Глава 13

— Я? — Мой голос прозвучал удивленно.

— Вы против? — приподнял самозванец брови.

— Ну что вы, конечно же нет, — поспешила я исправить оплошность. — Просто удивлена, что такую честь вы оказали мне первой.

В глазах Дариана погас огонек подозрительности, и я мысленно выдохнула.

— Вот только вашего стража лучше на ужин не брать.

— Почему?

— Не думаете же вы, что я хочу причинить вам вред? — тихо спросил Дариан.

Я притворно рассмеялась, поняв, что за нами наблюдают не только все элери, но еще и художники.

— Я и сама бы не хотела, чтобы нам мешали.

Мой ответ, очевидно, пришелся Дариану по вкусу.

— С нетерпением буду ждать сегодняшний вечер, — учтиво произнес он, касаясь моей руки холодными губами.

Я вздрогнула. Дариан, очевидно, подумал, что от удовольствия, потому что усмехнулся. Но если улыбка Аласдэра была действительно насмешливой, то кривая гримаса на лице самозванца оказалась полна затаенного ожидания, будто голодный хищник примеряется, с какого бока подступиться к своей жертве.

Когда Дариан наконец покинул зал, я поняла, что руки у меня трясутся.

— Только не потеряй на ужине сознание от счастья, — не сдержалась Фелиция.

Я не ответила.

— Мы закончили, элери, — сказала Мадлен, и я наконец смогла встать.

— Склочный характер?! Поверить не могу, что ты так сказала! — ткнув в меня пальцем, выпалил Фрэй. — От тебя, детка, я такого не ожидал!

— Ну прости, пожалуйста, — развела я руками.

— Это вряд ли, — фей вскинул голову и, резко вспорхнув, вылетел через открытое окно, ведущее в сад.

— Но… как же… Ведь я еще не сделала набросок вашего стража, — растерянно заморгала Мадлен.

— Дайте мне немного времени. Я поговорю с ним.

Я вышла в сад и в нерешительности замерла, не зная, где искать обиженного фея. Вспомнив о синих цветах, около которых он вчера крутился, зашагала по одной из дорожек. Фрэя там не оказалось.

В нерешительности потоптавшись на месте, я прошла в беседку. Фей сидел на одной из ажурных завитушек, которыми была украшена беседка, и угрюмо рисовал пальцем по сиреневым лепесткам цветка.

— Художница не успела сделать твой набросок. — Фей даже не взглянул на меня, лишь его палец задвигался быстрее. — Мадлен ведь ни в чем не виновата. Она должна выполнить работу. Мне кажется, для нее было большой удачей попасть в замок. Прояви капельку сострадания.

— Сострадание?! А ты что-то о нем знаешь? — гневно спросил Фрэй, устремляя на меня взгляд зеленых, будто листья, глаз.

Я глубоко вздохнула.

— Послушай, Фрэй, мы оказались с тобой вроде как связаны, и я должна тебе кое-что рассказать. Я вела себя так вовсе не из желания тебя оскорбить, а… — Я осеклась, не решив, могу ли довериться фею. Аласдэра я не успела об этом спросить, уж слишком быстро он исчез. А появится ли — неизвестно. Мне же нужна помощь, пусть и такого ненадежного союзника, как любящего нектар фея.

— А что? — поторопил он.

Я вышла из беседки и осмотрелась по сторонам, чтобы удостовериться, что нас не подслушивают.

— Ты очень странно себя ведешь, — сказал он, когда я вернулась.

Я наклонилась к фею и зашептала:

— Поклянись самой страшной клятвой, что никому не расскажешь о том, что сейчас услышишь.

— Ты меня пугаешь, — недоверчиво протянул он. — Я уже тысячу раз пожалел, что заснул в том цветке. Думаю, с Фиорой вы бы нашли общий язык. Она просто обожает…

— Но в том цветке оказался ты! — перебила я фея. — И сейчас именно тебе я должна раскрыть большую тайну. Поклянись. Самой страшной клятвой для фей.

— Хорошо, хорошо. Клянусь волосами госпожи Кассии.

— Волосами? — с сомнением переспросила я.

— А ты их видела? Если уж чем и клясться, так ими.

Я лишь пожала плечами — поди разбери, чему поклоняются феи, — и быстро рассказала ему о случившемся ночью.

— Теперь понимаешь? — спросила, закончив.

