Глава 6

Мне снился сон. В этот раз не я была главной героиней. Я видела девочку, может, лет двенадцати или чуть старше. Симпатичная, с длинными черными кудряшками, она сидела на холодном, поросшем мхом камне, и плакала, не замечая, как пачкается платье.

— Ты чего это плачешь?

Со стороны леса вышел мальчишка.

Девочка вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему. Размазывая по лицу слезы, пыталась рассмотреть мальчишку. Странно, в небольшой деревушке, где жила всю свою жизнь, она никогда не видела этого хмурого, не по годам серьезного мальчика.

— А тебе не все равно? — буркнула девочка. Слезы по-прежнему лились из ее глаз, но уже не так резво.

— Если спросил — значит, не все равно. Тебя кто-то обижает?

— С чего ты так решил?

— А ты так и будешь отвечать вопросом на вопрос? Это невежливо, между прочим.

— Кто ты такой? Никогда не видела тебя, — девочка прищурилась. Зато слезы окончательно прекратились.

Мальчишка гордо выпрямился и произнес:

— Имар, лорд Южных Земель.

Девочка припомнила, что на уроках в школе рассказывали учителя. Их небольшая деревушка располагается как раз в Южных Землях. А правит ими лорд Байрот ан Раэл.

— Лорда Южных Земель зовут Байрот, — заметила девочка.

— Байрот — мой отец. Я — его наследник. Единственный, между прочим. Так почему ты плачешь? Если кто-то обижает — скажи. Я накажу обидчиков, наведу порядок на своих землях.

— Эти земли еще не твои! — фыркнула девочка, окончательно забыв о слезах. — Как ты здесь оказался? Приехал вместе с отцом? И… — она присмотрелась внимательнее, — почему у тебя такая грязная одежда?

— А я… отправился исследовать свои земли. Смотреть, как живет простой народ, — мальчишка внезапно стушевался, растеряв половину прежней гордости.

Сон прервался внезапно.

Я открыла глаза и какое-то время смотрела в потолок над головой. В комнате потихоньку светлело, но, судя по всему, вставать еще рано.

Какой интересный сон приснился! Обычно, если не под воздействием тьмы или повелителя, мне снилась всякая бытовуха, граничащая с психоделическими картинами. Но чтобы настолько сюжетно и удивительно правдоподобно — такое вижу впервые. А еще возникло странное чувство, будто я давно знакома с этой девочкой.

Вспоминаю ее милые черные кудряшки, темные, почти черные глаза с удивительными искорками — и кажется, будто где-то уже ее видела. Но когда? Где? Нет, не припоминаю.

Поворочавшись еще немного, все-таки уснула. А утром взялась за дела.

Провела еще парочку собеседований в столице Ардайна, мысленно хихикая от того, что после устроенного над библиотекой бесчинства вновь спокойно разгуливаю по Ардайну, а демонам и невдомек. К слову, в городе было спокойно — переполох Рошар не поднял, видимо, решив не афишировать произошедшее. Еще бы! Потерять книги из секретной библиотеки. Все! До последней брошюрки. В строго охраняемом замке. Если о таком узнают — в Ардайне совершенно точно начнутся волнения. Народ уже не сможет чувствовать себя в безопасности.

С Варрэтом я решила не встречаться. Он ясно дал понять, что против повелителя. Но пока еще не высказался прямо. Наш вчерашний разговор можно уберечь от повелителя, тьма обещала не докладывать. Однако дальнейшие разговоры могут быть слишком опасны. Одно неверное слово — и тьма сообщит повелителю. Зачем губить Варрэта? Я не желаю ему зла. А значит, лучше не давать ему возможности заговорить о предательстве.

Вернувшись в замок, я засела за книги, украденные у Рошара. Полистала одну, вторую… Ну и гадости! Сколько крови, сколько жутких ритуалов. В основном, конечно, демоны пускали кровь себе, но были и такие ритуалы, где требовалось так много крови, что предпочтительнее было выискивать жертвы. Причем в некоторых ритуалах несчастные жертвы выкачивались подчистую.

