ГЛАВА 2

Пожалуй, самым большим плюсом в школе ловцов стало свободное время. Нам больше не нужно было заботиться о куске хлеба, полуголодное существование осталось в прошлом, и неожиданно выяснилось, что и без поиска подработок нам есть чем заняться. Дин вечерами пропадал в библиотеке: его захватила идея о том, можно ли обучить обычных людей защите от призрачных тварей; Рой увлекся разработкой оружия против духов — проект курировал Картер, и помощников у него было немного. В последнюю неделю он и вовсе свалил всё на Роя — вылазка в Глушь была первой, но не единственной, и капитаны то и дело выбирались за Мост отлавливать духов.

Но сегодня Картер остался в школе и наблюдал за тренировками рекрутов, среди которых находилась и я. Привыкнуть к новому телу было непросто, координация хромала на обе ноги. Моим учебным плацом стала полоса препятствий, но сколько я ни билась, не могла добраться до конца. Вчера застряла на канатной дороге и под смешки рекрутов плюхнулась в наполненную грязью яму. Отличная мотивация стать ловчее — второй раз падать туда не хотелось.

— Эй, Уоррен, ты бежишь или нет? — окликнул меня один из рекрутов, худощавый парень моего возраста.

Я не сразу сообразила, что он обратился ко мне — привыкать к новой фамилии было так же тяжело, как и к новому телу.

Отбросив посторонние мысли, я включила таймер на часах и сорвалась на бег. Лесенки, канаты, сети… Моросил дождь, и руки соскальзывали с намокших брусьев. Постоянно приходилось за что-то держаться, увиливать от раскачивающихся на верёвках грузов и подпрыгивать, когда часть досок проваливалась под ногами. Как, например, сейчас. Встав, казалось бы, на безопасную площадку, я с воплем полетела вниз, не успев зацепиться за болтающийся неподалёку трос. Упала на маты — не смертельно, но больно. Один плюс, что упала не в яму, иначе после тренировки меня ждала бы большая стирка.

— Мэгги, иди сюда, — окликнул меня Картер, и я подошла, потирая ушибленное бедро. — Знаешь, в чем твоя главная беда?

Если бы знала — не падала. Я покачала головой, и Картер ткнул пальцем мне в лоб.

— Ты слишком много думаешь. Ин-стин-кты, — размеренно произнес он. — Научись доверять себе, как это делают ловцы. Например… Софи! — он махнул пришедшей на площадку девушке.

Та попятилась, но поняла, что бежать поздно, и, обречённо передёрнув плечами, подошла к нам.

Отношения с Софи у меня не складывались. Подружками, как с Лили, мы не стали, на мои вопросы девушка отвечала скупо или отмалчивалась. Если мы и общались, то на практических занятиях, по делу, на большее никто из нас не претендовал.

— Устроим спарринг. Берите мечи, надевайте утяжелители и вперед, — скомандовал Картер.

Мы одновременно поморщились, но легче устроить показательный бой, чем злить капитана. И неважно, что на плацу мы тренировались в свое свободное время. Картер считал, что учеба в школе ловцов со звонком не прекращается.

— Поможешь затянуть?

Софи застегнула ножные утяжелители и подала мне толстые браслеты, по три фунта каждый, которые были сделаны из плотной кожи с вшитыми грузами и надевались на запястья и на щиколотки. Поначалу вес не особо ощущался, но после нескольких минут усердных тренировок руки и ноги затекали. Вес утяжелителей подбирали под человека. Например, я носила трехфунтовые утяжелители, а Рой — шести.

Затянув на Софи браслеты, чтобы случайно не упали, я с ее помощью надела свои. Выбрала у стойки под навесом синай — меч из бамбука, занятия с которым, по словам Картера, добавляли координации и точности. Сложно сказать, насколько я преуспела в атаке, но старалась хотя бы уклоняться. Удары от такого меча оставляли на теле длинные болезненные синяки.

Для боя нам освободили площадку, чтобы было куда двигаться, и я показала кулак особо любопытствующим, когда Картер отвлёкся. Пришли заниматься — тренируйтесь, а не глазейте на чужой позор.

— Начинайте, — скомандовал Картер, давая отмашку бою.

Покосившись на капитана, мы с Софи одновременно шагнули навстречу друг другу и неуверенно, на пробу, стукнули мечами. Сразу отпрянули, не зная, как подступиться. Насчёт Софи не уверена, но я за спаррингами на мечах до сегодняшнего дня больше наблюдала.

— Вы дерётесь или спите? Живее! Иначе я вас быстро простимулирую вечерней пробежкой вокруг школы! — крикнул Картер и для веса добавил: — Недельной пробежкой.

Угроза была нешуточной. Отработки у Картера мы ловили стабильно, хватало и тех, что есть.

Софи перехватила деревянный меч обеими руками.

— Извини, — предупредила она и резко атаковала.

Я опешила. Девушка двигалась уверенно, я едва успевала защищаться. И не скажешь, что недавно она повредила кисть! То и дело мне доставались болезненные тычки. Когда очередной удар Софи пришёлся по руке, едва не выбив у меня меч, я оглянулась на Картера, но тот не собирался останавливать бой. Вернее, моё избиение.

— Где ты так научилась? — спросила я, едва успев выставить синай перед собой, иначе точно получила бы по лицу. А сломанный нос никого не красит.

— Не болтай, дыхание собьёшь.

Софи отбила меч и ударила меня по ногам. Я пошатнулась и упала на колени, прямо в лужу, а к моей спине приставили кончик синая.

— Ты проиграла.

Я положила клинок на землю, признавая поражение. Интересно, откуда у дочки пекаря такие навыки?

— Чего остановились? Повторите! — раздался окрик Картера.

Пока мы дрались, он отошел к ребятам, которые подтягивались на турнике, но за сражением поглядывал.

Следующий бой закончился тем же, вдобавок я оказалась на спине.

— Еще раз, — скрипнула зубами уже я сама.

