Глава 14

В курс дела меня вводили со сдержанной неприязнью. Она просто читалась в искривлено-недовольной линии тонких губ генерала Гилберта, в глубоких складках, прорезающих его высокий, с залысинами лоб и подчеркнуто сухом тоне, от которого невольно хотелось прочистить горло. Подозреваю, если бы не ремарка Райдэка о том, что подчиняюсь я теперь лично только ему, то церемониться со мной вообще никто бы не стал.

Я, привыкшая к тому, что в легионе женщины были даже в высшем руководящем составе, такое отношение считала глупым и непрофессиональным. Женщины-дрэйкеры, возможно, и уступали противоположному полу в физическом плане, но компенсировали этот недостаток гибкостью и ловкостью. Туда, где пройти по шаткой конструкции или влезть в узкую щель не мог крупный и сильный мужчина, обязательно отправлялась женщина. Женщины-легионеры были талантливыми штурманами, отличными стрелками, программистами, медиками и спасателями, а по стрессоустойчивости и выносливости могли дать фору любому мужчине. В легионе всегда считали, что нет никакой разницы, кто ты по половому признаку, если на кону стоит человеческая жизнь.

Здесь все было иначе.

Военные были высшей кастой, и если и позволяли женщинам подниматься вверх по карьерной лестнице, то только в сферах прессы, связей с общественностью и в верховных судах, где им особо не требовалось что-то доказывать мужчинам. А в звездный флот вообще брали только женщин-связисток, медиков и переводчиц. Исключения вроде меня, конечно, были, но очень редко. Понятное дело, что попав на флагман, где женщин априори не воспринимали как штатную единицу, я со своими знаниями и опытом как-то очень выбивалась из общей концепции.

То, с каким скепсисом генерал знакомил меня с навигационной техникой и пультами управления, находившимися в капитанской рубке, наталкивало на мысль, что он вообще не верит в то, что я хоть что-то понимаю. К его большому разочарованию, я не только понимала, но и видела недостатки, о которых пока предпочла промолчать.

Техника, с которой мне предстояло работать, конечно, впечатляла. Сенсор-голограмму я видела впервые и замирала от восхищения, когда, дотрагиваясь пальцами до призрачных изображений, предо мной мгновенно разворачивались десятки рабочих окон с различной информацией. Это был корабль-мечта — быстрый, мощный, эргономичный. Летать на таком было честью для любого офицера, и я понимала неприязнь мужчин, считавших меня выскочкой, покусившейся на святое, как и поняла, зачем Райдэк показал мне генераторную.

Любой корабль увеличивал скорость за счет правильно распределенных мощностей. На своем стрэйнджере мы с Эмбером экономили их по максимуму, потому что знали, для чего предназначен каждый винтик и чип на нашем корабле. Мы были его создателями и заботливыми хозяевами. Те, кому по контракту с конфедерацией Райдэк доверил управление вояджером, разбирались лишь в своем направлении, но не видели всей картины в целом, и командор почему-то не горел желанием делиться с ними секретами, возможно, совершенно обоснованно. Никто из них никогда не примерял на себя одновременно роль конструктора, испытателя и капитана. Как Райдэк догадался, что я все эти профессии в себе удачно совмещала, оставалось загадкой. Но назначив меня своим первым помощником, он точно знал, что я справлюсь с работой лучше генерала Гилберта. Эх, к моим бы квантовым усилителям генераторы Райдэка — и стрэнджеры "Спаркс Гэлакси" стали бы самыми быстрыми звездолетами во Вселенной.

— Вопросы какие-нибудь есть, капитан Паркер? — закончивший с введением меня в курс дела, генерал Гилберт, пытаясь копировать Райдэка, повторил его излюбленную позу. В глазах мужчины застыла откровенная насмешка, поскольку он наивно надеялся, что я ничего не поняла. Вот за что я ненавижу таких, как Гилберт, так это за их узколобость и ханжество.

— Конечно, есть, генерал, — небрежно повела плечом я.

Глаза Гилберта торжествующе заблестели:

— Обычно штатному специалисту достаточно одного раза, чтобы понять работу системы, но для вас, как для женщины, в виде исключения я могу повторить.

