Глава 8

До Тангирры мы добрались спустя крам. Сначала отвезли воссоединившуюся семью домой, потом бог весть сколько времени провозились на орбите планеты с внезапно вырубившейся системой охлаждения, а когда устранили все неполадки, то решили переждать ночь на стрэйнджере, чтобы убедиться в исправности системы наверняка, поскольку в противном случае при переходе на световую скорость могли взорваться в космосе.

Эргондо, порядком уставший меня ждать, заказал в клуб все меню из соседнего ресторана, и когда я вошла в зал, они с Зартой, мило беседуя, поглощали нуберов*, запивая их сухим вином.

— Сал, малышка, — мужчина похлопал рукой по стулу рядом с собой, приглашая присесть, и мгновенно водрузил в мою тарелку жирного морского гада, щедро сдобренного пряным соусом.

Поставив ему под ноги кейс, я устало растянулась на стуле, сообщив, что свою долю мы с парнями уже забрали.

— Там же электронный кодовый замок с десятью степенями защиты, — удивленно покосился на чемодан Эргондо. — Мне сказали, что это самый крутой кейс во Вселенной для перевозки кредитов.

— Нет таких замков, которые мы с Хоком не могли бы взломать, — огорчила его я, смачно пережевывая сочное мясо.

— Вам бы банки грабить, — удивился Катор, — а вы всякой ерундой занимаетесь.

— Нам много не надо, — подмигнула Эргондо я. — И в отличие от тех, кто грабит банки, мы спим спокойно и спокойно перемещаемся во Вселенной.

Камень, в общем-то, был в огород Катора, поскольку не вытащи мы его несколько лет назад с ребятами из засады, плавал бы он сейчас бездыханным трупом где-нибудь в бескрайнем космосе, а не умничал бы и не жрал бы деликатесы в лучшем развлекательном клубе Тангирры.

Намек Эргондо, поскольку неглупый, понял, поэтому свалил через несколько минут, и пока Зарта ходила его провожать, я решила посетить туалетную комнату. Вымыв руки, я уже собиралась выйти в зал, как вдруг услышала за дверью голос, от которого у меня на затылке волосы поднялись дыбом, а по позвоночнику горячей волной побежала дрожь.

Низкий, властный, с едва уловимыми нотками раздражения, он звучал в пустом пространстве коридора, как камертон, настраивая струны моих мгновенно напрягшихся нервов на тревожный лад.

— Вы выяснили, кто передал приюту деньги? — мужчина замолчал, видимо, ожидая ответа своего собеседника, а потом мрачно уточнил: — Нашли в ящике для писем? Спасибо, — уже совсем безрадостно поблагодарил кого-то он. — Нет, пока больше ничего не надо. Дальше я сам.

Это "я сам" как-то нехорошо царапнуло слух. Слишком много в этом утверждении было самого хозяина сногсшибательного голоса.

Его вообще слишком много в последнее время было в моей голове и мыслях. Черт меня дернул поддеть его напоследок. Понятно, что задела за живое. Теперь, судя по всему, пока не найдет и не докажет мне, что его яйца такие же крутые, как его скафандр, точно не успокоится.

В голове вдруг промелькнула совершенно безумная идея. А может, все и к лучшему? Ну не получилось у меня с ним с первого раза, со второго-то точно должно повезти? Где я опять буду искать очередного претендента на роль отца для моего ребенка? А с этим вроде как даже приятное с полезным совместить можно. Только бы выйти для начала отсюда незамеченной. Видеть меня настоящую он не должен ни в коем случае.

В коридоре стало тихо.

Осмелев, я приоткрыла дверь, выглянув в образовавшуюся узкую щель. Мужчина, судя по всему, вернулся в зал, и мозг мой стал напряженно работать, прикидывая, как можно незаметно проскочить к Зарте наверх.

Удача на этот раз была на моей стороне. Когда я, покинув туалетную комнату, из-за угла коридора бегло осмотрела помещение клуба, то заметила успевшую вернуться за наш столик Зарту и уверенно направляющегося в ее сторону незнакомца.

У меня в распоряжении было всего несколько секунд, и я ими воспользовалась. Краем глаза наблюдая за тем, как мужчина подходит к подруге, я быстро прошмыгнула мимо барной стойки к лестнице, а потом пулей влетев в дверь под ней, замерла, прислушиваясь к своему учащенно бьющемуся сердцу. Из подсобных помещений тоже можно было попасть в лофт Зарты, но прежде чем уйти, я приоткрыла дверь, посмотрев на зеркальную стену бара, в которой хорошо можно было видеть отражение того, что происходило в зале.

