Глава 11

Гоня Мрака к дому, Март задавался вопросом, почему он так радел только за свои тайники, спрятанные в них документы и книгу. Ведь именно их маг опутывал «щитами», ежедневно перепроверял, все ли в порядке, волновался. Почему же успокоился, поставив на дом всего лишь сигнальные руны? Да, нельзя было оплести «щитом» весь дом при наличии постоянно входящих и выходящих людей. Но ведь можно было банально нанять охрану! Грубую силу, никак не связанную с магией.

А ведь даже нежданный ночной визит Виты не навел его на эти мысли.

Обычно люди не суются в дом к черным магам – на это был главный расчет.

Мартин беспокоился, что люди Шельеса могут напасть на Пьетро на улице, а потому запретил им с Густавом покидать двор. Не ожидал такой наглости… Недосмотрел…

И теперь, влетев в распахнутые ворота и увидев то, что увидел, маг понял, что все, что случилось, – его рук дело.

Не предусмотрел…

Густав лежал прямо на каменной дорожке, ведущей от ворот к крыльцу. На боку, с неестественно вывернутой рукой, с лицом, превращенным… в фарш.

– Март! – окликнул его примчавшийся следом Брэниган, должно быть, предупреждал, что стоит быть осторожнее, чтобы не повредить возможные улики.

Но маг уже спрыгнул с коня и на негнущихся ногах двинулся к инвалиду. Кровь, а ее натекла целая лужа, хлюпнула под сапогами.

Мартин дотронулся до шеи Густава. Он был еще теплый – руна сработала меньше получаса назад. Теплый и абсолютно, бесповоротно мертвый – с такими ранами не живут. Полголовы всмятку. Тут же валялось бревно, которым наносились удары, перепачканное кровью и мозговым веществом убитого.

– Ма-а-арт, – осторожно позвал Брэниган. Негромко и почти ласково, словно обращался к малышу, который играл, играл да и разбил любимую игрушку, а теперь смотрит на осколки, поджав губы, еще не поняв, что произошло, и не успев заплакать.

Мартин не ответил, замер на корточках возле мертвого тела. Прикрыл глаза, слушая свой дар: дом был пуст. Не стоило бегать по этажам в поисках Пьетро и драть горло, зовя его в надежде, что услышит, – поблизости мальчика не было.

Март шумно выдохнул через сжатые зубы, потянулся к сапогу.

– Рик, уйди, – не просьба – приказ. Не до шуток и сантиментов.

Прошло меньше часа, у него есть шанс сработать чисто…

– И не подумаю.

Мартин резко обернулся и вперился в Брэнигана убийственным взглядом. Но тот упрямо покачал головой.

Друг, поддержка, помощь… А еще старший уполномоченный Королевского сыска. Не работник гильдии, конечно, но за то, что собирался сделать Март, обязаны были арестовать и препроводить к месту казни как те, так и другие.

– Как знаешь, – огрызнулся маг.

Задрал рукав левой руки и провел по коже лезвием: поперек, у самого запястья.

Кажется, до Брэнигана только сейчас дошло, что он задумал.

– Март, ты же не…

Он – да.

Маг не ответил. Перехватил рукоять ножа в уже порезанную руку и сделал надрез на втором запястье. Кровь потекла вниз, пачкая ладони и скатываясь на неподвижную грудь мертвеца.

Мартин еще ни разу не видел на Густаве эту рубаху. Должно быть, новая. Вот и обновил…

Когда крови вылилось достаточно, маг распростер руки над убитым. С кончиков пальцев полилась черная энергия. Кровь служила прекрасным проводником. Ритуал прошел бы и без нее, но тогда на него ушло бы больше времени. С кровью же дух недавно умершего мужчины откликнулся мгновенно. Над телом появилось голубоватое свечение.

Некромантия в чистом виде. Страшное умение, запрещенное еще раньше, чем магия рун. Сейчас можно было с легкостью вернуть дух обратно в тело и поднять его, сделать условно живым. Заставить двигаться и разговаривать. Если нужно – даже убедить мертвеца в том, что он до сих пор жив, а смерть ему лишь почудилась.

Март приподнял ладони выше, и свечение потянулось из тела за его руками.

Когда из голубоватой субстанции соткался образ Густава, за спиной тихо выругался Брэниган.

