Глава 20

Местный эрдал, оказавшийся кряжистым, бородатым и крайне занятым мужиком лет пятидесяти, встретил нас весьма неласково. Зыркнул исподлобья, раздраженно прочитал протянутое Асом письмо, подозрительно покосился на Дея с Рорном, одновременно показавших свои верительные грамоты. А потом откинулся на кресло и недовольно спросил:

— Ну и что?

Гильдийный Дом в Раге на меня тоже не произвел особого впечатления: одноэтажный, низкий, хоть и просторный внутри, на некрашеной стене все те же два флага — бело-красный "японский", сиречь Гильдийный, а рядом — неизменный герб Фарлиона, украшенный вздыбленным Фарлионским котом. Забора вокруг нет. Внутреннего двора тоже не оказалось. Вход прямо с улицы. Длинный коридор, заставленный всяким хламом. Одна единственная приемная, в которой уже с утра толклось человек десять местных рейзеров. А сразу за ней — огромный, явно не по чину, почти что зал, в котором не только посетителей принимать можно, но и партийные собрания для всего города проводить.

Широко живет здесь эрдал. Фаэс гораздо скромнее.

Сам эрдал — чернявый, звероватый, могучий и откровенно неприветливый тип, при виде которого сразу хочется проверить, далеко ли убрано оружие. Борода лопатой, побитое оспой или какой-то похожей заразой лицо, широкие кустистые брови, придающие ему еще более недобрый вид, и тяжелый взгляд исподлобья, в котором за километр ощущаешь смертельную угрозу. Но зато рядом со столом стоит стойка с отличным и явно не парадным доспехом, в углу, под рукой, теснятся так же отличные, поистине великанские ножны с двуручным мечом; недавно отдраенный до блеска шлем, носящий на себе следы чьих-то острых когтей, покоится прямо на столе; а сам господин эрдал, которого Дей представил как Рога (не имя, а прозвище, как оказалось позже, прилипшее к нему из-за необычной формы шлема), явно не гнушался самостоятельно выходить в рейды. Что слегка сглаживало первое негативное впечатление и позволяло надеяться на хотя бы временное понимание.

Отложив бумаги, Рог небрежно нас оглядел и снова спросил:

— А от меня-то вы что хотите?

— Жилье на несколько дней, свободный проход по городу и возможность покидать его в любое время дня и ночи.

Эрдал усмехнулся.

— Покидать-то вы его можете, когда вам заблагорассудится. Но ворота с наступлением темноты закрываются независимо от вашего желания. И открываются с восходом — тоже. Найдете способ перелететь через стены — пожалуйста. Гуляйте по темноте сколько душе угодно. Развлекайтесь, ищите, работайте. Но не ждите, что по первому зову кто-то будет вскакивать с постели и отворять перед вами двери после полуночи.

Ас, которому мы снова поручили важные переговоры, даже глазом не моргнул.

— Достаточно того, если нас не будут задерживать на воротах.

— Организую. Что-то еще?

— Нет. Благодарю.

— Если однажды вы не вернетесь, весточку Фаэсу отсылать?

— Нет. Все бумаги на нем. Вместе со сроками.

Эрдал, поняв, что вся ответственность за наши действия и возможную гибель уляжется на чужие плечи, удовлетворенно кивнул. Еще бы: если мы не вернемся через двое суток, как предписывает устав Гильдии, ему никакой поисковой бригады посылать в Харон не надо. И своих людей лишнему риску тоже подвергать не потребуется. Это уже проблемы Фаэса, что и подтвердил только что Ас. И Рога это полностью устраивало: никакой за нас ответственности, никаких отписок, никаких бумаг. Сиди себе и сиди, пока мы занимаемся своими делами. А если вдруг не вернемся, то невелика проблема — он просто переложит одну ногу на другую и тут же забудет, что какие-то чужаки тут вообще появлялись.

Поймав на себе ленивый взгляд эрдала, я равнодушно отвернулась и принялась изучать висящую на ближайшей стене карту — единственное, что, кроме стола и кресел, роднило кабинет Фаэса и этот бесполезный ипподром. Карта оказалась не новая, но достаточно подробная. Дорог в этом "треугольнике" имелось всего две и обе уходили от Раги под углом в сорок пять градусов, постепенно расходясь все дальше и следуя почти параллельно текущим с гор Лае и Лии. Если верить ей, Тракты были прямыми, как стрела, и лишь изредка вихляли возле расположенных недалеко от города болот. Но у Серых гор они снова выпрямлялись почти в идеальные спицы, упирающиеся остриями в подножия вырастающих там скал.