Зарта по-прежнему сидела за столом и, задрав голову на возвышающегося перед ней мужчину, с натянутой улыбкой на лице что-то ему говорила. Подруга явно нервничала, потому что постоянно теребила мочку уха, а это она делала только тогда, когда ее что-то серьезно беспокоило.

В отличие от нее, незнакомец был спокоен, как каменная глыба, и во всем его облике читалась элегантная небрежность: руки заложены за спину, ноги слегка расставлены, голова высокомерно приподнята, словно это не Зарта, а он здесь хозяин. Впрочем, с его деньгами он, видимо, привык считать себя хозяином жизни, а из привычного образа выйти сложно, особенно если тебе есть чем его закрепить.

Не могу сказать, что это меня отталкивало, скорее наоборот — только сейчас поняла, что своим наглядным превосходством таинственный брюнет напоминал мне деда, а тот всегда и во всем был для меня мужчиной номер один.

Ждать, чем закончится встреча, я не стала, двинувшись ожидать Зарту в ее апартаментах. Из разговора незнакомца и так было понятно, что он меня ищет. Надо же, какой предусмотрительный. Явно, когда бросал на стол кредиты, запомнил серийные номера, наивно надеясь меня по ним вычислить. Представляю, какой его ждал облом. Зарта молодец, что не стала передавать деньги приюту лично, а опустила их в ящик для писем. Только теперь это, наверное, еще больше подогрело интерес мужчины. Стриптизерша, отдающая кровно заработанные деньги на благотворительность, должна вызывать у незнакомца если не удивление, то жирный вопрос. Бедненький, поди, мозг сломал, пытаясь понять мотивацию моего поступка.

Не знаю почему, но мысль эта вызвала у меня победную улыбку. Словно мы с ним устроили гонку на пиккерах и я в ней выиграла со счетом 10:0. Если бы он знал, что я собираюсь с ним сделать дальше, возможно, свалил бы туда, откуда прибыл, посчитав меня сумасшедшей. Не могу сказать, что он был бы далек от истины, потому что увидев его снова, я твердо для себя решила, что конкретно этот индивид меня устраивает на роль отца ребенка по всем параметрам. А чего лукавить? Просто безукоризненный кандидат: здоров, хорош собой, явно неглуп, деньги мои ему уж точно не нужны и, что самое главное, в физическом плане он мне подходил идеально. От него меня не тянуло пойти и проблеваться, как это было в случае с другими мужиками, которые ко мне регулярно приставали.

Поднявшись наверх, я первым делом залезла в косметику Зарты и нашла тот самый тюбик с карамельной вонючкой, которой она меня измазала в первый раз, и после того как приняла душ, щедро нанесла ее на свое тело. Тратить время на ногти я не стала. Сомневаюсь, что тип заметит их отсутствие во время интима, очень надеюсь, что ему будет не до того. А вот с волосами была проблема. Времени на ту процедуру, что делала Зарта, у меня сейчас не было, да и обратное превращение дело не одной минуты, а мне после того, что я вытворю, нужно слинять как можно быстрее. Поэтому, порывшись в ящиках студии, я нашла парик блондинки с фиксирующейся клейкой лентой и, скрутив свои волосы в тугой узел, водрузила парик на голову. Когда-то в школе танцев я таким пользовалась во время выступлений. Помню, что содрать его потом было довольно проблематично: думала, что вместе с париком сниму и свой скальп.

Подергав новые волосы и так, и эдак, я убедилась, что держатся они на мне довольно прочно, и, найдя в шкафу подруги короткое черное платье для стриптиза, надела его на голое тело. Не наноскафандр, конечно, но что смогла.

Оставалось раскрасить до неузнаваемости лицо, а без помощи Зарты я бы этого точно не сделала, поскольку понятия не имела, как держать в руках кисточку и в какую из сотен баночек, находившихся на трюмо подруги, ее нужно было опускать.

У Зарты в кабинете был спикер, по которому она могла связаться с любым работником клуба. В данном конкретном случае мне нужен был бармен, и кнопка с его именем находилась на самом верху списка. Нажав на нее, я сначала услышала длинные гудки, а потом удивленный голос Нола, явно понимающего, что звонит не Зарта, раз она находилась в зале.

— Сделай вид, что с тобой связались поставщики и позови к спикеру Зарту, — быстро попросила я парня, надеясь, что он не подведет, и… не прогадала.

Через минуту переговорное устройство взяла в руки Зарта, деловито проронив:

— Хозяйка клуба вас слушает.

— Он еще там? — без предисловий спросила я, точно зная, что подруга понимает, о ком идет речь.

— Да, я возьму у вас партию спиртного, — прощебетала Зарта. — Мне только нужно утрясти с барменом список.

— Сделай так, чтобы он задержался, а сама поднимайся ко мне. Быстро.