Значит, смешение магии крови и ритуальной. Не удивлюсь, если недавние заговорщики, с которыми повелитель вчера разделался, обзавелись похожей книгой, из демонических. Все-таки стандартные ритуалы строятся на стихийных помощниках: огне, воде, земле. Нашлась здесь парочка книг и о стандартных ритуалах. А вот о душах, как и следовало ожидать, не было ничего. Ни о душах, ни о перерождении, ни даже о религии. Все исключительно полезное, для применения на практике.

Но я не отчаивалась. Еще стопку книг собиралась изучить более подробно.

Интересное началось, когда я решила пообедать и вышла из личных покоев. Ко мне подошел хмурый темноволосый парень. Один из тех заговорщиков, кто хотел подсыпать смертоносный порошок.

— Повелительница? Вы не против, если я составлю вам компанию? — он сразу пошел в наступление.

— Ты ведь даже не знаешь, куда и с какой целью я направляюсь. Вдруг тебе не понравится?

— Вы решите, можно ли мне составить вам компанию. А понравится или нет… главное, что я буду в вашем обществе! Оно того стоит.

Ого, как расстарался. Я отметила, как парень вымучивает лучезарную улыбку, будто провести со мной время — это мечта всей его жизни.

Подумалось: как жаль, что убитых заговорщиков уже вынесли и хорошенько подчистили за ними. А впрочем, подчистили только кровь. Может, символы еще остались? Какое-нибудь напоминание о ритуале? Будет весело немного напугать парнишку.

— Тьма? — позвала мысленно.

— Убрали только кровь, — подтвердила она. — Если хочешь, чтобы убрали все остальное, следует сообщить об этом прислуге. Мертвая стража повелителя таким не занимается.

— А ты хорошо разбираешься в распределении обязанностей? — хмыкнула я.

— Наблюдаю и делаю выводы.

— А может, все-таки стоит приказать этим мерзким мертвецам хотя бы полы подметать… — подумала я. Вслух сказала: — У меня есть одно важное дело. Пойдешь со мной.

Протянув руку, я коснулась плеча парня. Усмехнулась, когда он вздрогнул.

Спустя секунду нас обоих поглотила тьма.

Когда тьма выпустила нас в подвале, на входе в зал, где заговорщики проводили ритуал, парень отшатнулся от меня, согнулся пополам и внезапно выдал завтрак. Прямо себе под ноги.

Я скривилась от неприятного зрелища.

— П-простите… — парень поочередно то бледнел, то краснел.

Я не сочла нужным комментировать. Прошла дальше, с любопытством рассматривая символы и остатки ритуальных предметов: свечи, чаши с водой. Чаш с кровью не осталось, да и символы были частично затерты — мертвая стража повелителя постаралась, чтобы не оставить капель этой магически активной влаги.

Сделала вид, что изучаю. Парень ведь не знает, что я уже в курсе, для чего этот ритуал?

Через пару минут он все-таки нашел в себе силы ко мне подойти.

— Это было перемещение при помощи тьмы?

— При помощи древней тьмы, — я кивнула.

— А что вы здесь делаете? Простите, повелительница, я не представился. Меня зовут лорд Мирох.

— Лорд Мирох, вы видите следы недавнего ритуала. Двое заговорщиков попытались провести его, чтобы навредить повелителю. Но не беспокойтесь. Следов крови вы здесь не найдете — стража хорошо прибралась.

Мирох издал какой-то невнятный звук. Но последовал за мной, когда я снова двинулась вдоль символов.

— А почему стража убрала не все?

— Чтобы я могла изучить ритуальные символы, конечно же.

Я еще какое-то время попугала парня, после чего снова переместила нас обоих. На обед он не остался. Бедолага уползал от меня на полусогнутых, прикрывая рот и содрогаясь от желания еще что-нибудь из себя выплеснуть.

— Почему ему так плохо? — спросила мысленно.

— Людям сложно переносить древнюю тьму. Они чувствуют мое присутствие, пугаются. Но когда погружаются полностью — это сильно нагружает организм. Никто не может справиться, тем более с непривычки.

— Поняла! Если я не хочу, чтобы весь замок заблевали, лучше их с собой не таскать.

Кстати. Нужно найти служанку и приказать прибраться в подвалах. А в качестве сопровождения выделить кого-нибудь из мертвой стражи, чтобы не заблудилась. Все-таки доступ в подвальные помещения простым смертным закрыт.

— Повелительница!

Я не хотела встречаться с Варрэтом, но он сам нашел меня после обеда.