Ой, ну сейчас заплачу от умиления. Прямо завуалированный намек на то, что курица не птица — баба не человек. Да обломись. Мужчины — сильные фигуры, но миром правят бабы-дуры.

— У меня вопрос следующего характера, генерал, — игнорируя ехидную улыбку Гилберта, я стала быстро открывать на экране рабочие окна со схемами секторов, помечая утилитой маркера заинтересовавшие меня участки. — Насколько я понимаю, эти отсеки предназначены для поселения беженцев с Зондакара. Почему на пустующие помещения установлен такой высокий коэффициент мощности?

— Видите ли, капитан Паркер, — снисходительно затянул Гилберт, — На кораблях такого класса этот коэффициент является константой для жилых помещений. Если не поддерживать необходимую температуру, то сначала из строя выйдут системы обогрева и охлаждения, затем компрессоры воздуха…

— На кораблях такого класса, как наш, генерал Гилберт, предусмотрена аварийная система климат-контроля, питающаяся от солнечных батарей, — быстро барабаня пальцами по схемам, я показала соответствующие узлы. — И замечу вам, что коэффициент у нее ниже сейчас используемого в два раза. Дальше… Зачем на контейнеры с упакованным лаксом подается кислород? Отключая компрессоры, мы экономим еще два процента. И это не все: в коридорах на всех уровнях стоят датчики движения. Подключаем их к системе освещения и устанавливаем подсветку в режим низкой яркости. И это нужно сделать на всех уровнях, — я, кажется, щелкала пальцами по схемам так быстро, что Гилберт не успевал следить за движением моей руки. Глаза его беспокойно бегали, а губы в откровенном недовольстве поджимались все сильнее. — Переведя освобожденные мощности на работу двигателей, мы значительно увеличим скорость, а значит, сможем добраться до Зондакара раньше — на неделю, а то и больше. Действующие мощности распределены безграмотно. А посему у меня вопрос: кто этим занимался?

— Да что вы в этом понимаете? — Гилберта перекосило, и побелевшие от злости губы мужчины сжались в тонкую линию.

— Очевидно, больше, чем вы, генерал, раз смогла увидеть столько недочетов в управлении с первого раза, — голос Райдэка за нашей спиной стал полной неожиданностью и для меня, и для Гилберта. Резко развернувшись, мы наткнулись взглядом на командора, внимательно изучающего все раскрытые мной на голограмме окна и их содержимое.

— Покажите магистрали, по которым вы собирались перераспределить потоки энергии, — вклиниваясь между мной и генералом, Райдэк шагнул вперед, не оставляя Гилберту другого выбора как отодвинуться в сторону.

Предплечье командора как бы невзначай прижалось к моему плечу, вынуждая меня сместиться влево, сохраняя на лице деловое выражение. И ведь не скажешь ничего. Со стороны это прикосновение выглядело совершенно буднично и невинно, а вот лично мне было ясно и понятно, что Райдэк, пользуясь случаем, отирался об меня, как метивший территорию кот. Какого лакса он вытворяет? Проверяет лимит моего терпения?

Подняв руку, я стала водить пальцем по схемам, четко объясняя последовательность своих действий.

— Почему вы исключили этот узел? — ладонь командора молниеносно взлетела вверх, и плечо мужчины опять мимолетно задело мое.

Вот гад. Можно подумать, ты не знаешь почему.

— Потому что конкретно в этом месте сопротивления не выдержат нагрузки, — зло отчеканила я, и Райдэк самодовольно улыбнулся:

— Действуйте, капитан Паркер. Генерал Гилберт, я полагаю, на этом участке управления капитан справится без вашей помощи. Займите место рядом с майором Кервиком в навигационном блоке.

— Слушаюсь, командор, — с вежливой готовностью ответил мужчина, но по тому, как вздулись желваки на его скулах, стало понятно, насколько он "рад" такому переводу. Ничего интересного для себя в навигационном блоке, видимо, генерал Гилберт не видел, особенно если учесть, что там всем заправлял Райдэк лично.