— Список у меня готов, — сообщила Зарта. — И находится в кабинете. Я сейчас поднимусь, возьму его, а потом вам перезвоню.

Я выключила связь и, пока не пришла подруга, занялась цветными линзами для глаз. Собственно говоря, даже без макияжа я уже была на себя не похожа. Я смотрела в зеркало и с улыбкой представляла, чтобы мне сказали мои парни, явись я к ним в таком виде. Остановка сердца как минимум им была бы гарантирована. Платье, конечно, было сплошной срам: соски отчетливо проступали сквозь эластичную ткань, а задницу с таким успехом можно было вообще не прикрывать, поскольку юбка облепила ее, как булку пищевая пленка. Но с другой стороны, если брюнету ходить в скафандре без трусов норма, то почему это должно быть преступлением для стриптизерши?

Через минуту в помещение ворвалась Зарта. Заметив вышедшую навстречу меня, женщина раскрыла рот, пройдясь по моей фигуре ошеломленным взглядом с ног до головы.

— Ангелочек… а что это ты?… — так и не смогла выразиться более четко она.

— Он в зале? — отмахнувшись, нетерпеливо кивнула я.

— Он третий день сидит в зале, — раздраженно выдала подруга. — Как на работу сюда ходит. А я даже конфедератов вызвать не могу. Не за что. Ну, сидит себе — сок пьет, никому ничего плохого не делает. Агни, если бы ты только знала, сколько он мне за тебя денег предлагал…

— Что конкретно он хотел?

— Сначала просил дать ему твой номер. Я сказала, что это конфиденциальные данные и политикой клуба запрещается выдавать клиентам какую-либо информацию о танцовщицах. Потом он хотел купить еще один приват с тобой. Пришлось сказать ему, что ты приезжала всего на день и уже вернулась к себе домой. Сегодня он пришел и заявил, что не нашел на Тангирре информации о звезде стриптиза Пульсар, а он хотел бы пригласить ее выступить у него на юбилее корпорации.

— Какой корпорации? Название? — уточнила я.

— Понятия не имею. Он не сказал, — Зарта развела руками. — Я объяснила ему, что ты живешь не на Тангирре, что у тебя довольно плотный график выступлений, все расписано на год вперед и скорее всего ты не сможешь выполнить его заказ. Детка, прости, что я тебя в это впутала. Он и правда странный. У меня такое чувство, что он не верит ни одному моему слову.

— Конечно, не верит, — улыбнулась я. — Думает, я прячусь. Значит, не ожидает, что я сейчас дам ему еще один шанс.

— Что? — глаза Зарты стали похожи на блюдца, впрочем, как и сложившиеся буквой "о" губы. — Какой еще шанс?

— Ничего не вышло с ребенком, — пожаловалась я. — Придется повторить.

— Ангелочек, — подруга как-то снисходительно улыбнулась и выдохнула. — О том, вышло или нет, судить еще рано.

— Я сделала анализ. У меня на стрейджере оборудование в медотсеке не хуже, чем в лучших клиниках конгломерата.

— Вообще-то женскому организму твое оборудование… — Зарта внезапно заткнулась, и выражение ее лица стало нечитаемым для меня: никогда такого у нее не видела. — То есть вот эта маскировка для того мужика, что сидит внизу? — приподняла бровь подруга, поводив по мне пальцем. — Ты так вырядилась, потому что собралась повторить с ним ваш недавний приват?

— Совершенно верно, — согласилась я. — Помоги мне накраситься и принеси ту маску, что ты на меня в прошлый раз надевала.

Зарта странно прищурилась, посмотрев на меня так, словно видела впервые — и вдруг улыбнулась:

— Ну как скажешь, ангелочек. И что ты собираешься делать дальше?

— Когда я закончу приготовления, ты свяжешься с охраной внизу и скажешь, чтобы подошли к тому типу и сообщили, что ты хочешь с ним поговорить. Пусть отведут его в ту же комнату, что и в прошлый раз, и ждут меня под дверью.

— Ты не боишься, что уйти от него на этот раз будет не так просто? — усмехнулась подруга. — Он не похож на тех, кто допускает одну и ту же ошибку дважды.

— Боюсь, — совершенно серьезно призналась я. — Поэтому перестрахуюсь. А ребята твои мне помогут.

— Как? — Зарта следила за мной взглядом, пока я молча вытаскивала из своего комбинезона бокс с медикаментами. — Ты что делаешь? — изумленно воскликнула она, когда я всадила себе в плечо двойную инъекцию антидота, а потом положила за щеку капсулу снотворного.

— Я его усыплю, когда все закончится.

— Ты ненормальная, — замотала головой подруга. — А если не получится?