— Прошу прощения, может быть, я перепутал время? Мы договаривались с вами встретиться.

— Я была занята.

— Может быть, вы найдете время чуть позже? Или прямо сейчас?

— Маловероятно. Я все еще занята, Варрэт. — Не желая выслушивать уговоры и что-то объяснять, снова переместилась.

Дальше было еще много дел. И как только мозг не вскипел от такой загруженности?

Я потренировалась с Ронаном, после чего все-таки напросилась к нему в библиотеку. Подходящих книг с первого раза не нашла, но заявила, что буду временами заглядывать. Конечно же, наставник не возражал.

После чего снова отправилась в столицу Ардайна — искать себе новую модистку. Помощница убитой эльфийки сидела в своих комнатах тихо и не высовывалась. Как доложила стража, с которой даже разговаривать было мерзко, но все-таки приходилось, девчонка из своей комнаты не выходила. Еду исправно ела — подносы прислуга забирала уже пустые.

Я решила, что незачем расходовать ресурсы зря, а потому пора найти новую модистку. Тем более набор одежды не бесконечный. Не так много у меня платьев для выхода. А показаться перед аристократами в одном и том же два раза подряд я не могу. Следовательно, пора заняться этим вопросом.

После изучения новостей и модных журналов, а в особенности имен под изображениями я выбрала модистку, которой будет по силам воплотить эльфийские наряды в жизнь. Тем более с участием такой талантливой помощницы-эльфийки.

На этот раз попробую обойтись без помощи повелителя. Как показала практика, похищенные работники хуже тех, кто согласился добровольно.

Это была демоница. Высокая, стройная, с длинными витыми рогами на голове и великолепными, сверкающими серебром волосами.

— Я никого не звала… — заметила она недовольно, оборачиваясь с моим появлением. И тут же содрогнулась. — Древняя тьма…

— Да. Древняя тьма, — я усмехнулась, уже понимая, что даже если демоница откажется — отпустить ее не смогу. Она ведь побежит доложить Рошару, а я не хочу, чтобы тот узнал, что мне нужна модистка. Подстроит еще какую-нибудь пакость, с него станется.

Демоница дрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Кто ты?

Очевидно, слухи расходятся небыстро. В Ардайне все еще спокойно.

— Повелительница, — я холодно улыбнулась. — Ищу модистку. Мне понравились твои работы, впрочем, для личного пошива я бы хотела кое-что в другом стиле. Готова предложить почетную должность тебе.

Демоница прищурилась. Я буквально видела в ее глазах, как быстро она просчитывала варианты.

Аина эш Маллок оказалась умна. И догадалась, что живой ее уже никто не отпустит. А значит, есть только один вариант.

Она поклонилась и почтительно произнесла:

— Для меня будет честью служить вам, повелительница. — Впрочем, гордая демоница тут же выпрямилась. — Какова будет оплата моего труда?

— Думаю, договоримся, — я усмехнулась. — По прибытии в замок сразу же обсудим условия. У вас есть час на то, чтобы подготовиться и собрать все свои вещи.

— Я могу попрощаться с родными?

— Да. Разумеется, можете. Вы же понимаете, что не имеете права говорить им, куда отправляетесь?

— Конечно, повелительница. Я сохраню это втайне, — демоница кивнула.

Я отступила во тьму, тут же скрываясь от посторонних взглядов. Если она решит подать кому-нибудь знак — я увижу, потому что не собираюсь оставлять ее без присмотра.

Но это даже любопытно! А ведь демоны — одни из тех, кто мог бы стать для повелителя настоящими союзниками. Им-то не страшно, если мир утонет во тьме.

Следующий час я наблюдала. Ни на минуту не оставляла демоницу без присмотра. Все-таки заполучить какой-нибудь сюрприз, как от похищенной эльфийки, не хотелось.

Аина оказалась умна. Вряд ли она догадывалась о возможностях древней тьмы, но рисковать ни своей жизнью, ни жизнью родных не стала. Сообщила только брату, дяде и тете, что получила очень выгодный заказ вдали от столицы. Тетя, похоже, единственная интересовавшаяся любимым делом Аины, пыталась расспрашивать, но та старалась уходить от ответов. Заверила, что о новых работах, вероятно, в скором времени станет известно Ардайну, а может быть, и всему миру.