Дей этим утром обмолвился, что в Раге Тварей было не так много, как возле Нора, поэтому и рейзеров тут не полсотни, как у Фаэса, а вполовину меньше. И количество рейдов в Харон возле Второй заметно отличалось. Как и добыча, соответственно, ну и доходы, конечно. Собственно, это и была одна из причин, по которым Илой в итоге осел именно в Норе. И почему работа в Первой крепости считалась наиболее трудной и опасной.

Эрдал, видя, что мы собрались уходить, в самый последний момент спохватился.

— Эй, вам карта-то нужна?

— Нет, — качнул головой Ас, удивив его донельзя. — Мы на месте определимся.

— Ну, а звать-то вас хоть как? Откуда взялись такие смелые?

— Ниоткуда. А зови нас просто — Фантом.

Рага в плане застройки практически не отличалась от Нора: точно такая же круглая каменистая основа, как под пиццу, которую окружали высокие каменные стены; такая же Главная Площадь, на которую выходили примерно с десяток ровных, как извилины у дурака, улиц-спиц. Такой же большой храм во славу Аллара, куда я в ближайшее время точно не соберусь. Такие же дома-коробки в один-два этажа, прилепленные друг к дружке, как поделки из пластилина. И такой же разномастный народ, среди которого встречалось немало мужчин (в основном, вооруженного и сурового вида), довольно много женщин (симпатичных и не очень), сравнительное небольшое количество детей (босоногих, чумазых, и, что странно, жутко довольных), но ни одного, что поразительно, даже завалящего нищего. Видимо, в крепостях не терпели дармоедов, поэтому избавлялись от них быстро и решительно, справедливо считая, что если у тебя две руки, две ноги и есть голова на плечах, то работу найти можно и нужно. А коли тебе не повезло остаться калекой, так на то и родичи заботливые есть. Если же их нет, Гильдия всегда позаботиться о старом ветеране. А если ты за всю жизнь не нашел ни семьи, ни работы, ни призвания, то и делать тебе в Фарлионе просто нечего. Потому что никчемные, невезучие, неудачливые и бесполезные тут никогда надолго не задерживались.

Определили нас в какой-то старый, давно пустующий дом, в котором, тем не менее, был небольшой, огороженный двор и собственный колодец. Основное строение в два этажа, пыльных и давно не мытых. Был старый, слегка покосившийся сарай, который мы тут же определили под конюшню. Имелся туалет во дворе по типу "сортир", где предстояло размещаться привычным квадратно-гнездовым способом. Было несколько плодовых деревьев, уже забывших, когда давали последний урожай. И была полуразвалившаяся собачья будка, в которой уже давно никто не жил. А если и жил когда-то, то явно не самым счастливым образом, потому как едва держащаяся на подпорках конура была способна напугать даже бездомного, издыхающего от старости пса, не говоря уж про обычную, неприхотливую, привычную к улице собаку.

В общем, ничего. Приемлемо.

Остаток дня мы потратили на мытье, обустройство и приведение в порядок комнат. Кухня нам была не нужна: разносолами не балованы, да и готовить, по большому счету, было некому и некогда. Перекусить наскоро и дело к стороне. Главное, что рынок буквально за углом. Так что на многое не разорялись: я не рассчитывала, что ночевать в доме доведется дольше, чем пару ночей. Да и задерживаться в Раге мы не планировали: если удастся провернуть все по-быстрому, то даже не успеем как следует примелькаться стражникам на воротах. А потому и разгребать чужую грязь не стоило: зачем, если все равно скоро уезжать?

К вечеру, когда основной отряд собрался в одной из комнат, я была уже вся в раздумьях.

— Итак, народ. Цель у нас одна и ясна, как божий день. Вопрос в том, как ее реализовать.

— Для начала Печать надо найти, — резонно заявил Мейр, забравшийся с ногами на хлипкий подоконник и старательно следящий за двором, в котором возились с тряпками Дей и Рорн.

