Глава 34

— Ну что, валим отсюда на квантовой? — спросила я, заглядывая в улыбающиеся лица парней, когда первые эмоции от встречи немного поутихли. — Потом наговоримся.

— Тут такое дело, Агни… — неловко потер подбородок Хок, явно собираясь сказать что-то очень важное. — Сваливать мы будем на другом корабле. Мы сняли усилители с "Куколки", и вообще перетащили все наше оборудование на другой стрэйнджер.

— Зачем? — непроизвольно вырвалось у меня.

— Морковка, — тяжелая ладонь Стэна легла мне на плечо и осторожно его сжала. — "Куколку" придется взорвать.

— Вы рехнулись? — я отшатнулась от парней, беспомощно озираясь по сторонам. На этом корабле прошла целая жизнь. Его стены хранят столько воспоминаний. Я в этот звездолет душу свою вложила. — Нет.

— Агни, послушай, — подключился Эмбер. — Если ты думаешь, что нам легко далось это решение, то ты ошибаешься. Но у нас, к сожалению, нет другого выхода. За нами будут охотиться все кому не лень: конфедераты, проктэррианцы, и тебе даже Эргондо не поможет, если всю правду о произошедшем узнают бандиты. Это единственно правильное решение — погибнуть вместе с кораблем. Нет экипажа — нет проблем.

— Что? — я не готова была услышать такую версию развития дальнейших событий. Мой мозг отказывался ее принимать. — Я так не могу. А как же?.. Зарта…и все… — я запнулась, потому что имя Торна едва не сорвалось с моих губ. — Они ведь будут считать меня мертвой.

— Сал, это временно, — подключился Свэн. — Зарте мы расскажем правду после того, как конфедераты обнародуют сведения о гибели нашего расчета. Раньше нельзя. Ты же понимаешь, что Зарта — наше слабое место? Не хватало еще, чтобы она из-за нас пострадала. Все должно выглядеть правдоподобно.

Правдоподобно… Я понимала только то, как больно эта затея ударит по тем, кого я так люблю, и мое сердце захлебывалось в истерике. Лакс, да Райдэк меня убьет, когда узнает правду. Хотя желание меня придушить у него появится сразу после того, как проснется…

— Сколько у нас времени на все про все? — тяжко вздохнула, отодвинув в сторону лишние сантименты.

— Минут двадцать, — поморщился Хок. — Нам еще нужно активировать взрывной механизм, а потом успеть пересесть на новый стрэйнджер и выбросить в эфир запись.

— Какую запись? — мрачно поинтересовалась я.

— Умирательную, — неудачно пошутил Гвоздь и, не заметив на моем лице должного восторга, виновато пожал плечами. — Детка, мы хорошо все продумали. Не волнуйся.

Я не волновалась. Просто чувствовала себя хреновее не придумаешь. Не каждый день приходиться умирать, пусть и не по-настоящему.

— А где второй стрэйнджер? И откуда вы его вообще взяли?

— Купили, — подмигнул мне Хок.

— А деньги на него где нашли?

— Выгребли все свои запасы из банков. Что-то дал консул Ронгин, а часть доложил Эргондо.

— Кто? — вытаращилась на парней я.

— Сал, Эргондо первым предложил помощь, когда мы закрутили вокруг тебя шумиху и подняли всех дрэйкеров. Они целый крам штурмовали штаб КОГ с требованием разобраться в ситуации.

Вау. Кажется, я пропустила самое интересное.

— Без прикрытия Катора нам всю эту операцию провернуть было бы крайне сложно.

— Только не говорите, что вы доверили наш новый стрэйнджер этому чокнутому, — до меня внезапно дошло, кого мои парни временно посадили за штурвал звездолета.

— А у нас был выбор? — возмутился Эмбер.

— Да он глюфера от сэттэра отличить не может, — затряслась от ужаса я. — Он же угробит звездолет.

— Мы компьютер на автопилот поставили. Уймись, — успокоил меня Хок. — Эргондо и делать ничего не надо, только разрешить стыковку, когда мы до него доберемся. На какую кнопку нажать мы ему показали.

— Полетели быстрее, пока этот придурок не нажал на что-нибудь лишнее, — убрав с дороги Свэна, я помчалась в рубку, по дороге отмечая, что "Куколку" за время моего отсутствия ободрали основательно. Жадюга Хок даже датчики движения со стен поснимал.

