я не поняла ни слова. Никогда в жизни я не слышала подобного языка, а моя память за время путешествий по Вселенной запомнила их немало. Выходцем из какой системы был Торн Райдэк и кому принадлежал арендованный конгломератом вояджер?

Остановившись на входе, командор оценивающим взглядом прошелся по вывернутым из слотов тэш-блокам, на секунду задержался на усердно орудующей микропаяльником мне, а затем, вопрошающе приподняв бровь, поинтересовался:

— Кто дал вам инструмент?

Отстегнув ремни страховки, я спрыгнула на пол, выпрямившись перед Райдэком как того требовал устав.

— Он мой личный, командор. Вольнонаемным расчетам, согласно положению о резервировании не запрещено пользоваться личным оружием и инструментом.

Райдэк прищурился, изучая мое лицо точно трехмерный сканер. Рука его вдруг взмыла вверх, и прежде чем я успела понять, что происходит, ладонь мужчины коснулась моей щеки, и большой палец, слегка надавливая подушечкой, проехался моей скуле, оставляя на коже обжигающий след от своего прикосновения. Это было сродни удару высоковольтным разрядом. Шарахни меня током — и то не получилось бы такого эффекта.

— Вы что себе позволяете? — резко отшатнувшись от командора, я сжала кулаки, чувствуя, как охватившая меня внутренняя дрожь вероломно подбирается к ладоням.

— Герлит, — показав ошеломленной мне потемневший от смазки палец, задумчиво выдал Райдэк. — Вы испачкались, капитан… Паркер. Вы всегда носите инструмент с собой?

Вопрос сбил меня с толку. Проклятый Райдэк только и делал, что выбивал у меня почву из-под ног своими выходками.

— Я дрэйкер, — сердце мое почему-то нещадно колотилось в груди, все еще реагируя на бесцеремонное вторжение мужчины в мое личное пространство. Любому другому за такую наглость я сломала бы руку, и то, что из-за соблюдения субординации навалять Райдэку я не могла, меня просто бесило. — Инструмент, как и оружие, неотъемлемый атрибут любого вольного расчета. Маленькая отвертка порой спасает десятки жизней. Мне казалось, вы должны это знать, командор.

Он промолчал. В серых глазах мелькнула какая-то отстраненная эмоция, словно он вообще меня не слушал, а думал о чем-то своем.

— Зачем вы распотрошили ризолвер-камеру? — Райдэк неожиданно переключился с меня на разобранные панели стен.

Так вот как называется камера моего временного заточения.

— Я занимаюсь текущим ремонтом своего рабочего места согласно инструкции номер…

— Я понял, что нормативная флотская база — одна из ваших сильных сторон, — перебил меня Райдэк. — Почему вы решили, что здесь что-то неисправно?

— Потому что в мои обязанности вменили нажимать на кнопку ручного управления, в то время как на входе и выходе установлена система автоматического слежения, считывания и распознавания данных, подключенная к главному компьютеру.

Райдэк слегка повернул голову, мазнув цепким взглядом по наблюдающим за нашим диалогом охранникам. Можете назвать меня сумасшедшей, но мне почему-то показалось, что он их о чем-то спросил. По крайней мере, вопрос читался во всем его подчеркнуто-сосредоточенном облике. И я, наверное, точно параноик, но по тому, как смотрели на командора мужчины, мне показалось, что они ему что-то отвечают. Создалось впечатление, что они общались на каком-то телепатическом уровне.

— Вы уже устранили неисправность, капитан Паркер? — не дал мне углубиться в свои подозрения Райдэк.

— Нет, — вынуждена была признаться я. — Осталось отрегулировать контроллер питания и собрать панели.

— Тогда продолжайте, — командор тактично отступил в сторону и сложил на груди руки, явно собираясь курировать мои дальнейшие действия лично.

Какого?.. Ну ведь понял уже, что в технике я разбираюсь, в чем еще хотел убедиться?