— Зеленая тля все это побери! — выпалил фей, взмывая в воздух. Фрэй приземлился на скамейку и принялся расхаживать по ней. — И почему все это свалилось на меня?! Будто мало мне было… — Замерев, он пальцами обеих рук зарылся в рыжую шапку волос и яростно почесал голову. — И что же теперь… Зря ты мне все рассказала! — выдал он наконец.

— Как это — зря? — не поверила я. — Мне казалось, ты можешь помочь.

— Чем?! Во мне росту меньше, чем в стебле ландыша!

— Но ты же… фей. Страж, — я беспомощно развела руками.

— Я не твой страж, слышишь?! В том цветке должна была…

— Ты уже говорил! — перебила я. — Но мы связаны, хотим того или нет. У тебя нет выбора, как и у меня. Понимаешь?! Мы должны пройти испытания, чтобы вернуть эльдена — настоящего эльдена, я имею в виду, — и вернуть меня обратно. И сам ты не сможешь освободиться раньше. Так что, Фрэй, мне понадобится все твое умение и сила стража.

Фрэй сел на скамейку, скрестил ноги и уронил голову на ладони.

— Нет у меня никаких умений и сил, — буркнул он.

— В каком смысле? Ты же… летаешь... И я видела, как ты наколдовал себе лютню.

— И это все, что я могу, детка. Совет Старейшин высказался довольно ясно — мне не вернут мое могущество, пока я не искуплю вину.

— Тебя наказали за чрезмерную любовь к нектару?

Фей вспыхнул.

— Не так уж много я и пью! Я же не валяюсь в кустах!

— Только засыпаешь в чужих цветах, — напомнила я.

— Если захочу, смогу бросить в любой момент! Но дело вовсе не в этом.

— А в чем же тогда? — поторопила я стража.

Он почесал нос и, тяжело вздохнув, ответил:

— Из-за меня погибла элери.

Я без сил опустилась на скамейку рядом с феем.

— Расскажешь?

— А нечего рассказывать. Это был отбор для отца эльдена Аласдэра. Великое Древо даровало знаки лишь десяти элери.

— Неурожайный был год, — протянула я, вспомнив толпу девушек на первом испытании. — Прости, — прошептала, увидев укоризненный взгляд Фрэя.

— Моя элери дошла почти до конца. Это было испытание поиска пробуждающего нектара. Нужно было выбрать верный путь, который вел к Пробуждающему Источнику. Моя элери настояла на том, чтобы пойти кратчайшей дорогой и самой опасной. Я не смог отговорить ее. Она была своевольной девчонкой. — Фрэй осекся, я тоже молчала. — Совет Старейшин сказал, что я опозорил звание стража, и меня лишили сил. Все, что я могу — летать и показывать дешевые фокусы вроде извлечения из небытия лютни, — добавил он, невесело хмыкнув. — Так что, детка, тебе не повезло вдвойне. Ты попала в другой мир и получила в стражи неудачника.

Мы молчали. Где-то в ветвях деревьев выводила нежную трель птица. Теперь мне стала понятна тяга Фрэя к цветочному нектару и слова о том, что в забытьи есть свои преимущества. Поняла я и почему дриада сказала, что страж — это отражение элери.

В прошлом Фрэя произошло событие, переломившее привычный ход событий, разрушившее упорядоченную жизнь фея. В этом я ощущала с ним родство. Но такова жизнь. В глубине души каждого из нас живет боль, оставленная утратами или неверно принятыми решениями. И с этой болью можно и нужно научиться жить, иначе так и будешь топтаться на месте, проживая тень растравляющих душу событий день за днем.

Когда я заговорила, старалась, чтобы мой голос звучал уверенно:

— Я не принадлежу вашему миру, Фрэй, это так. Я ничего не знаю о нем и не разбираюсь в тонкостях придворной жизни. Мне страшно. До ужаса. Я и представить не могла, что окажусь в Вистерриосе, и я этого не хочу. Но я здесь.

— И что будем делать?

— Однажды я уже начинала свою жизнь заново. Выстраивала ее по кусочкам, день за днем. Верила в то, что у меня все получится. Верю и сейчас. А ты веришь?

— Во что?

— В то, что все можно исправить. В то, что всем нужен еще один шанс. А иногда второй и даже третий.

— Другими словами, ты собираешься склонить меня к участию в отборе, — закатил глаза Фрэй.

— Ты так говоришь, будто я тебе чем-то неприличным предлагаю заняться! — Фей хмыкнул. — Объединим усилия?

