Глава 20

Стоящий напротив молодой человек выглядел как отпрыск знатного семейства. Сюртук насыщенного темно-синего, чернильного, граничащего с черным цвета, сшитый точно по фигуре, выгодно подчеркивал высокий рост и разворот плеч. Белый накрахмаленный шейный платок оттенял темную ткань сюртука, по контрасту делая кожу своего обладателя менее бледной и вынуждая его держать подбородок приподнятым, а спину прямой.

Темно-синие глаза, одежда под цвет им, аккуратно собранные сзади каштановые волосы, темные брюки, начищенные до блеска сапоги… Да, молодой человек, бесспорно, выглядел как отпрыск знатного семейства, аристократ, привыкший к великосветским приемам. Наверняка на королевском балу он смотрелся бы своим, вписался в круг знати… если бы не серебряное кольцо в левом ухе и два старых, но заметных ожога на шее под ним. Край нижнего круглого шрама частично прикрыл платок, но скрыть ожоги полностью оказалось невозможно. Да и незачем: серьга – сама по себе яркий опознавательный знак.

Мартин вздохнул и отвернулся от зеркала.

Шрамы на предплечьях чесались под плотно прилегающей тканью, и он с куда большим удовольствием остался бы дома в рубахе с закатанными рукавами, чем собирался на бал. Увы, ослушаться короля и не явиться, проигнорировав приглашение, стало бы откровенным вызовом венценосной особе. Враг в лице короля ему точно не нужен. Что принесет безродному магу открытый конфликт с правителем? В лучшем случае – тюремное заключение, в худшем – костер.

У Марта было слишком много планов, чтобы так опрометчиво лишить себя шансов на их осуществление. А значит – королевскому балу быть.

В дверь постучали.

– Входи, Петь! – откликнулся маг, почувствовав, кто пожаловал.

Дверь деликатно приоткрылась, а посетитель скромно замер на пороге.

– Господин, там экипаж подъехал.

– Уже иду. – Мартин повернулся, осматривая комнату на предмет непредназначенных для чужих глаз вещей. Все было в порядке и на своих местах – в тайниках. Можно ехать.

– Ух ты! – ахнул за его спиной Пьетро, наконец рассмотрев мага во всей красе. – Господин, вы сейчас и правда как самый настоящий высокородный лорд! – в восхищении выпалил мальчишка.

Он и есть самый настоящий высокородный лорд, если на то пошло. Но разве это имеет значение?

Март снисходительно улыбнулся.

– По-твоему, лордом делает одежда?

Мальчик смутился.

– Простите, господин… Нет, конечно нет.

Мартин собрался, отбросил от себя ненужные мысли, выпрямил плечи.

– Вот и я так думаю, – потрепал Пьетро по вечно взъерошенным волосам и направился к выходу. Мальчик посторонился, с почтением склонив голову. Март замер на пороге, обернулся через плечо. – Спину передо мной не гни, – сказал строго.

И направился к лестнице.

Несмотря на то что Мартин жил недалеко от королевского дворца, на дорогу ушел почти час.

Центральные улицы были переполнены богатыми экипажами и сопровождающими их конными отрядами. Стоило Марту выехать из своего переулка, его экипаж тут же попал в «пробку» – очередь из карет тянулась насколько хватало глаз, а уже через минуту стал, кажется, десятым в очереди: гости все прибывали.

Март покачал головой, посочувствовав организаторам праздника, перед которыми король поставил почти непосильную задачу – организовать прием такого количества гостей меньше чем за неделю. Насколько знал маг, на подготовку к подобным мероприятиям уходило порой от нескольких месяцев до целого года: украшение зала, закупка продуктов, составление меню, репетиции музыкантов, создание сценария вечера с программой развлечения гостей.

Мартин усмехнулся: а король жесток к своим подданным. Должно быть, аристократы, узнав о скором празднике, рвали на головах волосы, подыскивая подходящие наряды.

Это Март пошел и заказал костюм, который сшили за пару дней. Знатные дамы тратили недели, чтобы придумать образ и прическу, не говоря уже о том, чтобы сшить и еще тридцать раз перешить наряд, пока, по их мнению, он не достигнет совершенства.