Софи заняла исходную позицию и махнула рукой, приглашая начать. С трудом подавив волну злости, я попробовала вспомнить всё, чему научилась. Удар. Поворот. Удар. Блок. Просчитывать следующий выпад я не успевала, злилась и делала ошибки. Замкнутый круг какой-то!

Закончили мы на пятом разе, когда синай выпал у меня из рук. К этому моменту он будто свинцом налился. Страшно представить, во что превратится мое тело завтра, если сейчас его покрывали длинные красные полосы от ударов меча Софи.

Я ни разу не выиграла и лишь к концу боя поняла, зачем Картер это затеял. Софи не думала, как уклоняться или нападать. Она позволила альту управлять своим телом.

— Так нечестно! — не сдержалась я. У меня-то альта не было!

— Кто сказал? — удивилась в ответ Софи, наклонившись и забирая мой синай, чтобы отнести оба меча к стенду. — В драке никто не смотрит на честность. Ты или выиграл, или проиграл. Так ведь, сэр? — обратилась она к капитану.

— Верно. — Картер потер висок со шрамом. — У ловцов одно правило — постарайтесь выжить. И я надеюсь, вы уясните его очень хорошо.

* * *

Рой подошел на плац, когда я заканчивала тренировку. Перебросился парой слов с Картером, показал ему какие-то выписки. Я скатилась с непокоренной горки и решила, что будет отлично вернуться в общежитие вместе. Хватит, на мне и так живого места не осталось.

— Устала? — Рой убрал мокрые волосы с моего лба. — Чем занималась?

— Картер устроил спарринг с Софи. Меня избили, — пожаловалась я, задирая рукава рубашки и демонстрируя синяки.

— Раньше было не так больно, да? — Рой осторожно коснулся покрасневшей кожи. — Дома помажу и пройдет. Сильно расстроилась?

Я помотала головой, и он улыбнулся. Проиграть Софи было не стыдно. Лучше так, чем однажды подвести ребят из-за собственной слабости.

— Еще догонишь и перегонишь всех на тренировках, — с уверенностью пообещал он.

Поддержка Роя пришлась как нельзя кстати, но я не сдержалась, чтобы не поворчать:

— Ты это специально говоришь, чтобы меня утешить.

— Не напрашивайся на комплименты. — Парень усмехнулся и щелкнул меня по носу. — Прогуляемся немного? До отбоя, — неожиданно предложил он.

— А Дин не будет волноваться?

— Он знает, с кем ты. — Рой поднес мои руки к губам и поцеловал, не отводя взгляда от пылающего лица, а затем переплел наши пальцы.

Домой мы так и пошли, держась за руки. Я смущалась и хотела выдернуть ладонь — она была влажной от пота, к тому же на нас глазели встречные ловцы, — но Рой не позволил.

Вечер дышал прохладой и свежестью. После дождливого дня замечательно было нырнуть в тень деревьев, укрыться в зеленом шатре. Мы не торопились, шли нога за ногу и растягивали прогулку как могли. Рой делился своими последними изысканиями, и в голосе проскальзывали нотки гордости.

— …а еще, помнишь, Дин недавно вычитал про особые свойства янтаря? В итоге, я попробовал смешать янтарь и крупицы соли, и сдерживающий духов барьер получился куда сильнее!

Давненько он с таким увлечением не рассказывал о работе! Сейчас они были так похожи с младшим братом, что я невольно фыркнула.

— Что смешного?

— Ничего, — поспешно отказалась я, но Роя такой ответ не устроил. Он быстро огляделся и увлек меня за собой к скрытой за деревьями скамье. Отсюда, если запрокинуть голову, можно было увидеть звезды, но сегодня угрюмое небо заволокло тучами. Пронзительно скрипели деревья, за оградой школы горестно завывала собака. Атмосфера была совсем не романтичной, но разве это важно, когда рядом человек, от которого сердце то замирает, то пускается вскачь?

Рой стряхнул со скамьи капли влаги.

— Значит, ничего? — на его губах появилась хитрая улыбка, от которой мне захотелось признаться во всём и сразу.

Он наклонился ко мне, чтобы поцеловать, и замер у самых губ.

— Ты чего-то боишься? — осторожно спросил он и вместо поцелуя провел ладонью по моей щеке.

Отвечать я не хотела. Сама подалась вперед, легонько целуя в губы: Рой замер, позволяя испытать его на прочность. Это был первый раз, когда я целовала его сама — так. Не по-детски или дружески, в нос или щеку, а как парня, который мне нравится. В какой-то миг его губы ответили, но тут же он отстранился, не без сожаления.

— И всё же я хочу знать. Мэгги…

— А что, если мы ошиблись? Если настоящая Мэгги умерла, а я лишь кукла, которая заняла её тело? — зажмурившись, высказала я мучащее меня предположение. Я боялась, что однажды другая «я» проснётся и выгонит меня из своего тела.

— Дурочка.

— Что? — я даже глаза открыла, возмущённая.

— Какая же ты у меня дурочка. — Рой крепко прижал меня к себе. — И я хорош. Места себе не находил, переживал, из-за чего ты сама не своя. А надо было просто спросить. Хочешь, докажу, что ты ошибаешься?

Не дожидаясь ответа, он наклонился и накрыл мой рот долгим головокружительным поцелуем. В голове стало пусто. Словно кто-то раз — и вымел оттуда все проблемы, заменив их тягучим сладковатым ощущением чего-то нового. Волна жара прошла по телу, отозвавшись в ушах барабанным боем пульса. Тёплые губы касались то бережно и осторожно, пробуя меня на вкус, то целуя почти до боли. Пальцы надавили на затылок, не позволяя отстраниться. И я сдалась. Обняла Роя в ответ, с каким-то собственническим удовольствием ощущая, как напрягаются мышцы под моими руками. Если он думал, что, опомнившись, я отодвинусь или убегу, то ошибся. Целоваться с ним было приятно — и любопытно. Потому что этот поцелуй существенно отличался от всех предыдущих. Между нами исчезли запреты и опасения сделать что-то не так, исчезли страхи и неловкость. Я наслаждалась поцелуями, дышала ими и дарила в ответ всю себя.

