ГЛАВА 5

Ушли мы на рассвете. Было грустно прощаться с домом, единственным, который я знала. Я старалась не хлюпать носом, чтоб не разреветься, Рой вымучил улыбку, а Дин казался таким потерянным, что собственные страдания скоро вылетели у меня из головы. Всю дорогу к общежитию мы с Роем пытались его растормошить, и если поначалу Дин огрызался, то постепенно втянулся в разговор и даже улыбнулся брошенной вскользь шутке.

Последний участник нашей маленькой компании сидел в моем рюкзаке и не высовывался. Мы с трудом уговорили Арчи залезть в рюкзак. Лишь изредка я улавливала робкие шорохи, когда он порывался выглянуть наружу, но неизвестный пейзаж вокруг пугал духа, и котенок тут же прятался обратно. Огромный мир поразил его шумом и красками. Впрочем, когда меня нашли братья, я вела себя не лучшим образом. Пряталась в комнате неделями, боялась высунуться на улицу и с кем-либо заговорить.

Утром в центре было куда меньше прохожих, чем в Глуши. Видимо, рабочий день начинался позже, оттого я не заметила привычной суматохи. А еще сильно разнились запахи. В Глуши приятней всего пахло свежим хлебом из пекарни, здесь же воздух сам по себе был вкусным.

К общежитию мы подошли в половине седьмого, оттуда как раз выползла группка сонных ребят, ленивой трусцой направившись к стадиону. Само общежитие напоминало встревоженный улей: кто-то нёсся мимо с чашкой горячего чая, другие, в одних пижамных штанах или с зубной щёткой и бритвой, ругались у дверей душевой на застрявших там соседей.

Добравшись до комнаты, мы сгрузили тяжелые рюкзаки на пол и выпустили Арчи: он запрыгнул на шкаф и притаился, привыкая к новой обстановке.

Распаковать вещи мы не успели. Громкий звонок застал нас врасплох. Парни вокруг засуетились сильнее: ругались, перекрикивались и в считанные минуты разбежались по комнатам. После первого звонка раздались еще два с промежутками в пять минут, один громче другого — и мимо нас пробежала целая толпа уже одетых рекрутов. Неповоротливые спросонья рекруты на ходу застёгивались и оправляли рубашки, бегом спускаясь по лестнице.

— Вы что застыли? Опоздаете на построение, Картер сожрет! — крикнул нам кто-то из парней.

Мы едва успели отойти с дороги, чтобы нас не сбили. К третьему звонку мы остались последними в общежитии, переглянулись и бросились за остальными.

Перед центральным входом школы на вытяжку выстроилось несколько рядов. Шеренги от взрослых состоявшихся ловцов до молоденьких рекрутов. В последнем ряду я насчитала шестерых.

— Опаздываете? Почему не в форме? Быстро в строй! — рявкнул на нас стоящий перед строем капитан, и мы поспешно заняли свободные места. С таким капитаном и спорить было боязно. Мощный как скала, с уродливым шрамом на виске, он всем своим видом внушал уважение и страх. Под его строгим взглядом мы вытянулись по струнке, даже мысли не возникло покинуть шеренгу.

Последовала перекличка. За рекрутов говорил стоящий рядом с построением ответственный, который докладывал об отсутствующих. Когда у него закончился список, а нас так и не назвали, капитан выжидающе посмотрел на нас.

— Новички, шаг вперёд! Ваши имена!

Рой выступил первым.

— Рой Грейс, сэр. Со вчерашнего дня зачислены в СОЛД.

— А с тобой команда поддержки? Или вам особое приглашение нужно для представления? — поднял бровь капитан, и я, покраснев, шагнула вперёд.

— Мэган Грейс, — голос напомнил писк, и по нашему ряду прошёл шепоток, несмотря на строгую дисциплину. Нечасто ловцами становятся маленькие девочки.

— Дин Грейс, — Дин отвлек внимание на себя, и я вернулась в шеренгу.

— Родственники, значит, — протянул капитан с ленивым любопытством. — Исключительно из-за того, что сегодня ваш первый день… всего десять кругов за опоздание. В следующий раз наказана будет вся десятка. Раз зачислены — нечего отлынивать! Всё ясно?

— Так точно, сэр, — чётко ответил Рой, подражая остальным рекрутам.

— Вольно. Рекруты могут приступать к занятиям.

Капитан отвернулся, отдавая распоряжения другим ловцам, и шеренги распались на спешащие по своим делам группки.

— Пойдёмте, покажу стадион. Картер шутить не любит, — окликнул нас Алекс, пока мы решали, куда бежать — искать Уоррена или отрабатывать наказание.

Эх, а из окна стадион казался меньше! После третьего круга мне стало не хватать дыхания. Но схалтурить не получалось: по углам стадиона в специально огороженных стальных клетках сидели духи и зорко следили за пробежкой.

Дин продержался чуть дольше моего и начал отставать от брата круге на пятом.