Мартин помнил с детства, как подруги матери, заезжавшие к ним на великолепные пироги Эльзы, всегда сетовали, что до бала осталось каких-то полгода, а у них до сих пор не нарисован эскиз платья.

Вита переняла их поведение лет с пяти: всякий раз перед походом в гости закатывала родителям истерики, если ее собирались нарядить в уже однажды надевавшееся платье, и требовала пошить новое. Лорд Викандер качал головой на такое поведение дочери, но не возражал. Леди Викандер смеялась, что у них растет настоящая модница, которая явно пошла в бабушку, а не в мать. Сама Луиза Викандер могла позволить себе не шить новое платье для каждого выхода просто потому, что порой не хотела тратить на это время, а ее шкаф и без того ломился от всевозможных нарядов, как и положено знатной леди. Тем не менее дочери, как и супругу, она никогда не отказывала.

Воспоминание о сестре мгновенно стерло усмешку с губ Марта.

Где она сейчас? Жива ли? Носит ли красивые наряды, как мечтала всегда? Ходит ли на балы?

Увы, ответить было некому. Если даже Шелли не смог…

Мартин прикрыл глаза и откинулся на подголовник сиденья.

Он все же надеялся, что Вита жива и здорова. Лишь бы была счастлива, а встреча подождет.

Да, лишь бы была жива, здорова и счастлива…

На территорию королевского дворца пропускали медленно, сверяясь со списком гостей, проверяя документы и подлинность приглашений. Судя по тому, как разворачивали и отправляли восвояси некоторые экипажи, не обошлось и без авантюристов, пытающихся попасть на бал нелегально.

Март уже рассчитывал провести следующий час в ожидании своей очереди, но дверца его экипажа вдруг распахнулась.

– Привет! Не заскучал? – В проеме появилась улыбающаяся физиономия Брэнигана.

– Ничего себе. – При виде друга Мартин даже присвистнул. Обычно Рикхард щеголял легкой небритостью, а сегодня был гладко выбрит. Но впечатлило мага не это, а парадная форма сотрудника Королевского сыска – ярко-зеленая, с золотистыми лацканами, манжетами и лампасами на брюках. – А кавалерийские сапоги обязательно? – хмыкнул Март, разглядев на обуви шпоры.

Брэниган поморщился.

– Шутить изволишь? Форму не меняли уже лет двести, – посмотрел укоризненно. – Это, между прочим, повод для сочувствия, а не для насмешек. – Лорд шире распахнул дверцу. – Ты идешь или предпочитаешь вздремнуть? Держу пари, с той скоростью, с которой проводят проверку, еще успеешь выспаться.

– Предпочитаю спать в собственной постели, – огрызнулся Мартин, с готовностью покидая экипаж.

– Я тоже так подумал, – в тон ему откликнулся Рикхард, отступая и освобождая место.

Оказавшись снаружи, маг осмотрелся. Трехэтажный дворец и раньше выглядел величественно, а к празднику его украсили дополнительной иллюминацией: прямо над входом в воздухе размашисто помахивала на ветру крыльями иллюзорная птица, увитый плющом балкон обнял гигантский цветок, лепестки которого переливались всеми цветами радуги, что смотрелось особенно эффектно в наползающих сумерках.

– А белые расстарались, – прокомментировал он.

Брэниган дернул плечом.

– Обычная практика. Народ впечатляет.

– Даже меня впечатляет, – согласился Март, прикидывая в уме, сколько пришлось использовать магических накопителей, чтобы поддерживать подобные светящиеся иллюзии на протяжении вечера и всей последующей ночи. По всему выходило, что потраченной энергии хватило бы на освещение целого квартала, причем в течение нескольких месяцев.

– Пойдем, – заторопил Рикхард. – Не люблю толпу. – Он бросил досадливый взгляд на стоящий следующим в очереди экипаж, все больше и больше подпирающий тот, в котором приехал Март, будто мог ускорить этим процесс проверки пропуска.

Маг расплатился с возницей и направился к воротам за Брэниганом, ловко лавирующим между ожидающими позволения въехать в королевский двор.

