Глава 29

— Нам стало известно, что эльден совершает прогулку по саду! — возбужденно прошептала Аби. Фрэй с нами не полетел, к тому же остальные феи остались в замке, и мой страж решил снова приударить за Лу.

— А я-то вам зачем?

— Мы тоже совершаем прогулку, — объяснила Аби, но понятней не стало.

— А почему мы прячемся в кустах, в таком случае? Это такой новый вид прогулок?

— Тише! Идут! — прошипела Трис, высмотрев что-то в просвет между ветвей. Мы дружно сдвинули головы, и я увидела Дариана, неспешно прогуливавшегося под руку с леди Вайолет.

— Так вот зачем мы здесь, — протянула я, глядя, как фаворитка поглаживает плечо самозванца. До нас долетал счастливый девичий смех.

— Тш-ш-ш! — Трис пихнула меня локтем под ребро. Головы сомкнулись еще плотнее, элери старались не пропустить ни звука. Девушки навалились на кусты, лишь чудом не затрещавшие под весом наших тел.

Дариан и фаворитка остановились неподалеку. Каждое их слово долетало до нас так отчетливо, словно они стояли рядом.

— Я счастлива быть здесь, в Флоренлире. С вами, — заглядывая в глаза Дариану и крохотной ручкой поглаживая его грудь, говорила леди Вайолет. — Эльден, вы позволите провести и сегодняшнюю ночь с вами?

— А тебе бы этого хотелось, красавица, не так ли? — криво усмехнулся Дариан.

Аби засопела, Трис ахнула, а Эстель побледнела. Я никак не выразила своих чувств, но внутри словно что-то надломилось. Если фаворитка точно так же — а я была уверена, что именно так оно и было! — смотрела на настоящего эльдена, то теперь понятно его огорчение по поводу отбора. Кому же захочется брать навязанную, пусть и Великим Древом, в жены девицу, которую ты и знать и не знаешь, если глазами лани на тебя смотрит такая вот леди Вайолет… К тому же готовая на все этой, да и любой другой, ночью.

И хотя я знала, что сейчас с фавориткой стоит самозванец с внешностью Аласдэра, сердце когтями царапала… неужели ревность? Нет… Да быть того не может! Это все Фрэй с его усиливающим влечение нектаром.

Я пыталась найти успокоение в этой спасительной мысли, но не могла. Будь это так, почему же мне хотелось вцепиться в белоснежные волосы леди Вайолет? И похоже, не я одна испытывала подобные чувства.

— Великое Древо покарает распутство! — гневно выдохнула Джо мне в самое ухо. Подо мной треснула ветвь.

— Не наваливайтесь так, — прошептала я, когда в нос мне ткнулся пышный белый цветок, которыми были щедро обсыпаны кусты.

— Тише! Не слышно, что она там говорит, — досадливо велела Аби.

— Говорит, что если эльден пожелает, то она останется в его спальне и на эту ночь, и на все последующие, — охотно сообщила Эстель.

— Великое Древо помоги! — выпалила Джо. На нее зашикали.

— Он не согласится! — уверенно прошипела Аби мне в другое ухо. Я почувствовала, как острый сучок больно впивается в живот.

— Девочки, не напирайте. Здесь не так много места.

— Дафна, потерпи еще минутку, — взмолилась Аби, вцепляясь в мое плечо пальцами.

— Так вы прикажете мне, эльден? — долетел голосок леди Вайолет. — Я исполню любое ваше желание, я буду вашей послушной рабой, а сегодняшним вечером… — Тут фаворитка поманила пальчиком Дариана, и он наклонился к ней. Леди Вайолет что-то зашептала ему на ухо. Дариан усмехнулся, слушая речи фаворитки.

«Неужели она не видит, что это не Аласдэр, ведь провела с ним столько ночей», — с досадой подумала я, наблюдая за фавориткой.

Элери сдвинулись так близко, что мне стало нечем дышать.

— Что она говорит?

— Не слышно, Великое Древо дай мне сил!

— Призывай к своему Древу тише и все будет слышно!

— Да замолчите же!

Теперь уже все элери навалились на меня так, что силу их любопытства не выдержала бы и каменная стена. Ветви подо мной громко хрустнули, и я почувствовала, что меня больше ничто не держит.

Ахнув, я полетела в траву, сверху на меня упала Аби, а Трис, Джо и Эстель оказались слева и справа.

— Кажется, я что-то сломала, — пожаловалась Аби, поднимаясь.

— Меня, — досадливо поморщилась я, потирая ребра.

— Эльден, вы только посмотрите, какие птички обитают в вашем саду, — весело, но с долей яда в голосе заметила фаворитка. — Интересно, что же они здесь делали.

Дариан улыбнулся.

— Действительно, что?

— Гуляли, — с вызовом ответила Аби. — Эльден, — присела она в реверансе.