— Возражений нет. Искать будем мы с Лином. И, возможно, уже сегодня.

— Через ворота вам не пройти, — возразил Бер, занявший наблюдательный пункт возле двери. — Через пару оборотов его закроют и вы не успеете выбраться.

— А из города улетать — опасно, — согласился с братом Ван, и я тут же кивнула.

— Знаю. Но мы не дураки, чтобы расправлять крылья прямо во дворе и под крики караульных гордо парить над крышами. Можно же скрытно проскользнуть к стене и выбраться тайно. Или воспользоваться любезным разрешением Рога и уйти открыто, а уже потом подняться в воздух.

— Рискованно, — нахмурился Ас. — За городом могут быть Твари, а лишний шум нам ни к чему. К тому же, не это главное — Печать ты найдешь, я верю. Сегодня или завтра — не суть важно. А вот как быть дальше? Одной туда спускаться — глупо: без нас ты погибнешь, даже не дойдя до нее. Всех нас Лин не потянет: слишком большой вес. Даже если четверых он и поднимет, то далеко не унесет. Так что это не выход. Но и идти понизу, рискуя напороться на армию нежити, тоже глупо.

Я кивнула.

— Ты прав. Но тут мы целиком зависим от расположения самой Печати. Если она окажется недалеко от Тракта, будет проще дойти до нее в течение дня, а уж потом прорубаться дальше. Если окажется между Трактов, как в вилке, то можно попробовать определить кратчайшее расстояние и действовать, как в первом случае…

— А может, тебе и здесь поляну создать, как в Норе? — подал голос Гор.

— Опасно, — я покачала головой. — Теперь обо мне наверняка знают. Стоит только создать тут поляну с моим Знаком, как гости объявятся сразу. Причем, много гостей. И мы уже не успеем ни уйти, ни подготовится. А я после сна буду слаб, как котенок. Только приходи и бери голыми руками. Так что поляна отпадает. Еще варианты?

При слове "слаб" парни чуть дернули уголками рта, обозначая улыбку, но смолчали. А мне бы не хотелось лишний раз рисковать — Дей и Рорн слишком близко, войти и поинтересоваться, что у нас за совет, могут в любой момент. И провоцировать их упоминанием о себе в женском роде мне казалось неразумным. Да и пусть все привыкают говорить обо мне, как о парне: нам еще долго быть рядом с посторонними, пусть заранее учатся обращаться ко мне, как к Гаю, да и я так быстрее начну откликаться на новое имя.

Короче, проехали.

Тени ненадолго задумались, прикидывая варианты.

— А что, если нам снова их заманить? — предложил через минуту Ван. — Скажем, ты приоткроешь Знак, дождешься, пока Твари начнут выбираться из Харона, а потом Лин тебя подхватит и добросит к Печати?

— Возвращаемся к тому же вопросу: кто прикроет мне там спину?

— Ну… я бы мог полететь с тобой.

— Уверен, что этого хватит? — с сомнением посмотрела я. — Не забывай: ты теперь человек. Соответственно, смертен. И раны твои так просто уже не закроются. А как только тебя выведут из игры, у меня уже не будет возможности взломать Печать. Тут нужны, минимум, двое.

"Двоих я могу поднять, — неожиданно раздался у меня в голове голос шейри. — Не ненадолго. Минок на десять, от силы".

"Я слышу, Лин. Но это все равно возвращает нас к теме Печати и заставляет отталкиваться от того, как далеко она стоит от дороги. Если близко, то нет проблем — добирается днем по Тракту, ищем подходящее место и, как только стемнеет, взлетаем. После чего благополучно ее ломаем и топаем домой".

"А если лететь не ночью, а днем?" — задумчиво предположил он.

— С ума сошел?! — дружно вскинулись парни. — Чтобы вас весь город увидел и по возвращении поднял на вилы?!

"Ну… можно же не возвращаться", — смутился Лин.

— Ага. А можно и вообще всю оставшуюся жизнь по пещерам прятаться, — буркнул Гор, негодующе отвернувшись. Однако я серьезно задумалась.

— Погодите-ка, — у меня в голове забрезжила новая идея. — А если так и сделать…?

— Что-о-о?!!!