Охрана у ворот не спросила ни приглашения, ни документов. У дверей дворца – и вовсе не взглянула в их сторону.

– Я начинаю привыкать к этому месту, – усмехнулся Март.

А оно – к нему. Это пугало: слишком уж частым гостем он стал в королевском дворце.

– К хорошему быстро привыкаешь, – отозвался Брэниган, за что получил от мага тяжелый взгляд. – Пойдем в бальный зал. Музыканты уже играют, так что первые гости могут выпить и перекусить в ожидании официального открытия. – Рикхард бросил взгляд на массивные часы на своем запястье, которых Мартин раньше не замечал. – Еще три четверти часа как минимум. Лионар обычно дожидается, когда последнего гостя впустят в ворота. Сегодня все идет с задержкой.

Учитывая, в какой спешке было организовано мероприятие, ничего удивительного.

Март не стал возражать и даже не сомневался, что бальный зал больше понравится ему полупустым, чем наполненным расфуфыренными гостями.

– Кстати, отлично выглядишь, – бросил на него взгляд Брэниган. – Очень уместно. Познакомлю тебя сегодня с сестрой.

Мартин, с интересом рассматривавший лепнину на стенах (в этой части дворца он еще не был), от неожиданности даже замедлил шаг.

– В чем связь моего внешнего вида и твоей сестры?

– Не знаю, – Брэниган сделал невинные глаза. – Мне кажется, ты ей понравишься.

Не будь это Рикхард, Март оскорбился бы или рассмеялся от подобного заявления. Вместо этого он спросил на полном серьезе:

– Ты сводник, что ли?

В ответ тот неопределенно пожал плечами.

Сестре Брэнигана должно было быть чуть за двадцать – крайний срок для замужества по меркам аристократов. Если к двадцати пяти девушка оставалась не замужем, в глазах общества она переходила в разряд старых дев. Поэтому Март мог понять, что Рикхард хотел пристроить сестру поскорее, но… Существовало одно громадное непреодолимое «но».

– Ты же в курсе, что у меня даже родовое имя – владельца приюта? – осторожно поинтересовался Мартин.

– В курсе, – ответил Брэниган, выражая крайнюю степень довольства собой. – А ты в курсе, что моя мать была незнатного рода до тех пор, пока мой отец на ней не женился? – Март полагал, что в зале вряд ли окажется хотя бы один человек, которому не известна эта история: такие скандалы не забываются. – По завещанию отца моя сестра Корнелия в любом случае наследует половину его состояния, кем бы ни был ее избранник.

Март не поверил своим ушам.

– Он что, так и прописал в завещании?

– А то! – Рикхард усмехнулся, явно гордясь своим приемным отцом. – Так и написал: «Завещаю моей дочери Корнелии выйти замуж только по любви, вне зависимости от статуса ее избранника».

Маг не сдержал улыбки: покойный лорд Брэниган умудрялся шокировать общество и нарушать его законы даже из могилы.

– Но я-то тут при чем? – тем не менее спросил друга с укором.

Рикхард развел руками.

– Я просто рассматриваю все варианты.

Март только отмахнулся.

Пусть себе рассматривает. В любом случае на приеме придется с кем-то общаться. И что-то подсказывало ему, что сестра Брэнигана, воспитанная тем же человеком, что и ее брат, должна оказаться не худшей компанией.

Музыка была слышна уже в коридоре, становилась то громче, то тише – в такт распахивающимся и закрывающимся дверям, через которые сновали слуги с подносами, полными закусок.

– Лорд Брэниган! – Один из слуг догнал их у самого входа в бальный зал. – Его величество велел вам зайти к нему в кабинет. Он ждет.

Рикхард мученически закатил глаза, а затем адресовал Мартину извиняющийся взгляд.

– Осваивайся тут без меня. Я постараюсь быстро.

В ответ маг скорчил гримасу.

– Постараюсь не заблудиться, – о том, что он не нуждается в няньке, упоминать не стал.

Брэниган кивнул и пошел в обратном направлении, а принесший весть слуга склонился перед Мартином в полупоклоне.

– Позвольте проводить вас в зал, господин? Еда, напитки?

– Спасибо, я найду, – отказался Март и двинулся к дверям.