Не думала, что вид разграбленного капитанского мостика приведет меня в такое уныние. Я гордилась своим рабочим местом. Сколько сил и денег мы с ребятами потратили, чтобы наш корабль был лучше, быстрее, мощнее других, а теперь…

Опустившись в кресло, я унылым взглядом посмотрела на мигающие огоньки приборов и, почувствовав движение за спиной, повернулась к вошедшему Хоку.

— Агни, все будет хорошо, — подойдя ближе, он ласково погладил меня по голове, и я, ткнувшись носом в ткань его костюма, бессильно закрыла глаза:

— Он сейчас выглядит почти так же, как тогда, когда мы его купили…

— Всегда приходится чем-то жертвовать. Ты же знаешь… Лучше мы пожертвуем кораблем, чем тобой.

Хок сел в кресло, включил навигатор, а потом посмотрел на меня:

— Все ждут вашего приказа, капитан Паркер.

— Активировать защитное поле, — приказала я в микрофон Стэну, а затем, опустив руки на глюферы, уже Эмберу: — Включить двигатели.

Пальцы привычно попали в углубления рулей. Звездолет сорвался с места, раскраивая корпусом пространство, но я почему-то впервые не получала от процесса полета удовольствия. Горький осадок остался на душе и портил все послевкусие от радостной встречи.

Через несколько минут мы добрались до повисшего в космосе корабля. Удивленно присвистнула, узнав в нем последнюю — десятую модель стрэйнджера.

— Мы решили, что тебе понравится, — улыбнулся Хок. — По крайней мере, сможешь оценить все достоинства и недостатки новой модели. Ну… если ты собралась руководить компанией деда.

— Запрашивай стыковку, — не став распространяться на эту тему дальше, буркнула я.

В динамике раздался скрипучий голос Катора, от которого меня слегка передернуло. Ну, ребята и учудили. Эргондо за штурвалом — это все равно, что обезьяна с гранатой в топливном отсеке.

— Эргондо, я тебя только очень прошу, не трогай ничего, кроме мигающей зеленой кнопки.

— Сал, детка, — смакуя и растягивая слова, прохрипел Катор. — И я рад тебя слышать. Тащи сюда быстрей свой зад. Я одиночества не люблю, поэтому твоя навороченная посудина начинает меня нервировать. Она со мной не разговаривает.

Хок подавился смехом. Врезав ему подзатыльник, я поднялась из кресла, окинув прощальным взглядом корабль, долгое время служивший мне домом.

— Не оглядывайся назад, — подмигнул мне Хок. — Смотри только вперед.

— Новый девиз? — усмехнулась я.

— Можно и так, — обняв за плечи, мой штурман потащил меня к выходу, беззаботно насвистывая какую-то мелодию.

Не могу сказать, что мне было так же весело, но жаловаться я не собиралась. Да и смысла огорчать ребят своим нытьем не видела.

* * *

Новый стрэйнджер пах чистотой, свежей заводской краской, незнакомой энергетикой. И хотя ребята максимально постарались приблизить интерьер капитанской рубки к тому, что у меня был раньше, корабль все равно не ощущался родным. Даже кресло, не хранящее вмятины от моей задницы, казалось жестким и неуютным, пока, сидя в нем, я отгоняла корабль на безопасное для взрыва расстояние.

Родными были только лица парней, и даже радостно скалящегося Катора я обняла с несказанным удовольствием, коего от себя и вовсе не ожидала.

— Малышка, я ведь говорил тебе залечь на дно, — нравоучительно проворчал он, щелкая меня по носу. — Папу Эргондо надо слушаться.

— Ты поверишь, если я скажу, что воспользовалась твоим советом? Дно просто неудачным оказалось.

— И что этому "дну" от тебя понадобилось? — недобро прищурился мужчина, как делал всегда, когда собирался кого-то прибить.

— Мое командирское тело, — открытым текстом озвучила я.

Катор почесал маковку, оценивающе окинув меня взглядом с головы до ног.

— Тут я его понимаю… — развел руками он. — Нормальный мужик.

— Козлы вы все, — задохнулась от возмущения.

— Не надо обобщать, — в один голос воскликнули мои парни.

— Ладно, — устало махнула рукой. — Какой дальнейший план действий?