— Да тихо вы, — замахала я руками на подпрыгнувших со старых табуретов Теней. — Тихо. Я не схожу с ума и не брежу. Подождите, дайте я поясню!

Мужчины скептически переглянулись.

— Это опасно, — проворчал Лок, отойдя к окну и встав рядом с Мейром.

— Слишком опасно. Для тебя, — подтвердил миррэ. — Днем вас увидят.

— Могут. Но днем большинство Тварей спит, — возразила я. — И днем самые опасные из них не могут и носа высунуть из своих нор.

Гор нахмурился.

— Возле Печати никакого солнца не будет. Забыла… тьфу!.. забыл, что было в прошлый раз?

— Нет, — я даже губу прикусила, лихорадочно размышляя. — Там было много деревьев, много листьев и много веток. Особенно наверху. Лину пришлось все это промалывать собственным телом и раниться о шипы, чтобы меня не проткнуло. Как крылья не сломал — вообще ума не приложу.

— Вот именно! Печать укрыта от солнца так, что даже в полдень до нее не достает ни одного лучика света. А Твари там — Старшие, и живут спокойно лишь потому, что им ничего не грозит.

— Не грозит, пока там нет солнца!

— Да откуда ты его возьмешь?! — не сдержался Мейр и под одобрительное ворчание хварда стукнул кулаком по подоконнику.

Я усмехнулась.

— Взять-то как раз нетрудно: как только солнце окажется в зените и рухнет на ту часть Харона, достаточно просто раскрыть эти кроны, как верхний слой у пирога. И тогда и Печать, и все Твари вокруг разом прочувствуют, каково это — быть тараканами на горячей сковородке.

— Да? И как ты собираешься это сделать, интересно?!

— Очень просто: попрошу Лина дохнуть огнем. Полагаю, Харон, хоть и мертвый, все же не бессмертный. А от пожара ни одно дерево не застраховано. Тем более, от пожара магического. Как считаете, он загорится?

Мужчины растеряно переглянулись.

— Поджечь его? — изумленно переспросил Ас. — Сверху?

— Именно, — улыбнулась я. — Гранат у меня нет, ракет тут еще не изобрели, но огнеметом может поработать и шейри. Так что, если все получится, мы без проблем доберемся до места. Точно так же, не боясь гарпий, спокойно прицелимся. И совершенно безнаказанно уничтожим ту шапку, которая закрывает Печать от солнечных лучей. А также все, что только есть в округе и способно в короткие сроки восстановить там полумрак. Лес ведь пока не МОЙ. Значит, я могу его бессовестно подпортить. А когда там образуется дыра с хорошую такую прореху, то к Печати ни одна Тварь близко не подойдет, не боясь превратиться в тухлую горстку пепла. И вот тогда мне почти никто не понадобится для защиты. Или, возможно, кто-то один… ну, два… и то — на всякий пожарный случай, если я вдруг потеряю сознание или Лин на пару оборотов выйдет из строя.

Мужчины переглянулись еще растеряннее.

— Думаешь, он сможет отрастить крылья среди бела дня? — наконец, с сомнением переспросил Лок.

Я уверенно кивнула.

— Он у меня все может. Даже летать по утрам.

— Но он же шейри…

— И что? Первое время, пока он только учился, летать приходилось именно днем. Но он отлично справился, а теперь стал еще сильнее и научился неплохо экономить энергию. Ему просто будет труднее сделать это в полдень, но все-таки не невозможно.

"Лин, скажи?"

"Мм-м-м… попробовать можно, — несколько ошарашено отозвался шейри снаружи. — Но силы будут кончаться быстрее. Примерно раза в два. Хотя если лететь недолго и огнем дышать не очень часто, то может и получиться. Даже с двумя седоками".

Я торжествующе посмотрела на братьев.

— Ну как? Вам все еще кажется это неосуществимой затеей?

— А что ты с людьми собираешься делать? — непримиримо фыркнул Мейр. — Глаза им прикажешь завязать? Велишь не смотреть в ту сторону? Пожар в Доме Гильдии устроишь, чтобы весь караул отвлекся на тушение?

— А что? — оживилась я. — Тоже идея. Почему бы и нет?