Он не любил, когда перед ним гнули спину. Отец когда-то лично проводил инструктаж обслуживающего персонала перед приемом на работу: отучал от излишнего раболепия, принятого у большинства аристократов. Так что это въелось в него с детства.

Мартин даже усмехнулся, представив ту же Эльзу, с поклоном ставящую перед господами поднос с пирожками. Впрочем, Вита тогда, наверное, пришла бы в восторг от подобного зрелища.

Музыка в зале была довольно громкой, но не раздражающей: позволяла слышать находящегося рядом и мешала подслушивать разговоры тех, кто не желал быть услышанным.

Сам зал был разделен на зоны: прямо по центру – трон короля и чуть поменьше для королевы; слева – зона для музыкантов; справа, вдоль огромных окон, доходящих до пола, – зона с круглыми столиками, поставленными по прямой линии на небольшом расстоянии друг от друга, чтобы гости могли выпить и подкрепиться; дальше зона с мягкими диванами и большое пустое пространство по центру – для танцев.

Не испытывая ни голода, ни жажды, Мартин направился к диванам.

Гостей в зале уже собралось человек тридцать. Дамы блистали украшениями, дорогими нарядными платьями и прическами различных форм и стилей, видимо, пытались переплюнуть друг друга. Взгляд мага выделил юную аристократку с оголенными плечами и распущенными волосами, в которые она вставила цветок, закрепив его над ухом, и женщину с наверченной прической-башней, возвышающейся над головой своей хозяйки едва ли не на половину ее роста.

Большинство присутствующих были знакомы друг с другом. Они сбивались в группки у столиков, пробовали вино и закуски, осматривали зал.

Внимание Мартина привлекла одна девушка. Ее прическа не стремилась дотянуться до потолка, а вырез платья не пытался оставить свою обладательницу без одежды. Высокая, стройная, с небольшой грудью. Никаких оголенных участков тела – наоборот: длинные кружевные рукава облегали тонкие руки до самых кистей, а высокий ворот-стойка из того же бежевого кружева почти полностью прикрывал изящную шею. Длинные темно-каштановые волосы на спине доходили до талии и заканчивались аккуратными завитками, впереди же были заплетены у висков и прихвачены аккуратными, не привлекающими внимания заколками. Ни тиары, ни ожерелья, ни крупных колец – девушка была одета очень скромно, в отличие от остальных присутствующих в зале дам, что волей-неволей притягивало к ней взгляд, но в то же время дорого и со вкусом.

Однако внимание Марта привлекла не только красота девушки, но и ее спутник. Вернее, манера их общения. Молодой светловолосый человек в бледно-голубом сюртуке активно жестикулировал, что-то доказывая девушке, смотревшей на него с откровенной скукой во взгляде, и даже несколько раз пытался сократить между ними расстояние, однако та всякий раз отступала. Когда же девушке надоело навязчивое внимание собеседника и она направилась к одному из пока никем не занятых столиков, тот не только поспешил за ней, но и обогнал почти бегом, преградил путь, снова начал что-то доказывать. Скука на лице брюнетки в бежевом сменилась раздражением. Тем не менее пыл поклонника это не остудило, а даже раззадорило. Он попытался взять девушку за руку. Она высвободила ладонь. Поклонник же откровенно грубо схватил ее за локоть, потянул на себя.

Подобное поведение на королевском приеме считалось просто вопиющим. Однако другие гости даже не повернули головы в сторону зарождающегося конфликта, продолжая мирно беседовать и потягивать вино.

Что ж, видимо, за время, прошедшее с детских лет Мартина, взгляды высшего общества стали куда свободнее. В прежние времена не умеющего себя вести молодого человека вывела бы из зала охрана – прежде чем он успел распустить руки.

Вмешаться?

Девушка выглядела загнанной в угол. Она попробовала высвободить руку, но кавалер, напротив, притянул ее к себе и что-то быстро зашептал на ухо. Девушка слушала и морщилась.

Март встал с дивана и неспешной походкой прошелся вдоль столиков. Вмешиваться в, возможно, семейное выяснение отношений он не хотел. Мужчина не делал ничего страшного, просто вел себя по-хамски и явно вынуждал спутницу терпеть его общество. Вдруг они муж и жена? Жених и невеста? Тогда его вмешательство будет глупым.