— Вот, почитай, — Хок активировал центральный экран компьютера, и на нем возник текст с диалогами, похожий на сценарий. Среди участников я обнаружила парней и себя в том числе, а когда прочитала содержимое, поняла, что они задумали. Все будет выглядеть так, словно у нас вышла из строя система охлаждения и взорвался реактор. Микрофоны Хок напрямую подключил к старому стрэйнджеру, а оттуда динамики будут записывать наш разговор на черный ящик. Когда его найдут по маячку, последние минуты гибнущего расчета смогут услышать все вольные дрэйкеры, а копия записи останется в штабе легиона. Хороший план. Только почему в горле стоит ком и так тяжело дышать?

— Я запомнила, — голос неожиданно подвел и прозвучал как воронье карканье.

— Эмбер, начинай, — запустив связь, Хок дал отмашку, и Эмбер, наклонившись над микрофоном, громко крикнул:

— Агни, у нас проблемы с системой охлаждения.

— Включаю аварийный режим, — спокойно проронила я.

— Не включается, — бумерангом вернулся ко мне ответ механика.

— Попробуй вручную, — с нагнетаемой тревогой приказала ему.

— Лакс, не получается. Заклинило. Температура доходит до критического уровня.

— Хок, перезагрузи бортовой компьютер. Быстро.

Хок включил записанный ранее звук воющей сигнализации и, перекрикивая его, доложил:

— Агни, система подвисла. Я не понимаю, что происходит.

— Эмбер, глуши реактор, — меня начало трясти, словно я и правда находилась на гибнущем стрэйнджере, ощущая неотвратимость приближающегося конца.

Мы с ребятами яростно кричали в микрофоны, раз за разом стараясь найти выход, и с каждой безуспешной попыткой мое искреннее отчаяние становилось все сильнее. Сигнализация начала отсчитывать секунды до взрыва, на последней я сквозь слезы прошептала: "Это конец", а потом стала падать в густую темноту, так и не услышав, как Хок активировал детонатор, и нашу "Куколку" разорвало на части.

* * *

Я очнулась, потому что ужасно хотелось пить. Открыв глаза, обнаружила над собой выгнутое стекло медкапсулы со светящимися датчиками, а повернув голову, заметила сидящего за лабораторным столом Хока. Уткнувшись носом в экран компьютера, мой штурман озадаченно щелкал пальцами по сенсору, хмурясь и нервно вздыхая.

— Жить буду? — облизав пересохшие губы, постучала костяшками пальцев по стенке, привлекая его внимание.

Хок резко развернулся, каким-то долгим и пронизывающим взглядом посмотрев мне в глаза.

— Прости. Что-то я совсем расклеилась, — попыталась пошутить я. — Грохнулась в обморок, как какая-то сопливая барышня.

— Это нормально, учитывая твое состояние, — разом ссутулившись и сникнув, грустно улыбнулся штурман.

Сердце нехорошо екнуло и вдруг замерло, почувствовав беду.

— Какое еще состояние?

— Ты беременна, Агни.

Новость оглушила. Откинувшись на спину, я отчаянно хватала ртом воздух, которого катастрофически не хватало.

— Нет, только не это, — прошептала я, закрыв ладонями лицо.

Крышка капсулы отъехала в сторону и надо мною мгновенно навис испуганный Хок:

— Тебе плохо? Что случилось? Разве ты не этого хотела?

Хотела… Но не так. И не при таких обстоятельствах. Как же все запуталось…

Как объяснить другу, что циничный залет от случайного незнакомца для достижения корыстной цели и ребенок от мужчины, который тебе небезразличен — это две совершенно разные вещи.

Боже, неужели это говорю я?

— Воды дай, — усевшись на кушетку, попросила Хока, и пока он суетился вокруг меня, тихо спросила: — Какой срок? Ну… сколько времени прошло с момента, когда я… — язык почему-то не поворачивался озвучить случившуюся беременность, словно тот, о ком сейчас были все мои мысли, мог услышать о ней даже через расстояние.

— Сканер показал, что четыре недели.

— Сколько? — в этот момент у меня, кажется, даже волосы на затылке зашевелились. Я подумала, что забеременела, пока находилась на Проктэрре, а оказывается, залетела с самого первого раза еще в клубе у Зарты? Как же так?

