Глава 16. Поиски

Не знаю, что должно было приключиться, чтобы такая ответственная зануда, как Васька забила на собеседование и не вышла на эту дурацкую подработку. Она же исполнительная до невозможности. Подыхать будет, но пойдет делать, если уж кому-то что-то пообещала.

А тут полный игнор!

Это капец как пугало. Настолько, что пока я мчался к ней на такси, у меня по спине носились ледяные мурашки, и шевелились волосы на затылке.

Может маньяки? Инопланетяне? Может, ее похитили? Взяли в заложники? Тогда почему никто не требует выкупа? Или заболела? Попала в больницу и настолько слаба, что не может шевелиться, но, как всегда, стесняется попросить о помощи и молча страдает в одиночестве?

Или что?!

Каких только мыслей я не передумал за время пути!

Когда машина притормозила у подъезда, я выскочил из нее словно пробка из бутылки, но уперся в закрытую подъездную дверь.

Набрал номер ее квартиры, нажал кнопку вызова и, уперевшись ладонью в холодный метал нетерпеливо ждал:

— Давай же!

Пиликало долго, но безрезультатно. Мне никто не открыл.

С каждой секундой заводясь все больше и больше, я набрал еще раз, и тем же результатом.

— Вась, ну что за игры такие дурацкие? — в сердцах хлопнул ладонь по двери.

Потом принялся звонить в другие квартиры.

— Здравствуйте, я из квартиры…

Сбросили не дослушав.

Я набрал другую:

— Почта.

— В пятницу вечером? — проскрипел скандальный старческий голос. — совсем совесть потеряли нелюди!

Слушать чужие вопли не было времени. Я сам скинул и набрал следующий номер.

— Доставка!

В этот раз открыли молча. Дернув со всей дури за ручку, я ввалился в подъезд и тут же понесся вверх по лестнице, за раз перепрыгивая через две ступени.

В подъезде пахло жареным мясом и картошкой, из-за чужих дверей раздавалась где-то музыка, где-то ругань. А откуда-то сверху гремел командный женский голос:

— Я не знаю, куда вы отправите это дерьмо! Выставите на помойку.

— Так ведь замёрзнет, — бормотал в ответ какой-то мужичонка.

— Мне плевать! Из-за этой мерзавки я на месяц без арендных денег осталась!

Я ещё не видел кто там, и не знал о чем речь, но внутри что-то нехорошо шевельнулось, и остаток пути я поделал просто на реактивной тяге, а когда выскочил на лестничную площадку, снова словил волну ледяных мурашек, потому что дверь в Васькину квартиру была открыта. На пороге стояла дородная бабища в цветном халате и с бигуди на коротких волосах и командовала двумя грузчиками, которые прямо в этот момент пыхтели, пытаясь протащить по узкому коридору террариум с Гошей.

— Что здесь происходит? — рявкнул я так, что все дружно подпрыгнули, а Гоша сделал испуганное Ква и обделался.

Тетка пришла в себя первой и, грозно выставив перед собой необъятный, трепещущий бюст, двинулась в мою сторону:

— А вы, собственно, кто?

— А вы? — нагло спросил я, не отступив ни на шаг.

— Я, — она чопорно вздернула мясистый нос, разом всколыхнув все свои подбородки. Сколько их там? Три? Пять? Восемнадцать? — хозяйка этой квартиры.

Оп-па. Вот это поворот. Васька не говорила, что снимает жилье.

— А я друг… — ни хрена я не друг, — я молодой человек Василисы. И хочу знать, что здесь происходит.

— Хреновый молодой человек, — ухмыльнулась она, — раз не в курсе, что эта мерзавка второпях съехала.

— В смысле съехала?

Что это вообще за херня такая?! Я уже вообще ничего не понимал.

— Что? Удивлен? А представь, как я удивилась, когда она написала, что съезжает! И перестала отвечать на звонки. И теперь что? Мне без арендных денег сидеть? Хорошо нахалка придумала. Прожила целый месяц, а как платить, так в туман свалила.

Да не могла они никуда свалить! Тем более вот так! Бросив своего лупоглазого на произвол судьбы!

— Оставьте террариум в покое. В подъезде прохладно. Лягушка замерзнет.

— Плевать мне на эту лягушку! — брезгливо сморщилась она, — я, к счастью, уже сдала квартиру на новогодние праздники. Мне это дерьмо тут не нужно. Хочешь — забирай себе. И барахло своей девки прихвати, пока я его на помойку не отправила. А хотя… хрен тебе, а не вещи. И зеленого урода не отдам. … если ты ее парень, значит сто процентов в моей квартире обтирался. Так что давай, плати … а то я мигом в полицию заявление накатаю.