Мне же не осталось ничего другого, как приступить к работе, отключившись от посторонних звуков и лишних мыслей. Контроль за энергетическими системами требовал предельного внимания: одна непростительная ошибка могла обернуться коллапсом. Изредка я ловила на себе взгляд командора, и что-то в его довольном блеске не давало мне покоя. Как-то слишком просто Райдэк совершил рокировку между мной и Гилбертом и из не терпящего женщин на своем корабле консерватора превратился в откровенного либерала. Не вязалось это с тем командором, который сослал меня на кухню, а при личном разговоре говорил, что женщине не место во флоте и в любом роде войск в целом. Что-то здесь не так.

Сначала засунул меня в испорченную ризолвер-камеру, потом зачем-то показал генераторную, затем неожиданное назначение своим помощником… Думай, Агни, думай. Анализируй.

Рука моя зависла над сенсором, и вместе со сменившимся на экране изображением пришла неожиданная догадка. Словно почувствовав спиной что-то неладное, Райдэк повернул голову и тревожно прищурился, скрестившись со мной взглядом.

Ах ты, говнюк. Решил с помощью меня отделаться от недремлющего ока конфедерации?

— Проблемы, капитан Паркер? — заметив мою заминку, поинтересовался Райдэк.

Ну надо же, какой заботливый — хоть к ране прикладывай. Можно подумать, тебя мои проблемы волнуют?

— Нет. Все под контролем, командор, — ехидно улыбнулась я, явно озадачив этим Райдэка еще больше.

Он стал наворачивать вокруг меня круги, незаметно наблюдая за тем, что я делаю, и чтобы его не разочаровывать, пришлось сделать вид, что я настолько увлечена работой, что просто не замечаю его маневров.

Перед ужином на посты в рубку заступила другая смена, судя по одежде, состоящая исключительно из людей Райдека, что только усилило мои догадки, а окончательно их подтвердить я смогла лишь переговорив в столовой со своими ребятами.

Почти как в добрые времена, когда моя команда ела на небольшой, но уютной кухоньке нашего стрэйнджера, мы сидели за одним столом, медленно расправляясь с приготовленным Эйком омлетом с курицей и овощами. Тихо и поочередно Эмбер, Хок и близнецы рассказывали обо всем подозрительном, что им удалось заметить на своих рабочих местах, а я складывала все в одну картинку и делала выводы.

Из того, что удалось узнать ребятам у своих напарников, я поняла, что обычно обслуживали флагман люди, одобренные Райдэком, а на время масштабных миссий, по контракту с КОГ*, к управлению вояджером допускались офицеры из координационного межгалактического центра. Главным по-прежнему оставался командор, но принимать единолично каких-то важных решений, не согласовав их со штабом, он не мог. Смею предположить, что такое положение дел Райдэку не очень нравилось, хотя и не было для него чем-то актуально проблематичным. Я даже склонна считать, что из двух сторон скорее Райдэк наблюдал за межгалактическим штабом, чем они за ним, иначе я вообще не видела смысла в его желании сотрудничать с конфедерацией. А натолкнуло меня на такие размышления заявление Хока, что он обнаружил на флагмане скрытую сеть. Нет, не явно, конечно. Это как с расчетом кометы: вроде теоретически знаешь, где она должна быть, но увидеть ее до определенного момента невозможно. Дело в том, что у нас на стрэйнджере тоже была скрытая сеть, которую мы с Хоком проложили на непредвиденный случай, поэтому мой штурман хорошо знал все признаки ее существования. В какую игру играл командор, мне пока было непонятно, но быть в ней послушной пешкой я не собиралась.

* * *

Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания командора, мы после ужина разошлись по своим каютам, но как только я улеглась на койку, собираясь залезть в базу флагмана, чтобы пересмотреть всю имеющуюся там информацию, как в дверь настойчиво постучали.

Так нагло мог барабанить в мои двери только Гвоздь, всегда считавший, что имеет право вламываться ко мне в каюту даже среди ночи, поэтому у меня в голове даже подозрений не промелькнуло, когда я приложила ладонь к сенсору.

Высокая и крепкая фигура Райдэка возникла в проеме, как заснеженный пик, внезапно появившийся из тумана. Серые глаза смотрели на меня в упор, и в их холодном блеске пряталось что-то такое, отчего хотелось резко закрыть дверь перед самым носом мужчины, а потом слегка отдышаться.