Вновь поднявшись на стену, я стала регулировать работу системы на выходе, испытывая крайне неловкое чувство дискомфорта. Терпеть не могу, когда кто-то стоит за моей спиной и на меня смотрит, хотя, если честно, мне казалось, что Райдэк смотрел конкретно не на меня, а на то, что находилось чуть пониже моей спины, и от одной этой мысли вся моя хваленая выдержка летела к черту.

Установив в слоты все тэш-блоки, я позащелкивала открытые крышки, вернув ризолвер-камере первоначальный вид, и когда, остановившись на контрольной линии перед выходом в следующий сектор, система флагмана, распознав меня, открыла двери, я удовлетворенно кивнула Райдэку:

— Вот теперь все.

— И как вы собирались действовать дальше? — командор нетерпеливо качнулся с пятки на носок, красноречиво указав взглядом на выход. Его предположение настолько меня возмутило, что я даже не стала скрывать прорывающегося в голосе сарказма:

— Я хорошо понимаю, что такое секретность, командор, и достаточно умна, чтобы не совать свой нос туда, где его не желают видеть. Я отремонтировала камеру потому, что она была сломана, а не потому, что собиралась проникнуть через нее в закрытые отсеки.

Райдэк вдруг улыбнулся, окатив меня волной почти осязаемого обаяния. Черт бы его побрал. Меня больше устраивал командор-задница и женоненавистник, чем этот мужчина, глядящий на меня так понимающе, как обычно делали только мои парни.

— Пойдемте со мной, капитан, — рука Райдэка начала движение, явно собираясь опять до меня дотронуться в галантном жесте. Предугадав ее маневр, я тут же отступила в сторону. Если командор и расстроился, то виду не показал.

Пропустив Райдэка вперед, я вышла из блока следом за ним, предусмотрительно двигаясь дальше на почтительном расстоянии. Куда бы ни вел меня командующий флагманом, его попытки ко мне приблизиться начинали меня откровенно беспокоить.

Мы миновали два технологических сектора, в одном из которых я успела заметить Эмбера, передвигающегося на манипуляторе от блока емкостных накопителей к стене. Насколько я смогла проанализировать, этот узел не таил в себе ничего секретного, потому что, видимо, отвечал за электрику и освещение корабля, и тогда становилось понятно, почему в нем работали наемники и люди из межгалактического флота. Самое интересное от посторонних глаз прятали, и там, очевидно, работали только доверенные командору лица. Странно, что штаб конфедерации пошел на такие условия. Хотя если подумать, то аналогов кораблей, подобных вояджеру Райдэка, у них не было, а ради спасения жизней жителей целой планеты можно было и наступить на горло собственной гордыне.

Райдэк провел меня еще через несколько постов и коридоров, и когда остановился у переборки, охраняемой усиленным кордоном, мужчины расступились перед ним, давая дорогу своему начальнику.

Он поднял голову, позволяя датчикам сканировать сетчатку его глаза, на приборной панели замигали дорожки зеленых огней, а потом голос главного компьютера произнес ту же непонятную фразу, что и в отремонтированной мной камере: "Авэмэ дэн орис". Оставалось только догадываться, значила ли она приветствие, разрешение войти или звание Райдэка на незнакомом мне языке

Панели дверей разъехались в стороны, пропуская нас в камеру, похожую на ту, в которую меня сослали отбывать наряд, следом открылись еще одни двери, за ними еще одни, а затем моему взору предстала картина, которую моя зрительная память не забудет никогда.

От генераторной меня и Райдэка отделял только затемненный силовой щит, но даже он не мог в полной мере заглушить яркость колоссальной энергии, закручивающейся синими вихревыми потоками на гигантских электродах, подведенных к серебряным сферам, очевидно, служившим своего рода конденсаторами. Вселенная, я не могла ошибаться, этот блок генерировал темную материю в абсолютную энергию и работал по тому же принципу, что и созданные моим дедом двигатели, только технологии вояджера Райдэка были на несколько порядков выше и мощность энергии, получаемая на выходе, в сотни раз превышала результаты, полученные "Спаркс Гэлакси".