Вот теперь уже фыркнули все. Однако в глазах братьев все же мелькнула знакомая задумчивость, и я мысленно перевела дух: если они согласятся или откорректируют идею с отвлечением внимания, то можно сказать, что план принят и одобрен. Оборотни не будут перечить. Да и я уже начала надеяться, что нам удастся отделаться малой кровью. Все-таки прошлый опыт, хоть и был удачным, но никак не тянул на веселый аттракцион. И снова переживать чувство, когда из тебя заживо высасывают душу, мне очень не хотелось.

— Дей возвращается! — шепотом крикнул от окна Мейр и тут же отступил в сторону. Лок бесшумно последовал за ним. Я застыла на месте, впервые подумав о том, что кроме двух вымытых комнат и вдрызг захламленной кухни тут идти-то, в общем, и некуда. Тени мгновенно примолкли, настороженно прислушались и приняли как можно более расслабленные позы. Бер вообще разлегся на брошенном на пол тюфяке. Ван, поколебавшись, достал бутерброд, впившись в него голодным вурдалаком. Ас и Гор, понимающе переглянувшись, потянулись за мечами, которые всегда можно было почистить, смазать и заточить. И всего мгновение спустя, когда звуки чужих шагов за дверью стали хорошо различимы, в комнате царила размеренная вдумчивая тишина, в которой каждый занимался своим делом и не замышлял ничего дурного.

— Мы закончили, — хмуро сообщил Дей, открыв дверь и вопросительно взглянув на Аса. — Спать где будете?

Мужчины дружно повернулись ко мне.

— Я — здесь, — мысленно ругнулась я. — А остальные — кто где хочет.

— Значит, и мы здесь, — с деланной небрежностью зевнул Бер и заманчиво потянулся. — Гая одного оставлять нельзя: он у нас темноты боится. А поскольку мы к его выкрутасам привычные, то… Мейр, Лок — на выход. Здесь для семерых слишком мало места.

Я кинула на брата испепеляющий взгляд, молча пообещав, что башку ему откручу прямо тут, едва исчезнут свидетели, но он ответил совершенно безмятежным взглядом и, закинув руки за голову, тихонько засвистел под нос. Наглец. Оборотни, переглянувшись и выразительно покосившись на меня, как-то странно хмыкнули, но без лишних слов поднялись и вышли следом за Деем. Я начала медленно закипать. Гор с беспокойством покосился на Вана. А Ас, едва за ними закрылась дверь, снял маску, молча встал, грубым рывком вздернул бессовестного братца на ноги и, не обратив внимания на протестующий вопль, тихо спросил:

— Ты каким местом думал, болван, когда предлагал нам такое?!

Бер непонимающе потряс головой. Но потом увидел мои поджатые губы, выразительные лица братьев, которые тоже стащили шлемы и теперь медленно подступали, недобро посверкивая разноцветными глазами. Потом до чего-то додумался, вздрогнул и с беспокойством спросил:

— Гай? А ты что, нас уже снова стесняешься?

Ну, что на это можно было сказать?

Я как стояла, так и села на первый попавшийся табурет, уже не зная: ругаться мне или хохотать во весь голос. Это ж надо было сообразить: сперва брякнуть, а потом подумать… да еще это его "стесняешься"… блин, хорошо еще, что о моем статусе чужаки не знают. Но вот что подумали после этого оборотни… боюсь, Бер сильно поторопился со своим многозначительным свистом. Так поторопился, что даже Мейр испытал неловкость. А нравы тут строгие, пуританские, к женщинам легко приклеиваются некрасивые ярлыки. Попробуй хоть одна незамужняя остаться наедине на ночь с четырьмя одинокими мужчинами. Да еще зная о том, что они лет сто не видели ни одной женской фигурки. Нет, мне-то все равно — я их уже неплохо изучила и за свою женскую честь могу не беспокоиться. Но вот о чем подумали хварды? И как восприняли такую охренительную наглость?

Убить дурака, что ли?

Я тяжело вздохнула. Но потом увидела растерянное, полное искреннего недоумения и какой-то детское обиды лицо Бера, неожиданно поняла, что он действительно не понял, и все-таки не выдержала: тихо, старательно сдерживаясь, но очень выразительно рассмеялась. После чего кинулась в него первой попавшейся под руку подушкой и сипло прокашляла:

— Нет, Бер, не стесняюсь. Но надеюсь, этой ночью ты не забудешься и не полезешь, как привык, отвоевывать законное место у моего демона. Потому что одеяло у меня только одно. И твои широкие плечи, братец, там точно не поместятся.