— Что-то случилось, командор? — не пересекая границу порога своей каюты, очень спокойно поинтересовалась я.

— Обязательно должно что-то случиться, чтобы я имел возможность поговорить со своим первым помощником? — Райдэк вопросительно приподнял бровь, ожидая от меня ответа.

Я украдкой покосилась в коридор, заметив, как приоткрываются двери кают и оттуда начинают высовываться первые любопытные.

— Мы не в капитанской рубке, — холодно заметила я. — Моя смена закончилась. А личное время на то и называется личным, чтобы иметь возможность отдохнуть от работы.

— А вы устали от работы, капитан Паркер? — иронично покривился командор, и нагло шагнул в каюту, вынуждая меня попятиться назад.

Да он издевается. Назначил своим помощником. Отирался об меня весь день. Приперся ко мне перед отбоем, мозоля глаза своим присутствием всем проживающим рядом со мной офицерам, а завтра по флагману поползут слухи, каким местом я заработала свое повышение.

— Командор Райдэк, озвучьте цель своего визита, иначе он начинает выглядеть совершенно неоднозначно.

— Почему? — широко улыбнулся он. — Потому что вы женщина? Но ведь вы не женщина, а капитан вольнонаемного расчета семь один девять восемь. Кажется, исключительно в этом ключе вы просили к вам обращаться?

Вот гад, запомнил и теперь решил показать мне действительную разницу между нами? Ладно. Уел. Проехали.

— То есть к генералу Гилберту вы тоже приходили перед сном?.. поговорить, — ядовито осведомилась я, и совершенно правильно интерпретировав мой намек, Райдэк взбешенно сверкнул глазами.

Ну извини, командор. Ты первый начал.

— Но вы ведь принимаете у себя в каюте свою команду перед отбоем, капитан Паркер? — продолжая сверлить во мне взглядом дыру, припомнил Райдэк. — Вы — мой помощник, а значит — член моей команды. Или мне следовало пригласить вас к себе, чтобы наш разговор выглядел более официально?

Только этого не хватало. Я в каюте у Райдэка? Да я лучше в клетку к хищнику полезу.

— Своих ребят я знаю много лет, а вас, командор, вижу второй день, и причины, по которым вы сделали меня своим помощником, разительно отличатся от тех, по которым я подбирала свой экипаж.

— А вы знаете мои мотивации? — в тоне Райдэка засквозила легкая насмешка, избавившая меня от лишних сантиментов:

— Командор, давайте начистоту. Я подыграла вам с Гилбертом, но только потому, что он не нравится лично мне, а не потому, что неудобен вам.

Бровь Райдэка изломленно взлетела вверх, мгновенно преображая выражение лица мужчины. От небрежности во взгляде не осталось и следа. На меня подчеркнуто-внимательно смотрел опасный противник.

— Флагманом управляет ваша проверенная команда, — тихо, но уверенно выдала я. — На случай миссии, подобной этой, существует контракт, вынуждающий вас принимать на борт чужаков. Вы не могли убрать Гилберта, не заменив его кем-то присланным из штаба, поскольку вам такие условия навязала конфедерация, а портить с ней отношения не в ваших интересах. Зная методы конгломерата, могу предположить, что генерала и часть верхушки офицерского состава назначили сюда не столько координировать миссию, сколько, грубо говоря, заниматься промышленным шпионажем, и вы это прекрасно знали. Мое появление на флагмане — бюрократическая ошибка и неожиданная удача, которой вы мастерски воспользовались, заменив неугодного вам Гилберта человеком, присланным из того же штаба. Только в отличие от генерала, я не договаривалась с верхушкой межгалактического флота собирать о вас сведения и разнюхивать детали устройства корабля. Гилберт ведь занимал свой пост не один день. Почему вы ни разу не указали ему на ошибки?

Райдэк слегка наклонил голову к плечу. Уголки губ приподнялись в легкой улыбке, но ответа так и не последовало. Впрочем, он мне был и не нужен. Я и так все поняла.

— Потому что это все показуха, как и резолвер-камера, в которую вы меня посадили. Кораблем управляют ваши люди. И главная аппаратная находится где-то в другом месте.

Райдэк перестал улыбаться. Холодная сталь его глаз недобро оцарапала мне лицо.