— Получится, — сейчас я была уверена, что у меня все получится. Я помнила, как незнакомец тянулся ко мне за поцелуем. В этот раз отказывать ему я была не намерена. — Ну, сделай мое лицо неузнаваемым. Иначе разрисую себя сама так, что меня даже ты не узнаешь.

Зарта рвано выдохнула, нервно прикусила нижнюю губу, а потом в сердцах махнула рукой и стала быстро раскладывать на столе свои косметические прибамбасы.

Ну, вот и хорошо. Теперь я была в руках профессионала, потому что из меня маскировщик получился никакой.

Нарисовав мне новое лицо, Зарта заплела парик в модную слегка растрепанную косу, а напоследок всунула в волосы тонкий обруч, украшенный россыпью сверкающих камешков. Завершив мой образ роковой женщины маской из спангса, она отошла в сторону и покачала головой:

— Ох, Агни, если его после первого раза на тебе так замкнуло, то сейчас, боюсь, у него крышку окончательно сорвет. Ты даже не понимаешь, как провокационно выглядишь во всем этом.

— Так это же замечательно, — восхищенно разглядывая в зеркале результат стараний подруги, подмигнула ей я. — Мне и нужно, чтобы он потерял контроль, иначе я действительно рискую серьезно влипнуть.

— Неужто и вправду так хорош? — ласково погладила меня по щеке подруга.

— Ты же мне его сама подсунула, — скрывая за небрежностью тона истину, фыркнула я. — Отличный генофонд. Где я еще такого найду?

Поверила ли мне подруга — не знаю, но признаваться ей в том, что за столько лет, прошедших после смерти Шона, это был первый мужчина, который мне действительно понравился, я не собиралась. Да, наверное, и себе мне в этом признаться было сложно, потому что это обстоятельство никак не вязалось с капитаном Агни Паркер — наглой и везучей рыжей стервой.

Зарта набрала начальника охраны Моби и пока объясняла ему, что нужно делать, я удивленно пялилась в зеркало на свои накрашенные алой помадой губы. Никогда не думала, что они у меня такие — как из пошлых реклам, где женщины провокационно зажимают пухлым ртом какую-нибудь спелую ягоду. Помню, как Стэн в таких случаях восхищенно повторял: "Ох, какие славные губки". И что мужики в этом находят?

— Ты готова? — выдернула меня из тумана размышлений Зарта, и сердце у меня громко екнуло от мгновенно ударившего в голову адреналина. — Моби повел его в отдельную комнату.

Я была готова и во всеоружии, и мне ужасно хотелось увидеть выражение лица незнакомца, три дня безрезультатно обивавшего порог стриптиз-клуба в надежде узнать обо мне хоть какую-то информацию.

Увидеть меня он явно не ожидал.

Это стало понятно, как только дверь за моей спиной закрылась, отгородив нас с мужчиной от звуков внешнего мира.

— Искал меня? — я шагнула навстречу сидящему на диване красавчику, подмечая, как хищно заострились черты его лица, изломлено взлетела вверх правая бровь, а по горлу прокатилась упругая волна от резко сократившихся мышц.

Что, нравится упаковка? Нравится. Глаза-то вон как заблестели. Дыру во мне, смотри, не протри.

— Что тебе нужно? — хриплым и неузнаваемо-чужим голосом поинтересовалась я.

Взгляд мужчины жадно обласкал мое выставленное напоказ тело, задержался на груди, налился темнотой, и мои соски бесстыдно напряглись, чувствуя осязаемое желание мужчины к ним прикоснуться.

На центр стола с чиркающим звуком упала толстая стопка кредитов, разложившись по нему сверкающей золотой россыпью. Вот, значит, как? То есть разогрев тебе сегодня не нужен? Решил сразу перейти к десерту? Веер полумиллионных карточек зловеще поблескивал, пуская по стенам искристые блики. Даже думать не хочу, сколько там. Полтинник — не меньше. Цена на меня подпрыгнула просто до запредельных высот. Радует. Скафандр отдыхает.

Горло свело судорогой и в мозгу отчетливо забарабанили первые сигналы тревоги. Ох, и зря я все это затеяла. Разум говорил, что надо бы бежать, но глупое упрямство и гуляющий в крови азарт, упершись рогом в стену, не позволяли. Агни ведь никогда не отступала перед опасностью — опасность ее второе имя.

Мужчина резко подался вперед, и я мгновенно вскинула руку с охранным браслетом, давая понять, что если неосторожно дернется еще раз — все закончится, даже не начавшись.

