Глава 39

— Уходим. Сейчас же, — выдавила я. Последней каплей стали почки, появившиеся на прутьях, из которых были сплетены фигурки драконов. Сушеные глаза-ягоды налились и так и манили попробовать их.

Вниз я неслась так, будто за мной гнались живые драконы. Кровь стучала в висках, а сердце подскакивало к горлу.

Около помоста мы оказались как раз вовремя — туда пришел Дариан с Аби и Трис. Папенька Джо уже рассказывал о временах до Великого Древа.

— Элери Дафна, — просканировал меня взглядом самозванец, — вы были у Пещер Памяти?

— Я… одним словом… Да, мой страж решил показать мне это великое место, — выдохнула я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце продолжало выделывать кульбиты.

— А пуговицы как же? — хихикнула Аби.

— Я не нашла что искала.

— Нужны какие-то особенные? — не унималась элери. Если она — невеста Дариана, то ее любопытство вполне понятно.

— Вообще-то да, — сказала я и, невинно глядя то на Дариана, то на Аби, принялась фантазировать: — В Слирэйне, откуда я родом, есть поверье: если закопать пуговицу в полночь в вазон с цветущими гиацинтами и выкопать через три луны, то можно загадать желание, и оно обязательно исполнится.

— Правда? — протянула Трис. — Никогда о таком не слышала.

— Но вот странность: когда я спрятала пуговицу в вазоне с цветами около своей спальни, а через три ночи решила достать, ее там не было. И кому могла понадобиться пуговица? — искренне, как мне казалось, удивлялась я.

— И что же вы загадали, элери Дафна? — спросил самозванец. На его лице не было ни одной эмоции, так что сказать, поверил он мне или нет, не представлялось возможным.

Я скромно опустила глаза.

— Ну как же, эльден, я не могу сказать, иначе желание не сбудется. — Я подняла взгляд и посмотрела прямо в лживые глаза самозванца: — А мне очень хочется, чтобы оно сбылось.

— Во имя Великого Древа! — раздался чей-то удивленный возглас. — Наши молитвы были услышаны!

Мы дружно повернули головы.

— Эльден, вы только посмотрите! — пухлый трясущийся палец жреца Инния указывал на деревья, чьи листья на глазах из пожухлых становились зелеными. Налетевший с гор ветерок пошевелил кроны, и они зашумели, словно показывая присутствующим свой свежий убор.

— Но как же… как же так… — бормотал жрец. — Ведь элия еще не найдена…

— Что происходит, эльден? — пискнула Аби одновременно с Трис.

Я видела, как хмурится Дариан, озадаченный не меньше жреца. Я машинально прикрыла рукой крышку сумки. В горле пересохло. Фрэй сел мне на плечо и прошептал в ухо:

— Веди себя естественно.

Я только фыркнула. Легко сказать, когда сердце того и гляди выскочит из груди, а по спине течет липкий пот. Опустив взгляд на свои пальцы, пошевелила ими, не в силах поверить, что именно я стала причиной всего происходящего. И тут издалека, со стороны ярмарки, тоже раздались шум и крики. Мы увидели, что к нам спешит толпа горожан.

Впереди всех бежал усатый торговец.

— Там, там! — пытался сказать он, но голос сорвался, и торговец лишь тряс пальцем, указывая на что-то позади себя. Потом, нащупав нужные слова, он все же смог договорить: — Все зазеленело! Хвала Великому Древу! — последнюю фразу торговец просипел.

Все присутствующие в один миг встали на колени и в молитвенном жесте протянули руки в сторону Пещер Памяти. Новые прибывающие с ярмарки люди поступали так же. Остались стоять только элери и эльден. Отец Джо не упустил случая прочитать молитву во славу Великого Древа. И когда он закончил, в полнейшей тишине раздался разочарованный вскрик Джо:

— Мой знак! Он пропал!

— Видишь, Даф, ромашки не так-то просты, — шепнул мне на ухо Фрэй, а я не смогла удержаться, чтобы не посмотреть на Аби.

***

В Флоренлир возвращались в молчании. Самозванец никак не отреагировал на просьбы жрецов остаться и обратиться с речью к подданным. Помрачневший Дариан приказал гнать к замку так, будто ирхи жгли ему пятки.

— Почему пропал знак у Джо? — прошептала Эстель, когда карета ехала по подъездной аллее к замку.

— Меня больше интересует, почему Долина Памяти зазеленела и… — Трис замолчала на полуслове, глядя в окно, а потом выпалила: — Посмотрите на замок!

Стены Флоренлира, по которым змеились сиреневые цветы, еще утром увядшие, сейчас буйно расцвели. Я сглотнула, а Фрэй выразительно посмотрел на меня.

— Ничего не понимаю… — наморщила лоб Аби, — как такое могло произойти? Цветочный дракон ведь еще не найден.

Ответа ни у кого не нашлось. Точнее, у меня-то он был, но посвящать в него Аби я не собиралась. Невеста Дариана, подумать только… С этой мыслью еще предстояло примириться.