– Мартин? – Призрак часто заморгал, не веря тому, что видит. Потом опустил взгляд на собственные синевато-прозрачные руки, ниже… и увидел, что его торс выходит прямо из его же собственного безжизненного тела. – Я умер? – удивление, непонимание.

– Прости, – глухо откликнулся Март, все еще держа руки вытянутыми, чтобы дух не вышел из пограничного состояния. Стоило сейчас оборвать связь, призрак так и остался бы в мире живых. – Ты помнишь, что произошло?

Густав, завороженно рассматривающий свой труп, вздрогнул и вскинул на мага глаза.

– Петя! – призрачное лицо исказилось мукой. – Вы нашли Петю? Они забрали его!

– Шельес?

Ему нужно было услышать, что его догадки верны. Он больше не мог позволить себе ошибок.

Густав нахмурился.

– Они не называли имен. Твердили: «Вернешься к хозяину, хозяин ждет».

Март скрипнул зубами.

– Спасибо тебе, Густав, – постарался сказать как можно мягче. – Покойся с миром.

– Спаси его, – в последний раз произнесли призрачные губы. Без злости и обвинений. Словно сидящий перед ним в луже крови маг был ни в чем не виноват.

– Спасу, – твердо пообещал Март и, скрещивая, резко прижал одно перерезанное запястье к другому.

В небо ударил столб света и тут же погас. Перед магом на каменной дорожке лежало только тело. Дух Густава упокоился.

Мартин поднялся в полный рост, опустил рукава, даже не потрудившись перевязать кровоточащие раны.

– Март, погоди! – бросился за ним Брэниган. – Что ты собираешься делать?

Маг уже взлетел в седло непривычно смирного Мрака, обернулся через плечо.

– Убивать.

И, не дожидаясь реакции друга, выехал за ворота.

Шельес не был настолько знатен и богат, как Брэниганы. Он жил в обычном городском двухэтажном доме, территорию которого опоясывал высокий забор, полностью скрывающий все, что творилось внутри.

Рикхард догнал его уже почти у дома. Конь Брэнигана значительно уступал Мраку в скорости. А тот словно понял, что его любимый Пьетро в беде, мчался во весь опор, как никогда раньше, и даже ни разу не огрызнулся на седока.

– Март, мы можем его арестовать. Ты можешь выдвинуть официальные обвинения. Можно все сделать по закону.

Можно, тут Брэниган был прав. Пьетро больше не раб и не принадлежит Шельесу. Закон на стороне Мартина как опекуна мальчика. Шельесу действительно выдвинули бы обвинения, вероятно, выписали бы штраф. Но даже если бы и арестовали, то когда? Имело бы это для Пьетро какое-то значение?

Спешившись у высоких ворот в два человеческих роста, Март бросил на Брэнигана мрачный взгляд.

– Не. Мешай. Мне.

Последствия – после. Сейчас нужно вытащить мальчика, пока этот негодяй не успел сломать его окончательно. А в том, что Шельес привез к себе Пьетро именно для того, чтобы ломать, Март не сомневался: если бы у того не было на подростка далеко идущих планов, тело Пети нашел бы возле тела Густава.

– Я могу велеть им открыть ворота именем короля, – серьезно предложил Брэниган. – У меня есть полномочия.

А пока одни будут открывать ворота, другие уберут следы преступления: не получилось повеселиться – так надо затереть следы.

– Да-а? – издевательски протянул Март. – А я могу так, – и впечатал ладонь в створку ворот.

По толстому металлу побежали огненные трещины, образуя паутину, словно кто-то бросил камень в тонкое стекло. Запахло расплавленным железом. Створка рухнула на каменную кладку двора, подняв небольшое облачко пыли и искр.

Брэниган не произнес ни слова. Молча перешагнул расплавленное нечто, бывшее минуту назад частью ворот, и последовал за Мартом.

На шум выскочила охрана. Двое. Огромный рост, бугры вздымающихся мышц, бритые головы. В отличие от Мартина, Шельес своей безопасностью не пренебрегал.

Март вскинул руку, и ближайшее дерево с толстым стволом и раскидистыми ветвями, нависающими над подъездной дорожкой, вырвалось из земли, обламывая мощные корни, и снесло охрану с пути, будто бумажные фигурки в детской игре. Маг даже не замедлил шага. Следующей слетела с петель дверь.