Вот только полиции нам не хватало.

— Сколько?

— Пять тысяч, и я разрешу тебе зайти внутрь и забрать ее барахло.

Я посмотрел на распахнутые двери квартиры, в которой царил форменный бедлам, на Гошу, беспомощно хлопающего глазами, и полез в карман за бумажником.

Тетка выхватила деньги, убрала их в карман халата и грозно произнесла:

— У тебя есть полчаса. Потом я вернусь и мне плевать успеешь ты или нет. У меня новые постояльцы вот-вот подъедут.

— Успею, — я зашел внутрь и захлопнул дверь у нее перед носом, — пиздец, какой-то.

Я прошелся по квартире, словно ждал, что где-то будет лежать записка, объясняющая весь этот беспредел. Конечно, ее нигде не оказалось.

Зато в прихожей на тумбочке обнаружился Васькин разбитый телефон. То ли она его случайно уронила, то ли что-то еще…

Преисполненный самых дурных предчувствий, я стал выгребать ее добро из шкафов и распихивать его по пакетам. Вещей у нее было мало, зато всяческого барахла для обслуживания террариума — хоть отбавляй. Да еще и сам террариум, литров на двести пятьдесят. В итоге мне пришлось второпях искать свободную газель, чтобы вывести это сокровище к себе домой.

Гошу я запихал в пластиковый контейнер, предварительно насыпав туда влажного мха и наделав дырок в крышке.

Он тоже чувствовал, что что-то у нас не так, и даже не протестовал, когда я бесцеремонно схватил его поперек жирного пуза и затолкал в переноску:

— Прости, дружище, но придется тебе пока пожить у меня.

* * *

В тот же вечер, озадачив всех своих друзей-приятелей, поиском любой информации про Стрельникову, я двигал мебель в квартире, чтобы пристроить куда-то этот гребаный террариум и хоть как-то погасить ощущение собственной беспомощности.

Гоша сердито раздувал горловой мешок, кот пристально наблюдал за Гошей, явно прикидывая степень съедобности этого зеленого нечто.

Атмосфера была напряженная.

Я бросался на каждый писк телефона, в надежде что это Стрельникова. И каждый раз испытывал дикое разочарование, потому что это было что угодно — доставки, банки, мошенники — но только не она.

Фантазия рисовала лютые картины того, что с ней могло произойти. От аварии, до очередной битвы с бродячими собаками, которая закончилась поражением. Но я ничего не мог сделать.

Бегать по городу с фонарем и на каждом углу орать ее имя?

От собственного бессилия выворачивало. И, как назло, ни от кого из парней не было никаких новостей. По телефону ее не отследить, потому что телефон остался дома, по номерам машины тоже — потому что она так и стояла у подъезда, занесенная снегом по самое не балуйся.

Даже Костян, который работал в полиции не смог мне ничем помочь:

— Ты уверен, что она пропала?

— Да. Я понятия не имею, что произошло. Знаю только, что она внезапно перестала отвечать на звонки и исчезла.

— Может, она к кому-то уехала? К друзьям, знакомым, родным?

— Нет.

— Ты-то откуда знаешь. Вы же знакомы всего две недели.

Неважно сколько мы знакомы. Я знал ее достаточно, чтобы быть уверенным в собственных словах.

— Что-то случилось. Она бы никогда не уехала, бросил Гошу на произвол судьбы.

Черт с ней с работой, с собеседованием, со мной, но своего лупоглазого Васька бы ни за что не кинула.

— Кто такой Гоша? Попугай.

— Почти. Да это и не важно. Я уверен, что с ней что-то случилось. Какая-то беда.

— Тогда пиши заявление о пропаже. Это все, что я могу тебе сказать.

Я не стал ждать утра и отправился в участок прямо посреди ночи. Написал заявление дежурному, рассказал, все что знал и получив талон, вышел на улицу.

Легче не становилось. Наоборот, с каждой секундой все сильнее и сильнее болело за грудиной

— Куда ж ты запропастилась, Вась? Дай знак. Хоть какой-нибудь.

Увы, ни знаков, ни указателей не было. Телефон молчал. Тишина пугала.

Вернувшись домой, я так и не заснул. Да и какой нахрен сон, когда творилось черт знает что?

Все это время я провел, изучая городские паблики в поисках происшествий. Вроде ничего не нашел, но легче от этого не стало.