— Можно?

Я не сразу поняла, о чем спрашивает Рой, а горячие руки уже скользнули под рубашку. Замерли на животе, вырисовывая круги и сбивая дыхание. Рой смотрел на меня с ожиданием, и я кивнула — и тогда он осторожно коснулся моей груди. Накрыл ее, сжал.

Теперь там было что сжимать, и я смущалась и радовалась этому факту.

— Черт, Мэгги, нам нужно остановиться, — хрипло выдохнул Рой, в последний раз прикусил мою губу и с сожалением отстранился.

— И… что это было? — спросила я, боясь, как бы голос не сорвался на писк. Наши лбы почти соприкасались, и я чувствовала неодолимое желание потянуться к Рою и продолжить начатое.

— По-моему, очевидно: я поцеловал любимую девушку, — улыбнулся он и, не спрашивая разрешения, взял мою ладонь и приложил к моей же груди. Сердце стучало как сумасшедшее. — Слышишь? Это ты. Ты всегда была человеком. Веришь?

Сейчас я была готова поверить во что угодно!

Какое-то время мы посидели в тишине, в объятиях друг друга. Не знаю, о чем думал Рой, но я не думала ни о чем, просто наслаждалась минутами спокойствия. Жаль, недолго…

Марево за деревьями Рой заметил первым. Напрягся, вглядываясь вдаль. Я тоже обернулась. Хмурые тучи на востоке отливали зеленым, мерцали широкой лентой с белыми всполохами. Отсюда сложно было рассмотреть, действительно ли белые пятна — это духи, рвущиеся в наш мир, или просто игра света.

— Я глупость скажу, но, кажется, это Прорыв.

— Мне тоже так кажется. Идем, надо сообщить капитанам!

Рой вскочил со скамейки, и мы рванули в сторону школы.

* * *

Не только мы заметил аномалию. Рекруты выходили на улицу, выглядывали из окон общежития. Самые расторопные, как Фред и Дин, встретились нам у ворот. Дин возвращался из библиотеки с целой горой книг, и нам пришлось подождать, пока он закинет их в ближайший класс — не бежать же к аномалии с битком набитой сумкой?

Сияющая лента расползлась по небу, в воздухе раздавались громовые раскаты. Заметно похолодало, я даже пожалела, что не надела куртку. Когда мы приблизились к эпицентру, сомнений не осталось — это Прорыв. Из образовавшейся трещины просачивались духи: тени, похожие на человеческие фигуры, аляповатые кляксы, крылатые химеры.

Первой мыслью было развернуться и бежать куда угодно, лишь бы подальше от Прорыва. Тело сковывало непреодолимым ужасом — однажды побывав за Гранью, я не хотела туда возвращаться. Но Прорыв открылся прямиком над центром исследования призраков, а там находились люди — обычные люди, беззащитные перед духами. Бросать их было нельзя.

Обычно ловцы обходили ЦИП по большой дуге. Двухэтажная лечебница с подземной лабораторией, обнесенная высоким забором с колючей проволокой, не внушала симпатии. Периметр патрулировали охранники со сворою цепных псов, они же сопровождали пациентов во время прогулок. Сложно сказать, кто раздражал больше — ворчащие на любую попытку пробежаться и размять ноги псы или столь же ревностно следящие за порядком стражи, при малейшем нарушении распорядка хватающиеся за оружие.

Выходить из центра не разрешалось, как и навещать пациентов без предварительного согласования, а добиться его было не легче, чем свидания с бургомистром. За две недели лечения мы с братьями встретились всего дважды. Один раз их провела Алиса, второй — Генри, и мы едва успели обменяться дежурными фразами о самочувствии. Лечение в ЦИПе называли мирным словом «реабилитация», но «заключение» подошло бы лучше.

Здесь было ужасно скучно. Если отбросить ежедневные процедуры и обследования, ни погулять, ни поговорить. Персонал общался с пациентами исключительно по делу, а соседи новых знакомств избегали — в лечебницу отправляли бывших одержимых, еще не пришедших в гармонию с собой. Тут не до разговоров.

Нет, несколько раз я честно пыталась. В центре поселили подопытных Ведьмы, и я видела Алекса и Арлекина: чаще всего в столовой, пару раз в коридоре. Но общение с родней не задалось: я натыкалась то на равнодушие куклы, то на злобу духа, захватившего тело кузена. Когда однажды в порыве злости Алекс чуть не выбросил меня из окна, цыплята мягко намекнули подождать с воссоединением. Не могла не согласиться — висеть на высоте двух этажей вниз головой мне не понравилось.

С другими пациентами тоже не заладилось — преданные Ведьме слуги тяжело переносили разрыв с ней и обвиняли в нем меня. Единственным, с кем удалось поболтать в центре, был Тед, знакомый Дина из школы, но его вскоре выписали.

Стоит ли говорить, что после этого ЦИП я покидала с надеждой никогда туда не возвращаться? А теперь стояла напротив и думала, чем помочь.

Рой заметил Уоррена первым и стал пробираться к нему, не отпуская моей руки. Дин и Фред шли следом, дыша в затылок. Толпа вокруг нас встревоженно гудела. Я была согласна со звучащими тут и там фразами, что без причины такой огромный Прорыв появиться не мог. Кто-то создал его, и не хотелось бы знать, какими жертвами.

Вскоре наша четверка предстала перед Уорреном. Капитан уже вовсю участвовал в боевых заданиях, хотя на руку по-прежнему была наложена лангета. Он только что закончил обсуждать план с другими капитанами и теперь раздавал команды ближайшим ловцам. Действуя разобщённо, мы стали бы лёгкой добычей, но капитаны предпочли потратить время, а не чужие жизни.