Мартин не помнил, когда в последний раз чувствовал такую всепоглощающую ярость. Особенно когда понял, откуда именно светит тусклый свет знакомой ауры – второй этаж, там, где обычно располагаются спальни.

Из прилегающего помещения выскочил долговязый мальчишка, попытался преградить путь. Никакой магии, никаких эффектов – Март просто ударил его и отбросил в сторону. Следующий напал на Брэнигана, тот тоже справился без лишних промедлений.

Охранники во дворе были наемниками, подготовленными взрослыми мужчинами. А эти – мальчишки, не умеющие ни драться, ни защищаться, но готовые биться и умереть за своего хозяина. Не от любви и преданности, а оттого, что знали, что тот не пощадит тех, кто не попытался его защитить.

Лестницу Мартин преодолел в три широких шага. Дар выхватывал отблески аур то там, то тут – все на нижних этажах, скопление – в подвале: тусклые, почти безжизненные, рваные. Именно такой была аура Пьетро, когда они с магом только познакомились.

Март снес с петель следующую дверь: просто взмах руки – и в разные стороны полетели щепки.

Он не ошибся в своих худших предположениях: помещение оказалось спальней. Огромная кровать под воздушным балдахином, пушистый ковер. Кольца для крепления цепей на столбиках в изголовье и изножье гигантского ложа. Марта замутило.

Когда дверь слетела с петель, хозяин дома стоял к ней спиной. В руках ремень, брюки с пустыми шлевками спущены.

– Какого черта?! – взвизгнул Шельес, отступая от связанного подростка на своем ковре. Светлый ворс был перемазан кровью.

Март лишь мельком бросил взгляд на сжавшегося Пьетро, оценил, что одежда подростка рассечена ударами пряжки ремня, но не снята, и вперился в рабовладельца ледяным взглядом.

– В гости, – сообщил ровным голосом, лишенным эмоций, и нарочито медленно начал закатывать рукава. Пожалуй, этот тон напугал садиста больше, чем выбитая дверь. – Я ведь говорил, что убью тебя голыми руками? – все с той же интонацией продолжил Мартин, закатывая второй рукав.

Шельес испугался, побледнел.

– Не посмеешь! – тем не менее тявкнул, перехватывая ремень поудобнее. – Только попробуй что-нибудь выкинуть…

– Попробуешь замахнуться на него, – как бы невзначай обронил Март, заканчивая с рукавом. – Я обрушу пол под твоими ногами. Будешь падать долго и красиво. Рик, забери мальчика, пожалуйста.

Радеющий ранее за наказание в рамках закона Брэниган не возразил ни полусловом после того, как увидел обстановку спальни и понял, для чего владелец ее использовал. Молча прошел мимо Мартина в развороченный дверной проем и направился к Пьетро.

Шельес дернулся, но остался на месте, памятуя об угрозе мага.

– Вы не посмеете! – выкрикнул отчего-то Брэнигану.

Рикхард не ответил. Поднял бесчувственного подростка на руки и направился к двери. Их с Мартом взгляды встретились лишь на мгновение, но этого было достаточно. Брэниган кивнул.

Мартин кивнул в ответ и шагнул к Шельесу, приподняв руки и демонстративно поведя ими из стороны в сторону.

– Голыми руками, помнишь?..

Мартин спустился по лестнице на первый этаж, на ходу опуская рукава. Ему все еще чудился хруст чужих позвонков под руками. Шельес до последнего верил, что серьга черного мага защитит его от расправы. А когда наконец дошло, попытался бежать. Но куда побежишь, когда собственная кровать встает на дыбы, преграждая пути к отступлению?

Брэниган стоял на одном колене возле дивана, на который положил Пьетро, и снимал с мальчика путы. Тот все еще был без сознания, лишь глухо постанывал.

Рикхард вскинул голову на звук шагов; вопросительно приподнял брови.

– Сломал шею. Дух упокоил, – коротко отчитался Март; подошел к дивану. – Как он?

Брэниган нахмурился.

– Внешне – будет пара новых шрамов.

– Угу, – обронил Мартин и склонился над еще одним бесчувственным мальчишкой, лежащим на полу; проверил пульс. – Этого я, кажется, ударил слишком сильно.

– Этого – я, – буркнул Брэниган. – Твой – у входа. Тоже живой, я уже проверил.

– Спасибо. – Март выпрямился.