На этом моменте я не удержалась от улыбки, заметив в Аине, помимо старательно запрятанного вглубь волнения, амбиции творца. Она боялась. Она не знала, чего ожидать. Но вместе с тем видела в безвыходной ситуации, в которой очутилась по моей прихоти, новые возможности. Одевать повелительницу, предположительно целого мира, одевать ту, кто будет стоять рядом с легендарным повелителем тьмы — это же огромные перспективы для модистки. Аина предвкушала! А мне такой подход импонировал. В первую очередь тем, что не придется убивать ее и снова искать модистку. Во вторую — пожалуй, тем, что с Аиной можно будет познакомиться поближе.

Демоница управилась чуть раньше отведенного времени. Оставшиеся минуты мерила комнату столичного особняка, куда приехала сразу же после встречи со мной, нервными шагами. На ее лице мелькали то страх, то неуверенная улыбка. И все-таки демоница вздрогнула, когда я ровно через час вышагнула из тьмы.

— Повелительница? — она поклонилась. — Я готова.

Приятно, что не приходится повторять, как ко мне нужно обращаться.

— Прекрасно, — я кивнула. — Отправляемся немедленно.

Я протянула ей руку. Не дрогнув, Аина коснулась моих пальцев. Древняя тьма подхватила нас обеих и все собранные демоницей сумки.

— Жить будешь здесь, — я внезапно увлеклась, устраивая Аине экскурсию. — Все это гостевые комнаты. Вот твоя дверь. Дальше по коридору жила прежняя модистка.

— Что же случилось с моей предшественницей? — демоница сдержанно улыбнулась.

— Подбросила мне украшение со смертельным эльфийским заклинанием. — Я не стала пояснять, что именно стало с эльфийкой, но, судя по взгляду демоницы, она догадалась. Небрежно добавила: — У нее была помощница — талантливая темноэльфийская девочка. Я определилась со стилем и хочу, чтобы ты шила что-то, напоминающее эльфийские наряды.

— Темный двор, я так полагаю? — Аина сразу приняла собранный вид. Говорить о любимом деле ей, судя по всему, нравилось. И к любому вопросу, касающемуся новых платьев, демоница подходила со всей серьезностью. Да, пожалуй, сработаемся.

— Именно. У меня не так много свободного времени, чтобы заново рассказывать, что в итоге я хочу получить. Воспользуйся помощью эльфийки и наработками твоей предшественницы. Впрочем… — я задумалась, — вероятно, мы с тобой еще побеседуем. Буду рада, если предложишь новые идеи, как-то модифицируешь то, что нам удалось придумать. Мой стиль должен быть уникальным. Похожим на темноэльфийский, но не в полной мере. Тех же пауков я терпеть не могу. И цвета другие. Единственное… демонический стиль мне не подходит. Его я тоже не люблю. Но можно добавить какие-нибудь иные темные мотивы.

— Я вас поняла, повелительница, — Аина почтительно наклонила голову. — Все сделаю в лучшем виде.

— Отлично. — Мы коротко обсудили оплату, которая, конечно же, не разочаровала Аину. После чего я заявила: — На этом оставлю тебя. Покои помощницы — там, — я указала рукой. — Ах да… еще один момент. Сегодня вечером состоится общий ужин, на котором встретятся верные повелителю аристократы. Если хочешь — присоединяйся.

Я не стала пояснять, что будет означать появление на этом ужине моей новой модистки. Но если она примет сторону повелителя — пусть приходит. Я не хочу, чтобы она оставалась пленницей, накапливающей на меня злость и ненависть.

На вечер я надела одно из тех платьев, что сшила для меня модистка Даортара. К слову, последнее вечернее. Осталась еще парочка повседневных платьев и костюмов для прогулки — и на этом мои запасы, увы, закончатся. Надеюсь, Аина будет достаточно расторопной и быстро порадует чем-нибудь новым. На первое время тканей и фурнитуры должно хватить, а потом, может, отпущу ее в столицу Ардайна за покупками.

— Ты великолепна. Как всегда.

Я вздрогнула, когда на моей талии оказались руки повелителя. Он, по обыкновению, подобрался ко мне со спины. Любит подкрадываться. И тьма не предупреждает!

— Хочу появиться на сегодняшнем вечере вместе с тобой, — сказал он.