— Я не понаслышке знаю, как свеж и чист воздух в садах Флоренлира, — мило улыбнулась фаворитка, — но прогуливаться в таких густых кустах… — Она выразительно замолчала, переводя взгляд с одной элери на другую. — Очаровательное платье, — заметила леди Вайолет, глядя на меня.

Ожидая подвоха, я опустила глаза и увидела, что светлый лиф испачкан землей. И хотя фаворитка вела себя вызывающе, я не могла не оценить уровень ее ехидства.

— Почему же вы не уехали вместе с остальными гостями, леди Вайолет? — храбро поинтересовалась Аби. Трис взяла ее под руку в качестве поддержки.

— Так пожелал эльден. Я всего лишь исполняю его желание. Все мы должны повиноваться эльдену Аласдэру, — фаворитка таким томным тоном произнесла последние слова, что ни у кого из присутствующих не возникло сомнения, где и как именно она собирается ему повиноваться.

— О, не сомневаюсь, — выдавила Аби.

Дариан откровенно веселился, наблюдая за нами. Будь он настоящим эльденом, его поведение было бы возмутительным. А так… Чего еще ждать от самозванца.

— Эльден, не желаете сегодняшним вечером присоединиться к нам в гостиной? — храбро предложила Трис. — Элери Джоанна умело играет на клавесине и может усладить ваш слух, а я могла бы спеть. Говорят, у меня хороший голос, к тому же я знаю много баллад.

— Благодарю за приглашение, элери…

— Беатриса. — У Трис порозовели щеки. Мне стало жаль ее. Самозванец не утруждал свою память запоминанием имен. Ему это было ни к чему.

— Видит Великое Древо, я бы с превеликим удовольствием послушал ваше пение и игру элери Джоанны, но сегодня вечером никак не получится, — отказался самозванец, бросив взгляд на леди Вайолет.

У Трис от обиды задрожала нижняя губа, фаворитка откровенно улыбалась. Ни у кого не осталось сомнений в том, с кем «эльден» проведет этот вечер.

— Очень жаль, — прошептала Аби.

— Не печальтесь, элери Абигэйл, завтра я буду полностью в распоряжении моих элери. После обеда мы поедем в Альмерлин.

— Правда? — удивилась Джо. — Можем мы узнать зачем, эльден? Или это тайна?

— Никакой тайны нет, элери, — равнодушно откликнулся Дариан. — Наместник Альмерлина выразил желание устроить для меня и избранных представление в местном театре. Мы остановимся в моем городском доме, а ночью отправимся к Великому Древу, где состоится очередное испытание. — При этих словах Аби ахнула. — Поэтому сегодня вам всем лучше отдохнуть. А сейчас прошу меня извинить. Государственные дела. — Дариан коротко кивнул, развернулся и заспешил к замку. Фаворитка, подхватив яркие юбки платья, почти побежала за ним.

Мы все дружно переглянулись, когда Дариан и леди Вайолет скрылись из глаз.

— Нет, вы ее слышали? «Я исполню любое ваше желание», — довольно похоже передразнила Трис и передернулась. — Слушать противно!

— Змея, — прошипела Аби. — Ненавижу змей!

Мы вернулись в замок и успели как раз к прибытию почты. Госпожа Берта позвала нас в общую гостиную, чтобы вручить конверты и посылки.

Трис радостно завопила, когда увидела деревянный, загадочно позвякивавший ящичек, Аби прижала к сердцу пухлый конверт, а Джо, выпалив «Хвала Великому Древу!», приняла из рук госпожи Берты увесистый сверток.

Без посылок остались только я и Эстель.

— Я сирота, — пожала плечами элери.

— А моя тетушка слегка безумна, — вспомнила я Хильду.

— Элери, для вас тоже кое-что есть, — обратилась ко мне распорядительница.

— Для меня? Это какая-то ошибка, госпожа Берта, ведь…

— Никакой ошибки нет. — Распорядительница протянула мне небольшую резную шкатулку с серебряным замочком. — Это пришло от вашей тетушки.

Я удивленно посмотрела на клочок плотной бумаги, прикрепленный к шкатулке. На нем значилось «Любимой племяннице Дафне Делирэ от тетушки Хильды Грильсем».

Поблагодарив госпожу Берту, я поспешно направилась в свою комнату. У дверей, на цветочном горшке, том самом, где мы закопали медальон, сидели Фрэй и Лу. Увидев меня, Лу покраснела и упорхнула в комнату Аби, а Фрэй, подлетев ближе, весело поинтересовался:

— Что это за шкатулка?

— Любимая тетушка прислала, — хмыкнула я, толкая дверь в спальню.

— Да ну? Серьезно? Как думаешь, что там? — засыпал вопросами фей, когда я плотно прикрыла створку, и мы остались вдвоем.

— Уверена: ничего хорошего. — Я постучала пальцем по крышке шкатулки.