Навалилась страшная усталость. Безумно хотелось лечь на диван и закрыть глаза.

– Что ты делаешь? – не понял Рикхард, когда Мартин подошел к столу, вырвал из лежащего на нем блокнота страницу и написал на ней несколько строк; затем бумага исчезла прямо в его пальцах.

Маг дернул плечом.

– Вызвал Приуза. Твоих тоже захватит.

Глаза Брэнигана округлились.

– Ты серьезно?

– А похоже, что я настроен шутить? – огрызнулся Март. – Может, предлагаешь все здесь спалить к чертям, с детьми в придачу? – Он кивнул на ближайшего подростка, раскинувшегося на полу в нелепой позе.

Рикхард в ответ только поджал губы.

Март сполз спиной по стене на пол и остался сидеть, подтянув к себе колени и откинув голову на шелковую обивку с веселым цветочным узором; прикрыл глаза.

– Тут есть еще дети? – глухо спросил Брэниган.

– Полный подвал, – сказал Мартин, не открывая глаз.

– И наверняка все они его рабы по закону…

На это маг отвечать не стал. Он и сам понимал, что друг имел в виду. То, что, реши они поступить так, как велит закон, этот самый закон Шельеса и оправдал бы. Март давно выяснил, что рабство в Реонерии явление нечастое, а потому толком не регламентированное. Привез раба из-за границы – значит, владей. Можешь застраховать как дорогую собственность. А можешь тихо насиловать в своей кровати с кремовым балдахином – никто и слова не скажет.

– Я ни о чем не жалею, если ты об этом, – ответил Март на невысказанный вопрос.

Уже через полчаса дом наполнился людьми. Белые целители приводили пострадавших в чувство. Пьетро занимался сам Приуз, поэтому спустя несколько минут после прибытия помощи он уже сидел на диване, кутаясь в неизвестно кем найденный плед в крупную клетку, и нервно стучал зубами. Окровавленная рубашка лохмотьями висела на его плечах, но ран под ней больше не было.

– Ты как? – Когда Приуза кто-то позвал, Мартин подошел к мальчику; присел рядом, обнял за плечи. Пьетро вздрогнул, но не попытался вырваться – уже хорошо.

– Густав… он?.. – Губы подростка предательски задрожали.

Март не подумал, а ведь все произошло на его глазах.

– Он упокоился, – сказал маг, не зная, чем еще утешить воспитанника.

– Из-за меня! – Мальчик дернулся, всхлипнул, выкрикнул. На них обернулось несколько гильдийцев.

Мартин уверенно покачал головой.

– Из-за меня. – Сегодня он обзавелся сразу двумя «призраками» в своей коллекции. – Успокаивайся. Ты теперь в безопасности, это главное.

Пьетро всхлипнул, уперся лбом магу в плечо и затих.

Рядом с ними кто-то вежливо кашлянул.

– Отойдем? – качнул головой Брэниган.

– Посиди пока, – сказал Мартин воспитаннику и встал.

– Нас ждут. – Рикхард указал на собравшихся возле стола, на котором Март недавно брал пишущие принадлежности, Приуза, двух стражников и еще одного человека в штатском из Королевского сыска.

Маг скривился, оценив компанию.

– Понял уже.

– Красиво шел, – первое, что сказал Приуз, когда они приблизились.

Верно: расплавленные ворота, сорванные с петель двери, одна, разнесенные в щепки, вырванные с корнем деревья.

Март в ответ только дернул плечом. Смысл оправдываться, когда все и так очевидно?

– Итак, господа, – вмешался усатый стражник с жутко серьезным выражением лица. – Я верно понимаю, что покойный господин Шельес похитил вашего воспитанника, господин Халистер? – Мартин кивнул. – С целью использовать его…

– Я понятия не имею, с какой целью, – огрызнулся Март.

Не хватало еще, чтобы они начали расспрашивать подробности у Пьетро: что успел с ним сделать Шельес и что делал раньше. Годами. У мага даже челюсти свело от этой мысли. Он, конечно, догадывался, но реальность превзошла все его ожидания.

– Что было потом? – терпеливо продолжил допрос стражник.

– Он попытался напасть, и я свернул ему шею, – опередил Брэниган мага с ответом.

Март заметил, как брови Приуза чуть приподнялись, и тот торопливо отвел взгляд; принялся изучать цветочный узор на стенах.