И как только наступило утро я отправился на поиски.

У меня было не так много ниточек, которые могли привести меня к цели. Скромная Василиса со своей удаленкой вела чуть ли не затворнический образ жизни, что изрядно усложняло поиски.

Перво-наперво я пробил номер организации, которая занималась организацией развлечений и послала лягушку в наше офисное здание. Это оказалась небольшая контора, зарегистрированная на некую Елену Булкину.

И эта Елена Булкина явно очень любила поспать, потому что в субботу. В девять утра категорически отказывалась отвечать на мои звонки. Я не сдавался, продолжал бомбить ее, пока наконец в трубке не раздалось сонное:

— Алло…

— День добрый. Я разыскиваю Василису Стрельникову.

— Кто это? — едва прикрытый зевок.

— Меня зовут Иван, мы вчера с вами виделись. Вы были в костюме лягушки.

— Ах, это-о-т Иван, — в голосе появился ленивый кошачий интерес.

Не было ни малейшего желания разбираться в ее интонациях, поэтому я вернулся к теме:

— Пытаюсь до нее достучаться уже третий день. У вас может есть какая-то информация о том, где она может быть?

— Есть, — раздалось после небольшой заминки, — но…это не телефонный разговор.

Я одновременно и духом воспрял и напрягся. Что такого случилось, раз нельзя сказать по телефону?

— Я готов встретиться прямо сейчас.

— Какой быстрый, — усмехнулась Елена, вызывая желание послать куда подальше, — Я сейчас не могу. Давайте через два часа.

Два часа?! Она издевается что ли? Да я с ума сойду за это время!

— Я бы предпочел ускорить встречу.

— Увы. Не могу. Но если вам не нужна информация о том, где сейчас Василиса, то можем отменить встречу.

Сучка.

— Хорошо, — я скрипнул зубами, — куда подъехать.

— В Кафе Арлекино. Знаете где такое?

— Найду.

Эти два часа я потратил на то, чтобы еще раз обзвонить ребят — к сожалению, ни от кого новостей не было, — еще раз проверить городские группы. Вроде ни аварий, ни похищений, ни несчастных случаев. Все тихо.

Ощущение, как будто на пороховой бочке сидел. Еще чуть-чуть и рванет.

Даже Костяну в полицию позвонил, за что был злостно обматерен и послан.

— Царев уймись! Это так не работает! Никто тебе за несколько часов не найдет твою пропажу!

— Но…

— Все, Вань! Не бесись. Как появится информация — я тебя наберу.

Мне казалось, что все вокруг еле двигаются. Ползают как сонные мухи по навозу и еле жужжат! А время-то уходит! Может, именно в этот момент Васька отчаянно ждет помощи! Может, еще немного и будет поздно!

Не в силах и дальше бездействовать, я собрался и отправился в этот долбаный Арлекин, в надежде, что Елена тоже заявится пораньше и после разговора с ней, мне удастся поймать конец нити и распутать этот злосчастный клубок.

Увы, раньше она не пришла. Наоборот, задержалась и заявилась через пятнадцать минут после договоренного срока.

Я уже пил пятую чашку экспрессо, наслаждаясь перманентной тахикардией, когда она вплыла в кафе словно белый лебедь.

Короткая шуба авто-леди, из-под которой выглядывали еще более короткие кожаные шорты. Дальше капроновые колготки несмотря на то, что улице не май месяц и сапоги на высоченной шпильке.

Волосы блестящим ковром разметались по плечам, алые губы в пол лица, сумочка на сгибе локтя. Шлейф духов такой, что окна запотели.

Как будто на показ пришла!

Бросив сумочку на диван, и эффектным движением скинув шубку, под которой оказался блестящий топ с бахромой, и Марина изящно села напротив меня и улыбнулась:

— Привет, — хлоп-хлоп блядскими ресницами. Хлоп-хлоп.

И тут до меня дошло. Ради меня ведь расфуфырилась, дура. Ну что за…

— Здравствуй, — выдавил сквозь зубы, еще цепляясь за стремительно гаснувшую надежду узнать что-нибудь про Стрельникову.

— Предлагаю считать, что это наша первая встреча. В прошлый раз я была немного не в форме, — заявила эта дамочка, неспешно заправляя прядь волос за ухо. В каждом жесте, в каждом слове неприкрытое кокетство, от которого меня буквально замутило.

Я никогда не был обделен женским вниманием, но конкретно сейчас оно мне вообще на хрен не сдалось. У меня уже есть своя, бедовая. На остальных мне так глубоко пофиг, что даже смотреть не хочу в их сторону.

