Глава 16

Март завтракал в гостиной один. Мирта чем-то занималась на кухне. Пьетро увел Мрака к кузнецу, чтобы обновить подковы.

Поэтому, когда позвонили в дверь, маг прервал трапезу и сам пошел открывать.

Обнаружившийся на пороге Брэниган был одет в свой излюбленный темно-коричневый сюртук с бежевым шейным платком. А выражение лица… Особо впечатлительных таким взглядом можно довести до сердечного приступа.

Мартин впечатлительным не был.

– Доброе утро. – Маг скорчил гримасу и шире распахнул дверь. – Зачастил.

Однако брат короля не поддержал его шутливого тона; вошел в дом, впечатывая каблуки в пол, и не остановился до самой гостиной.

Март мученически закатил глаза к потолку, прикрыл входную дверь и последовал за гостем. В том, что утро (разгар дня – для всех остальных) выдалось добрым, он теперь сомневался.

– Рассказывай. – Палец Брэнигана уперся ему в грудь, едва маг вошел в гостиную. – Рассказывай все в подробностях. И лучше сначала мне, потому что если не расскажешь, то уже через пару часов сюда явится половина Гильдии магов и отряд королевской стражи, и говорить ты будешь уже с ними.

Мартин вздохнул. Помог на свою голову – вот как это называется.

Впрочем, чего-то в этом роде он и ожидал.

Прошлым вечером маг так и не рассказал Брэнигану, что делал в лесу и что выяснил. Покладистость и отсутствие настойчивости у брата короля уже тогда показались Марту подозрительными, и он решил, что тот просто отложил свои расспросы до подходящего момента. Хорошо, что этим моментом Брэниган посчитал хотя бы не раннее утро.

– Полагаю, королеве Оливии стало лучше, – спокойно отозвался маг. Вопросительной интонации в его голосе не было. Он вернулся к столику с недоеденным завтраком, опустился в кресло. – Присаживайся, – пригласил учтиво, сделав жест в сторону кресла напротив. – Мирта испекла блинчики, будешь?

На щеках Брэнигана заиграли желваки; он дернул плечом.

– Я сыт, – судя по интонации, полная фраза должна была звучать «сыт по горло». Лорд все-таки сел, но метать глазами молнии не перестал. – Оливии не просто лучше – ей гораздо лучше. Лекари разводят руками. Лионар в бешенстве.

В бешенстве из-за того, что ему все не разжевали и не положили в рот, как полагал Мартин. Какой-то там черный маг молча вышел из дворца, щелкнув короля по носу и не посчитал должным объясниться. Еще бы он не был в бешенстве.

Проблема состояла в том, что Март думал весь вечер и ночь, но так и не принял решения, как быть. Сказать правду или попытаться разобраться своими силами? Но какими силами он располагал? Утаить информацию до поры до времени? Сообщить Шкиперу, что белые пытаются их подставить, и предоставить тому самому во всем разбираться?

Не побывай Мартин во дворце лично, должно быть, он так и сделал бы. Однако он уже привлек к себе внимание – дальше некуда. Был ли смысл пытаться уйти в тень сейчас? Получилось бы у него? Вряд ли…

Март не спеша отпил чай из чашки. Брэниган все еще испепелял его взглядом.

Тянуть время стало бессмысленно. Отвертеться – уже невозможно. Врать и прикрывать белых – зачем?

– Записывать будешь? – уточнил маг, возвращая чашку на стол.

Брат короля скрипнул зубами.

– Я запомню.

Когда поздним вечером король потребовал Мартина на личную встречу, все уже было кончено.

Стража проверила всех белых магов, выезжавших через Северные ворота в последние недели, и обнаружила лишь троих: двух мелких сошек и самого главу гильдии Деллоусиса. Мелкие ездили собирать травы и в доказательство своих слов принесли магические клятвы. Деллоусис попытался давить на то, что не обязан отчитываться ни перед стражей, ни перед Королевским сыском. Тем не менее показания трех черных магов, которые осматривали королеву на предмет проклятий, поумерили его спесь.

Магические клятвы работают лишь на белых магах, потому общество априори и считает черных клятвопреступниками. Однако все трое опрошенных как один заявили, что к королеве глава гильдии отправлял их лично, велев не умничать и не выдвигать никаких версий, мол, без них, убогих, разберутся, лишь четко ответить на вопрос, есть ли проклятие.