— Как вы управляете энергией? — я не заметила силовых кабелей, идущих от генераторов к электродам, и это ошеломило меня гораздо больше, чем осознание базового принципа, на котором была построена работа вояджера.

Между бровей Райдэка пролегла глубокая складка, глаза хищно сузились, изучая меня словно запутанную микросхему.

— Вы понимаете, что это? — еще больше озадачился Райдэк.

Я понимала. В секретных лабораториях и испытательных ангарах "Спаркс Гэлакси" я провела большую часть своей жизни, могла ли я не разбираться в том, чему собиралась ее посвятить? Но Райдэку об этом знать было не обязательно, а потому я просто промолчала, бесстрастно выдерживая его пристальный и пытливый взгляд. Пусть думает что хочет.

Не знаю, к каким умозаключениям пришел командор, но спустя мгновение он резко развернулся на каблуках, и двери всех переборок распахнулись перед ним как по взмаху волшебной палочки. Странный корабль и его еще более странный хозяин не переставали меня удивлять.

— Следуйте за мной, — не оборачиваясь, приказал Райдэк, и все что мне осталось, это двигаться за стремительно несущимся по коридору мужчиной, ломая голову, что же он уготовил для меня на этот раз.

Командор остановился как-то резко и неожиданно, и от вероятности не впечататься в него всем телом меня спасла только отточенная за годы службы реакция. Почему-то показалось, что именно она расстроила Райдэка, словно он только и ждал тесного контакта со мной. Лакс. Что это вообще за выверты? Не нравится мне это все.

Бесшумно открывшаяся в стене ниша лифта заставила меня напряженно вытянуться и с опаской посмотреть на приглашающего меня войти внутрь кабины Райдэка. От осознания, что придется находиться с ним в ограниченном замкнутом пространстве наедине, грудь вдруг придавило горячей тяжестью, и память зачем-то вычленила эпизод наваливающегося на меня обнаженного мужчины, целующего меня с иступленной яростью и страстью.

— Капитан Паркер… — вопрошающе приподняв бровь, Райдэк замер посреди кабинки, подозрительно изучая мое лицо. — Вы боитесь лифта?

— Нет, — сжимая кулаки, зло выцедила из себя я, делая шаг командору навстречу. Если станет приставать — двину между ног без предупреждения, и пусть потом докажет, что я это сделала.

Двери лифта захлопнулись, отгораживая нас с Райдэком от внешнего пространства коробкой из четырех стен, и воздух внезапно стал густым и тяжелым, заползая в мои легкие липкой смолой. В этой вязкой, разлившейся в груди луже неуклюже барахталось сердце, глухо выстукивая беспорядочный ритм. Сцепившись с Райдэком взглядами, мы молча смотрели друг на друга, пока кабинка ползла вверх, как мне казалось, так медленно, словно это движение никогда не кончится. Я вдруг поняла, что такая тесная близость с Райдэком действует на меня пугающе странно. Идиотское ощущение. Никогда не чувствовала себя такой уязвимой, как в этот миг. Словно с меня содрали одежду, оставив голой и беззащитной. Стоит ли говорить, что когда двери открылись, я вылетела в коридор как пробка из бутылки игристого, жадно втягивая носом охлажденный кондиционерами воздух.

— У вас все в порядке? — с нескрываемой тревогой в голосе поинтересовался Райдэк. — Вы побледнели.

Все ли у меня в порядке? Мать твою, у меня было все хорошо, пока ты не появился в моей жизни и не превратил ее в какую-то дешевую комедию. Откуда ты взялся на мою голову? Не поведись я на аферу Зарты, сейчас могла бы уже забеременеть от Хока и спокойно принимать дела "Спаркс Гэлакси". А вместо этого я торчу на странном корабле рядом с еще более странным типом, испытывая к нему что-то совершенно выходящее за рамки моего понимания.