— Ну, давай уже, открывай, не томи! — Фрэй порхал рядом, пока я ставила шкатулку на стол.

— А вдруг там ядовитый скорпион? Или еще какая-нибудь гадость?

— Тогда я открою. — Фрэй опустился на шкатулку, приник к ней ухом и даже постучал по крышке кулачком. — Ничего. Если там и есть что-то, оно явно неживое.

— Звучит не слишком обнадеживающе.

— Даф, ты такая трусиха, — проворчал он, смело откидывая крышку шкатулки.

Повалил густой зеленый дым, запахло чем-то горьким. Я поспешно распахнула створку окна, Фрэй, закашлявшись и закрыв нос рукавом, отпрянул.

Когда дым рассеялся, мы увидели, что из шкатулки поднялся ядовитый зеленый цветок.

— Это же хто́рция, — услышала я голос Фрэя.

— И что? — наблюдая за тем, как цветок медленно раскрывает лепестки, спросила я.

— А то, что их обожают дикие пчелы!

Когда последний лепесток опустился, в сердцевине цветка мы увидели крупную полосатую пчелу. Крылья — да и все остальное — у нее были раза в три больше, чем у ее пчелиных собратьев из моего мира.

— З-з-завтра, — шевельнув усиками, громко прожужжала пчела. — Верни медальон. Или пож-ж-жалеешь.

Едва договорив, пчела поднялась в воздух, сверкнув острым жалом, и устремилась ко мне.

— Беги, я задержу ее! — крикнул Фрэй, бросаясь наперерез пчеле.

Маленький самоубийца. Размерами пчела превосходила его.

Фрэй храбро набросился на пчелу, уселся на нее верхом, ухватившись за основания крыльев. Пчела, потеряв управление, завалилась вправо, потом влево, закружилась спиралью, пытаясь сбросить непрошенного наездника. Фея мотало на ее спине, как на американских горках.

— Да-а-аф, беги-и-и!

Вместо того чтобы последовать совету Фрэя, я схватила со стола пухлый том.

— Прыгай! — велела я, размахивая книгой. Ударить я не могла, потому что боялась зацепить Фрэя.

— Не-е-ет!

— Отпускай, кому говорю!

Фей наконец послушался и разжал руки. Полет вымотанной пчелы был рваным, и мне не составило особого труда прихлопнуть ее книгой.

— О-хо-хо, моя бедная голова, — пошатываясь, ко мне подошел Фрэй. Его волосы торчали в разные стороны сильнее чем обычно. — Последний раз такое головокружение у меня было после пьяных ягод, которые мы вдвоем с Лу стащили у госпожи Кассии.

Я подняла книгу и увидела, что от пчелы осталось лишь облачко едкого зеленого дыма.

— Ничего живого, говоришь? — хмуро уточнила я, рукой разгоняя его.

— Дешевые фокусы! — кашлянул Фрэй. — Эта пчела создана магией. Тетушка запугивает нас! Я таких пчел могу создать десяток! Когда верну свою силу, — добавил он поспешно.

Я прикусила губу, размышляя, потом посмотрела на продолжавшего ворчать Фрэя.

— Лети в Цветущие Сады. Прямо сейчас. И поторопись. А если госпожа Кассия еще не вернулась, отправляйся в Заповедную Рощу и найди Ирлирэя. Скажи, что нужна его помощь. Нам и без Хильды хватает забот. Если завтра она будет в Альмерлине, значит, и фею Айви с собой возьмет. Проследить за Хильдой будет нетрудно, а без магии своей феи она беспомощна.

— С какой стати единорогу нам помогать? Ему и дела нет до фей.

— С той, что сегодня похищают фей, а завтра доберутся до единорогов. Фрэй, придумай что-нибудь сам, болтать ты умеешь не хуже ярмарочного зазывалы.

— Я, конечно, благодарен за то, что помогла справиться с пчелой. — Фей вспорхнул, завис над моей головой и быстро-быстро заработал крылышками. На мое лицо посыпалась золотистая пыльца. Я ощутила в носу сильную щекотку. — Но это тебе за ярмарочного зазывалу! — весело крикнул Фрэй, перед тем как выпорхнуть в окно. Я чихнула ему вслед.

Остаток дня я провела в спальне. На ужин решила не идти, сославшись на головную боль, вместо этого попросила Рози принести все в комнату. Я хотела дождаться, когда все уснут, чтобы выкопать медальон. Завтра я отдам его дриаде или единорогу. Пусть спрячут. Внутреннее чутье подсказывало, что от медальона лучше избавиться.

Когда замок наконец заснул, и все звуки стихли, я вышла из комнаты и, едва слышно ступая, подошла к тому вазону, в котором был спрятан медальон. Я нахмурилась, когда увидела, что земля в нем перекопана. Сердце заныло от неприятного предчувствия.