— Не останавливайтесь, — предупредил Рой, когда мы добежали десятый круг с единственным желанием упасть на землю. Сам он выглядел бодро: Охотник заставлял Роя держать себя в форме. — Нужно пройтись, иначе будет хуже. Давайте, собирайте силы.

Дин слова старшего брата проигнорировал и присел на корточки, держась за правый бок. Меня бесцеремонно удержали за шиворот. Пришлось шагать из последних сил, и вскоре действительно стало легче. Отлипнув от Роя, я поднялась по невысокой горке к центральному входу школы. Дыхание полностью восстановилось. Грудь холодил неприятный комок, но и он потихоньку рассасывался.

— Интересно, а Картеру наблюдатели скажут, что мы выполнили задание? — задала я мучивший всю пробежку вопрос.

— Какая разница? Рой всё равно заставил бы нас бежать. Так ведь?

— Ага. Не хочу начинать работу с обмана.

— Вот это правильный подход! — подмигнул курящий на крыльце Алекс. — Вас тут Уоррен искал. Сказал подойти, как закончите пробежку.

Новость о нашем наказании распространилась быстро. Не удивлюсь, если Уоррен наблюдал из своего кабинета за нашими стараниями.

С трепетом ступив под своды школы, я была разочарована. Изнутри она оказалась самой обычной, с кучей кабинетов и спешащими по коридорам рекрутами. На нас не обращали никакого внимания.

— Часто тут наказывают? — поинтересовалась я, пока мы шли за Алексом.

— В зависимости от поведения. Если не будете соблюдать правила, вся десятка пострадает, — пожал плечами рыжий. — Ну а пара совместных наказаний быстро отучивает опаздывать или спорить.

— А нас тоже поставят в десятку? — уточнил Дин. Вчера он прочитал брошюру: рекрутов обычно тренировали группой в десять человек. У каждой группы был свой командир, внутри разбивались на тройки. В обязательном порядке в десятку ставили медиума, а лучше двух. Тренировались все вместе. — Мне показалось, среди рекрутов есть настоящие старики. А что с десятками, их собирают из погодок?

Вопрос был актуален, учитывая, что Рой на несколько лет старше Дина, и нас могли раскидать в разные группы.

— Конечно, стараются подбирать по возрасту, но новичков мало. Бывает, что старшему в группе за сорок, а младшему едва исполнилось одиннадцать. Да не переживайте, вас точно вместе оставят.

Мы дошли до кабинета, Алекс дождался разрешения войти — голос Уоррена я узнала даже сквозь дубовый, обитый железом массив, — и первым шагнул в аскетически обставленный кабинет. Чётко отрапортовал:

— Рекруты по вашему приказу доставлены.

— Хорошо. Свободен, — раздалось от окна, и Уоррен повернулся к нам. Он выглядел утомленным, под глазами залегли темные круги. — А вы не стойте в дверях. Как устроились?

Алекс вышел, одними губами шепнув «удачи», а мы как замерли в дверях. Единственный стул для посетителей сиротливо стоял у заваленного бумагами стола.

— Пока осваиваемся, — уклончиво ответил Рой. — Десять кругов по стадиону были лишними.

— А в остальном, нравится?

Мы неопределенно пожали плечами. Вроде придраться было не к чему.

— Тогда расскажите, чем вы так насолили мисс Паттерсон, что она прислала письмо на имя директора с личной просьбой вас исключить.

Он бросил злополучное письмо на стол и присел сам, прямо на столешницу, отодвинув кучу бумаг. Наш быстрый обмен взглядами не остался им незамеченным. Впрочем, ничего секретного в наших отношениях с Ведьмой не было, почему бы не рассказать?

— Всё просто — мы не отдали ей Мэгги, — начал Рой…

Рассказ Уоррен выслушал с непроницаемым лицом.

— Значит так, запоминайте: без моего ведома с Ведь… тьфу, прилипает же! — с мисс Паттерсон не общаться, — предупредил он. — Ни на какие сделки не идти. Вы приписаны к ловцам, из Школы вас никто не выгонит, а мисс Паттерсон придется поумерить аппетит. Об официальном опекунстве позаботился? — спросил он к Роя, и тот кивнул. — Ну хоть что-то. Тогда…

Разговор прервал настойчивый стук.

— Кто там? Я же просил не беспокоить!

— Капитан Уоррен, вас срочно просят подойти в малый зал. Там у десятки Саммерса проблема, — робко ответил мальчишеский голос из-за двери.

— Опять выпустили альта? Сейчас буду. — Генри схватил со стола цепочку, что-то шипя сквозь зубы про бестолковых новичков, и махнул нам рукой: — Идите за мной. Заодно познакомитесь со своими коллегами.

* * *

Малый зал оказался просторным помещением с деревянными скамейками вдоль стен и суконными ковриками на полу. Высокие окна пропускали солнечные лучи, освещая зал днём, а для вечерних занятий включали длинные люминесцентные лампы, висевшие под потолком. Если это малый зал, то каковы размеры большого? Полигон?