На лице красавчика появилось какое-то ироничное выражение, словно происходящее его невероятно забавляло — будто он играл в азартную игру, точно зная, что все козыри из колоды уже у него в руках. Он вдруг расслабленно откинулся назад, а затем, поймав мой взгляд своим, как птицу в силки, медленно забросил руки на спинку дивана. Фиксаторы защелкнулись на его запястьях, и брюнет, вытянув вперед длинные ноги, в вопрошающем жесте раскрыл ладони.

— Так тебе больше нравится? — он склонил голову к левому плечу и улыбнулся — легко, насмешливо, непринужденно. У меня от его улыбки подкосились колени.

Вот же дерьмо, и на настойку Зарты не спишешь. Не пила ведь.

Мужчина предвкушающе выдохнул, устраиваясь поудобнее. Ноги его, согнувшись в коленях, бесстыдно раздвинулись, демонстрируя полную боевую готовность натянувшего ткань костюма его нехилого мужского достоинства, а взгляд, лихорадочно сверкнув, впился в мою едва прикрытую платьем промежность.

Ну-ну, ждешь, что я на тебя за гору бабла сразу, как вишенка на торт, сяду? А я тебя, пожалуй, опять удивлю, любитель сладенького. Я просто так не даю. Ты вроде как приватный танец хотел? Вот и будешь сидеть и смотреть, как я танцую, пока у тебя член дымиться не начнет.

Обольстительно улыбнувшись, я подошла к пилону, а потом, плавно качнув вниз-вверх бедрами, откровенно потерлась об него, имитируя половой акт.

Грудь красавчика заходила ходуном, он длинно выдохнул, и бугор в его штанах сильно увеличился в размерах.

Что ж ты так завелся, милый? Я еще даже не начинала. Впрочем, если верить характеристикам твоего нанокостюмчика, очень надеюсь, что тебе сильно не жмет.

Датчики, установленные вокруг пилона, среагировав, включили музыкальное сопровождение, погружая комнату в полумрак, и я, сбросив с себя босоножки, волнообразно выгнулась, а потом, запрыгнув на шест, слилась с ним в жарком экстазе.

Я танцевала страсть.

Алую. Безудержную. Яркую. Такую же бурную, как наш с незнакомцем секс.

Сейчас пилон был не бездушным инструментом для танца, он был моим партнером и, если бы мог, то, наверное, кончил оттого, с каким самозабвением я ему отдавалась.

Я понимала, что издеваюсь над своим визави, провоцирую, что закручиваю жгуты его терпения до предела, которые в один момент, расправившись, как пружина, хлестнут меня наотмашь.

Да, именно этого я и хотела: видеть его без этого надменного лоска и самоконтроля — дикого, сумасшедшего, необузданного. Хотела видеть первобытного хищника, который сидел у него внутри. А он там был. Я чувствовала его кожей, покалыванием в кончиках пальцев и горячей тяжестью внизу живота, предвкушающей вторжение.

Спустившись с пилона, я медленно и развратно погладила свое тело ладонями, пристально глядя мужчине в глаза, на дне которых закручивались голодные вихри похоти.

Он хотел меня.

Хотел, видимо, так сильно, что сдерживался уже с трудом. На скулах бешено играли желваки, крылья носа нервно подрагивали и мышцы на ногах бугрились, выдавая его напряжение.

Пальцы мои плавно заскользили по бокам, обрисовывая силуэт и расстегивая застежки. Платье осыпалось мне под ноги темными лоскутами, и теперь ничто не мешало брюнету смотреть на мое выставленное напоказ тело — влажное, возбужденное, доступное, украшенное росчерками серебристых бликов от крутящихся под потолком зеркальных шаров.

Сиплый вдох взорвал интимную тишину, и я даже среагировать не успела, когда фиксаторы, удерживающие мужчину, треснули, развалившись на две половинки, и он, взмыв в воздух размытой тенью, налетел на меня, словно чудовищный вихрь, сбив с ног и повалив на спину.

Скорость, с которой он двигался в пространстве, была просто нечеловеческой.

Резкий, злой удар незнакомца ладонью по собственному плечу запускает скрытый механизм костюма, лишая его одежды. Он наваливается на меня, как глыба — мощный, обнаженный, горячий — и я пытаюсь защититься, но не успеваю…

Руки мои оказываются заброшенными в жестком захвате над головой и прижатыми к полу. Колено слетевшего с катушек самца одним нетерпеливым толчком раздвигает мои ноги, и свободная ладонь мужчины — шершавая, широкая, сильная — приподнимая меня, впивается мне в бедро.

Это прикосновение действует на меня, как внезапно охватившая тело горячка, бросая то в жар, то в холод.

Лицо незнакомца так близко…

Я смотрю в его яростно сверкающие глаза…

Вселенная. Они серые. Серые, как грозовое небо над Фаэртоном.