Отказываясь верить услышанному, я подошла компьютеру, зачитывая показания, снятые со скана медкапсулы. Ошибки не было, был только ужас от осознания, как все происходящее будет выглядеть для Торна со стороны. Лакс. Я не могу так с ним поступить. Если не расскажу обо всем сейчас — потом он не поверит ни одному моему слову.

— Хок… — несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, попыталась подобрать нужные слова, но внутри творился такой сумбур, что в итоге, сев за стол, я опустила голову на согнутые в локтях руки и устало прошептала: — Я должна ему рассказать…

— Кому? — замер в полуобороте штурман.

— Торну, — имя Райдэка эхом зашелестело в тишине отсека и на душе стало еще горше. — Я не могу не сказать ему о ребенке.

— Ты пошутила? — Хок посмотрел на меня как на полоумную, только пальцем у виска разве что не покрутил.

— Нет, не пошутила. Не шутят такими вещами. И… он имеет право знать.

— И когда ты собираешься сообщить радостную новость будущему отцу? — с неприкрытым сарказмом поинтересовался Хок.

— Прямо сейчас, — я отвернулась, не выдержав пылающего гневом взгляда друга. — Напишу ему на почту, что я жива и…

— Агни, мы из шкуры вон вылезли, чтобы вытащить тебя из дерьма, а ты собираешься опять туда вернуться? Ты понимаешь, что если напишешь Райдэку, через несколько минут у нас на хвосте будет висеть весь флот Проктэрры? Почему сообщать ему нужно именно сейчас? Мы же договорились выждать время. А как же твое завещание? А планы строить корабли? Зачем тогда все это? — развел руками он.

— Лакс, Хок, — в отчаянии крикнула я. — Ну не могу я так поступить с Райдэком. Он же будет меня мертвой считать. Это подло, нечестно.

— Нечестно? — я впервые видела, чтобы мой штурман был так взбешен. — Нечестно? — наклонился надо мной он. — А это — честно? — Хок провел по сенсору компьютера рукой, открывая какие-то папки, и на экране неожиданно возникло четкое изображение нашей с Торном фиктивной помолвки.

Слайдэр листал снимки, на которых мы с Райдэком нежно целовались, смотрели друг на друга, улыбающиеся и счастливые, словно во всем мире кроме нас двоих больше никого и не было.

— Откуда у тебя это? — спросила я, глядя на то, как кадры помолвки сменяются снимками из торгового центра, и от вида хохочущего Торна болезненно защемило в груди.

— Это прислали в ответ на требование КОГ объяснить, на каком основании проктэррианцы удерживают у себя на планете капитана Паркер. Нам сказали, что ты выходишь замуж за командора Торна Райдэка. А команде своей об этом важном событии ты не сообщила просто потому, что не хотела огорчать. Представляешь, какими идиотами мы выглядели перед дрэйкерами, когда убеждали их, что тебя выкрали? А еще проктэррианцы попросили допросить Гилберта, и эта гнида заявила, что ты, как только прибыла на корабль, сразу стала любовницей Райдэка, за что и получила место первого помощника. Он и Мокс подтвердили, что ты жила в каюте командора и была у него на особом счету.

Ярость алой пеленой заливала мне глаза, и теперь я понимала, что Райдэк все пути отхода продумал заранее. Ведь не зря же он говорил Ною, что собирался забрать меня на Проктэрру без шума и свидетелей. Этот гад с самого начала затевал двойную игру. И когда поселял меня в свою каюту, у него уже были далеко идущие планы. Украл бы он меня через месяц или позже — не суть. Главное, что украл бы однозначно.

Ну, еще бы. Как же он жить-то будет без своей тар дэ? К кому ж Райдэка-младшенького пристроит? Зараза. Ох и прорежу я твою проктэррианскую шевелюру, когда встретимся. Я тебе расскажу, на какой метле рыжие стервы по галактикам летают. Прибью паразита.

— Агни, — угрюмо наблюдая за сменой эмоций на моем лице, позвал меня Хок. — Я еще кое-что тебе хотел показать. Только… — штурман замялся, после чего наклонился к компьютеру. — Ты только не волнуйся.

— Что это?

На экране возникла какая-то таблица с целой кучей колонок, заполненных цифрами и знаками, вынуждая меня внимательно в них вчитываться и всматриваться.