Металлическая сетка в центре зала огораживала часть помещения, как клетка, и внутри неё бесновалась, пытаясь вырваться, девушка. Решётка от ее метаний сотрясалась. Когда она натыкалась на прутья клетки, то отскакивала от них, будто обжигалась.

По другую сторону от клетки собралась целая группа новичков. Со своего места они пытались докричаться до какой-то Лили. Видимо, так звали одержимую.

Уоррен посмотрел на это безобразие с усталым видом и взмахнул рукой, заставляя колокольчики на браслете пронзительно зазвенеть — и это ни на секунду не замедляя шага, умудряясь параллельно раздавать команды. «Звук, как ножом по стеклу», — признался потом Дин, рассказывая свои впечатления. Братья, в отличие от меня, никакой мелодии не слышали.

Лили повернулась на звук, а новички попятились от опутывающей альта мелодии. Даже братья отступили на шаг, потянув меня за собой.

Разогнав рекрутов, Генри остановился у клетки, позвякивая браслетом. Метания прекратились, сменившись громкими рыданиями. Я думала, что Генри сам усмирит духа, но он остановился рядом с клеткой.

— Тебе нужна помощь? — спокойно спросил капитан, когда Лили перестала всхлипывать и подняла на него испуганные глаза.

Судорожный кивок был ответом, но Генри это почему-то не устроило.

— Уверена? На уроках вы изучали, как усмирять духов. Я могу помочь, но, если ты покажешь слабость, альт будет нападать снова и снова. Ты этого хочешь?

— Н-нет.

Лили шмыгнула носом.

— Тогда перечисли, что ты должна сделать, — мягко сказал капитан.

— Сосредоточиться и успокоиться. Представить, что альт за стеной, — голос у Лили оказался очень тоненьким, ей под стать. Она выглядела ровесницей Роя. Худая, невысокая, с красивыми волосами пшеничного цвета, собранными в толстую косу.

— Молодец. Расскажи, как дышать? — тихо спросил Генри.

— Глубокий вдох, затем задержка дыхания и медленный выдох, — заученно ответила Лили. Находясь в непосредственной близости от капитана, она почувствовала себя в безопасности и начала рассуждать здраво. Закрыла глаза и попробовала последовать собственному совету.

— Отлично, теперь почувствуй связь между вами. Ты ведущая, а не ведомая, помни об этом.

Голос капитана завораживал, звуки колокольчика стихли. Лили и правда успокоилась. Когда Уоррен открыл клетку, Лили почти бессильно на нём повисла. Капитан осторожно передал одноклассницу подошедшему рыжему парню из рекрутов, и тот придержал ее за плечи, не давая упасть. Остальные тоже подтянулись ближе, повинуясь жесту Генри.

— Как это случилось? И почему вы здесь без наставника? — Согнал с лица маску добродушия капитан.

С минуту ребята подталкивали друг друга плечами и пытались решить, кто самый смелый, и наконец вперёд вышел рослый парень лет двадцати. Он выделялся на фоне остальных бритой головой с татуировкой в виде паутины и серьгой на правой брови.

— Ребята немного поругались, — глухим басом признался он.

Я опять невольно провела параллель с Глушью. Все скандалы у нас обходились без участия взрослых, никому и в голову бы не пришло рассказать, из-за чего разгорелся конфликт. Даже если дело доходило до серьёзных травм.

— Мы решали, у кого связь с альтом крепче, — продолжил бритоголовый. — Лили психанула и ушла в клетку.

— Лили, тебе есть что добавить? — Капитан повернулся к дрожащей девушке.

— Я хотела доказать, что Эмили не злая. Не думала, что она так психанет из-за железа, — тихо произнесла та, закусив губу, чтобы снова не расплакаться.

— Не думала? Это заметно. Посмотри на меня! — приказал Уоррен, и когда та подняла голову, строго спросил: — Какое главное правило у ловцов?

— Нельзя дружить с духами, — понуро буркнула Лили.

— Тогда почему ты ему не следуешь? Твоя сестра мертва. А альт — призрачная тварь, сохранившая ее облик, — безжалостно напомнил Генри и развернулся к остальным. — Кто догадался пустить её туда во взвинченном состоянии? Почему не остановили? Занятия в клетке в первый месяц не разрешены, насколько я помню. У вас сегодня мистер Арчер должен был вести?

— Д-да. Но он сказал нам повторять пройденное. Когда мы пришли, клетка была не заперта, — подал голос крепкий низкорослый парнишка с задорным курносым носом и россыпью веснушек на лице.

— Ясно, — выдержав зловещую паузу, протянул Генри. — С Арчером я сам разберусь. И с предыдущей группой поговорю, чтобы не забывали закрывать замки. А вам случившееся будет уроком. Наставники не просто так запрещают выполнять некоторые упражнения. Лили могла серьёзно пострадать.

— Извините, — хором произнесли ученики.