Остановившись за несколько столиков, маг налил себе воды (пить спиртное сегодня он не планировал), сделал глоток и остался стоять со стаканом в руке, уже откровенно наблюдая за странно ведущей себя парой. Наконец перехватил взгляд девушки, вопросительно приподнял брови. Она поняла, уверенно кивнула. Март поставил стакан на стол.

– Ты с кем там перемаргиваешься? – подойдя ближе, он услышал визгливые нотки в голосе молодого человека в голубом.

– Со мной.

Блондин был примерно одного с девушкой роста, то есть на две ладони ниже мага, и ему пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в лицо подошедшему.

– А вы?.. – По-женски пухлые губы пренебрежительно скривились при виде серьги.

Мартина так и подмывало ответить: «Особенный гость короля», – но он сдержался.

– Ее спутник на сегодняшний вечер, – ответил маг твердо.

Физиономия мужчины вытянулась. Девушка же оскорбленной не выглядела, уже хорошо.

– Оливер, я же сказала, что пришла не одна и твоя навязчивость неуместна, – произнесла она, приподняв подбородок. Наконец вырвала свою руку из захвата резким нетерпеливым движением. – Рада видеть, – затем тепло улыбнулась Мартину, как старому знакомому, и уверенно перенесла свою ладонь на сгиб его локтя. – Уведите меня отсюда, – прошептала, почти не разжимая губ. Не заметить серьгу она не могла, но в то же время не испугалась коснуться черного мага.

– А как же?.. – кажется, искренне удивился Оливер.

– Нет, – отрезала девушка. – Просто – нет. – Она явно устала это повторять.

Ответный взгляд отвергнутого кавалера ясно говорил: «Это мы еще посмотрим». Тем не менее ему хватило инстинкта самосохранения, чтобы не ввязываться в конфликт с черным магом.

– Спасибо, – выдохнула спутница, стоило им отойти от блондина. – Вы меня спасли. Еще немного, и я влепила бы ему пощечину, получился бы скандал.

Вблизи девушка была еще красивее: темно-карие, почти черные глаза, длинные ресницы, отбрасывающие тень на скулы в свете ярких потолочных ламп, нежная кожа без единого изъяна.

Когда в последний раз ему хотелось просто смотреть на девушку и не отводить глаз?

Глупость какая.

Март даже мотнул головой, избавляясь от наваждения.

– А он?..

– Решил жениться на мне, чего бы это ему ни стоило, – резко ответила спутница, не дав закончить вопрос. – И ему наплевать на мое мнение.

– Может быть, он так отчаянно влюблен? – предположил Март.

В том, что в такую девушку можно влюбиться, он не сомневался ни минуты. Однако в поведении блондина в голубом маг заметил лишь агрессию и собственнические замашки. Так смотрят на неправильно функционирующую вещь, а не на возлюбленную.

Девушка поморщилась.

– Безответно влюблен в деньги моего отца, – ответила она без тени сомнения. – Проводите меня на воздух, пожалуйста, – попросила уже мягче. – Если я уйду одна, он будет преследовать.

– С удовольствием, – с улыбкой согласился маг.

И не солгал. Пока бал не начался, он мог позволить себе полюбоваться девушкой еще несколько минут.

А потом появится Брэниган, король официально откроет праздник, и все вернется на круги своя.

Они вышли на террасу, вход на которую располагался сразу за последним в ряду столиком, перед диванной зоной.

На улице уже совсем стемнело. Луны не было, однако праздничная иллюминация дворца давала достаточно света, чтобы хорошо видеть спутницу и окружающие предметы: узорчатое ограждение и несколько лавочек с фигурными спинками и причудливо изогнутыми ножками.

Едва они оказались вне зоны видимости навязчивого кавалера, девушка убрала свою руку с рукава Марта и обняла себя за плечи; поежилась.

– Простите, я обычно не кидаюсь на каждого встречного, – попросила она с усталой улыбкой, шагнула к ограждению, чтобы посмотреть на ярко украшенный двор. Разноцветные блики иллюзорного цветка заиграли на ее коже.