Проклятия, естественно, не было.

Все трое видели зеленый мазок в ауре королевы. Двое из них понятия не имели, что это означало. Третий догадывался, что это как-то связано с нечистью, но, помня о напутствии белого главы и обещанных карах в случае лишней болтовни, смолчал. На вопрос, желал ли он смерти королеве, тот с самыми честными глазами ответил, что конечно же нет. Вряд ли это было правдой, но у стражи и у сыска нашелся маг, чья вина не была косвенной.

Впрочем, ненависть черных к королю не являлась тайной ни для кого. Поэтому черных оставили в покое, а вот за Деллоусиса взялись с энтузиазмом, и к вечеру признание было получено.

Обо всем этом Брэниган поведал Мартину уже по пути во дворец. Маг сидел в экипаже, смотрел в окно, поджав губы, и слушал. На душе было мерзко: он спас королеву, помог королю и обрек на смерть человека, которого ни разу не видел – лишь его ковер.

Бесспорно, Деллоусис заслужил казнь, на которую вскоре отправится и за измену, и за то, что пытался подставить черных магов, и Март не испытывал к нему сочувствия. Однако то, что он сам сыграл во всем этом ключевую роль, не радовало ни капли.

– О чем твой брат хочет со мной поговорить? – только и спросил маг, когда Брэниган закончил свой рассказ о поисках доказательств и их подтверждении признательными показаниями виновного.

Рикхард лишь пожал плечами.

– Поблагодарить? – произнес вопросительно, намекая на то, что сам не знает точных причин.

И соврал – у него даже аура завибрировала.

– Открытки было бы достаточно, – пробормотал Март, вновь уставившись в окно.

Во дворце их встретил отряд стражи и препроводил до кабинета правителя. Гильдийцев для контроля черного не обнаружилось, да и подозрительных взглядов поубавилось.

Кто теперь Март для них? Любимчик короля?

От этой мысли ему захотелось хлопнуть себя по лбу. А еще лучше – стукнуться им обо что-нибудь большое и твердое. Например, о ближайшую стену с роскошным барельефом.

В кабинете король оказался не один, а в компании уже хорошо знакомого Мартину Приуза, очевидно теперь повышенного в должности. Однако новое звание не прибавило белому магу радости. Напротив, стоя у королевского стола и переминаясь с ноги на ногу, он был непривычно хмур и бледен, словно за один день постарел на несколько лет.

Войдя вслед за Брэниганом, Мартин вежливо поздоровался с обоими. Приуз сдержанно кивнул, а вот сидящий за столом король встал и шагнул навстречу.

– Я у вас в долгу, – заявил Лионар и протянул руку.

Март с трудом поборол желание убрать руки в карманы. Пожимать ладонь убийце своей семьи не хотелось категорически. Но и не ответить на рукопожатие – означало бы оскорбить короля при свидетелях.

Скрепя сердце протянутую ладонь Мартин все-таки пожал.

– Присаживайтесь.

Сидеть в присутствии короля могли лишь члены его семьи и люди, возвышенные до определенного статуса самим правителем. Видимо, Приуз такого права не имел, потому и стоял у стола все это время.

Король вернулся в свое кресло. Брэниган принял приглашение и тоже сел.

Мартин бросил взгляд на стоящего истуканом белого мага.

– Благодарю, я постою.

Рикхард бросил на него предостерегающий взгляд, который Март с легкостью проигнорировал. Король же вновь мастерски изогнул бровь.

– Солидарность? – уточнил с любопытством.

«Воспитание», – хотелось сказать Мартину.

– Убеждения, – дал он более нейтральный ответ.

Король хмыкнул, но настаивать не стал. Однако по нему было заметно, что отказ его удивил. Очевидно, подобное разрешение среди подданных его величества считалось большим достижением.

– Что ж, тогда сразу к делу, – вздохнул король. Вид у него и правда был усталый. Видимо, в связи с вчерашними событиями, внезапным выздоровлением супруги и сегодняшним расследованием поспать ему в эти сутки не удалось. – Мартин, вы удивили меня и заинтересовали. У вас есть моя благодарность, и это не пустой звук. Подумайте, что вы хотите: землю, титул. – (У бывшего лорда Викандера дернулся уголок губ.) – Деньги, – продолжил король список, видимо, самых желанных наград и выжидательно уставился на Марта.