— Вы здесь? Оружие с собой? Хорошо. Будете помогать выжившим вместе с другими рекрутами. — Уоррен машинально проверил собственный пистолет. — Ваша задача — найти в центре людей и привести к месту сбора, там будет безопасно. Запомнили? Не сражаться, а спасти пострадавших. Мэгги, это в первую очередь к тебе относится.

Я скривилась. Можно подумать, одна я нарушала правила.

— Как мы попадём внутрь? Ворота закрыты, — справедливо заметил Рой.

Высокий металлический забор надежно скрывал, что за ним происходит. Но что бы там ни случилось, проблема была локализована. Открой ловцы ворота, и духи хлынут за пределы центра, чтобы добраться до Абендона. Риск был слишком велик.

— Зайдете через подземную лабораторию. Здесь четыре входа, отправим группы с разных сторон. Если проход завалило, возвращайтесь.

— И куда выводить людей? — вмешался Фред.

— Ты мне договорить дашь? Я как раз об этом. На южной стороне есть гараж, почти у забора. — Уоррен присел, подобрал валяющийся на земле сучок и палочкой схематично изобразил план. — Он полностью обит железом. Духи к нему не сунутся.

— А почему не вывести людей сразу? — робко заикнулась я.

— Среди спасённых могут оказаться одержимые, нет никакой гарантии, что они не натворят беды, оказавшись на свободе. А в железном гараже ни один дух не вытерпит. Если кому-то станет плохо, мы заметим. Вопросы? Или начнете наконец спасательную миссию? — Он отбросил сучок и встал.

Фред ответил за всех, и, больше не тратя времени, мы поспешили в парк, ко входу.

* * *

Узкая тропинка увела нас в дальнюю заросшую часть парка. Рекруты нечасто здесь бывали: слишком далеко от школы и близко к ЦИПу. Какое-то время мы шли вдоль забора, и доносящиеся с той стороны крики заставляли испуганно вздрагивать. Призрачные твари были близко, чувствовали нас, но не могли приблизиться.

Тропинка привела к каменной пристройке, похожей на электрическую подстанцию. Окон в ней не было, рядом с рыжевато-бурой дверью стояло двое ловцов: первого, мужчину с обожженным лицом, я видела в школе, он был куратором одной из десяток. Второго, помоложе, я раньше не встречала.

— Они бы еще кого помладше отправили, — скривился молодой, окинув нас неприязненным взглядом. — Я Сэм, а это Керри. Если хотите вернуться живыми, слушайте нас во всем.

Шрамолицый комментировать не стал, толкнул дверь и первым зашёл внутрь.

В полупустом помещении валялись старые газеты, какие-то склянки, стояли коробки и поломанная мебель. Наклонившись, Керри с кряхтением откинул заваленную газетами крышку люка. Судя по состоянию лестницы, ходом давно не пользовались. Держась за металлические, частью проржавелые скобы, мы спустились в подвал.

Я отряхнула ладони от кусочков прилипшей ржавчины. Внутри было темно, хоть глаз выколи.

— Тут есть свет? — поинтересовался Дин.

Пока спускались, он зацепился за вылезший из скобы болт и порвал рукав рубашки. Хорошо, что не расцарапался: кровь могла привлечь духов.

Керри слепо поводил рукой по стене. Раздался щелчок, и узкий коридор впереди осветили тусклые лампочки. Защищённые от ударов толстым стеклом, они были вмонтированы в стены и соединены длинными разноцветными проводами. Выложенный плитками пол подтопило по щиколотку, но местами оставались сухие островки, по которым можно было перебраться, не замочив ноги.

Когда мы оказались под ЦИПом, стало холоднее. По стенам расползся иней, под ногами захрустела корка льда, местами настолько плотная, что по полу можно было не идти, а скользить. Ловцы замедлились, прислушиваясь, и не зря: впереди что-то скрежетало, приближаясь. В лицо ударил ледяной ветер, отозвавшись предательским покалыванием в груди. Я знала один класс духов, способных вызвать такой резкий перепад температур. А-класс. И последняя встреча с таким духом закончилась моей безвременной кончиной.

— В боковой коридор, живо! — Сэм буквально выкинул нас с линии удара.

Меня впечатало в неровную каменную кладку, но грех жаловаться. Удар огромным хвостом секундой позже размазал бы меня по ней тонким слоем.

— Не высовывайтесь, — низким голосом скомандовал Керри, с пистолетом наготове выжидая, когда тварь покажется из коридора.

Следуя приказу, мы вжались в стены, но были наготове: оружие братья носили с собой, а колокольчики я не снимала даже на ночь. Долго ждать не пришлось. Огромная чешуйчатая гадина с мордой крокодила и вытянутым телом с острым гребнем выскочила из проёма и бросилась на ловцов.

Химера двигалась неловко, переваливалась с бока на бок, но короткими лапами перебирала очень быстро. Выстрел Керри ненадолго придержал ее, хоть и произвел обратный эффект: обожженная железом, тварь заметалась, задевая хвостом стены и низкий потолок, грозя похоронить нас заживо. Я всё же заиграла «тишину» — химера замерла, и я поймала ее взгляд, завораживающий, злой.

Сэм не стал выжидать, пока химера справится с моей мелодией, запрыгнул на нее и со всего размаху ударил стилетом, прибивая верхнюю челюсть к нижней.

— Что встали? Идём дальше, — дождавшись конвульсий, шумно выдохнул он и поморщился, скатываясь с бока: успел приложиться рукой о плотную шкуру твари. Насчет моего вмешательства Сэм не сказал ни слова.

Скорость продвижения упала до черепашьего шага. Коридоры становились запутаннее, а узких извилистых ответвлений появлялось всё больше. Как пояснил Керри, они вели к местной кухоньке, санитарным комнатам, складам. В какой-то момент мне показалось, что мы заблудились, но постепенно потолки стали выше, неотёсанный дощатый пол сменили ровные плиты, такая же облицовка из серого камня пошла вдоль стен.

Под ногами хрустела ледяная корка, и при дыхании изо рта вырывалось облачко пара.