— Это уровень содержания у тебя специфического вещества, который вырабатывает мутирующий ген АСТN3. Я тут вычитал, что увеличение его количества приводит к взрывному всплеску мышечной силы. Ты, по идее, должна бегать со скоростью торпеды. Но это еще не все, — Хок ткнул пальцем в следующую строчку. — Ген LRР5 тоже мутировал. Твои кости теперь имеют такую плотность, что почти неразрушимы. А это — ген DЕС2, он отвечает за регулирование количества сна. Если верить написанному, в связи с его мутацией тебе достаточно четырех часов в сутки, чтобы твой организм правильно функционировал. Мутирующий ген SСN11А уменьшил содержание натрия в твоих нервных клетках, а значит, ты становишься невосприимчивой к боли. Ну, и в завершение… — шумно вздохнув, мужчина переключил изображение, и я зачарованно уставилась на вращающееся на экране трехмерное изображение молекулы ДНК.

Я не особо разбиралась в генетике, но то, что цепочек на картинке должно быть две, знал даже ребенок со школьной скамьи. В моей ДНК цепочек было три, одна из которых испещрена была яркими светящимися насечками.

Так вот как выглядела знаменитая проктэррианская связь. Торн был прав — она действительно работала, мой организм мутировал и подстраивался под его. Но как? Почему? Загадка…

— Я не знаю, как это объяснить, — нарушил молчание Хок. — Но похоже, что ты не человек, Агни.

— Я мутант, — спокойно согласилась я. — Это последствия моей связи с Райдэком.

— Ты не поняла, Агни, — Хок поморщился, нервно потер подбородок и снова переключил данные компьютера. — Я тут случайно нашел в нашем компьютере сохранившиеся результаты двух твоих последних анализов крови и решил посмотреть, как выглядели молекулы ДНК в тех случаях. Ты… Ты была такой до того как попала на Проктэрру.

До конца не веря тому, что вижу, я переводила взгляд с одного изображения на другое, и каждое из них упрямо демонстрировало мне тройные спирали молекул, причудливо переплетающиеся между собой. Только на одном изображении светящихся насечек было всего две, на другом — три, а на последнем — несколько десятков.

— Такое впечатление, что он на тебе зарубки ставил, — язвительно буркнул Хок, видя, как я вожу пальцем по экрану, считая их количество.

Вот же гадство. А ведь насечки, судя по всему, появлялись и добавлялись после наших с Торном жарких свиданий в горизонтальной плоскости. Что называется — доопылялся.

— Шмель проктэррианский… — процедила я сквозь зубы.

— Я угадал? — глядя в мое сердитое лицо, заулыбался Хок. — Чет как-то слабовато. Если бы я дорвался до твоего командирского тела, меток на тебе ставить было бы больше негде.

— А в глаз? — не расположенная к шуткам, за неимением под рукой Райдэка для битья, я сейчас очень хотела отыграться хоть на ком-то, и Хок, в принципе, для этого тоже очень подходил.

— Извини, — друг предусмотрительно отошел от злой меня подальше. — Не хотел тебя обидеть.

— По какому курсу мы сейчас движемся? — не собираясь больше мусолить эту тему, я поднялась с места, собираясь вернуться в капитанскую рубку, чтобы взять на себя свои прямые обязанности.

— На Фаэртон, — смущенно повел бровью Хок. — Поверенный твоего деда еще пару дней назад тебе письмо прислал и спрашивал, как дела. Ну, я и отправил ему результаты твоих анализов, пока ты в капсуле лежала…

Я замерла, несколько секунд удерживая его взгляд своим, а потом криво усмехнулась:

— А знаешь, ты ничем от Райдэка не отличаешься. Ты ведь мне тоже выбора не оставил.

Хок побледнел и вытянулся словно струна, а я, отодвинув его с дороги, холодно добавила:

— Только я все равно расскажу ему о ребенке. Получу "Спаркс Гэлакси" и обязательно расскажу. Понял?

— Понял, — едва слышно повторил Хок и опустил голову.

— А раз понял — марш на свое рабочее место. Выполнять.

— Слушаюсь, капитан, — бесцветно уронил штурман, резко развернулся и вылетел из медотсека.