– Самозащита, – резюмировал страж и кивнул стоящему за его спиной помощнику. Тот заскрипел пером в записной книжке. – Господин Халистер, вы подтверждаете слова лорда Брэнигана?

«Только попробуй не подтвердить», – сказал ему тяжелый взгляд Рикхарда.

– Подтверждаю, – кивнул Март. Он же не самоубийца, в самом-то деле.

– Мы можем быть свободны? – заторопился Брэниган.

– На сегодня – да, – доброжелательно улыбнулся усатый страж. – Господа? – обвел взглядом представителей других ведомств.

Человек из сыска кивнул. Еще бы ему не кивнуть: Брэниган – его непосредственный начальник. Март видел этого мужчину во время первого визита в лавку Глу.

Приуз посмотрел на них обоих долгим задумчивым взглядом и, демонстрируя свою непричастность, сложил руки за спиной.

– Со своей стороны, не задерживаю. Магия в этом доме была применена только к предметам. Это административное нарушение, господин Халистер, мы обсудим его с вами, когда вы придете на службу.

То есть Приуз спустит ему это с рук – ну надо же!

– А дети? – спросил Март.

– Я беру это на себя, господин Халистер. – (Мартин уже и не помнил, когда глава гильдии в последний раз обращался к нему на «вы».) – Вы уже достаточно сделали на сегодня.

– Пошли, – зашипел на ухо магу Брэниган. – Благодарю, господа. Доброй ночи.

Март не сопротивлялся.

Во дворе дома уже не было мертвого тела. Лишь лужа крови и следы, оставленные стражами порядка, забиравшими труп.

– Тебя проводить до комнаты? – спросил Март у Пьетро.

Мальчик упрямо мотнул головой.

– Я сам, господин, – и, двигаясь, словно сломанная механическая игрушка, побрел к двери.

– С ним все будет в порядке, – сказал Брэниган, провожая парнишку взглядом.

– Будет, – согласился Март. – Но позже. Присядем? – кивнул на ступени крыльца. Рикхард кивнул. – Спасибо, что прикрыл меня.

Брэниган глянул на него исподлобья.

– Я не прикрываю преступников.

Прозвучало как-то возвышенно. Мартин поморщился.

– Давай сейчас не будем спорить о добре и зле. Просто – спасибо.

Рикхард кивнул. Повисло молчание.

Всхрапнул Мрак, напоминая о себе. Но ему никто не ответил.

– Слушай, а ведь дерьмо – эти ваши серьги, – первым нарушил тишину Брэниган. – Ты ворота ладонью плавишь, зачем тебе силой напрямую в человека бить?

Март невесело усмехнулся; обнял свои колени.

– Серьга – это клеймо, ты еще не понял? И, предвосхищая твой вопрос, короля Лагуста убил черный маг, которому он доверял, прикосновением и запусканием проклятия непосредственно в тело. После этого и приняли законопроект по вживлению ограничивающих артефактов. Но теперь-то ты понимаешь, что если убийца был вхож в ближний круг короля, то он смог бы убить его как угодно, если бы задался такой целью!

– Теперь понимаю, – очень серьезно ответил Брэниган.

– Езжай домой, – сказал Март. – Успокой Корнелию, она, должно быть, места себе не находит.

– А ты сам? – Маг первым поднялся на ноги, и поэтому Рикхарду пришлось задрать голову. – От тебя ей что-нибудь передать?

А сам Мартин сегодня отчетливее некуда понял, что Корнелии он не пара. Толпа «призраков» за его спиной все росла и росла, и девушка не должна была пополнить их ряды. Не должна, чего бы это ни стоило.

– Рик, выдай ее замуж.

– Чего? – Лицо Брэнигана вытянулось: не такого ответа он ожидал.

– Выдай ее замуж, – повторил Март, до боли сжимая пальцами перила крыльца. – Найди достойного человека. Сделай так, чтобы она была в безопасности и счастлива. Я обещаю больше никогда к ней не приближаться.

– Март… – покачал головой Рикхард.

– Просто сделай.

Брэниган кивнул. Поднялся, молча пошел к своему коню.

А Мартин еще несколько минут стоял, глядя прямо перед собой и кусая губы.

Мрак обиженно всхрапнул, вновь напоминая о себе.

– Помню я о тебе, дружок, помню, – вздохнул маг, спускаясь с крыльца.