— Мы под ЦИПом, — предупредил Керри, включив фонарь. Освещения катастрофически не хватало. — Когда окажемся на первом этаже, дальше вы сами за себя. Будьте внимательнее.

Очередной поворот закончился железной лестницей, люк над которой, вероятно, был разворочен встретившейся нам тварью. Лестница уцелела, хоть перила и валялись на полу смятой грудой металла. Поднявшись, мы оказались на первом подземном этаже ЦИПа. В свете фонарей гранитные стены поблескивали проходящими по ним металлическими полосами, производя впечатление нотного стана, где вместо нот — кровавые пятна, длинными росчерками пересекающие стены.

Меня затошнило, и я отвернулась, тут же увидев у стены тело в нелепой неестественной позе. Клочья некогда белого халата выдавали в нем сотрудника центра. Помогать тут было нечем, разве что упокоить, чтобы жестокая смерть не породила очередного духа, вот Сэм и подошёл к трупу, очерчивая вокруг соляной круг.

— Что, детишки, не передумали? А то можете вернуться, пока не поздно, — несмотря на смысл слов, в голосе ловца не звучало насмешки. Скорее, констатация факта — если пойдем дальше, обратного пути не будет.

Фред прошел мимо него с каменным лицом, Дин отстал всего на шаг. Рой был нашим замыкающим, и я почувствовала, как он сжал мою руку.

Это был выбор каждого. Но что бы здесь ни случилось, мы обязаны спасти выживших. Я глубоко вздохнула и заставила себя сделать шаг, ступая на изломанный окровавленный пол.

* * *

Ловцы ушли. У них было свое задание: расправиться с заполонившими здание духами. Нам же предстояло найти выживших и выжить самим: в темноте, среди кучи жаждущих нашей смерти тварей. Мы методично и скрупулезно заходили в каждую палату, высвечивали следы разрушений, но пока безрезультатно. Подземные этажи цыплята посещали нечасто. Сюда приводили преступников, здесь лечили одержимых, которых не сразу удавалось привести в чувство, но чаще всего ни те, ни другие в ЦИПе не задерживались.

Вторую жертву мы нашли у автомата с питьевой водой — Рой едва не споткнулся о вытянутые ноги и, чертыхнувшись сквозь зубы на нашу работу, осыпал место солью. С ужином я простилась там же. Химера убивала быстро, но жестоко, и второго трупа в окровавленном халате я не выдержала.

Черт возьми, это было ненормально — отправлять нас сюда! Я сомневалась, что теперь смогу спать без кошмаров, что вообще смогу спать! Раньше я сетовала, что мне не снятся красочные сны. Стоило быть осторожнее в своих желаниях.

А для начала выбраться из передряги живыми.

— Мэг, ты как? — Дин подскочил ко мне, приобнял за плечи.

Я вывернулась, сплюнула желчь и, порывшись в кармане, кинула в рот мятную жвачку. Острый вкус перебил горечь. Я наконец продохнула, но все равно старалась не смотреть на грязный пол под ногами.

— Справлюсь. Идёмте.

Спустя несколько пустых разгромленных палат мы убедились, что пришли не зря. В шкафу для одежды за металлической дверкой раздался чих, и мы обнаружили испуганную, но живую белокурую девочку. Она пряталась среди халатов. И как она здесь очутилась? Ребёнок кого-то из персонала? На вид ей даже пяти лет не было! Пока я гадала, Рой опустился перед ней на корточки.

— Тебя прислал папа? — строго спросила у него девочка. — Он сказал, чтобы я никуда не выходила, пока за мной не придут.

— Да. Твой папа попросил тебя забрать, — глазом не моргнув, соврал Рой. — Идем, мы отведём тебя в безопасное место.

Он протянул малышке ладонь, и та, крепко схватившись за него, послушно вылезла из шкафа. Девочку пришлось брать на руки, угнаться за нами она не могла.

— Давай не будем тащить ребенка через этот ад, — остановив командира, вполголоса предложил Дин. — Пусть кто-нибудь отведёт её к школе через подземный ход.

— А ты уверен, что в ответвлении не поджидает дух? Никакого разделения. Либо мы возвращаемся все вместе, либо вместе идём дальше, — отрезал Фред.

Малышка вцепилась в Роя, уловив суть нашего разговора, и отпускать не собиралась. Отвернулась, уткнувшись носом ему в плечо.

— Ясно, кэп, — буркнул Дин, уязвлённый его отповедью, и больше эту тему не поднимал.

План здания скорее путал, чем помогал — маленькие комнатки были запертыми складами, входы на лестницы находились под кодовыми замками, и повсюду царили хаос и разрушение. Пару раз мы натыкались на духов, но мелких, С-класса. Их уничтожали походя — в темноте некогда было разбираться, с кем имеем дело и насколько опасен вылезший из Прорыва. Мы не теряли надежды найти живых, но с каждым шагом шансы уменьшались.

— Последний коридор и поднимаемся, — предупредил Фред.

Почти сразу его слова перекрыл испуганный женский вопль.

— Последняя дверь слева, — сориентировался Рой.

Он передал девочку Дину, а сам бросился следом за убежавшим вперед командиром. Обогнал его. Я влетела в комнату третьей и увидела, как женщина со спутанными чёрными волосами отмахивается держателем капельницы от надвигающегося на неё духа. Тварь напоминала призрачную бабочку, размер крыльев которой достигал ярда.

Рой отчего-то замер, не спеша вмешиваться в драку.

— «Тишину», Мэгги, — бросил мне Фред, отодвигая его плечом в сторону.

Я заиграла на колокольчиках, сдерживая духа. «Бабочка» задергалась в незримых путах, а выстрел прервал ее трепыхания.

— Какого черта ты застыл, Рой? — огрызнулся командир, когда опасность миновала.

Тут спасенная женщина повернулась. Лицо было скрыто в тени, но я всё равно ее узнала.

— Скажите мне, что это шутка, — попросила я разом осипшим голосом.