— Прямо сейчас? Я еще не закончила с прической.

— Я подожду.

Повелитель отстранился и прошел к диванчику, на котором с довольной ухмылкой устроился. Мне ничего не оставалось, кроме как продолжить приготовления при нем. Хорошо, что уже успела одеться! Осталось всего лишь несколько последних штрихов.

— Как продвигается общение с подданными? — полюбопытствовала я, чтобы не терять даром времени.

— Хорошо продвигается. Некоторые еще не решили, насколько верно стоит мне служить, но многие уже определились. А остальные определятся, когда мы начнем действовать. Да. Мы начинаем действовать.

Ого!

— С чего начинаете — поделишься? — спросила с милой, даже почти кокетливой улыбкой. Поймала взгляд повелителя в зеркальном отражении.

— Отчего же не поделиться, — хмыкнул он. — Ты же моя повелительница. В Ардайне начинают подозревать неладное, учитывая, что часть молодежи одномоментно пропала из академии, причем большая часть ребят — из семей, которые находились у правителя под подозрением. Мы начнем с захвата Ардайна.

Может быть, мне стоило испытать настоящий ужас, и какая-то часть меня не хотела никаких захватов, но по большому счету я ощутила лишь интерес. Подозреваю, на моем лице повелитель увидел именно это — любопытство.

— Сразу с королевского дворца? — уточнила небрежно.

— Преимущество древней тьмы, — усмехнулся повелитель. — Да, ты права. Дворец падет, Рошар умрет. А вместе с тем Ардайн утратит способность к сопротивлению. Будут, конечно, выступать демоны из сильных родов. Будут пытаться занять место Рошара и повести воинов за собой. Однако надолго их не хватит.

— Откуда такая уверенность? — вдев в уши серьги, я повернулась к повелителю. — В твоем распоряжении люди и мертвецы. Все они слабее демонов. Допустим, с Рошаром расправишься лично ты. А как насчет остальных?

— Ты закончила? — повелитель поднялся и направился ко мне.

— Да. — Я не стала ничего придумывать. Если бы начала неловко поправлять прическу, и без того неплохо уложенную, это выглядело бы уже подозрительно. А потому я встретила приближение повелителя прямым, уверенным взглядом.

Повелитель подошел и заключил меня в объятия, с нескрываемым удовольствием рассматривая лицо.

— Армия мертвых поможет. Мертвые тупы и не умеют мыслить — только подчиняться моей силе, но как боевая единица, способная задавить числом, идеальны. Я создам артефакты и раздам их верным своим подданным, которые поведут эти армии. Чуть позже — против родовитых демонов и в другие королевства. А пока, конечно же, лично я поведу и мертвых, и человеческих магов в атаку на королевский дворец Ардайна.

Повелитель говорил — и в его глазах раскрывалась тьма: холодная, равнодушная, не ведающая пощады. Повелитель коснулся моей щеки. Не отпуская взгляда, погладил кожу тыльной стороной ладони. И в этот момент меня, словно молнией, пронзило странным пониманием. Как будто тьма в повелителе и тьма во мне — не одно и то же. Да, я тоже чувствовала холод, пронизывающий насквозь, до глубины души, холод, вымораживающий человеческие чувства. И все-таки в моей тьме есть любопытство, есть интерес к этой жизни, а не желание все вокруг уничтожить, поглотить, изменить. Как же так? Как такое возможно?

Небрежно приласкав, повелитель наклонился к моим губам и подарил мне долгий, горячий поцелуй, совсем не вяжущийся с холодом тьмы в его глазах.

— Ты так манишь меня, Лада, — прохрипел повелитель, продолжая целовать — теперь уже подбородок и шею.

— Нам пора… — напомнила я, заставляя себя вытерпеть пытку, не оттолкнуть.

— Да, конечно. Пойдем, — руки повелителя вновь вернулись мне на талию, и нас окутала тьма.

Спустя мгновение мы появились в зале, где сегодня собрались все гости замка. Пробежавшись взглядом по присутствующим, я отметила недавних знакомых и тех, кого еще не успела запомнить. Подростки-заговорщики на месте. Варрэт — тоже. Вряд ли он сегодня поднимет тему верности повелителю, но все-таки стоит избегать его. О, моя новая модистка! Аина тоже здесь. Прекрасно. Бдительность терять не стоит, но, пожалуй, от нее можно не ожидать удара в спину. Эта умная, расчетливая и амбициозная демоница умеет принимать правильные решения. Пожалуй, она мне даже нравится.