Сказать вам, какое у него было в этот момент лицо?

Нет, не буду, пожалуй. Но прикуривать от него точно можно было. Зато после этого он замолчал, забился в дальний угол и нервно икал, наверное, до самой полуночи, боясь, что я все-таки разозлюсь, а братья намнут ему бока уже по-серьезному. А когда понял, что убивать его все-таки не будут, и, наконец, уснул, то наверняка ему до утра снились жуткие кошмары. Потому что так дергаться и вздрагивать во сне по пустякам могут только честные, благородные и не обученные подлостям люди.

На рассвете мы уже снова были в седлах и нетерпеливо переминались у ворот, ожидая, пока дюжие стражники соизволят их распахнуть.

От Дея с Рорном избавиться не удалось: поняв, что намечается рейд, они так уперлись и всерьез оскорбились, когда им намекнули на скромную роль проводников, что пришлось соглашаться на совместную прогулку по Харону. Иначе слишком была велика вероятность некрасивой ссоры. В итоге теперь перед воротами мы стояли вдевятером и одинаково раздраженно смотрели, как медленно крутятся тяжелые колеса и как с противным скрипом ползет из пазов не менее тяжелый засов.

— Молодежь, — с добродушной усмешкой посмотрел на нас хромой, но еще крепкий старик, под руководством которого молодые воины крутили тугой ворот. — Всегда спешите жить, всегда куда-то торопитесь… а куда спешить-то? Все одно — все, что вам отмеряно, то и будет. Не больше, не меньше.

Я обернулась.

— Ты прав, отец. У нас говорят: если долго сидеть у реки, можно увидеть, как однажды по ней проплывет труп твоего врага. Но еще говорят другое: делай что должно, случится — что суждено. Какой путь выбрать — лишь нам решать. И лишь наше дело поступать так, как велит нам сердце. Хотя, наверное, и в том, и в другом случае есть своя особая мудрость.

Старик удивленно на меня посмотрел, но ничего не сказал. А я вежливо наклонила голову, проезжая мимо, и, едва миновав ворота, махнула рукой.

— Ван, Гай, Лок — со мной, — тут же сказал Ас, на мгновение придержав коня. — Наша дорога — правая. Остальные налево. Сроки знаете. Собираемся к закату у развилки. Вперед.

Дей и Рорн ошарашено переглянулись, но мы уже пришпорили коней и, прежде чем они открыли рты, уверенно разделись. Бер и Гор были в курсе происходящего, так что за оставшихся мы не волновались — объяснят ребятам, что и почему. И вряд ли у них будут проблемы с попутчиками, потому что Мейр не дурак — быстро сообразит, почему разделились именно так, а рейзеры сами напросились. Вот и пусть поломают головы. К тому же, ничего сверхъестественного мы на сегодня не планировали — просто разведать дорогу, проверить подступы, ознакомиться с местностью, посмотреть на Харон и почувствовать, так ли он напряжен, как возле Нора. Заодно, если получится, попытаться определить местоположение Печати, но это уже — сугубо задача оборотней. Поэтому-то мы поутру с Тенями и решили расставить их именно так: по одному в каждую команду. А когда соберемся вечером и поделимся впечатлениями, тогда и примем окончательное решение насчет Печати.

Надо признать, карта у Рога не врала — дорога и впрямь оказалась прямой и почти ровной. И тоже — выложенной каменными плитами от границы Харона, как самая настоящая мостовая. Одно удовольствие ехать. Жаль только, что копыта гремят, но пока не стемнело даже это не представляет особых проблем. Тем более что далеко мы заходить не собирались.

Ехали довольно быстро — на залитом солнцем Тракте нежити можно было не опасаться — но держались так, чтобы в случае неприятностей Тени смогли прикрыть меня, а Лок успел без помех перекинуться. Лин держался молодцом — ступал очень тихо, аккуратно, а остальным лошадкам мы на всяких случай крепко обмотали копыта тканью. Не потому, что боялись рисковать, а в силу того, что знали: в Хароне никакая предосторожность не бывает излишней. Поэтому шума производили немного. Не больше, чем самый обычный отряд рейзеров.

