Глава 19

Следующий день Мартин начал с посещения портного. Как бы он ни хотел не появляться на балу среди великосветских снобов, приглашением открытка называлась только из вежливости – фактически это был самый настоящий приказ короля, которого нельзя было ослушаться.

Здравый смысл подсказывал, что знание в лицо представителей высшей знати столицы, а также парочка новых знакомств могли оказаться полезными. Однако желания присутствовать на вечере от этого не прибавилось.

От портного маг отправился к сыскарю, который наконец-то дал о себе знать этим утром, как и прежде пригласив его к себе в контору с помощью магпочты.

Секретарь Шелли встретила Марта гостеприимной улыбкой и немедленно проводила в кабинет начальника – сыскарь ждал. Сидел за столом, обложившись кипой бумаг, и что-то в них просматривал, сдвинув круглые очки на нос.

– Мартин! – Шелли расплылся в улыбке. – Вы, как всегда, пунктуальны, – привстал и протянул руку для приветствия.

Март сдержанно улыбнулся, ответил на рукопожатие.

– Я ценю чужое время, – занял место для посетителей. – И свое тоже. Давайте сразу к делу. Вы ничего не нашли?

То, что Шелли – любитель не только выискивать информацию, но и расспрашивать заказчиков о них самих, маг понял уже давно и откровенничать не собирался.

Сыскарь хмыкнул, оценив его прямоту, и уже ожидаемо виновато склонил голову.

– Мне жаль, Мартин, искренне жаль. Я всегда делаю для своих клиентов все, что могу. Но когда что-то мне не по силам, предпочитаю честно в этом признаться. Девушка по имени Марта пропала бесследно, и о том, что она, вероятно, все еще жива, я могу лишь догадываться по тому, что ее след затирали намеренно.

Март вздохнул. В глубине души он знал ответ сыскаря заранее: все было ясно еще во время прошлой встречи. Тем не менее у него в душе еще теплилась слабая надежда на то, что Шелли сумеет сделать невозможное.

Не смог.

– Вы считаете, что она сама заметала следы? – спросил Мартин, давая умирающей надежде последний шанс.

Лицо Шелли оставалось предельно серьезным, он положил руки на стол и переплел пальцы.

– Вряд ли это было выгодно кому-то еще.

– Ее убийце? – предположил Март.

Сыскарь не спешил с ответом: сначала тщательно обдумал высказанное предположение и лишь затем уверенно покачал головой.

– Убийца заметает свои следы, а не следы своей жертвы, – уголок его губ пополз вверх, – или это какой-то особенный убийца, каких я еще не встречал.

– Но вы уверены, что следы именно прятали?

– Абсолютно. – На этот раз Шелли ответил не раздумывая. – Вырванные страницы из регистрационных книг, пропавшие записи с блокпостов – везде, где изначально прослеживался путь вашей сестры, остались лишь дыры. Возможно, обратись бы вы ко мне пару лет назад, все было бы иначе. – Сыскарь расцепил пальцы и развел руками. – Но теперь я вынужден признать поражение, – затем замер, выжидательно глядя на посетителя.

Повисла пауза.

– У вас ко мне какой-то вопрос? – не выдержал Март. Если снова начнет расспрашивать про расплавившиеся звенья серьги, то все равно не услышит ни капли правды.

Лицо Шелли сделалось задумчивым.

– Помните, я предлагал не брать с вас плату за последующую работу, если ничего не найду? Так вот, возьму, потому что я ее действительно заслужил. – Мартин удивленно приподнял брови, не понимая, к чему сыскарь ведет, а тот потянулся к ящику стола и извлек из него толстую тетрадь в кожаном потертом переплете. – Держите, – положил на столешницу и подвинул к краю, ближе к посетителю. – Думаю, вам стоит это сжечь.

Маг не шелохнулся.

– Что это? – спросил напряженно, не спеша брать в руки загадочный «подарок».

– Скажем так… – Шелли вновь переплел пальцы, принимая свою излюбленную позу и внимательно глядя на клиента, как всегда пытаясь рассмотреть больше, чем ему хотели показать. – Это моя компенсация вам за то, что не смог выполнить заказ. Берите, берите, она не отравлена.

Вот уж о яде Март подумал бы в последнюю очередь; протянул руку, взял тетрадь, раскрыл. Имена и цифры, много имен и цифр – даты и суммы. Все написаны разными чернилами, некоторые – торопливо и небрежно, другие – аккуратно и тщательно выведены. Одно не вызывало сомнения: писал это один и тот же человек, но в разное время. И этот почерк Мартин видел не в первый раз.