Ужин, как ни странно, начался спокойно, я бы даже сказала, умиротворенно. За общим столом аристократы переговаривались между собой. На нас с повелителем поглядывали с опаской. С повелителем заговаривать не решались, что предсказуемо, но и ко мне на этот раз особо не лезли. Только Ронан задал пару вопросов о моем интересе к магии, а сидящий рядом лорд решился пригласить меня и в свою библиотеку, раз уж я занялась изучением самых разных трактатов о магии.

Зато после ужина, когда гости рассредоточились по залу, началось самое интересное. Пока повелитель отошел, что-то обговаривая с одним из своих подчиненных, в атаку ринулись ребята-заговорщики!

— Повелительница, позвольте задать вам пару вопросов. Вы ведь учились в академии? Я был на домашнем обучении, но слышал о вас много интересного.

— Что же вы слышали?

— Вы стали участницей турнира, одной из немногих первокурсников. И одержали побегу над старшими курсами. Вы так развлекались, пока дожидались активных действий повелителя? Простите мое любопытство, просто интересно. Вам нравилось учиться в академии?

— Да, нравилось. Это действительно было весело…

— А как вам здесь, в замке повелителя? Не слишком ли скучно после академии?

— И здесь веселья хватает.

— Чего только стоят мертвецы! — весело заметил еще один парень — блондин, единственный из всей компании, кто предлагал не спешить и все обдумать, а может быть, даже перетянуть меня на свою сторону против повелителя. — Повелительница, позвольте представиться. Лорд Норман.

— И как вам мертвецы, лорд Норман? — полюбопытствовала я.

— Честно говоря, немного напрягают. Жутковатые типы, — Норман едва заметно поежился.

— А на мой взгляд, отличное воинство, — заметил первый. — Восхищаюсь повелителем.

Прозвучало почти убедительно. Не знала бы, что замышляют меня убить — поверила бы!

— Вы сказали, что в замке тоже не скучно. А чем вы занимаетесь здесь? — полюбопытствовал Норман. — Как проводите время, когда не устраиваются общие ужины?

Интересно, они долго еще будут ходить вокруг да около? Или это и есть начало? Вот сейчас начнут напрашиваться на экскурсию по замку, заодно спросят, где мои личные покои.

— Строю вместе с повелителем коварные планы по захвату всего мира, конечно же, — я усмехнулась.

Ребята переглянулись, пытаясь понять: правду я сказала или так пошутила.

— Повелительница! — о, а вот и рыжая подоспела. — Позвольте представиться: леди Тьяара Феррин. Восхищена, как здесь в замке все обустроено. Если это ваших рук дело — мое почтение.

Это она назвала меня хозяйкой замка, что логично для спутницы повелителя, или все-таки слегка опустила? Не сильна я пока в аристократических намеках.

— В основном обустройством замка занимаются слуги, — ответила нейтрально.

Если я казню их всех прямо сейчас — это будет слишком эксцентрично? На глазах у семей, наверное, все-таки будет не очень хорошо. Но ребята начинают утомлять.

Тьяара взялась за дело. Она болтала всякую ерунду, смеялась и всячески старалась показать, будто прекрасно меня понимает. Как говорится, «между нами девочками».

— Вы выглядите роскошно, — продолжала она. — Стоять рука об руку с повелителем так непросто, но у вас превосходно выходит, вы вдохновляете, повелительница! Подскажите… — хитро стрельнув глазками, Тьяара спросила: — А вы не подскажете пару женских секретов? Понравился мне тут один лорд, но я совершенно не умею привлекать к себе внимание… А уж у вас, не сомневаюсь, отбоя в поклонниках не было никогда.

Парни изумленно таращили глаза, но тут же подхватили:

— Вы великолепны, повелительница!

— Если бы уже не были заняты, я бы точно попытал свое счастье и попытался привлечь ваше внимание, — добавил хмурый.

Пока что они пытают только мое терпение.

— Может, мы могли бы как-нибудь пообщаться вдали от толпы? — рыженькая всячески старалась, буквально лучилась добродушием, восхищением и желанием сдружиться со мной.