— Для простого капитана дрэйкеров, Агни, Вы слишком хорошо разбираетесь в звездолетах.

Услышать собственное имя из уст Райдэка было неожиданно, и… Лакс, он произносил его так, словно смакуя, перекатывал на языке каждую букву.

— Я не простой капитан. Вы это давно поняли, — не подала виду, что смущена таким фамильярным обращением. — Свой звездолет, в отличие от штабных генералов, я с моей командой перебрала по винтику сама. Эта информация никогда не была секретной. Именно поэтому вы и показали мне генераторную. Мне, а не генералам из конфедерации. Вы предполагали, что я, привыкшая экономить на мощностях, в силу своего отвратительного характера обязательно ткну Гилберта носом в явный недочет управления системой. Это развязало вам руки и позволило поставить на его место меня, пока генерал не догадался, что то, чем он занимается, вообще никак не влияет на скорость корабля. Чего вы не ожидали, так это того, что я пойму, что получаемой из космоса энергией вы управляете дистанционно и можете мгновенно ее распределять туда, где она вам нужнее всего в данный момент.

— Этого я действительно не ожидал, — неожиданно признался Райдэк. — Иначе не повел бы вас в машинный отсек.

— Вы использовали меня, командор, при этом мастерски стравив со штабом. Сомневаюсь, что после этой миссии я снова смогу получить от них одобрение на подобные операции.

— Добро пожаловать в клуб мужчин, капитан Паркер. Кажется, вы заявляли, что ничем от нас не отличаетесь, так что вас тогда смущает?

На штаб межгалактического флота я клала большой прибор. Если бы штаб отозвал меня по каким-либо причинам обратно, я бы ему только спасибо сказала, но он так палиться не станет, чтобы не вызвать у Райдэка подозрений. Наивные. Кажется, он давно вас видит насквозь. Смущало меня только ближайшее тесное сотрудничество с командором и его ненавязчивое желание сократить расстояние между нами до критического минимума.

— Что вам от меня нужно, командор? — не стала дальше играть в кошки-мышки. — Если переживаете, что я доложу о том, что увидела, в штаб флота, то напрасно. Я умею держать язык за зубами.

— Даже не сомневаюсь, — вкрадчиво произнес Райдэк. — В противном случае, поверьте, Агни, я знаю много способов заставить вас молчать, — командор посмотрел на мои губы, как мне показалось, вкладывая в сказанное какой-то совершенно иной смысл.

Сердце трепыхнулось, и под ним широкой лужей стало разливаться странное тепло.

— Спокойной ночи, командор Райдэк, — намекая на то, чтобы мужчина покинул мою каюту, обронила я.

— Доброй ночи, Агни, — и опять эта вибрирующая бархатная нота в голосе мужчины дрожью прошлась по позвоночнику, впиваясь горячими иглами в окончания моих нервов. — Да… Чуть не забыл, — небрежно уперся рукой в переборку Райдэк. — Весь офицерский состав проходит физподготовку три раза в неделю. А раз вы ничем от мужчин не отличаетесь, то не забудьте завтра вечером явиться в спортзал на четвертом уровне.

— Непременно, командор. Благодарю, что напомнили, — фальшиво улыбнулась я, искренне желая, чтобы начинающий раздражать меня тип побыстрее смылся.

— Жду вас утром в рубке, — покидая меня явно в хорошем расположении духа, предупредил командор.

Ждет он… Утром в рубке, вечером в спортзале… Хорошо, что не ночью у себя в койке. Обложил со всех сторон. Заррраза.

Закрывшись в каюте, я тяжело вздохнула и уселась на кровать. Чертов Райдэк. И что у него за манера все время ставить передо мной трудноразрешимые задачи? И в чем я должна завтра появиться на тренировке? До сих пор свободная форма надежно скрывала мою фигуру от любопытных глаз командора. В легионе женщины бегали по утрам и вечерам в брюках и майках, а мужчины обычно раздетыми до пояса. Забавно: напоминая мне мою же фразу, что я от мужчин на его флагмане ничем не отличаюсь, он намекал на то, что я должна прийти полуголой? Представляю себе морды конфедератов, если я заявлюсь на физподготовку топлесс. Нет, это слишком даже для меня.