— Вам показалось, командор, — с мрачностью моего тона могло соперничать только аналогичное выражение лица Райдэка. — Это мой обычный цвет кожи. Сожалею, если он вам не нравится.

Брови Райдэка удивленно поползли вверх, и я почувствовала себя полной дурой — мелочной истеричкой, цепляющейся к каждому его слову. Да что со мной такое?

Мимо нас по коридору прошел майор, приветствуя командора сдержанным кивком. Бегло осмотревшись по сторонам, я поняла, что лифт поднял нас на девятый уровень, тот самый, с которого и начались все мои злоключения. Зачем Райдэк привел меня в сектор командования флагманом?

Ответ на свой вопрос я получила спустя минуту, когда вошла следом за командором в капитанскую рубку, и его низкий вибрирующий голос заставил всех присутствующих поднять головы, мгновенно отвлекшись от дел:

— Капитан Паркер, с сегодняшнего дня вы несете службу в капитанской рубке.

Пожалуй, ударь он меня кувалдой по голове — и то шокировал бы меньше.

— Нестандартная логика мышления, аналитический склад ума, феноменальная память и мгновенная реакция, — продолжал расстреливать меня своими заявлениями Райдэк, произнося это таким тоном, что сомнений не оставалось в серьезности его слов. — Исключительные знания техники, способность правильно оценивать ситуацию и принимать соответствующие решения характеризуют вас, капитан Паркер, как специалиста высшей категории, способного принять на себя командование эскадрой в случае форс-мажорных обстоятельств. Вы назначаетесь моим первым помощником до окончания миссии, а также независимо от званий и чинов подчиняетесь напрямую лишь мне.

В абсолютной тишине рубки теперь можно было услышать дыхание каждого из офицеров, недоверчиво переводящих взгляды с меня на командора.

— Вы не рады, капитан? — Райдэк в своей излюбленной манере заложил руки за спину и горделиво вскинул голову. От его внимательного взгляда внезапно захотелось поежиться.

Если учесть, что подобного я от него просто не ожидала, то меня так и подмывало спросить, а как же насчет того, что баба на корабле к несчастью? Райдэк только и делал, что ставил меня в тупик своими поступками.

— Вам виднее, командор, на каком участке флагмана я должна нести службу, — сдержанно кивнула я. — Приказы начальства не обсуждаются.

— Ну, вы же хотели занять мое место? — Райдэк легко качнулся, и лицо его придвинулось к моему непозволительно близко, так что я могла видеть темные прожилки в серой радужке его искрящихся весельем глаз.

— Мне показалось, у вас нет проблем с чувством юмора, командор? — пытаясь от него отклониться, я прогнулась в спине, насколько это было возможно, кажется, повеселив этим Райдэка еще больше

— Именно поэтому я собираюсь поделиться с вами опытом, — губы мужчины изогнулись в легкой улыбке, а затем, повернувшись вполоборота к офицерам, командор властно приказал: — Генерал Гилберт, введите капитана Паркер в курс дела и покажите ей ее рабочее место.

Легко и непринужденно командор покинул рубку, казалось бы, потеряв к тому, что произойдет дальше, всякий интерес. Если Райдэк думал, что я куплюсь на его спектакль, то он ошибся. Я очень хорошо понимала, зачем меня перевели в командирский отсек, как и то, что здесь повсюду были натыканы камеры слежения, контролирующие каждый мой шаг, и, вероятнее всего, именно сейчас Райдэк наблюдал за мной через одну из них, так что наше с ним сотрудничество из вполне произвольного переходило в очень плотное. Теперь я находилась под тотальным контролем Райдэка до конца миссии. Большей глубины задницы, в которую я попала, и представить себе было сложно. Мне так казалось. Но командор вновь меня удивил, доказав, что у нее просто нет предела.