Если бы не знала, что эти ребята задумали — послала бы их с такими подкатами куда подальше. Но мне внезапно надоел весь этот цирк и захотелось подтолкнуть их к активным действиям. А значит, нужно соглашаться.

— Почему бы нет, — я улыбнулась. — Можем прогуляться по саду. Вы оценили наш хищный сад?

Ребята побледнели. С хищными растениями наверняка уже познакомились, а потому начали испуганно поглядывать на Тьяару, но та была непробиваема.

— Прямо сейчас?

— У меня есть немного времени. К тому же, хочется подышать свежим воздухом.

— О, я с удовольствием! Конечно, пойдемте, повелительница. Я видела ваш сад — он чудесный. Не подскажете, откуда завезли те милые цветочки с шипами и коготками?

Мы зашагали к выходу из зала. Парни двинулись было за нами, но рыжая к ним обернулась и весело сказала:

— А вам, мальчики, с нами нельзя! Очень хочу посекретничать с повелительницей.

Мы проходили как раз мимо Варрэта. Лорд услышал и вопросительно вздернул бровь, когда наши с ним взгляды пересеклись.

Да, понимаю, слова Тьяары звучат слишком по-свойски. Можно было бы наказать ее уже только за это. Но мне ведь нужно вывести девчонку на активные действия.

Я качнула головой, показав Варрэту, что все в порядке. Он начал делать в нашу сторону шаг, но тут же остановился и склонил голову, тем самым давая понять, что вмешиваться не станет.

Парни за нами не последовали — присоединились к третьему заговорщику. Тьяара им подмигнула, намекая, что все под контролем. Неужели мешочек с отравой принесла с собой на ужин?

— Справишься? — раздался над ухом шепот повелителя.

Уже на выходе из гостиного зала я оглянулась и встретилась с внимательными темными глазами. Улыбнулась, решительно кивнув. Уж с одной рыжей выскочкой я точно разберусь. Может, будет даже весело.

Тьяара, остановленная ненадолго кем-то из знакомых, меня нагнала.

— Повелительница?

— Идем, — я перешагнула порог и вышла в коридор.

Тьяара вышла чуть позже. За нашими спинами закрылись двери.

— Повелительница…

Я обернулась. В мою сторону полетел ядовитый порошок, выброшенный прямо из мешочка. Рыжая тут же отступила и задержала дыхание, чтобы даже мельчайшие частицы не настигли ее.

Дверь снова распахнулась. Трое ребят вывалились из зала как раз вовремя.

Я усмехнулась. Древняя тьма выплеснулась из тела, поглощая весь порошок без остатка. А затем, пока никто ничего не успел сообразить, рванула к заговорщикам.

Я все-таки решила не устраивать сцен рядом с гостиной.

Родители узнают о произошедшем чуть позже, а сейчас мне не нужны лишние истерики.

Тьма подхватила всех нас и уволокла в свои глубины.

Всего несколько секунд насыщенной, леденящей душу черноты, после чего мы впятером очутились в сыроватом подземелье. На стенах вспыхнули магические факелы, реагируя на малейшее движение. Их накануне повелитель приказал установить. Вероятно, чтобы всем желающим было удобнее проводить ритуалы, ну а нам — этих желающих ловить.

Древняя тьма схлынула. Ребята попадали на пол, с хрипами и стонами прощаясь с ужином.

Устояла только Тьяара. Содрогнувшись, стиснув руки в кулаки, она подняла на меня горящие ненавистью глаза. На побледневшем, даже почти позеленевшем после перемещения лице смотрелось впечатляюще.

— И что теперь ты сделаешь? Убьешь нас? — выпалила она.

— Тьяара, заткнись! — простонал хмурый. — Повелительница, мы не понимаем, что происходит. Нам показалось, что наша подруга вела себя слишком вызывающе, недостаточно почтительно. Забеспокоились, решили проследить… — он тут же снова согнулся, чтобы расстаться с остатками еды. — Но мы… мы… — прохрипел парень, — не понимаем, что происходит? Почему мы здесь?

Поиграть или сразу сообщить, что обо всем знаю? Рыжая смотрит с такой ненавистью, что, возможно, еще успеет устроить любопытный спектакль, если слишком не торопиться.