– Откуда она у вас? – Маг не верил своим глазам. Неужели сыскарь, вместо того чтобы искать Виту, перерывал приют Халистера?

А в том, что эта тетрадь принадлежала старому Халу, он был уверен.

– Оттуда, откуда вы подумали, – не стал юлить Шелли. – Видите ли, я уже как-то нелестно отзывался о тех умельцах, которых вы нанимали до меня. Выскажусь еще раз. Вы говорите о дате, когда некто увез вашу сестру в неизвестном направлении. Но не говорите о себе.

– Я рассказал вам довольно много, – огрызнулся Мартин, уже чувствуя, что завершение речи сыскаря ему не понравится.

– Рассказали, – согласился тот, снисходительно улыбнувшись. – А также солгали, что в тот момент уже находились в приюте Хэлла Халистера.

– Это так.

– Откройте пятьдесят девятую страницу. – Шелли указал подбородком на тетрадь, которую Мартин все еще держал в руках. – Откройте, откройте. Страницы пронумерованы. – (Маг нахмурился, но совету последовал.) – Третья строка на странице, – подсказал сыскарь.

Впрочем, уточнение уже не требовалось. «Мартин. 500 золотых…» – и дата: тот самый день, день смерти его родителей.

Март сглотнул ставшую вдруг вязкой слюну; вскинул на сыскаря глаза.

– Это ничего не доказывает.

– Доказывает, – не согласился Шелли, все еще миролюбиво улыбаясь. – И немало показывает для любого, кто умеет думать. Полтысячи золотых монет – огромная сумма, что само по себе наводит на определенные мысли. И дата – достаточно заглянуть в архив и поискать, что важного произошло в тот день. – Мартин крепче сжал зубы, но сдержался, чтобы не запихнуть старую тетрадь прямо в глотку зарвавшемуся сыскарю. – А выйдя на информацию о пожаре в поместье Викандеров, – как ни в чем не бывало продолжал тот, – хватит одного взгляда на генеалогическое древо этой семьи, чтобы понять, что к чему. И дата, и то, что юные Викандеры были близнецами, мальчиком и девочкой. Полагаю, если потянуть за конец нити и вскрыть их могилы, доказательств того, что ваше настоящее имя – Виттор Викандер, будет больше.

Мартин захлопнул тетрадь, и в воздух взвилась пыль от старых страниц.

– С кем еще вы поделились вашими догадками?

Шелли выглядел абсолютно спокойным, будто они разговаривали о совершенно обыденных вещах, например, о погоде.

– Ни с кем, – заверил сыскарь. – Тайник Хэлла Халистера со временем утратил магическую защиту, и мой человек сумел его вскрыть. Но записи он не читал, даю вам слово. В своих людях я уверен.

Пятьсот золотых… Ширадин заплатил за него пять сотен. Естественно, за такую сумму Халистер подделал официальные бумаги о приеме нового воспитанника. И не менее естественно, что уделял ему затем повышенное внимание – заинтересовался, понял, что Март не простой смертный.

– Чего вы хотите? – резко спросил маг.

Но Шелли не утратил спокойствия и от грубого тона; покачал головой.

– Ничего. Я по натуре искатель. Вы и ваша сестра – своего рода вызов мне и моим способностям. А так как ее я не нашел, эту тетрадь я просто отдаю вам в качестве извинения. Без нее никаких доказательств тому, что вы не тот, за кого себя выдаете, нет.

Если только Ширадин тоже не оставил себе «зарубку на память».

Не произнося ни слова, Март сжал тетрадь между ладонями, и она вспыхнула черным пламенем.

Шелли услужливо пододвинул к нему мусорную корзину.

Возвращался домой Мартин пешком. Мрака сегодня он намеренно оставил дома, так как и контора Шелли, и ателье находились в центре города – на расстоянии, доступном для пешей ходьбы. Шел не спеша, глубоко погруженный в свои мысли, и не обращал внимания на косые взгляды прохожих, как всегда с подозрением глядевших на всех, в чьем ухе блестела серьга.

То, что у Хала осталась-таки тетрадь с записями о неофициальных доходах, для Мартина стало открытием. Он сам бессовестно копался в вещах учителя вскоре после его смерти, но не нашел ничего, что могло бы быть связано с ним или с Ширадином. Выходит, у Халистера имелся защищенный тайник, который Марту тогда открыть было не под силу. Впрочем, в этом нет ничего удивительного – шесть лет назад он еще многого не знал.