Я падаю в них и тону…

Поцелуй-укус обжигает мне грудь. Меня выгибает дугой, как от удара электрошокером, и одновременно с моим гортанным стоном мужчина входит в меня до упора, заставляя кричать. Нет, не от боли. Это похоже на сладкое безумие. Бесконечное падение в бездну. Миг, когда ты, отталкиваясь от твердой поверхности, ловишь губами и лицом тугие струи воздуха и задыхаешься от разрывающего твои легкие восторга.

Наши тела схлестываются, как волна и камень, и мы становимся одним живым организмом, двигающимся в рваном ритме танго.

Прогиб…

Толчок…

Прогиб…

Толчок…

Каждое движение мужчины внутри меня рвет спусковые крючки моих чувств, заполняя жгучей лавиной удовольствия. Бедра партнера, ударяясь о мои, посылают жаркие импульсы по всему телу, и мне становится мало обнимать его только ногами, признавая его силу и власть. Хочу, чтобы отпустил мои руки. Мои ладони хотят его так же сильно, как и моя распаленная и ноющая от его яростных толчков плоть.

Словно прочитав мои мысли, незнакомец ослабляет захват, и я обхватываю его широкую спину руками, вжимаясь в мокрое от страсти тело и двигаясь ему навстречу, как потерявший управление стрэйнджер. Невозможно остановиться. Ускорители запущены и несут нас на край Вселенной на запредельной скорости.

Жар, пожирающий меня изнутри, лишает способности ясно мыслить, только шептать в напряженную шею со вздувшейся сеткой вен бессвязное "Еще". Пульсация внизу живота затягивается в болезненный комок, пронзая каждую клеточку обещанием скорой развязки. Свет распадается на спектр, резанув по глазам разноцветной радугой. Тело сотрясают волны головокружительного экстаза, и я вижу звезды, рассыпающиеся у меня перед глазами яркими вспышками.

Нирвана.

Невесомость.

Если есть во Вселенной рай, то вот он — обнаженный, потный, бесстыдно расположившийся между моих раздвинутых ног и изливающийся в меня с каким-то звериным рычанием.

Несколько секунд он, тяжело дыша, смотрел на меня сверху вниз, удерживая свое крепкое тело на вытянутых руках.

Мгновение…

Что-то поменялось во взгляде. Брюнет наклонился, шумно втянув носом запах моего сытого, пахнущего удовлетворением тела, а потом набросился на мои губы: жадно, властно, сминая и раздвигая их, как полноправный хозяин.

Поймав его лицо руками, я раскусила капсулу и самозабвенно отдалась откровенному поцелую, позволяя партнеру всасывать мой язык и деспотично господствовать в моем отравленном снотворным рту.

В глазах его слишком поздно появилось понимание хорошо продуманной подставы. Зрачки расширились, руки перестали его слушаться, губы бессильно дернулись, пытаясь что-то мне сказать, а потом тело мужчины обмякло, придавив меня к полу тяжестью своего веса.

Он все еще был во мне. Уже не такой твердый и жесткий, но ощущение наполненности по-прежнему не отпускало. Внизу моего живота бился горячий пульс, разгоняя по всем мышцам волны сладкой истомы. Мне не хотелось сбрасывать с себя незнакомца. Хотелось удобнее прогнуться под него и почувствовать, как его желание вновь наливается во мне жаром, превращаясь в пульсирующий сгусток таранящей меня энергии.

Черт. Как же хорошо.

А у всего хорошего есть одно очень неудобное свойство — рано или поздно оно заканчивается.

Пора вставать и валить с квантовым ускорением куда подальше, пока мужик не очнулся и не придушил меня за то, что я с ним сделала. Ох, и злой он будет, когда очнется. Сам виноват. Не надо было на меня набрасываться. Сидел бы спокойно на диване — разошлись бы полюбовно, как в прошлый раз.

Столкнув с себя уснувшего на мне красавчика, я перевернула его на спину, невольно засмотревшись на его спокойное и мужественное лицо. Ну надо же, какие у него длинные ресницы. Черные, густые. Обзавидоваться. Если у моего ребенка будут такие же, возражать не стану. Собственно говоря, если и все остальное будет похоже на оригинал…

М-да, куда-то меня не туда понесло.

Потянувшись к стопе мужчины, я хотела активировать его нанокостюм, и была сильно удивлена, когда конструкции, похожей на гибкий серебряный каркас, обтягивающий ногу, которую я видела на выставке, на брюнете не оказалось. Вместо нее я обнаружила встроенный в его голень прямоугольный чип и еще какую-то хрень с десятком светящихся диодов и кучей кнопочек. Офигеть. Похоже, что модификация этого скафандра была на порядок выше того, что МВС выбросили в продажу. Все чудесатей и чудесатей. Понять бы еще, как он работает. Должно быть что-то очень простое, иначе брюнет не успел бы в прошлый раз одеться так быстро. Секунду помявшись, я наобум надавила пальцем одну из кнопок на чипе — и тело мужчины мгновенно оказалось одетым в какой-то сюрреалистический серебристый костюм, на ощупь напоминающий чешую. Лакс. Не угадала с цветом. Ну не с голым задом, и на том пусть спасибо скажет.