— Подойдите, вас это тоже касается, — кивнул нам капитан. — Насколько я знаю, у вас хорошие отношения с альтами? — не получив возражений, он продолжил: — Забудьте о них. Ловцов учат контролировать и убивать духов, а не играться с ними.

Мы с Роем тревожно переглянулись. Его отношения с Охотником сложно было назвать дружескими. Партнёрами они были, но Рой не доверял альту. Зато Дин и Эрнесто… Для них такие правила были неприемлемы.

Дин промолчал, наверняка послушавшись совета Эрнесто, а Генри наши переглядывания не заметил: в тот момент он как раз отвернулся к остальным рекрутам.

— Эти новички войдут в вашу десятку. Берите под крыло, помогите адаптироваться. После занятия проводите на склад, пусть подберут форму по размеру. Альтов и контрактников представлять не буду, сами как-нибудь разберётесь.

О происшествии с Ведьмой Генри больше не упоминал, и я поняла, что лучше не лезть с вопросами. Нашу историю он услышал, а дальше сам разберётся, как действовать. Капитан еще раз строго на всех посмотрел и, напомнив о незаконченной тренировке, покинул зал. Интересно, а оставлять новичков без наставников на тренировке обычное дело? Надо бы поинтересоваться у остальных.

Генри почти дошел до дверей, но вдруг развернулся.

— Чуть не забыл! Ваша десятка наказана. Жду завтра на стадионе в шесть утра, — предупредил он. — Не опаздывайте.

Многоголосный разочарованный стон был ему ответом.

Когда за капитаном закрылась дверь, ребята повернулись к нам с жадным интересом.

— Везёт вам! Вы откуда с Уорреном знакомы? Родственники? Он вас курирует? — с разных сторон сыпались вопросы.

— Эй, потише. — Рой отступил на шаг, удивлённый таким напором, и вместо него ответил Дин.

— Нет у нас никакой связи. Просто капитан заметил способности Мэгги и пригласил присоединиться к ловцам. Так что о кураторстве можно не мечтать. А что, он такая важная птица?

— Да не то чтобы важная, — почесал подбородок лысый, — но о нём много слухов ходит. Среди новичков Уоррен — легенда. Вы знаете, что его десятка единственная выпустилась в полном составе?

— Если честно, мы почти ничего не знаем ни о нем, ни о школе, — признался Рой.

— Наслушались небось ужасов про ловцов? — хихикнул рыжий крепыш. — В прошлое лето родители уезжали в командировку в другой город, и я провёл лето у тёти в Глуши. Сам сюда со страхом шёл, еле уговорили.

— Мы тоже ожидали другого: закрытые лаборатории, затравленные лица и железную дисциплину, — призналась я.

— И духов, летающих по коридору, — с серьёзным видом дополнил моё описание Дин.

Все рассмеялись.

— Духов, кстати, вы можете встретить. Хотя считается дурным тоном отпускать их без контроля, — пряча улыбку, заметила Лили. С уходом капитана она приободрилась, а может, это его ругань возымела такой побочный эффект.

— Я Билл, — протянул Рою руку татуированный здоровяк. — Медиум. Лили вы уже знаете, — пояснил он на случай, если мы не сообразили. — Это Крис и Джошуа, не удивляйтесь внешнему сходству, они кузены. Софи и Гарри, — последними он представил полненькую девушку и рыжего крепыша. — Как вы можете догадаться по браслетам, все контрактники, с их альтами познакомитесь позднее.

По мере представления подростки делали лёгкий кивок, чтобы мы их не перепутали, хотя я сомневалась, что смогу запомнить столько новых лиц и имён сразу.

— А наш командир, Фред, сегодня прогуливает тренировки, — закончил Билл под смешки ребят. Похоже, он умел врать с кристально честными глазами.

Рой тоже нас представил. Помялся, но всё-таки продолжил:

— Мэгги тоже медиум.

— Отличная новость! — губы Билла расплылись в улыбке, и остальные заметно оживились.

Но разговоры разговорами, а учёбу никто не отменял. Короткий звонок быстро заставил всех собраться.

— Так, болтовню на время отложим, у нас осталось полчаса занятий в зале, — взглянув на массивные наручные часы, заметил Билл. — И больше никакой клетки. Парни — по пятьдесят отжиманий, девушки — по тридцать. Начинаем.

— Вы сами решаете, чем заниматься? — уточнил Рой, сбросив куртку и без возражения принимая стойку.

— Учитель определяет, как за неделю улучшить предыдущий результат и даёт рекомендации. Затем мы вместе вырабатываем методику. Следим за показателями. Если не получается, обращаемся к капитанам, — пыхтя вместе со всеми, отозвался Билл.

— А если за неделю результат не улучшится, то накажут всю десятку?

— Начинаешь соображать, — ухмыльнулся Билл. — Давай все вопросы после занятий. Мы на прошлой неделе еле вытянули норму, в этот раз наставник не простит огрехов.