Март подошел ближе, но сохранил дистанцию.

– Вам не за что извиняться, я рад был помочь.

Она повернула к нему голову, виновато улыбнулась.

– Боюсь, вам придется потанцевать со мной, иначе Оливер сразу поймет, что его обманули.

«Придется»… Он танцевал бы с ней весь вечер, если бы мог.

Где же запропастился Брэниган, когда он так нужен? Пришел бы, заговорил бы о чем-нибудь серьезном…

Мартин оперся на перила и тоже посмотрел вниз. Второй этаж, но очень высокий. У ворот все еще не рассосалась «пробка». Похоже, Рикхард был прав, мероприятие начнется куда позже, чем ожидалось.

– А танцы с черным магом не повредят вашей репутации? – спросил он, глядя прямо перед собой и предпочитая сразу задать этот неудобный вопрос. Может, в минуту волнения девушка все же не заметила того, что любому бросилось бы в глаза в первое же мгновение.

– Дайте-ка подумать, – задумчиво протянула она. – Подумала, – объявила тут же. – Не повредят. Ну или же повредят гораздо меньше, чем если бы я принародно отвесила пощечину наследнику лорда Ширадина.

Марта будто холодной водой окатили. Он резко обернулся к залу, но в дверном проеме был виден лишь слуга, расставляющий бокалы на крайнем столике.

– Оливер – сын лорда Ривена Ширадина?

Спутница посмотрела на него через плечо.

– Нет, – ответила коротко, однако ее тон отчего-то ясно дал понять: «Конечно же нет!» – Оливер – его племянник. У лорда Ширадина был только один сын, Торед, но он скончался в прошлом году. – Девушка помрачнела. – Он был чудесным человеком, как и его отец. А Оливер… разбазарил большую часть состояния и ищет, где бы пополнить капитал… – Она резко замолчала. – Простите, похоже, я жалуюсь.

Отчего-то, убедившись, что неприятный тип в голубом сюртуке не сын Ширадина, Март почувствовал облегчение. За столько лет маг много раз менял свое мнение о друге отца, но так или иначе, он был обязан ему жизнью.

Мартин повернулся к спутнице; улыбнулся.

– Жалуйтесь на здоровье.

В темноте, нарушаемой лишь подсветкой дворца, ее глаза сияли удивительно ярко.

Она повернулась вполоборота и протянула руку.

– Я Нелл, – ни полного имени, ни упоминания рода, на деньги которого так охотился Оливер Ширадин.

– Март, – так же коротко представился маг, аккуратно пожав тонкую кисть.

– Март, – повторила девушка, все еще блестя глазами; склонила голову к плечу. – Я вас раньше здесь не видела, Март. Вы недавно в столице?

– Пару месяцев.

Нелл улыбалась, вглядываясь в его лицо. И все казалось настолько правильным, что Мартину захотелось стукнуться головой обо что-нибудь твердое.

Скорей бы пришел Брэниган и познакомил его со своей сестрой, как обещал. Может быть, общение с другой девушкой сумеет его отвлечь? Что за странная реакция, в самом-то деле?

– Март, а пойдемте танцевать? – вдруг предложила Нелл; в ее глазах заплясали озорные искорки.

Мартин посмотрел на нее с сомнением. Привлекать к себе внимание он, как всегда, не хотел. А пара, танцующая в полупустом зале, когда бал еще официально не открыли, волей-неволей к себе это внимание привлечет.

– Но ведь праздник еще не начался, – попробовал он отказаться.

– Но ведь музыка уже есть, – ответила Нелл ему в тон. – Признайтесь – вы просто боитесь отдавить мне ноги! – Она вдруг развеселилась, и Март подумал, что и сам, как идиот, хочет все время улыбаться.

Он подал ей руку.

– Если это вызов, то я обязан его принять, леди?..

Она на мгновение нахмурилась.

– Просто Нелл.

Видимо, ее полное имя говорило само за себя и она не хотела вмешивать в их знакомство деньги отца, на которые покушался надоедливый Оливер. Мартина это полностью устраивало.

Титулы огласит церемониймейстер, для танца с красивой женщиной они не нужны.