Одевшись в платье, я собралась было вызвать охрану, как на глаза попались рассыпанные по столу кредиты. Ну уж нет, сегодня я их брать не стану. Извини, красавчик, но я тебе не шлюха какая-то элитная. А удовольствие у нас было обоюдным, так что предъявить тебе мне нечего.

Собрав деньги, я метнулась взглядом по комнате, мучительно соображая, во чтобы их положить, и вдруг на глаза попалась сумка-планшет, лежащая на диване, очевидно, принадлежащая моему незадачливому любовнику. Любопытство, конечно, свинство, но я была бы не я, если бы в нее не залезла.

Лучше бы я этого не делала: от того количества денег, что я там обнаружила, у меня во рту пересохло. Плоские золотые карточки высокими стопками стояли одна к другой, и их суммы однозначно хватило бы на то, чтобы купить два боевых стрэйнджера и весь клуб Зарты с потрохами в придачу.

Мать его. Таскать за собой целое состояние. Этот чокнутый тип не боится, что его грохнут за такие деньжищи где-нибудь в темном переулке?

Кроме денег, в сумке оказался электронный ключ от отеля "Орион" и флэтпад, толку от которого было не больше, чем от денег, поскольку мой предусмотрительный поклонник его закодировал. Было бы у меня время, обязательно взломала бы и узнала, что за рыбка клюнула на мой танец, но в моем распоряжении оставалось не так много, поэтому, забросив все барахло брюнета в сумку обратно, я вызвала охрану.

Что меня удивило больше всего, так это то, что в комнату первой ворвалась Зарта, словно все это время дежурила под дверью.

Заметив целую и невредимую меня, она облегченно выдохнула, а потом неловко поморщилась, обнаружив лежащего на полу мужчину.

— И что теперь с ним делать?

Вопрос, конечно, был очень интересным. Не будь у него с собой столько денег, я бы попросила отвезти его в центральный парк и посадить на какой-нибудь аттракционный пиккер — пусть катается, пока не проснется.

— У него ключ из отеля "Орион", — сообщила я. — В комплексах такого уровня есть сервис доставки пьяного клиента в номер. Мы посадим его в зале, поставим перед ним пустую бутылку и стакан, а когда ребята из обслуги отеля прибудут, Моби передаст им его из рук в руки.

Зарта сокрушенно покачала головой, а потом приказала стоящей у дверей охране вынести мужчину в зал, посадить за стол и присмотреть за ним, пока его не заберут служащие "Ориона".

— Подождите, — встрепенулась я, как только красавчика подняли с пола и, подхватив под руки, потащили из комнаты.

— Что? — Зарта метнула в меня испуганный взгляд, когда я, подбежав к охране, отдала им сумку мужчины, а потом, глядя на подругу, расплылась в широкой улыбке:

— Зарта, у тебя с собой кредитка какая-то крупная есть? Я тебе отдам.

Подруга, недоуменно пожав плечами, вытащила из кармана две карточки, достоинством двадцать и пятьдесят тысяч.

Убейте меня, но удержаться от того, чтобы не прищемить незнакомцу напоследок хвост, я просто не могла. Уж очень хотелось его уесть за то, что возомнил себя хозяином жизни, способным за деньги купить кого угодно. И если в прошлый раз я ему сказала, что ожидала от него чего-то более грандиозного, то теперь я собиралась его… поблагодарить.

Попросив у охранников проявляющийся маркер, которым они рисовали номера на руках у посетителей клуба, я написала на пятидесятитысячной кредитке "Это было незабываемо" и засунула ее в нагрудный карман спящего брюнета.

— За что ты его так? — проводив уносящих клиента охранников долгим взглядом, спросила у меня подруга.

— Он оказался таким же, как все, — покряхтев, я с трудом содрала с себя парик, облегченно ткнув его в руки Зарты. — Танец был предлогом. А нужно ему от меня было то же, что и остальным представителям его пола — только хороший трах.

— Ты разве не этого хотела? — удивленно приподняла бровь Зарта.

— И этого тоже, — на ходу снимая с себя маску и вытирая рукавом губы, бросила через плечо я. — Но прежде чем швыряться деньгами и сходу требовать раздвинуть ноги, мог бы и поговорить.

— Ангелочек, — Зарта залетела за мной следом в свои апартаменты, таращась на меня, как мартышка на удава. — И ты стала бы с ним разговаривать?