А Елена не унималась. Якобы незаметно потянула топ вниз, выставляя еще больше красоты напоказ и старательно выложила декольте на стол.

И что, по ее мнению, я должен был сделать? Пустить восторженную слюню и с размаху носом в эту прорезь уткнуться? Дебилизм, блин.

— То есть про Ваську у тебя нет никакой информации, и ты зря потратила мое время, я правильно тебя понял.

— Ну не ворчи, — ласково проворковала она, и я в этот момент почувствовал, как острый носок сапога касается моей голени, — Я понятия не имею, где Василиса. Я просто хотела тебя увидеть. Ты вчера так набросился на меня, так смотрел, что я все ночь не могла заснуть.

Я тоже, блин! Не мог! Потому что с ума сходил от бессилия и беспокойства! А она тут со своими сиськами дурацкими!

— До свидания, — я рывком поднялся из-за стола.

Елена в полнейшем недоумении захлопала глазами:

— Ты что…чего? Я же только пришла.

— А я ушел! — рыкнул я и, заплатив за кофе, свалил из этого гребанного Арлекина.

Дебил, блин! Надо было догадаться чем все закончится!

Я выскочил на улицу, пытаясь сообразить куда двигаться дальше. Должно же быть хоть что-то! Не мог человек взять и бесследно раствориться.

На ум приходило только два варианта. Магазин, из которого я ее забирал. И ее приятели в деревне, к которым Васька привозила меня отмываться после загородной прогулки.

До друзей долго. Да и не факт, что они там. Деревня у них не постоянное место жительства, а место для релакса. Так что вполне вероятно, что их там может не оказаться. Где искать их в городе, я не имел ни малейшего понятия.

Поэтому решил сначала отработать более простой вариант и поехал в магазин. Он хотя бы в городе, пусть и на другом его конце.

По снежным пробкам я добирался туда час. И пришел уже изрядно вздрюченный и нервный.

От Васьки по-прежнему не было вестей. Ни по одному из моих каналов ее найти не могли. Как сквозь землю канула.

В магазине, как назло, образовалась толкучка. Как будто вот прямо сейчас всем собаководам и кошколюбам города приспичило приехать в это место и затариться питанием для своих питомцев.

Мне пришлось ждать, потому что к прилавку реально было не протолкаться. И грозные бабки, покупающие пакетики для своих милых кошечек, стояли просто намертво.

Девица, которую я в прошлый раз отчитал и заставил извиняться перед Василисой, заметила меня не сразу. А когда ее взгляд зацепился за мою хмурую рожу, она сначала испуганно замерла, а потом мазнула взглядом по сторонам, как будто кого-то искала.

Я очень надеялся, что у нее есть какая-то информация. Я бы даже был не против, чтобы Стрельникова снова ее заменяла. Что угодно лишь бы найти пропажу.

Однако, когда очередь рассосалась и я смог подобраться к Марине, меня ждало очередное разочарование:

— Я так и знала, что ты придёшь, — скромно произнесла, опустив взгляд.

— Почему? — тут же напрягся я, наивно решив, что это связано с Василисой.

— Между нами проскочила искра.

Какая. Мать. Вашу. На хрен. В задницу. Искра?!

Они все с ума что ли посходили?

— Я ищу Василису. Уже который день не могу до нее дозвониться…

Если я рассчитывал на то, что кто-то проникнется и начнет переживать, то зря.

В ответ на мои слова она пожала плечами и небрежно сказала:

— Шляется, наверное, где-нибудь. Не бери в голову… — и посмотрела на меня так, словно мысленно уже поимела во всех возможных позах.

Меня аж передернуло.

Блин, да что это бабы такие? Разве это подруги? Шаболды какие-то охреневшие.

Мне ведь стоило только пальцами щелкнуть, хоть сейчас, хоть утром в Арлекине и они бы из трусов мигом выскочили, и плевать им и на Василису, и на то, что она пропала.

Мерзко.

— Понятно, — скрипнув зубами, я круто развернулся на пятках и устремился к выходу.

— Иван! — пропищало мне вслед, — Погоди! А как же…

— Иди к черту, — сказал я и захлопнул за собой дверь.

Ну что ж остается только одно — ехать в это несчастное Семеново и надеяться на то, что Ольга и Олег там. А в случае неудаче просить соседей — у кого-то же из них должен быть номер. Может и городской адрес удастся выяснить.

Вызвав очередное такси, я отправился в деревню, уже ни на что особо не рассчитывая.