Знак я тоже как следует спрятала — так, чтобы даже едущий поблизости хвард не ощущал ничего лишнего. Однако правую руку с перстнем держала наготове: мало ли что. И время от времени водила ей вдоль обочин на манер обычного локатора, старательно высматривая, не блеснут ли угрозой рубиновые змеиные глаза.

Пока вокруг было тихо. Ни Твари. Ни лишнего крика среди кустов. Ни рева, ни треска, ни шороха. Будто Харон вдруг вымер и решил утомить нас этой гнетущей тишиной.

Чувства сгущающегося напряжения, как ни странно, тоже не появлялось, словно бы лес действительно всего лишь вымер и не таил в себя скрытую угрозу. Причем, это необычное ощущение пустоты держалось так долго, что я даже забеспокоилась, что чего-то не понимаю. Однако Лок тут же напомнил, что по какой-то причине Тварей тут действительно меньше, и я перестала переживать.

После полудня дорога стала выглядеть хуже и впервые покрылась трещинами, подозрительно напоминающими следы от когтей. Потом появились первые расколотые плиты, но, опять же, поразительно поздно: я ждала этого еще три оборота назад. Но, видимо, оборотень все же был прав, и нежить не так часто выбиралась из Харона, порываясь напасть на чужаков. Поэтому и следов было меньше. Поэтому и самих рейзеров тут не держали в таком количестве. Поэтому и доходили они, по слухам, чуть ли не до самых гор. А некоторые смельчаки, как мы успели услышать, даже ночевать рисковали, чего никогда и ни за что не допускал у своих Фаэс. И если это действительно было так, то с нежитью тут дела обстояли относительно спокойно.

Что, разумеется, не могло не радовать.

Лишь к вечеру атмосфера в лесу начала постепенно меняться. И лишь к наступлению сумерек в ней появилось не только знакомое напряжение, но и отчетливая угроза. Деревья стали темнее, сдвигались в сторону дороги все настойчивее. Кусты тихонько зашевелились, хотя никакого ветра не было и в помине. А когда солнце начало заметно клониться к горизонту, мой перстень впервые отреагировал, послав в темную чащу два тонких алых луча. После чего нам стало ясно, что пора уходить (и без того слишком долго прохлаждались), Лок зафиксировал положение, в котором лучше всего ощущал близость Печати, Ас посмотрел на меня, и мы без колебаний повернули назад.

К границе леса вернулись точно в срок и, как следовало полагать, практически одновременно со второй группой. Молча соединились, игнорируя вопросительные взгляды Дея и Рорна. Дружно обернулись, когда позади послышался негодующий крик. Проводили глазами метнувшуюся над дальними кронами тень, но одинокая гарпия, проснувшаяся слишком рано, не рискнула вылететь на открытое пространство. Так что мы безо всяких помех отъехали от Харона и, лишь оказавшись на расстоянии нескольких десятков шагов от ворот, снова остановились.

— Мейр, твои впечатления? — спросил Ас, когда кони сдвинулись и ткнулись мордами друг в друга.

Миррэ задумчиво уставился на далекий лес.

— Я не уверен. Но мне кажется, что искать надо на юго-востоке.

— Согласен, — подал голос Лок. — Мне тоже показалось, что там тяжелее дышать.

Тени вопросительно взглянули на меня, и я быстро кивнула.

— Хорошо, поняли, — Ас вяло пожевал губами. — Вопрос другой: насколько близко к дороге?

— Неблизко, — дружно отозвались оборотни. — Рассчитывать на то, что она лежит между Трактами, не приходится.

— Скорее всего, она где-то у края Харона, ближе к той, первой.

— Эй, — удивленно воскликнул Рорн. — Это вы что, о Печати?!

— Да, — рассеяно кивнул Бер. — Это плохо, что она далеко от Тракта — значит, посуху туда не дойти. Разве что по реке попробовать?

— По реке — ненадежно, — возразил Гор. — Что ты, плот мастерить будешь?

— А отвлекать тогда как?

— Как раньше. Может, и отсюда?