Бесконечный космос, наверное, не нужно было так с ним, но у меня сейчас не получалось себя контролировать. И… лакс, как же мне не хватало Райдэка. Жутко хотелось поорать на него или что-то разбить об его дурную проктэррианскую голову. Похоже, бурно скандалить с ним, а потом так же бурно мириться, у меня уже вошло в привычку.

На пуфе возле капсулы я нашла заботливо оставленные Хоком новенький летный костюм, ботинки, и проснувшаяся совесть мгновенно врезала мне хорошую такую затрещину, поставив мозги на место.

Я понятия не имела, что пришлось пережить ребятам за время моего отсутствия, зато вместо благодарного "спасибо" уже успела одного из них обидеть. И кто я после этого? Правильно. Та самая, на букву "с".

* * *

Добравшись до рубки, я заняла свое место рядом с Хоком и, наблюдая за тем, как он, не глядя на меня, управляет системой, положила ладонь на его предплечье.

— Прости. Не хотела обидеть.

Накрыв мою ладонь своей, мужчина улыбнулся, а затем, развернувшись, посмотрел в мое покаянное лицо:

— Главное, что мы вместе. Остальное не важно.

— Та-дам, — послышалось громкое на входе в отсек, и из-за спинки моего кресла выглянул Эмбер, всунув мне в руки тарелку с совершенно нереально пахнущим сэндвичем: между хлебными пластинами находился слой омлета, листья салата и жаренный стейк. — Сегодня моя очередь по кухне, — радостно сообщил механик.

— О, Вселенная, я и забыла как это вкусно. Спасибо, — от ползущей до ушей улыбки у меня, кажется, даже щеки болеть начали.

— А это — от меня, — как черт из табакерки выпрыгнул с другого бока Гвоздь, потрясая зажатой в своих лапищах сейк-капсулой.

— Кофе, — затряслась от предвкушения я, выхватывая у него непроливашку. — Что это? — от неожиданности замерла с раскрытым ртом, когда в горло, вместо терпко-горячей жидкости полилось что-то сладкое и холодное.

— Морковка для Морковки, — радостно заржал Стэн. Наклонившись, он любовно чмокнул меня в макушку, нравоучительно добавив: — Пей давай. Я тут вычитал, что беременным Морковкам надо употреблять витамины, а морковный сок — просто кладезь витаминов, микроэлементов, а также минеральных веществ, необходимых для здоровья и хорошего самочувствия будущей мамы. А кофе тебе теперь вообще вредно.

— Вообще-вообще? — не ожидая такой подставы, обижено посмотрела на него я.

Гвоздь простодушно развел руками с выражением торжественной серьезности на лице.

Ну, все. Вот это я попала. Зная пунктик Стэна насчет правильного питания, чувствую, до конца беременности моим рационом будет заниматься исключительно он.

— А за штурвалом мне сидеть не вредно? — поинтересовалась у Гвоздя чисто чтобы повредничать.

— Противопоказаний по этому поводу я пока не нашел, — на полном серьезе заявил Стэн. — Но я еще только начал читать соответствующую литературу.

— Так. Понятно, — ужаснулась, представив, что это чудо еще может вычитать в межгалактической сети. — А ну быстро все по местам, — пока у меня не отобрали управление кораблем, приказала я. — Эргондо где?

— Жрет на камбузе наш годовой запас провианта, — уныло поведал Свэн. — Вот не зря его дружки замочить хотели. Его легче убить, чем прокормить.

— Мы его что, с собой на Фаэртон потащим? — я себе просто представила лицо Мердока, когда он увидит в космопорту прилетевшую со мной компашку. Туши свет — кидай гранату.

— Ну не выбрасывать же его в открытый космос, — сумничал Гвоздь. — Оттуда спэйсом отправим на Тангирру, чтобы за Зартой пока присмотрел.

На душе опять заскреблись кошки. Я помнила, как подруга мне говорила, что чувствует, когда по новостям передают о гибели очередного дрэйкерского расчета. Я очень не хотела заставлять ее проходить через этот ужас.

— Может, Эргондо как-то расскажет Зарте правду о нас? — в надежде посмотрела на парней и уже по их взглядам поняла то, что и так знала. За Зартой КОГ обязательно будет следить, и если ее поведение покажется конфедератам подозрительным, то вся наша операция полетит коту под хвост.

Как ни прискорбно было оправдывать жестокость, которой я подвергала тех, кого любила, на данном этапе она была необходима.