Шумно пытаясь отдышаться, на нас исподлобья смотрела Ведьма. Волосы женщины свисали грязными сосульками, некогда длинные аккуратные ноготки были обломаны и обкусаны, а пижамный костюм вымазан кровью. Она стояла босиком на ледяном полу, судорожно сжимая бесполезную капельницу, и ее грудь ходила ходуном. Держатель со звоном упал на пол и покатился мне под ноги, а Ведьма раскрыла объятия, безумно улыбаясь.

— Сирена, ты пришла меня спасти!

Я отступила на шаг, наконец понимая поведение Роя и остро жалея, что заиграла на колокольчиках. Лучше бы бабочка ее сожрала. Я не хотела спасать Ведьму, из-за которой однажды побывала на том свете. Вдруг она по-прежнему способна меня контролировать?

Дин догнал нас и теперь смотрел на Ведьму с той же злостью, что и мы.

— Давай оставим ее здесь, — высказал он общую идею.

— Генри этого не одобрит, — с сожалением отказался Фред, тоже узнав ведьму. Он не был в курсе всех деталей нашего противостояния, но кто стоял за похищением Дина, мы не скрывали. — Мисс Паттерсон, вам придется последовать за нами. И без фокусов. Если будет подозрение на одержимость…

Он не договорил, а Рой демонстративно положил ладонь на кобуру с пистолетом. Догадавшись, что ей не рады, Ведьма опустила поднятые для объятий руки.

— По плану осматриваем этот коридор — и на выход, — сухо напомнил Фред, больше не обращая на нее внимания. — Мы с Мэгги идем первыми, за нами Дин. Тебе не тяжело нести? — Он посмотрел на Дина с малышкой на руках, но тот помотал головой. — Хорошо. Рой, пойдешь замыкающим. Мэгги?

Я обогнула Ведьму по большой дуге, встав рядом с командиром, и мы гуськом вышли в коридор.

Духов прибавилось, что было заметно и по создаваемому ими шуму, и по холоду, от которого ничто не спасало. Девочка на руках Дина стучала зубами, и Фред отдал ей куртку, чтобы немного согреть. Нам согреваться предлагалось самим, и мы старались как могли. По крайней мере, разминки на уничтожении духов С-класса никто не отменял.

Всё бы ничего, если не считать болтовню Ведьмы. Зря я рассчитывала, что она постыдится и будет молчать. Видимо, и ей не нашлось подходящей компании в Центре, вот она и стремилась нагнать упущенное для разговоров время.

— Не ожидала увидеть тебя здесь в роли ловца, — заявила она, сверля взглядом мою спину. — Мне не говорили, что ты выжила после нападения стража.

— А должны были сказать? — у меня вырвался истеричный смешок.

Я предпочла бы, чтобы Ведьма навсегда забыла о моем существовании. У меня забыть не получалось: ни приказов, от которых леденело тело, ни пробитой в груди дыры.

— Конечно, — убежденно заявила Ведьма, не замечая, как меня передергивает от звука ее голоса. — Ты моё любимое детище. Я переживала, знаешь ли.

— Я так тронута, что сейчас расплачусь, — не сдержала я сарказма, вспомнив, с каким равнодушием она в свое время предложила избавиться от Арлекина. У нее было весьма извращенное понятие о заботе.

— А что с твоими способностями? Ты до сих пор можешь контролировать духов? Это ведь ты заморозила ту тварь? — продолжила она забрасывать вопросами, а затем снизила голос до свистящего шепота: — Замри.

Я действительно остановилась и медленно повернулась к ней. Меня ощутимо потряхивало: от злости, что эта женщина до сих пор была жива и ничуть не изменилась.

— Не смей мне приказывать. Я больше не кукла. И никогда ею не была, — отчеканила я без прежнего страха. Наверное, я ударила бы ее, не вмешайся Фред.

— Мисс Паттерсон, вам лучше помолчать. Если вы не заметили, это не увеселительная прогулка.

Ведьма вздохнула.

— После заточения в камере не так уж и плохо.

Но совета послушала.

* * *

Призраки поджидали нас у выхода: стая голодных, озлобленных, в высоту едва по колено, но поджарых, как гончие. Они ходили у дверей, порыкивали на запертые створки и оставляли за собой светящийся дымчатый след, особенно заметный в темноте.

Парни переглянулись: нужен был другой путь. Генри предупреждал, чтобы мы не поднимали шума, а такое сражение не могло пройти незаметно. Командир поманил нас за собой в ближайший кабинет, где на стене висел аварийный план этажа. С минуту мы внимательно изучали его, подсветив и шепотом обговаривая варианты. Дин сориентировался первым, ткнул пальцем в карту.

— Эрнесто работал в ЦИПе, — пояснил он свой выбор. — Если поднимемся здесь, выйдем к операционной. Там куча металлической аппаратуры, духи не сунутся. И выход из здания недалеко.

— Вариант. Заодно если с другой командой встретимся, предупредим, чтобы сюда не совались, — согласился Фред.

Какими путями пробирались в лечебницу остальные ловцы, мы не знали. Зато точно знали, что мы не единственные, кто сейчас рискует жизнью.

С препятствием плану мы столкнулись раньше, чем рассчитывали. Проход на лестницу закрывала тяжёлая массивная дверь с кодовым замком и экраном для ввода. На попытку ввести пароль, который помнил Эрнесто, система выдала предупреждение об ошибке и двух оставшихся попытках. На всякий случай мы осмотрели стены и саму дверь, но подсказок не обнаружили: никто не удосужился выцарапать код на металлических створках.

Помощь пришла откуда не ждали.

— Один, девять, два, девять, — сказала сидящая на руках Дина девочка. До сих пор она вела себя очень тихо, крепко вцепившись ребят, несущих ее по очереди, и пряча лицо у них на груди. — Папа просил запомнить.

Фред набрал код. Дверь медленно отъехала в сторону, открывая тёмный проём. Командир выхватил узким лучом фонарика ближайший пролёт, посветил наверх и вниз. На лестнице никого не было, и мы зашли. Дверь за нами защелкнулась.