— А надо ли тогда вообще отвлекать? — вмешалась я. — Вы сами почувствовали: разница по сравнению с Нором огромная. Тварей на порядок меньше. Они среагировали только вечером, тогда как там — чуть ли не с первых шагов кидаются.

— Это не поможет тебе у Печати, — хмуро отозвался Ас. — Стражи там будут не проще и в не меньшем количестве. Можешь мне поверить.

— Значит, разрабатываем мой вариант и больше не паримся. Других путей туда нет.

— А если с поляной все-таки попробовать? — с надеждой предложил снова Мейр. — Ты же говоришь, что Тварей меньше. И мы все в этом убедились. Значит, они и почувствуют неладное позже, и придут не так быстро.

— Да? А если опять на хартара нарветесь? Или на двух? Или кахгары в гости заявятся целой стаей? Между прочим, Риа тут нет. И братьев ее тоже. Что тогда делать будете?

Мейр тут же насупился.

— То же, что и тогда: сражаться.

— Напрасный риск, — я покачала головой. — И ненужный. Так что нет. Без прикрытия я вас не оставлю.

— Но, Гай…

— Нет, Мейр. Даже не вздумай, — строго посмотрела я, и ло-хвард покорно сник. — Ты у меня один. Лок мне тоже дорог. И терять вас мы не намерены.

— Но твой вариант — просто безумие! — обеспокоенно рыкнул Лок, сразу оказавшись на перекрестье взглядов: Рорн и Дей мало того, что его узнали, но еще и удивились несказанно, когда я посмотрела еще строже, и хвард, как и миррэ, огорченно увял.

— Тогда решаем так, — взял власть в свои руки Ас. — Гай и Линкхард уходят на поиски, как договаривались, но возвращаются не в город, потому что ворота в темноте вскрывать бесполезно, а к ближайшей деревне. Риска там меньше, Тварей быть не должно. Но на всякий случай в Кичру едем я и Гор. Остальные двигают к дому и старательно ломают голову над вариантом прикрытия. На все случаи, о которых говорили вчера. Завтра обсудим и окончательно определяемся с тактикой. Вопросы есть?

— Море, — мрачно отозвался Дей. — К примеру: что вы задумали? Или: что за поиски посреди ночи? Или: как вы собираетесь вскрывать Печать, если до нее не добраться? Наконец, что за отвлекающий маневр и какая роль во всем этом отведена нам? Может, вы хоть как-то нас просветите? И перестанете, в конце концов, обращаться с нами, как с идиотами?

Я тяжко вздохнула.

— За идиотов вас как раз никто не держит, Дей. Скорее, наоборот. Но, поскольку нам есть, что скрывать, то и отношение к вам соответствующее. Если бы Фаэс не навязал "проводников", вам не пришлось бы испытывать все эти неудобства. А так как от вашего присутствия… простите… сильно отдает чужим любопытством, удовлетворять которое мы просто не имеем права, то… сами понимаете: посвящать вас в нюансы никто не собирается.

Рейзеры хмуро переглянулись.

— Но Лока ты посвящаешь. А он, как известно, существо не слишком воздержанное.

— Лок связан клятвой, — тихо сказала я. — Поэтому и принят в команду. Но от вас требовать подобного я не хочу. Да и не могу. Поскольку причины для клятвы были достаточно серьезными, а наши тайны — уже далеко не только наши, открывать их тоже никто не станет. По крайней мере, до тех пор, пока мы не будем совершенно уверены в том, что дальше вас они никуда не уйдут. И дело тут не в обычном доверии или недоверии. Просто от этого зависит слишком многое, начиная с моей жизни и заканчивая судьбой Фарлиона. А рисковать такими вещами… всего лишь ради того, чтобы наладить с вами отношения… мы не вправе. Как не вправе все объяснить и не вправе заставлять вас молчать хотя бы о том, что уже стало известно. Мы просто надеемся на ваше понимание и на то, что ваша обида… а она, я верю, вполне обоснована… не помешает всем нам исполнить свой долг.

Замолчав, я снова вздохнула, но ждать ответа не стала: обменявшись взглядами с Тенями, отвернулась, тронула Лина пятками и уверенно, постепенно набирая ход, двинулась в обратном направлении. К терпеливо ждущему Харону. Под многочисленными взглядами с земли и со стен, в которых неуклонно росло непонимание и растерянность.