— Нет, но мог хотя бы попытаться, — сбросив платье, я залезла в душ, не понимая, почему Зарта стоит под дверью с открытым ртом.

— Детка, да ты запала на него, — выдохнула подруга. — Поэтому и бесишься.

Я в жизни подобной чуши не слышала. Я? Запала?

Лакс. Ну, не то чтобы запала… Просто если бы он вместо пятидесяти миллионов предложил мне пойти и выпить с ним чашку кофе, я бы согласилась…

— Может, не надо его отправлять в отель? — подруга насмешливо изогнула бровь, глядя на то, с каким остервенением я смываю с себя загар и косметику. — Проспится и поговорите… Под моим присмотром.

— Сдурела? — отплевываясь от воды, уставилась на нее я. — И что я ему скажу? Что использовала его как быка-осеменителя? Да он после такого меня укатает, как дрон лакс в контейнер для отходов. А потом еще и потопчется сверху. Нет. Все. Мы разошлись, как два звездолета в космосе. Мужик сделал дело — мужик может быть свободен.

— Он ведь искать тебя будет, — улыбнулась Зарта. — Если после первого раза здесь три дня ошивался, то сейчас, боюсь, что меня и мой клуб штурмом брать будет.

— Он же не Эргондо. Ты его видела? Холеный и лощеный, как глянец на латексе. Такие, как он, ничего противозаконного не делают. Походит, пооблизывается и свалит ни с чем. Сомневаюсь, что у него есть время тут сидеть безвылазно, иначе не заработал бы столько денег. Начнет наглеть — вызывай без разговора конфедератов.

— Я стерла все твои данные из своего флэтпада. А тот, что ты мне оставила, держу в своем кабинете под рукой. Если что, я тебя предупрежу.

Я расслабленно улыбнулась, быстро вытираясь и натягивая на еще влажное тело свою привычную одежду.

— Как только завещание вступит в силу, я верну себе свое настоящее имя. Никому в голову не придет связать владелицу Спаркс Гэлакси с танцовщицей из ночного клуба. На Фаэртоне я вне зоны досягаемости, кем бы этот тип ни был.

— В любом случае, появляться тебе здесь ближайшие несколько месяцев не стоит, — встав у меня за спиной, Зарта стала быстро помогать просушить мне волосы.

— У меня и времени не будет приехать к тебе раньше, — грустно улыбнулась я. — Ты уж прости, но передача дел — процедура небыстрая. Да и пока я разберусь со всем, что сейчас происходит в компании… А может, ты ко мне? Моби прекрасно без тебя за клубом пару недель присмотрит.

— Посмотрим, детка, — Зарта выключила фен, и ее ласковые руки заскользили по моей голове, укладывая волосы в безупречный лаконичный узел.

Неожиданно, но мое отражение в зеркале мне понравилось. Строгая, консервативная прическа превращала бесшабашную Агни в интеллектуальную бизнес-леди, и будь на мне сейчас вместо летного комбинезона деловой костюм, вряд ли бы кто-то поверил, что я дрэйкер — сквернословящая авантюристка, бьющая без предупреждения в морду и напрочь лишенная щепетильного благоразумия. Угадайте, кто я на самом деле — стриптизерша, звездный капитан или богатая аристократка?..

Удивительно. Женщина, как фориус — существо с планеты Манфис, способное менять облик, форму и цвет, приспосабливаясь к любой среде обитания.

— С этой прической я похожа на деда, — повернувшись лицом к подруге, я с любовью посмотрела в ее глаза. — Я бы хотела выглядеть так респектабельно, когда явлюсь в Спаркс Гэлакси на совет директоров.

— Ангелочек, — Зарта протянула ко мне руки и, крепко прижав к себе, прошептала: — я постараюсь быть рядом с тобой в этот момент.

— Я не помню своей матери, но мне хочется верить, что если бы она была жива, то очень походила бы на тебя.

Подозрительное сопение подруги заставило меня немного отстраниться.

— Эй, ты что, плакать собралась? — обнаружив, что глаза у женщины на мокром месте, удивилась я.

— Тебе уходить пора, — Зарта шмыгнула носом, а потом бесцеремонно развернула меня лицом к двери. — Ступай, ангелочек, не то я действительно начну плакать. Выйдешь через черный ход, а я пойду, посмотрю, забрали уже жертву твоего буйного темперамента или он все еще храпит у меня в зале. Хорошо, что сейчас день и в клубе пусто, нет никаких свидетелей.

— Я с тобой свяжусь, — легко поцеловав подругу в щеку, я захватила свою сумку и помчалась на выход. Мои парни на корабле меня, наверное, уже заждались.