Первый этаж встретил красным аварийным освещением — ей-богу, в красном свете всё казалось куда страшнее, чем в темноте. Тонкие светящиеся линии вдоль стен показывали направление к выходу. Удивительно, что система противопожарной безопасности до сих пор работала.

Температура на этаже стояла на несколько градусов ниже, чем в подвальных помещениях, а значит, духов здесь было больше. То и дело тишину прерывали хриплый, каркающий смех, топот ног или пронзительный свист.

— Идём налево до второго поворота, и, если всё чисто, дальше прямо по коридору, — сверился с картой Фред и с пистолетом наизготовку двинулся вперед.

Левый коридор мы миновали без приключений, на повороте нашли застреленную ловцами химеру: крылатую белую змею с длинными усами, испускающую зловоние. Несколько духов С-класса кружились вокруг нее, питаясь мертвым телом, и меня снова чуть не вывернуло. А вот у Ведьмы желудок оказался послабее.

— Почему ты не прикажешь им отстать? — разогнувшись и вытирая рот тыльной стороной ладони, спросила она. — Давно могли бы пройти.

— Если отдать им одну Ведьму, это тоже их отвлечет, — парировала я. Вообще-то медиумы вступали в сражение последними. Если я останусь без сил, это больший риск. А силы нужны.

Дорогу мы выбрали удачную: на полпути к выходу услышали яростный спор из-за закрытых дверей лаборатории и наткнулись на двух лаборантов.

— Только не говорите, что вы, детишки, пришли спасать наши задницы! — воскликнул бородач в белом халате. Мужчина был контрактником. Об этом свидетельствовал и браслет на руке, и большой призрачный пёс, который жался к его ногам. Контракт с питомцем, а не человеком — большая редкость.

Вторым цыпленком оказался молодой блондин в теле, сначала с радостью вскинувшийся, а затем разом потухший при виде нас. Ясное дело, они ждали взрослых, умудрённых опытом бойцов, а не тощих подростков.

— Конкретно твою задницу мы можем отсюда не вытаскивать, — огрызнулся в ответ Фред. — Никто не ранен?

— Бок задели, но идти смогу, — откликнулся блондин и повернулся, показывая кровавое пятно на одежде. Задели сильно, раз кровь до сих пор шла. — Мартин в полном порядке.

— В порядке? Я был бы в порядке, если бы нас спасали профи. У нас вообще есть шанс выбраться отсюда таким составом? — допытывался бородатый. — Сколько раз вы проводили подобные операции? Или это первое задание? Так сказать, отсев новичков.

— Эй, мы не в том положении, чтобы выбирать, — окоротил его коллега. Вернее, попытался окоротить. Мартин слез с перевернутого шкафа и протянул руку к Фреду.

— Тогда дай мне пистолет, — безапелляционно заявил он. — Я хотя бы умею с ним обращаться.

— Я тоже. И это школьное имущество, не подлежащее передаче или продаже, — отказал командир. — Ты можешь остаться здесь, если не хочешь идти.

— Так и сделаю, — фыркнул бородатый, вернулся на свое место и демонстративно уселся на шкаф.

Призрачный пёс поднял голову и заскулил. Похоже, решение хозяина он не одобрял. Вторя псу, в коридоре что-то загрохотало — кажется, разбилось окно, а с потолка посыпалась штукатурка. Едва усевшись, Мартин вскочил, пытаясь сохранить остатки достоинства.

— Надо уходить, пока духи сюда не добрались, — пришел ему на выручку Рой: бородач слишком трепетно относился к своему эго.

Дин, стоящий ближе всех к дверям, выглянул в коридор, анализируя ситуацию.

— Они уже здесь. Разбили окно, пытаются сориентироваться, куда идти. Уверен, кровь они скоро учуют.

На последних словах блондин окончательно побелел, растеряв все краски.

— Мэгги, ты сможешь придержать духов? — деловито уточнил Фред.

Одно дело сражаться с парой-тройкой духов с прицепом в виде спасаемых, и совсем другое — иметь дело со стаей. Пусть не слишком большой, — я тоже посмотрела на духов, убедившись, что справлюсь с таким количеством.

— Смогу. Идите, я догоню.

Рой помедлил, и я мотнула головой, давая понять, что оставаться не нужно. Лучше не путаться под ногами. Не научившись контролировать свои способности до конца, я боялась задеть альтов.

Духи наконец учуяли кровь и повернулись к нам. Я насчитала с десяток не оформившихся безобразных клякс — руки, ноги, головы вылезали у них в самых неподходящих местах и так же странно терялись. У духов не было никакой иной цели, кроме как уничтожить всё живое на своём пути.

Тем проще мне совершить задуманное. Я выждала несколько секунд, подпуская их ближе — и запела. Раньше я боялась подчинять себе духов. Нормальные люди так не умеют, а чудовищем быть не хотелось, особенно после знакомства с Ведьмой. Но я опасалась зря. У каждого медиума были свои излюбленные приёмы, которые позволяли управлять духами. Неважно, голос или флейта, скрипка или барабанная дробь — природная способность превосходила игру колокольчиков. Нужно было лишь развивать свой дар, и именно этим я активно занималась последний месяц. Виртуозно петь не научилась, но для команды и такого голоса хватало…

Я пропела короткую жестокую мелодию, и висящее в воздухе напряжение дрогнуло вместе с последней нотой, ударив по ближайшим духам. Подействовало не хуже выстрела. Кляксы исчезали, лопались, как мыльные пузыри, не оставляя следов. Остальные духи отпрянули, и дожидаться, пока они придут в себя, я не стала. Рассыпала из мешочка остаток соли, создавая слабую временную преграду. Надо было убираться с этажа и ЦИПа, пока не поздно.

* * *

До ребят пришлось пробежаться. Гул чужих голосов нарастал. Перешёптывания призраков доносились отовсюду, они грохотали мебелью, разбивали окна. Со второго этажа раздался обычный человеческий крик, но быстро стих, захлебываясь в хрипящих стонах.