А что случилось бы, если бы Шелли оказался не благородным разгадывателем тайн, а, скажем, шантажистом? Или еще лучше – фанатичным подданным короны? Пошел бы и сдал его властям. Что случилось бы тогда? Как отреагировал бы король на то, что кто-то из рода, который он приказал уничтожить, выжил? Повторил бы попытку уничтожить?

Март на минуту задумался о том, что, возможно, Шелли ошибался и был вариант с «необычным» убийцей: если бы люди короля первыми вышли на Виту и узнали, кто она такая, вполне могло статься, что его величество велел бы стереть след ее существования везде, где только возможно. Однако эта версия не была жизнеспособной потому, что, найди король Виту, с легкостью вышел бы и на него. Шелли выяснил правду первым за все эти годы вовсе не потому, что Мартин хорошо прятался – его просто не искали. Король был уверен, что никто из Викандеров не выжил.

Эти выводы давали надежду, что сестра все еще жива, просто не хочет, чтобы ее нашли. Ищет ли она брата или давно уехала из страны, предпочтя все забыть? Увы, на эти вопросы ответить было некому.

Март с досадой пнул попавшийся под ноги камень и ускорил шаг.

Настроение сделалось совсем скверным.

Вечерело. Солнце было еще высоко, но уже клонилось к закату. Стало прохладнее, оживилась мелкая мошкара.

Март помахал рукой перед своим лицом, отгоняя стайку назойливых мух, и вошел в ворота. Сегодня он велел Пьетро сделать довольно большое письменное задание. Следовало проверить работу мальчишки, а потом приниматься за изучение древнего фолианта.

Он занимался древней книгой каждую минуту свободного времени, однако до сих пор не продвинулся дальше половины. А в последние дни свободного времени почти не было. Оставалось надеяться, что этой ночью гильдии он не понадобится и удастся провести ночь за книгой.

Однако сегодня мироздание решило побаловать его сюрпризами: сначала Шелли открыл правду о том, кто он на самом деле, теперь… теперь Рикхард Брэниган, сидящий на его крыльце и о чем-то мирно беседующий с Пьетро.

Странно, за воротами не было ни экипажа, в котором прибыл брат короля, ни его коня. Тоже выбрал пешую прогулку? Или отпустил экипаж потому, что решил задержаться?

– Господин! – Пьетро заметил Мартина первым и вскочил на ноги, вытянулся по струнке.

Маг поморщился.

– Я же просил тебя звать меня по имени.

– Не при посторонних! – отчеканил мальчишка, будто служивый, отчитывающийся старшему по званию.

Мартин еле сдержал смех. Надо бы потом объяснить Пьетро, что если чего-то нельзя делать при посторонних, то и называть их в лицо посторонними тоже не стоит. Объяснить на будущее, потому что это не тот случай.

– Лорд Брэниган не посторонний, – ответил Март, заметив, как лорд, внимательно следящий за их разговором, приподнял брови.

Маг в ответ пожал плечами: а чего он ожидал? Того, что будет называть его другом, а Март в ответ открещиваться и делать вид, что они едва знакомы?

Брэниган ухмыльнулся.

Пьетро проследил за их пантомимой круглыми непонимающими глазами и выпалил все в той же манере:

– Все равно не могу, господин! – Брэниган бессовестно рассмеялся в кулак, пользуясь тем, что парнишка стоял к нему спиной. Март адресовал гостю «страшный» взгляд. – Я могу идти, господин?

– Иди, – разрешил маг. – Задание сделал? – Тот усердно закивал. – Хорошо, я позже проверю.

– Хорошо, господин! – отчеканил пацан; быстро взбежав на крыльцо, скрылся в доме.

Март вздохнул и тоже подошел к крыльцу. Сел рядом с Брэниганом; оперся локтями о ступеньку выше и прикрыл глаза, откинувшись назад и подставив лицо заходящему солнцу.

– Ты учишь его грамоте?

– Угу, – отозвался маг, не открывая глаз. – Он способный.

– И просишь его звать себя по имени.

Мартин приоткрыл один глаз и покосился на гостя.

– Я же не какой-нибудь важный лорд.

Брэниган усмехнулся.

– Не буду говорить тебе о том, что истинного лорда отличают хорошие манеры, а не снобизм.

– Не говори, – разрешил Март и снова прикрыл глаза. Пауза затягивалась, а гость явно не спешил просвещать его, зачем пожаловал. Тем более вспомнилось, что прошлая их беседа завершилась тем, что Мартин послал его к черту. – Ты зачем здесь? – Убедившись, что Брэниган не собирается заговаривать первым, маг решил исполнить долг хозяина дома. – Полагаю, не арестовывать? Иначе под изгородью уже ждал бы конвой.