Я попробовала отжиматься. Не так сложно оказалось, если честно. С учётом того, как нас напрягали в Глуши, тридцатка отжиманий далась мне хоть и нелегко, но пластом я не лежала. Рой вообще не запыхался, что вызвало одобрение Билла, а у Дина лишь слегка сбилось дыхание.

— Умеешь садиться на шпагат? — спросила Софи, когда мы закончили с заданным упражнением.

— А как это? — с любопытством поинтересовалась я. Может, и умею, если покажут.

— Неужели вас в школе не учили? — недоверчиво посмотрели на меня девушки.

Я покачала головой, и они недоумённо переглянулись. Пришлось объяснять, что физкультуры у нас не было вообще, так как её успешно заменял физический труд.

— Ничего он не заменяет, — вдруг разозлилась Софи, уперев руки в бока. — Я не ленилась дома, трудилась целый день, а всё без толку!

— Что ты имеешь в виду?

Но Софи передёрнула плечами и ушла к стоящей у стены лесенке.

— Она раньше была очень полной, — зашептала мне на ухо Лили. — У неё отец пекарь, думал, дочь его профессию переймёт. Софи работала дни и ночи напролёт, но все равно толстела. А как пришла в рекруты и стала заниматься спортом, резко сбросила вес. Хотя она и сейчас не худенькая, но все же разница ощутимая.

Я взглянула на повисшую на лестнице девушку, старательно выполняющую махи ногами. Одноклассница была округлой в нужных местах, и полнота ее ничуть не портила. Напротив, девушки в теле ценились в Глуши гораздо больше худышек, поэтому стремление к похуданию я не очень понимала. С другой стороны, у меня самой проблем с лишним весом не было.

— Давай покажу, как сделать растяжку, а потом попробуешь сесть на шпагат, ну и еще пару упражнений. Ты гибкая, посмотрим, что получится, — предложила Лили.

Я растеряно оглянулась на братьев, но их уже взяли в оборот парни, заставляя делать разнообразные упражнения на проверку силы. Лучше не отвлекать.

— Хорошо.

Не потребуют ведь от меня невозможного?

Так и вышло. На первое время о шпагате Лили посоветовала забыть. А когда она выгнулась дугой, показав, как сделать мостик, я поняла, насколько далека от совершенства. Боль от растяжения мышц я не ощутила, но преодолеть страх упасть и сломать шею оказалось сложнее. Лили утешила меня, сказав, что гибкости на упражнения мне достаёт, не хватает уверенности, а с последним можно справиться.

* * *

Когда мы вышли из зала, я почувствовала невероятное воодушевление. Заметив, что я улыбаюсь, Лили поспешила спустить меня с небес на землю.

— Рано радуешься. Хорошо только в первый день, потом с неделю всё болеть будет, пока тело к нагрузкам не привыкнет, — с сочувствием заметила она и едва заметно поморщилась. — Я после первой тренировки на следующий день еле встала.

— А как давно ваша десятка занимается? — опомнившись, уточнила я. От наших успехов зависела работа команды, и я боялась, что мы можем отбросить группу назад. Конечно, насчёт Роя я не волновалась, он мог дать фору большинству ловцов, но мы с Дином особой спортивной подготовкой не отличались.

— Недолго, около месяца. Первым был Фред, потом пришли я и Билл, затем остальные подтянулись, — задумчиво подсчитала Лили. — А кажется, что сто лет друг друга знаем…

— Фред? А почему его не было на тренировке?

— Фред редко посещает зал вместе с остальными, — замявшись, ответила Лили, и по её смущению я поняла, что дальше лучше не расспрашивать.

Что меня удивило — в школе, помимо залов для тренировок, на том же этаже располагались и душевые. На занятия в пропахшей потом одежде приходить было не принято. Поэтому сначала нас сводили за новенькой формой, посоветовав вечером вернуться на подгон одежды, а потом отвели в душевые. Ничего особенно примечательного в них не было — с десяток кабинок, разделённых высокой перегородкой.

— Мальчики налево, девочки направо, — непонятно пошутил Билл у входа.

Вода оказалась тёплой, как парное молоко, а рядом с душем был прикреплён флакон с жидким мылом. Перегородок внутри мальчишеской и девчачьей половин не было, и когда Лили повернулась ко мне спиной и скинула грязную одежду. Всё её тело, от шеи до пяток, покрывали уродливые рубцы.

— Последствия аварии. Не вздумай меня жалеть, — не оборачиваясь, бросила Лили.

— И не собиралась.

Я торопливо расстегнула собственную рубашку. Захочет, сама расскажет.

Быстро ополоснувшись, я влезла в новую форму — по размеру она была в два раза больше, чем нужно, и висела на мне мешком. Чтобы не упали штаны, ремень пришлось оборачивать вокруг талии дважды.

— Погоди, я помогу тебе правильно застегнуться, — вмешалась Лили, когда я принялась крутить рубашку, пытаясь понять, как её надеть.