— Сколько мы выгадали времени? — уточнил Фред, глядя за мою спину. Пока коридор был пуст.

— Минут пять, не больше, — не стала обнадеживать я командира.

От главного входа донеслось, нарастая, тихое жужжание. Я заметила там сизое облако, выпускающее призрачные щупальца.

— Хорошо. Нам нужны свободные руки.

Он выразительно посмотрел на цыплят, и блондин без лишних слов забрал у Дина девочку. Лучше бы ее нес Мартин, он, по крайней мере, не был ранен. Но чернобородый помогать не спешил, а спорить было некогда.

Ведьма пристроилась поближе к нам. После встречи с местным персоналом она стала на удивление молчалива. Впрочем, остальные тоже молчали, обстановка не располагала к беседам. В этой части здания освещения не было вовсе, Фред вёл нас по темному коридору к выходу, а шипение и жужжание приближались.

— Дерьмо.

Услышать от командира ругательство было очень-очень странно, но я его прекрасно понимала: до выхода-то мы дошли, но дверь была закрыта наглухо. Вывороченная приборная панель висела на проводах и искрила.

— Дай посмотреть. — Мартин отодвинул Фреда от панели и тут же отдёрнулся от короткого удара тока. — Чтоб тебя!

Он добавил несколько слов погрубее.

— Сможешь починить?

— Да. Но нужно время, — больше не отвлекаясь, он взялся за ремонт.

Времени у нас не было. Духи все-таки преодолели соляной барьер и показались в дальнем конце коридора. Я прозвенела «холод», замедляя их, и тут же ощутила подкатившую слабость. Их много приближалось, куда больше, чем в первый раз.

Заметив, как меня повело, Дин тоже взялся за свирель.

Я словно снова оказалась в Лабиринте в злополучной ловушке. Вот только Генри, который нам помог, рядом не было. Пока Мартин разбирался с замком, отковыряв панель и пытаясь хитро скрутить провода, мы сдерживали духов как могли. Тех, кто прорывался, с боем встречали Фред и Рой, а я старалась не думать, чья именно кровь вдруг брызнула во все стороны.

Я настолько сосредоточилась на мелодии, что не сразу услышала, как за спиной зашуршала дверь, но холодный порыв ветра и свет прожекторов всё расставил по местам.

— Валим отсюда, быстрее, быстрее! — Мартин первым рванул к выходу, но далеко от здания не ушел. Во дворе разыгралось нешуточное сражение: призрачные твари даже не прятались, чувствуя, что могут противостоять ловцам. Ловцы же в первую очередь создавали безопасные коридоры, позволяя увести гражданских. Были здесь и наши наставники — МакДуглас, Картер… Нас заметили, махнули рукой, чтобы мы шли, и прикрывали до самого гаража.

Войдя внутрь, мы поняли, что здесь действительно безопасно. Мощные толстые стены, металлическая сетка по полу, стенам и потолку, двери, которые так просто не выломать. В гараже оказалось порядка тридцати человек. Они жались друг к другу, с надеждой смотрели на стоящих у стен ловцов и с опаской косились на выход.

Пациенты и цыплята, все одинаково измученные — сейчас различить их можно было разве что по одежде, — держались вместе, кто-то помогал раненым, кто-то успокаивал зашедшихся в истерике. Дети из прислуги Ведьмы держались отрешенно и друг с другом — Алекс тоже был среди них, но даже не смотрел в сторону двери.

Были здесь и ловцы: к стене привалился знакомый из общежития, зажимая повисшую плетью правую руку, и терпеливо ждал, когда врач дойдет до него. Фред тоже встал в очередь — одна из тварей прокусила ему руку, и он с трудом ей двигал. Братья организовали ему перевязку из подручных материалов, наши цыплята вместе с девочкой затерялись среди остальных, а я отошла в сторону, чтобы не путаться под ногами.

— Давай поговорим, Мэгги, — нависла надо мной Ведьма, и я не нашла сил, чтобы возразить.

Она была насквозь пропитана фальшью, начиная от робкой улыбки и заканчивая дрожащим от волнения голосом. Пальцы, схватившие меня, были ледяными, а хватка такой, что захочешь — не вырвешься. Я и не вырывалась. Подняла на нее взгляд — тяжелый, усталый.

— Убери руки.

— Не злись.

Ведьма хотела потрепать меня по щеке, но я увернулась и всё-таки сбросила её руку. Снова хватать меня она не стала, встала рядышком, наклонившись к моему уху, и горячо зашептала:

— А знаешь, смерть пошла тебе на пользу, ты стала увереннее и сильнее. В благодарность за спасение я решила поделиться с тобой информацией.

В подвохе я не сомневалась, но уйти не успела. Она лишь немного придержала меня за локоть, и первая же фраза заставила застыть на месте не хуже пресловутого приказа.

— Арлекина заперли в карцере на втором этаже. Сам он выбраться не сможет, дверь открывается снаружи. А ключ у вахтёра в столе.

— Ну ты и дрянь! — вырвалось у меня. Ведьма прекрасно знала, что я не брошу кузена.

— Вообще-то, я избавила тебя от мук выбора: спасать брата или остальных, — с деланной обидой возмутилась она. — Кем ты могла пожертвовать, кроме меня? Грейсами или той малышкой?

Я открыла рот, чтобы возразить — и промолчала. Крыть было нечем.

— Так-то, дорогуша. Мне вот своя жизнь точно дороже. — Ведьма выпрямилась и скрестила руки на груди. — А тебе?

Мой взгляд метнулся к Рою. В том, что он не отпустит меня обратно в ЦИП, я не сомневалась. Как не сомневалась, что Арлекина надо спасать.

— Я дам тебе фору несколько минут. Решайся! — сказала Ведьма, догадавшись, о чём я подумала. Подмигнула мне, пошатнулась и картинно упала в обморок.