Ужинать после случившегося никому не хотелось, и мы рано разошлись по спальням. Я села в кресло у окна и по меньшей мере четверть часа рассматривала свои руки, поворачивая и рассматривая их в свете свечи.

— Внешне все выглядит точно так же, — проговорила я задумчиво. — Как будто ничего не изменилось.

— Детка, самозванец тоже выглядит внешне как будто бы точно как настоящий эльден, — мягко заметил Фрэй. — И даже его невеста выглядит вполне невинно. Смотри глубже.

Я прислушалась к себе. Нет. Все равно никаких изменений не чувствовалось. Это все та же я. Но что же тогда произошло у Пещер Памяти?

— Флик? — из сумки показалась голова дракончика. Увидев, что в комнате только мы с феем, дракончик выпорхнул и устроился на столе, заглядывая мне в лицо. Я подперла подбородок ладонью и вздохнула.

— Флик. — Я осторожно погладила дракончика кончиком пальца. Он зажмурился от удовольствия. — Что мне делать, Фрэй? — спросила тихо.

— Ты должна решить сама, детка, — покачал фей головой.

— Знаю. Мне часто приходилось делать выбор и каждый раз это давалось мне нелегко.

— Разве тебе не нравится эльден?

— Дело не в нем.

— Это не ответ на мой вопрос.

Я нахмурилась.

— Но речь действительно не о нем. Я не хочу быть просто супругой Аласдэра, понимаешь? В своем мире я сбежала из дома тетки, чтобы жить своей жизнью, чтобы добиться чего-то самой. И то, что я оказалась в этом мире, ничего не меняет. Кто я здесь?

Фрэй хмыкнул.

— Ты знаешь, что значит «элия»? С древнего наречия это «дарящая надежду». Без элии не взойдет урожай, не заколосятся поля, не вырастут новые цветы, плодовые и обычные деревья, ягоды и грибы, не будет самого Вистерриоса. Понимаешь?

— А как же Аласдэр? Разве он ни при чем?

— Ты имеешь в виду, имеет ли он отношение к тому, что ты сделала у Пещер Памяти? — Я кивнула. — Нет, детка. Лиловый дракон охраняет Вистерриос от тьмы, а от элии зависит благополучие всех здесь живущих.

Я посмотрела на дракончика. Он будто впервые увидел свой хвост и теперь пробовал его на зуб.

— А как же…

— Цветочный дракон усиливает могущество элии, но не дает его. Сила уже внутри тебя. — Фрэй подошел к дракончику и похлопал его по шее. — Козявка, говорят, в саду зацвели свежие пионы. Не желаешь подкрепиться?

— Флик! — Дракончика не надо было уговаривать.

— Реши сама для себя, Даф, где ты хочешь быть, — сказал Фрэй, перед тем как вдвоем с Фликом выскользнуть в приоткрытое окно. Через секунду оттуда на стол упал сухой гиацинт.

— Прохвост, — проворчала я.

Побарабанив пальцами по столу, я поднесла к цветку руку. Не было ни вспышек магии, ни цветных молний, ни дыма. Ничего. Вот только через мгновение передо мной лежал свежесрезанный гиацинт. Сладковато-свежий аромат теперь неразрывно был связан у меня с Аласдэром.

Откинувшись в кресле, я обхватила себя руками. Фрэй прав. Пришло время сделать выбор. Я ведь никогда не пасовала перед трудностями, почему же сейчас так боюсь…

Бросив взгляд на полную луну и месяц, бледневшие в темном небе, я с удивлением поняла, что меня больше не шокирует этот факт. Здесь, в Вистерриосе, два ночных светила, и это правильно.

Опустив взгляд на гиацинт, я взяла его, повертела в пальцах, а потом поднесла к лицу, закрыла глаза и вдохнула свежий аромат, вызывая в памяти образ Аласдэра.

Я слишком ярко помнила прикосновение твердых губ эльдена, тепло его тела и объятия, в которых могла бы провести вечность. Аласдэр проник в мое сердце, в этом я могла признаться самой себе. Его рассуждения о жизни, когда он по ночам оставался в моей спальне, и мы разговаривали, были созвучны с моими. Мне нравилось, что он трезво смотрит на мир, хотя Вистерриос и пронизан магией.

Аласдэр не был избалованным мальчишкой, он четко осознавал свой долг и следовал ему. Теперь часть этого долга легла и на мои плечи. Да, я не просила об этом и даже в самых смелых фантазиях не могла предположить, что от меня будет зависеть благополучие иного мира, но все произошло именно так.

Правду говорят, что дом там, где сердце. А сердце мое, вопреки здравому смыслу и доводам разума, отчаянно рвалось к Аласдэру.

Когда в комнату вернулись Фрэй с Фликом, я готовилась ко сну. Увидев мой взгляд, Фрэй улыбнулся и кивнул. Кажется, он все понял. Иначе и быть не могло, он ведь мой страж, в конце концов.