— Я ничем не смогу тебе помочь, детка, — покачал головой страж. Рыжие волосы взметнулись и опали.

— Но ты все знаешь об отборе, ведь так? А в том, что я не принадлежу к вашему миру, есть и свои плюсы. Я не какой-то изнеженный цветок, который растили в оранжерее.

— Ты Дафна, — протянул фей. Я кивнула.

— Поверить не могу, что говорю это, — фей встал, поправил пряжку ремешка, перехватывающего тунику, — но я помогу тебе. Насколько это в моих силах, конечно же. Но предупреждаю сразу — не рассчитывай на многое.

— Именно так я сказала эльдену этой ночью.

— Посмотреть бы на выражение его лица, — широко улыбнулся фей.

Я протянула фею протянутую ладонь.

— По рукам?

Крошечная рука Фрэя едва ощутимо коснулась моего указательного пальца.

— По рукам.

— Кстати, — я нащупала в кармане платья крохотную фляжку и протянула ее на раскрытой ладони Фрэю, — это, кажется, твое.

— Разве ты не выбросила ее? — спросил он, забирая емкость и отвинчивая крышечку.

— Только сделала вид. Но вот нектар вылила. — Фей, уже приложившийся к фляжке, разочарованно вздохнул. — Никакого нектара с этой минуты. Договорились?

— Это несправедливо, — надулся фей. — Должны же быть у меня хоть какие-то радости!

— Играй на лютне.

— Мало же ты понимаешь в веселье, — протянул он.

— К слову о веселье: позволь Мадлен сделать набросок. — Я встала и вышла из беседки.

— А ты куда? — Фей, трепеща крылышками, рванул за мной.

— Подготовлюсь к ужину с эльденом.

— С самозванцем, ты хотела сказать?

— Тише! — шикнула я. — Это не шутки, Фрэй. Никто не должен узнать о том, что я тебе только что рассказала.

— Да понял я, понял, — примирительно выставил передо мной ладони фей.

— Надеюсь.

Я вернулась в свою спальню и не выходила из нее до самого вечера, пока за мной не пришла госпожа Берта. Я пропустила обед, сказав Рози, что хочу вздремнуть, сама же продолжила читать книги по истории Вистерриоса. Я и сама не знала, что пытаюсь там отыскать. Понятное дело, в них не было информации о том, что делать в случае, если самозванец принял облик эльдена, а на отбор одна из элери прибыла из другого мира.

Когда вернулся Фрэй, мы вдвоем попытались в лицах разыграть ход ужина с Дарианом. Здесь все упиралось в то, что я знать не знала ничего о Даффи и понятия не имела, как отвечать на вопросы, когда самозванец спросит, откуда я прибыла. А он обязательно спросит, я была уверена.

В какой-то момент я была близка к тому, чтобы выкопать медальон и расспросить ведьму Хильду о Даффи, но почти сразу отбросила эту мысль — обойдусь без ее сомнительной помощи.

— Элери, если вы готовы — эльден ждет вас, — сказала госпожа Берта, когда пришло время идти к самозванцу.

Я кивнула. Для ужина было выбрано платье цвета индиго, расшитое серебряными нитями, с длинными рукавами и высоким воротом. Рози предлагала более открытые варианты, которые я отвергла. Горничная не могла понять причины моей непреклонности, но в конце концов списала все на мою застенчивость. И хорошо.

Фрэй взмыл надо мной и быстро-быстро захлопал крылышками. На мое лицо посыпалась золотистая пыльца. Я чихнула.

— На удачу, детка, — подмигнул мне страж.

— Она мне понадобится. Спасибо. И веди себя прилично, — напомнила я, увидев, как фей достает фляжку и с тоской заглядывает в пустую емкость.

Я шла за госпожой Бертой, и от волнения сердце выбивало барабанную дробь. Я должна вести себя естественно. Как девица, прибывшая на отбор и мечтающая заполучить эльдена в мужья. Только и всего.

Но проще сказать, чем сделать. И хотя я видела самозванца всего лишь дважды, не могла отделаться от неприятного ощущения. Его глаза смотрели уж слишком внимательно, будто ему что-то было известно обо мне.

Приказав себе не пугаться раньше времени, я подняла взгляд и поняла, что мы уже пришли.

— Это личная столовая эльдена. Прошу, элери, — сказала госпожа Берта, и лакеи распахнули передо мной двойные двери.

Я вошла в столовую, в которой висел тяжелый аромат роз, и встретилась взглядом с самозванцем.