– Я подумаю, – пообещал маг, – ваше величество.

Следовало бы еще и поблагодарить, поклониться, поклясться в вечной верности – или что положено делать одаренным самим правителем? Но Мартин не шелохнулся.

«Кто приказал?!» – вскричал Ширадин, ворвавшись в пылающий дом.

«Приказ короля», – отчеканили ему в ответ…

Лионар задержал на нем взгляд, ожидая продолжения, но так и не дождался.

– Подумайте, – кивнул все еще благосклонно. – Но я вызвал вас к себе не только за этим, – ожидаемо продолжил король. Мартин даже не сомневался. – Вы ведь уже поняли, как плачевно обстоят дела с черными магами в гильдии. А ваши способности вкупе с вашей лояльностью к белым поражают. Я настаиваю, чтобы вы, Мартин, приняли предложение господина Приуза о работе в Гильдии магов. Разумеется, речь идет не о рядовых случаях, а о чем-то более серьезном, где понадобится ваш талант.

– Мы будем привлекать вас лишь по сложным вопросам, – вступил в разговор после кивка короля Приуз. – Вы будете числиться в штате, получать жалованье…

И будет всегда на виду, а заодно – на поводке.

Март сжал челюсти: его загнали в угол.

На Приуза Мартин не взглянул, смотрел прямо на короля.

– Я могу отказаться?

Лионар прищурился, вновь мимикой напомнив брата.

– Мне бы очень этого не хотелось.

Иначе говоря: нет. Отказ расценят как действие против интересов короны.

Март перевел взгляд на Брэнигана. Тот сделал большие глаза. Но Мартин уже все понял и без подсказок: его не отпустят.

Он разлепил губы.

– Как вам угодно, ваше величество. Но у меня одно условие.

Брэниган попытался подать ему знак, что не стоит зарываться, но Март сделал вид, что не понимает этой пантомимы.

– Какое? – Король же спросил даже весело – не привык, чтобы ему перечили.

Март почувствовал себя цирковой зверюгой, веселящей достопочтенную публику своими скачками по манежу. Вздохнул, унимая раздражение.

– Проклятия, нежить, нечисть, – перечислил твердо. – Любые вопросы, связанные с моей профессией непосредственно. Я не стану участвовать в арестах других черных магов и не стану патрулировать улицы.

Король задержал на нем пристальный взгляд, затем перевел глаза на нового главу гильдии.

– Учтите, господин Приуз. Мое согласие у вас есть.

– Будет исполнено, ваше величество.

– В таком случае я считаю нашу беседу оконченной, – подвел итог Лионар. – Вы можете идти. Господин Приуз с вами свяжется для оформления бумаг.

Не иначе как завтрашним утром, Март даже не сомневался. Гильдия теперь своего не упустит. Стоило выжить из столицы всех мало-мальски опытных черных магов, чтобы теперь гоняться за теми, кто владеет базовыми знаниями.

– Конечно же, ваше величество, – подтвердил Приуз.

Брэниган поднялся с облегчением на лице. Все это время он был крайне напряжен, будто боялся, что Мартин выкинет что-то недопустимое в присутствии брата.

– Пойдем, я тебя отвезу.

– До встречи, Мартин. – Король адресовал ему личное прощальное слово. – Буду рад вновь видеть вас. И не забудьте о моей благодарности. Я не люблю быть должным.

Значит, с радостью всучит титул или деньги – то есть то, что для него ничего не стоит.

Что ж, если королевская благодарность не пустой звук, Мартин предпочел бы приберечь ее до лучших времен. Например, если его уличат в противозаконных действиях или узнают о его связи со Шкипером. Отличная возможность вспомнить о королевском долге – может быть, тогда Лионар хотя бы соблаговолит позволить выбрать способ казни.

Брэниган уже шагнул к двери, но Март не шелохнулся.

– Я могу увидеть его?

Король, глубоко уверенный в том, что прощанье состоялось, удивленно моргнул.

– Кого именно?

– Господина Деллоусиса.