Такой фасон мне не встречался. Ткань шла наискось, перекрывала вторую половину рубашки и закреплялась слева металлическими пуговицами. По бокам, для фиксации размера, шли ремешки. Лили с комплектом пуговиц и ремешков справилась удивительно быстро. Пришлось просить показать снова, помедленнее, чтобы запомнить. Та похихикала, но не отказала и терпеливо ждала, пока я запомню все хитрости.

С парнями мы встретились на выходе. Братья тоже переоделись в форму, но на них она не висела, как на мне. Теперь, если бы не глупое выражение лиц и жадное удивление, с которым мы рассматривали всё новое, нас было не отличить от обычных рекрутов.

— Сейчас по расписанию парапсихология, первый месяц мистер Харви читает лекции, так что немного скучно будет. Постарайтесь не уснуть, — предупредил Билл.

Я отметила, что кроме Лили и медиума, остальные ребята нас сторонились. Поначалу заволновалась, вдруг что-то не так с нашим поведением, а затем вспомнила, что работают ловцы в первую очередь тройками. А, следовательно, общение в тройке теснее, чем в целом в группе. Даже удивительно, что Билл и Лили так о нас заботились.

Подбор одежды и душ заняли весь немаленький перерыв, и на лекцию мы вбегали со звонком.

— Еще одно опоздание — и будет отработка, — предупредил пожилой преподаватель и повернулся к доске, записывая тему урока. Рой и Билл поднялись на ряд выше, где оставались свободные места.

— Опаздываете, — недовольно заметил сидящий на нашем ряду хмурый черноволосый парень, ровесник Роя, а Билл, наклонившись к нам с Дином, шепнул:

— Это Фред, наш командир и страшный зануда.

Лили фыркнула, Фред зло зыркнул на них, но тут мистер Харви начал занятие, и все разговоры стихли.

В пику предупреждению Билла, лекция оказалась весьма познавательной. Учитель обстоятельно и подробно расписывал, чего ожидать от встречи с тем или иным духом, и как после этого выжить. Именно на выживание и шёл основной упор. Меня удивило, что почти никто не записывал, с тетрадками сидело всего несколько ребят, хотя учитель успел нарисовать множество схем. На перерыве, пока шли в другой класс на следующее занятие, я спросила Лили, почему так.

— Во-первых, тренировка памяти. Когда ты записываешь, то надеешься на конспект, и в сложной ситуации можешь забыть, как поступить. Во-вторых, учителю не надо контролировать посещаемость. Пересказывать занятие никто не станет, поэтому уроки стараются не пропускать. К тому же такая политика способствует хорошим отношениям между рекрутами, иначе говоря «если что забыл, спроси у товарища». Ну и наконец, концентрация памяти на занятиях улучшает контроль над альтом, — добавила она, открывая дверь в кабинет.

В этот раз мы не опоздали, пришли пораньше, поэтому свободных мест было больше. Однако десятка всё равно уселась кучно.

— А контрольные или экзамены по пройденному материалу будут? — заодно решил уточнить Дин, вполуха слушавший нашу беседу, параллельно вычерчивая на листке схему предыдущего урока. У кого он его выпросил, я не знала, но схема выходила впечатляющая.

— У рекрутов один экзамен. Как прошёл Лабиринт, считай, выпустился. Проблема в том, что при его прохождении требуются все приобретённые здесь знания.

— Всё так сложно?

— До Лабиринта дорасти надо, — прервал наш разговор Фред. — Кстати, поздравляю, через месяц первая вылазка, будет участвовать вся десятка, — он выдержал паузу, позволяя ребятам переварить услышанное. — Так что меньше расслабляйтесь. Новеньких особенно касается. Вам надо нагнать остальных за этот срок.

— Что за вылазка? — деловито уточнил Билл.

— Будем охотиться на тварей С-класса. Предупреждаю, даже если они кажутся безобидным, это обман. Кстати, насчет безобидности. Лили, я слышал, Эмили опять перехватила контроль? — повернулся к однокласснице Фред.

— Она просто испугалась! — горячо вступилась Лили за альта. — Я зашла в клетку и…

— Ты зашла в клетку? — его голос похолодел настолько, что стало не себе. Лили прикусила губу, наверняка кляня себя, что ляпнула лишнее.

Строго у них тут, а Фред явно не отличался тактом и пониманием. Я не была уверена, что не сорвусь, если мне начнут что-то выговаривать при всех.

— Это третий раз за неполный месяц. Ты продолжаешь ей доверять? — скривив губы, уточнил он.

— Мне хотя бы есть, кому доверять, — огрызнулась Лили, и сразу наступила тишина.

— А кому доверять мне? — спросил Фред глухо и вышел из кабинета.

— Лили, это подло, — укоризненно покачал головой Билл.

— Значит, ему можно, а мне нет? — Лили ударила кулачками по столу и вслед за Фредом выскочила в коридор.

— Ну, начало-ось, — переглянулись кузены, а Билл махнул рукой.