– Вообще-то извиниться. – (От неожиданности Март распахнул глаза и выпрямился.) – Вот. – Брэниган достал из-за своей спины бутылку вина. – Предлагаю выпить за примирение.

Мартин посмотрел на него с укоризной: зачем он снова притащил с собой выпивку?

– Вообще-то у меня есть в доме вино.

– Знаю, – весело согласился Брэниган и приподнял свою бутылку повыше, чтобы Март мог разглядеть этикетку. – Это оно и есть. Пьетро принес – я его попросил.

Мартин рассмеялся и только теперь понял, что с момента выхода из конторы Шелли был как натянутая струна.

– Дай сюда. – Он нагло отнял у Брэнигана бутылку, провел ладонью над пробкой; та взмыла в воздух и упала к ногам в траву. Маг отпил прямо из горлышка и протянул гостю бутылку.

Рикхард хмыкнул, но вино принял.

– Решил продемонстрировать свои «нелордовские» манеры? – поинтересовался, тоже сделав большой глоток.

Март бросил на него снисходительный взгляд.

– Нет, ты просто не принес стаканы. – Тот лишь дернул плечом, мол, без надобности, и маг отобрал у него бутыль назад. – За что извиняться-то?

Брэниган мгновенно посерьезнел и подобрался.

– За то, что на какое-то мгновение поверил, что ты мог быть тем убийцей.

Выходит, всего на мгновение… Ну надо же.

– Но ты же вроде бы потом передумал и поверил, что это не я, – напомнил Мартин, вновь передавая бутыль. Обиженным и нуждающимся в извинениях он себя точно не чувствовал.

– Но подумал, – настаивал на своей вине Рикхард, и Март не стал его красноречиво разубеждать.

Отмахнулся:

– Не важно. Забыли.

– Но я рад, что сегодня мое мнение было подкреплено фактами, – продолжил старший уполномоченный. Маг приподнял брови в ожидании пояснений. – Нашелся свидетель, который видел, как ты выходил из лавки, а Глу, живой-здоровый, закрывал за тобой дверь. А потом он заметил, как туда входил светловолосый мальчишка. К тому же эксперты подтвердили, что удар нанес кто-то, кто гораздо ниже тебя. Так что тот мальчишка – наш главный подозреваемый.

Неужели Шкипер нашел какого-то сильного юного мага и отправил его выполнять грязную работу?

– Хорошо, – коротко отозвался Март и отпил из горлышка в очередной раз. На голодный желудок крепкое вино быстро ударило в голову.

Помолчали.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, наступили сумерки. В траве застрекотали кузнечики.

– Ты ведь знаешь, кто это мог быть? – вдруг спросил Брэниган.

Март покосился в его сторону: тот сидел совершенно расслабленно и смотрел вдаль. Не обвинял, не допрашивал – интересовался.

– Догадываюсь, – буркнул маг.

– Шкипер?

Глупо было бы предполагать, что Рикхарду, с его-то должностью, неизвестно это имя.

– Полагаю, да. – Мартин не стал лгать.

Брэниган наконец перевел на него взгляд.

– Ты знаешь, кто он?

Маг покачал головой.

– А ты?

Рикхард скривился.

– Если бы, – сказал с сожалением в голосе. – Никто даже не знает, мужчина это или женщина.

От такого предположения Март мгновенно протрезвел.

– Шкипер может быть женщиной?

– Или тем мальчишкой, – отозвался Брэниган.

Мартин всерьез задумался, не могла ли Шкипером быть Жиль. Что, если она нашла способ скрывать свою настоящую ауру и поэтому казалась слабым магом? Не считая низкого уровня дара, Жиль как нельзя лучше вписывалась в образ.

В этот момент Рикхард выругался и хлопнул себя по шее сзади, убив пристроившегося туда комара.

Март усмехнулся: черных магов насекомые не трогали, лишь мельтешили перед глазами.

– Пошли в дом, что ли, – начал он вставать. – Бутылка все равно уже почти пустая.

Брэниган посмотрел с недоверием.

– Опять напьемся?

Маг поморщился, представив, сколько времени в этом случае потеряет.

– Не лучшая идея. Но надо же спасти гостя от комаров. Какой я тогда друг, если позволю им заживо сожрать тебя на своем крыльце?

Рикхард подозрительно прищурился.

– С каких это пор мы друзья? – передразнил мага, припомнив фразу, сказанную им накануне.

Март не остался в долгу.

– С тех самых. Заходи, лорд, не стой столбом!