На удивление эта ночь оказалась самой спокойной из всех, что я провела в Флоренлире, а вот утро началось не особенно приятно.

— Элери Дафна, скорее, вставайте! — голос Рози был перепуганным.

Я открыла глаза. Слева с кряхтением выпутывался из моих волос Фрэй. Я поискала взглядом дракончика, но его нигде не было. На ночь он снова устроился в цветке, и сейчас я мысленно взмолилась, чтобы там и оставался.

— Что такое? Пожар? — недовольно спросил Фрэй.

— Эльден приказал всем собраться в гостиной. Сейчас же.

— Так рано? До восхода солнца еще две четверти часа, — безошибочно определил время фей.

— Что-то случилось, Рози? — спросила я.

— Не знаю, элери, Великим Древом клянусь. Только эльден выглядит озабоченным и недовольным, — последнее слово Рози произнесла, покосившись на дверь и шепотом. — Никогда его таким не видела.

Я быстро умылась, оделась, а Рози стянула мне волосы в пучок, заколов гребнем. Его острые зубья больно царапнули кожу, но переделывать прическу времени не было. Пока Рози застилала постель, я взяла сумку и успела пересадить в нее сонного дракончика.

— Флик? — вопросительно пискнул он. Мне пришлось поспешно изобразить кашель, чтобы горничная ничего не услышала.

Мы с Фрэем вошли в общую гостиную одновременно с Трис, Эстель и госпожой Бертой. Аби уже была там.

— Элери, ввиду произошедшего на празднике прошлым вечером, я решил, что не имеет смысла затягивать следующие испытания. Выезжаем немедленно.

— А завтрак? — уточнил Фрэй. Дариан не ответил. — Зеленая тля его покусай, — буркнул фей мне на ухо. Я была с ним полностью согласна.

— К чему такая спешка, эльден? — удивилась госпожа Берта. Судя по всему, ее спешно подняли из постели — волосы распорядительницы были прикрыты криво надетым чепцом. — Я распоряжусь, чтобы завтрак подали сейчас же, это отнимет лишь каких-то две четверти часа и…

— Я сказал — выезжаем немедленно! — рявкнул Дариан. — Кареты ждут. А вы, — бросил он распорядительнице, — оставайтесь в замке.

Госпожа Берта в ужасе смотрела на самозванца. Трис, Эстель и я переглянулись, но Аби не повела и бровью. Судя по всему, она-то была в курсе планов своего жениха. Нам же не оставалось ничего другого, кроме как последовать за Дарианом. Госпожа Берта едва успела распорядиться, чтобы нам подали шали.

— Вам не показалось, что эльден чем-то напуган? — тихо спросила Трис, когда карета тронулась, увозя нас к месту испытания.

Элери озвучила мои собственные мысли.

— Глупости, — отрезала Аби, нервно поигрывая цепочкой кулона-сердечка, — ему нечего бояться.

Трис лишь пожала плечами и не стала спорить. Феечки тоже были странно притихшие, словно им передалось настроение элери.

— Красивый кулон, — заметила я.

Аби бросила на меня быстрый взгляд, потом растянула губы в улыбке.

— Это подарок. Он очень дорог мне.

Я натянуто улыбнулась в ответ.

Оставшуюся часть пути никто не разговаривал. Когда карета остановилась, и мы вышли, Трис удивленно протянула:

— Мы снова в Долине Памяти?

Я поняла, что Трис права. Но если вчера здесь кипела жизнь, сегодня о празднике ничего не напоминало.

Карета привезла нас ближе к горам. К моему удивлению, их склоны, еще накануне голые и безжизненные, теперь были покрыты зеленью. Отсюда деревья, растущие у места, где вчера проповедовали жрецы, казались совсем маленькими.

— Верно, элери, — подтвердил Дариан. Он спешился — самозванец ехал верхом — и подошел к нам. — Мы проведем сразу два испытания. Одно за другим. Первое пройдет здесь, а второе… Впрочем, не будем торопиться.

— Но как же… — растерянно начала было Трис, но Дариан выставил руку ладонью вперед, и элери умолкла.

— Сейчас необходимо отыскать пыльцу познания. Дать ее вам смогут лишь вистерии, что растут на вершине этих гор, куда ведут несколько троп. — Рукой Дариан указал влево. Там извилистые тропинки, бравшие начало у подножия гор, бежали вверх.

— У Цветочного Водопада? — вырвалось у меня. Я вспомнила рассказ Фрэя об этом чуде Вистерриоса.

— Именно так, — кивнул Дариан.

— Но что нам нужно делать? — жалобно спросила Эстель. — Где взять пыльцу?

— Поймете сами, — сверкнул холодными аметистовыми глазами самозванец. Налет вежливости слетел с него, как листья с деревьев по осени. — На то вы и элери.

Мы с Трис и Эстель переглянулись и нерешительно двинулись туда, где брали свое начало едва видимые глазу тропинки.