— Не обращайте внимания. Перебесятся. Вообще они встречаются и обычно воркуют как голубки.

— Если дело не касается Эмили.

— Точно. Лили до сих пор не смирилась со смертью Эмили. Всего два года прошло, как она умерла, — снова влезли кузены.

— Автокатастрофа, — ответил Билл на незаданный вопрос. — Эмили и их отец погибли на месте, а мать нашла в себе силы привязать духа погибшей дочери ко второй близняшке. Была не в себе, потом долго каялась, до сих пор пылинки с Лили сдувает, а сделать ничего нельзя. Честно сказать, Эмили не такой уж плохой альт, но иногда её заносит.

— А ничего, что ты нам это рассказываешь? — заикнулась я, за что получила предупреждающие взгляды от братьев. Ответила им тем же. Знаю, что информация дорого стоит, но не меньше стоит и доверие. А Лили первая, кто за долгое время заговорил со мной без раздумий и предубеждений.

— Не переживай. Ты в школе ловцов, где тайн от своей десятки не держат. Мы теперь почти семья. Вам вечером дадут подробные анкеты: о наших альтах и способностях, и при каких условиях были заключены контракты. И ваши мы почитаем. Так что, слушаете дальше? До конца перемены они не вернутся, минут десять у нас есть, — предложил Билл и, получив наше согласие, продолжил.

Проблемы с альтом были не только у Лили. У Фреда дела обстояли куда хуже. Он проучился три месяца и готовился к Лабиринту, даже первые этапы прошёл, причем с неплохими для его восемнадцати лет результатами. Затем десятку отправили на задание. Обычное дело, новичков вбрасывали в полевые условия при минимальном уровне риска. Справились — молодцы, не справились — тоже не смертельно. В большинстве случаев.

Духов подбирали слабых, чтобы при худшем раскладе неудачники валялись в больничном крыле, а не в морге. Команду Фреда отправили изгонять духа С-класса, появившегося в одном из домов. Вроде ничего страшного тот не делал, пакостил по мере сил — на большее просто не был способен, ведь жил без контракта. Без подпитки он бы и сам скоро исчез, но, к несчастью, умудрился поселиться в доме мелкого чиновника, а тот духов очень боялся. Вот и отправил запрос в школу ловцов. Капитаны поначалу отмахивались от задания, но потом решили, что новичкам для практики сойдёт. Кратко проинструктировали ребят, особо не вникая в ситуацию, и отправили десятку на место. Когда же обнаружили в том же районе Прорыв и сопоставили два явления, было поздно.

На подходе к зданию Фред почувствовал сильный холод, куда сильнее, чем должно быть от одного духа. Он пытался отговорить ребят лезть туда, отправить предупреждение капитанам, но, самого младшего в десятке, его не послушали. Группа почти закончила обучение, и командир решил рискнуть.

Духов оказалось двадцать семь, из них двое А-класса, алчных до убийства тварей. Первая тройка погибла на месте, приняв на себя основной удар и дав возможность сориентироваться остальным. Атака переросла в оборону с единственной целью — не дать духам выбраться из подвала и расползтись по Абендону. Когда пришло подкрепление, на ногах стояли командир и Фред, причём последний в буквальном смысле оцепенел — альт не дал ему влезть в самоубийственную драку, спас жизнь и заставил почувствовать себя предателем, бросившим товарищей умирать.

Духов изгнали, раненых отправили в больницу. Реабилитацию Фред проходил два месяца, а когда вышел, узнал, что десятку распустили. Оставшиеся в живых рекруты были подавлены и почти недееспособны как физически, так и морально. Единственным, кто решил продолжать учёбу, был Фред. Поначалу он всех дичился, держался особняком, словно боялся обвинения за то, что выжил. Погрузился в учёбу, да так, что за месяц из середняка выбился в лидеры. Альта он подавил — ни одного срыва, даже в клетке, когда духа целенаправленно пытались вывести из себя. Фред до седьмого пота загонял себя в тренажерных залах и до ночи просиживал в библиотеке. И каждый раз, когда в других десятках оставалось свободное место, просился на замену. Вскоре его рвение заметили, а когда стали собирать новую десятку, назначили командиром, после чего прятаться в свою раковину ему стало некогда.

— И каков он в роли лидера? — выслушав рассказ, уточнил Рой.

Я понимала его опасения: одного опыта недостаточно, чтобы грамотно руководить командой.

— Немного одержим тем, чтобы десятка стала лучшей. — Билл закинул руки за голову. — И старается свести риски к минимуму. Именно поэтому мы проходим практику на неделю позже остальных. Фред убедил капитанов, что десятка с одним медиумом в зоне риска. Правда, теперь отговорка не сработает, — он посмотрел на меня и продолжил: — А насчёт его способностей не сомневайтесь, Фред проходит первый этап Лабиринта, практически не встречаясь с духами. Впрочем, у него есть причина быть осторожным.