В тумбочке лежал стандартный комплект футболок черного цвета и, примерив одну из них, я хмуро посмотрела на себя в зеркало. Одежда была немного широковата, что в моем случае было скорее плюсом, чем минусом. Если надеть под низ плотный спортивный эластичный топ, то грудь вообще не будет выпирать. Так что если Райдэк надеется увидеть у меня слишком много, то его ждет горькое разочарование.

Выждав час после отбоя, я вымылась в душе, пока моя команда караулила меня под дверью, а потом мы с ребятами еще минут двадцать обсуждали в моей каюте действия Райдэка.

— Морковка, чего ты паришься? — глядя на мое задумчивое лицо, буркнул Гвоздь. — Ты бегаешь и подтягиваешься быстрее нас. Ну, не сошлет же он тебя обратно на камбуз только за то, что ты не покажешь ему свой голый торс?

Свэн насмешливо фыркнул, покачав головой:

— Боюсь, что за голый торс он посадит ее на губу.

— Ага. И сам сядет рядом, — хохотнул Стэн.

— Ляжет, — хмуро уточнила я.

Близнецы мгновенно переглянулись между собой, а я выдала:

— Он странно ведет себя сегодня весь день: присматривается ко мне, ходит вокруг меня кругами, дотронуться пытается…

— Подкатывает, значит, — зло подытожил Гвоздь.

— Думаешь, он что-то заподозрил? — все это время стоявший молча Хок мазнул по мне тревожным взглядом.

— Не знаю. Или просто издевается и проверяет реакцию, или действительно начинает что-то подозревать. Хотя… Ну не похожа я настоящая на ту, которая с ним… Короче, не похожа. Как нас вообще можно сравнивать?

— Ты нервничаешь, — заметил Хок, напрягаясь еще больше.

Я действительно нервничала, поскольку не видела всей ситуации в целом, и брошенная Райдэком фраза о том, что у него есть много способов заставить меня молчать, спокойствия не добавляла. На что он намекал? Что может применить ко мне силу? Учитывая его возможности и способности, начинать бояться следует уже сейчас.

— Да, нервничаю. Если бы ты увидел генераторную, ты бы тоже нервничал. Я не знаю, кто такой Райдэк и кто те здоровенные ребята, которые подчиняются ему без слов. Почему конфедерация так его ценит? О Райдэке нет никакой информации в базе, только то, что он служит в межгалактическом флоте больше десяти лет. Кто он? Откуда? Где учился и служил? Как стал командором?

— Ты же знаешь, если он из секретных служб, тогда информации может и не быть, — пожал плечами Эмбер.

— Агни права, — вмешался Хок. — Все выглядит очень странно. Валить отсюда надо.

— Как? — развела руками я.

— У тебя теперь есть доступ к пультам управления, — наклонившись ко мне, тихо сказал Хок. — Близнецы контролируют систему наведения лазерных пушек. Эмбер работает в секторе, который отвечает за электричество. Я попробую ломануть сеть. Если мы отведем от нашего корабля лазерные наводки и вырубим питание в том отсеке, где находится наш стрэйнджер, то можно обойти блокирующую доки систему и свалить с вояджера.

— Даже если твой план удастся и мы сбежим отсюда — мы больше не сможем дрэйкерствовать, нас лишат лицензии, — покачала головой я.

— Ну и хрен с ней, — уставился на меня в упор штурман. — Ты же собиралась получить компанию деда? Вот и будем работать над условием завещания.

Я удивленно вытаращилась на друга, а потом, кажется, покраснела, сообразив, на что он намекает.

— Ладно, — я согласно кивнула, почему-то старательно отводя от Хока глаза. — Давайте посмотрим, что мы можем сделать.

— А завтра на физподготовке ты просто слейся со строем и не отсвечивай. Главное, чтобы тебя опять в наряд куда-нибудь не сослали. Ты пока нужна в рубке.

Я сомневалась, что Райдэк меня теперь выпустит из своего поля зрения, но на всякий случай пообещала ребятам вести себя смирно. Если бы я заранее знала, чем закончится моя завтрашняя тренировка, то не давала бы своим парням таких опрометчивых обещаний.