Лионар с Рикхардом переглянулись. Совсем не по-королевски.

– Зачем это тебе? – Брэниган задал вопрос за обоих братьев.

Мартин не стал лгать.

– Я хочу видеть человека, который пойдет на казнь из-за моих действий.

Деллоусис заслужил смерть и пополнит ту часть его коллекции «призраков», о которой он не станет горевать. Тем не менее даже не увидеть его казалось неправильным.

Брэниган послал брату умоляющий взгляд, мол, я же говорил тебе, что он странный. Король ненадолго задумался, но, видимо, не нашел причин, чтобы отказать.

– Рикхард, будь добр, проводи гостя, куда он просит.

Брэниган кивнул и на этот раз подхватил Мартина под локоть.

– Пошли, – зашипел в ухо. – Хватит уже.

– А вы, господин Приуз, задержитесь, – услышал Март уже на пороге. – Нам нужно обсудить с вами ваши новые полномочия…

Мартин вернулся домой затемно, уставший и мрачный.

Мирты уже не было. В гостиной на диване спал, свернувшись калачиком, Пьетро.

– Господин! – Мальчишка вскочил, когда хлопнула дверь; потер кулаками глаза и вытянулся по струнке. – Простите, господин!

Март тоже потер глаза совсем не «по-господински», поморщился.

– Прекрати извиняться. – Можно подумать, диван стал хуже от того, что на нем поспал бывший раб. – Ты ждал меня, что ли?

Пьетро потупился, покраснел.

– Я беспокоился, господин. Вы же уехали с человеком из сыска.

Мартин покачал головой.

– Это хороший человек. – (Просто знакомство с ним здорово осложнило ему жизнь. Март бросил плащ на кресло и сел на недавно покинутый мальчиком диван; скривился, глядя снизу вверх на стоящего Пьетро, вспомнив топчущегося перед столом короля белого мага.) – Присядь, я не кусаюсь.

Подросток неуверенно кивнул и присел на самый край сиденья на противоположном краю дивана: спина напряженная, руки – на коленях. Казалось, весь Пьетро состоял из противоречий: беспокоился за него, но при этом боялся приближаться, был готов выполнить любой приказ, но наотрез отказывался перестать звать господином, сколько бы раз его об этом ни просили.

Мартин откинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза – смертельно устал.

– Сегодня я видел человека, приговоренного к казни, – заговорил через несколько минут, не открывая глаз. Пьетро сидел тихо, как мышь. – У него кабинет с дорогим хрусталем и позолоченными кубками, пушистый ковер и прочие мелочи, говорящие о нем как о заносчивом, алчном и властолюбивом типе. Он совершил страшное преступление, которое, если бы у него все получилось, повлекло бы за собой ужасные последствия… А на вид он похож на доброго дедушку… Как было бы хорошо, если бы люди внешне соответствовали своим поступкам. Насколько стало бы проще…

– Я… не понимаю, господин…

Март резко распахнул глаза. Пьетро и правда смотрел на него растерянно и немного испуганно.

Маг покачал головой.

– Извини, забылся. Иди спать, я посижу.

Пьетро вскочил на ноги, будто сидеть для него было мукой, и теперь он испытал огромное облегчение.

– Принести вам чего-нибудь, господин?

Разве что заклятие, которое все упростит или снимет в один миг серьги со всех черных магов, не повредив их носителям. Или…

– Ничего не нужно. Беги.

Март вновь прикрыл глаза и услышал быстрые удаляющиеся шаги.

Он ехал в столицу, чтобы связаться с сопротивлением, чтобы противостоять королю и бороться с установленным им режимом, а не для того, чтобы работать на Лионара. Почему все опять так запуталось?

И Шелли до сих пор не выходит на связь. Значит, следов Виты найти не удалось.

Март встал и налил себе выпить. Он не собирался напиваться, напротив, горечь алкоголя отрезвляла.

Удастся найти сестру или нет, план оставался прежним: ему нужен Шкипер.

Кто знает, может, служба в гильдии откроет перед ним новые возможности и все не так плохо, как кажется на первый взгляд?

Только нарушать правила с той же легкостью, как в захолустном Прибрежье, здесь не удастся. Придется играть по правилам.

По правилам.

Почти.