— Ты о чём? — спросила я. Мне не понравился тон, которым рекрут произнёс последнюю фразу.

— В анкете прочитаете, — вместо него ответила вернувшаяся Лили.

Глаза у нее были слегка опухшие, но что интересно — губы тоже. Следом за ней в кабинет проскользнул Фред и, как ни в чём не бывало, уселся за задней партой.

— Много наболтали? — сухо поинтересовался он.

— Они всё равно узнают, — пожал плечами Билл. Похоже, он не опасался раздражения командира, скорее, ему нравилось его дразнить.

— Лучше бы за это время с основными правилами ознакомил, — проворчал Фред.

Пререкаться и дальше им помешал звонок. В класс зашел учитель и постучал указкой по столу, призывая к тишине. На карте города на стене загорелись разноцветные лампочки, расположенные в центре кварталов, и я благополучно пропустила дальнейшие перешёптывания товарищей по команде. Не каждый день узнаёшь, как ловцы выслеживают появление духов.

* * *

После уроков, посвящённых призрачным тварям, где мы слушали лекции в полном составе десятки, меня с Дином, Лили и Гарри отправили изучать обычные школьные предметы — математику, литературу и историю. Я сначала удивились, но Лили объяснила, что карьера у ловцов короткая и печальная, а работать где-то нужно. Совсем безграмотные работники, тем более с травмами, никому не нужны.

Пока мы изучали общеобразовательные предметы, наши товарищи по команде не отдыхали, а работали в мастерских — чинили инструменты для ловли духов.

В свободное время можно было посетить пропущенные лекции. Уроки старались читать так, чтобы слушать лектора можно было с любой темы, и, благодаря повторам, короткий курс занятий по каждому предмету успевали пройти все рекруты до выпуска.

Спустя пару часов наша десятка вновь собралась вместе и организованной группой отправилась на обед. Сидевшие в столовой рекруты посматривали на нас с интересом, но здороваться не спешили.

Обеды в новой школе превзошли все ожидания! Нам положили на подносы полные тарелки картофельного супа и гречневой каши. Я глазам не поверила, когда увидела порции. Кроме того, на столе у стены стоял чайник с чашками и подслащённым чаем, а мне с распоряжения врача перепал ягодный компот и круглое красное яблоко.

Вопрос, куда садиться, не возник. Длинные ряды деревянных столов со скамейками по большей части пустовали. Три отдельных столика стояли особняком, накрытые скатертями, но рекруты старательно их обходили. «Для преподавателей» — мимоходом пояснил Гарри, и мы сели у окна, где приятно пригревало солнце.

Я по привычке хотела воспользоваться ложкой, и поймала на себе неодобрительный взгляд Фреда.

— Когда едят, вилку держат в левой руке, а нож в правой, — сделал он замечание.

Впрочем, его совету следовали далеко не все.

— Не обращайте внимания, ешьте, как привыкли, — отмахнулся Билл, взяв в одну руку кусок хлеба с тонко размазанной по нему горчицей, а в другую — обычную ложку. — С этими манерами вы и вкуса настоящего не почувствуете. А готовят наши повара божественно! — он подмигнул стоящей на раздаче молоденькой разносчице.

— Если самому лениво, не настраивай других, — парировал Фред, с ловкостью орудуя приборами. Однако настаивать на нашем перевоспитании не стал, и мы со спокойной совестью приступили к еде.

Приправа из лука и зелени делала сытную и вкусную кашу еще ароматнее. Когда я съела половину, то с удивлением поняла, что больше и не требуется. Не привыкли мы в Глуши, где голод был постоянным спутником, к таким огромным порциям.

Братья обедали с большим аппетитом, съели свои порции и подобрали мою. Всё-таки они долгое время недоедали, а просить добавки стеснялись.

Пока мы шли в тренировочный зал, болтали обо всём: о жизни в Глуши, о школе, о выпавших на контрактниках трудностях.

— Вы узнали, кто на вас напал? — посерьёзнел Фред, узнав о стычке с бандитами.

— Нет. А смысл? Мы просто попались им под руку. Не повезло, — пожал плечами Дин.

— Что значит «не повезло»? Не знаю, как в Глуши, но вы, будучи ловцами, можете запросить компенсацию за увечья. Школа им счёт за лечение в любом случае выставит, а вы его смело умножайте на три и требуйте возмещения ущерба. — Фред полюбовался на наши вытянувшиеся лица и добавил: — Я серьёзно. Раз ловцы их задержали, то личности выяснили. Свяжитесь с любым капитаном и через него подавайте жалобу в суд. Да хоть через Уоррена. Он за вами присматривает?

— Не сказать, чтобы…

— В любом случае, не поможет Уоррен, мы сами разберемся. Не оставляйте так. Ясно?

— Мы попробуем, спасибо, — растерявшись, ответил вместо брата Рой.

Об этих преимуществах рекрутства мы не думали. А ведь действительно, мы перестали быть бесправными детьми Глуши. Привыкнуть было непросто.