— Вы слышали, что раньше за измену или ошибки, разозлившие повелителя, отвечала вся семья? Не только тот, кто промахнулся, — я лениво улыбнулась, обводя ребят брезгливым взглядом.

Тьма прошлась по полу шелестящим потоком, устраняя следы их слабости.

Этого хватило, чтобы рыжую прорвало:

— Но ты не повелитель. Ты — всего лишь глупая девка, которая возомнила о себе невесть что. Но на самом деле ты — побочный эффект чужой глупости. Повелитель избавится от тебя, как только ему надоест с тобой играть.

— Что ты несешь⁈ Тьяара, замолчи! — завопили парни.

— Она не понимает, что говорит! Пощадите!

— Мы здесь ни при чем! Убейте эту дрянь, а нас отпустите, пожалуйста, повелительница!

Скучно. Как же с ними скучно.

Я лишь повела пальцем, а древняя тьма оплела всех четверых, поднимая над полом. Ребята задергались в магических коконах, испуганно тараща глаза. Но не рыжая. Она оставалась спокойна и смотрела на меня с холодной ненавистью.

— Что молчишь? Нечего сказать? Понимаешь, что я права?

— У тебя слишком грязный язык, — заметила я. — С такими у меня разговор короткий. И ответ только один — смерть.

Я медленно приблизилась к ней, чувствуя, как внутри бурлит древняя тьма. Она жаждет убить, жаждет наказать за мерзкие слова, брошенные жалкой девчонкой. Она здесь никто. Она — пустое место. А ведет себя, как королева.

С момента, как я произнесла слово «смерть» и осознала, что собираюсь сделать, что-то внутри меня, помимо древней тьмы, забилось, затрепыхалось, но я не понимала, что это, да и не желала вслушиваться.

— Ответь мне только на один вопрос, прежде чем умрешь, — сказала я, заставляя Тьяару опуститься на колени.

Она сопротивлялась. Как же упорно она сопротивлялась, стискивая зубы, морща бледный лоб и щуря глаза. Но что девчонка могла противопоставить древней тьме, оплетающей буквально все тело? Поток тьмы устремился к полу, силой сминая сопротивление. Ноги девчонки подогнулись — и она встала на колени.

Теперь я смотрела на нее сверху вниз.

Кажется, внутри меня что-то тоже воспротивилось, забилось сильнее, но тьма помогла — в очередной раз наполнила холодом до самых краев.

Да, она жаждала отмщения. Я нравилась ей. Тьма хотела покарать за то, как девчонка повела себя со мной. Тьма… она была так холодна и так беспощадна. То, что еще недавно я видела в повелителе, теперь ощущала и в себе.

— Почему ты решила, что если не будет меня, повелитель обратит внимание на тебя?

Тьяара гордо подняла голову, решительно вздергивая подбородок. Она как будто совсем не боялась.

Пусть Тьяара стояла на коленях, но смотрела на меня все так же уверенно. Сильная девчонка. Жаль, вот-вот умрет. Ее бы силу — да в полезное русло. Но увы. После того, что она наговорила, дорога у нее только одна.

Меня прошибла легкая, незаметная со стороны дрожь. Странно. Да что происходит?

Кончики пальцев заледенели. Наверное, от клубящейся на них тьмы, но было что-то еще.

— Я красива. Умна. Высокородна. Я достойна стоять рядом с повелителем, меня с детства к этому готовили! А ты — просто дворовая шавка…

Последним словом она захлебнулась, потому что под испуганные вскрики ребят тьма усилила натиск и сломала девчонку пополам.

Всего несколько секунд она кашляла. А потом рухнула на пол сломанной куклой. Тьма как будто рассеялась, впиталась в пол, но на самом деле вернулась ко мне. Из приоткрытого рта потекла густая кровь.

Один из ребят закричал. Истошно. Страшно-страшно, как будто случилось что-то непоправимое.

Да. Непоправимое случилось.

Тьма все еще наполняла меня, но чувства начали пробиваться, как ростки сквозь мерзлую почву — настолько отвратительным, настолько пугающим было представшее зрелище мертвой девушки.

Я убила ее. Пусть она напала, пусть несла всякую чушь, но я ее убила. Лишила девчонку жизни.

Впервые. Я отняла чужую жизнь. Стала убийцей.

Я пошатнулась.

— Мы не виноваты! Повелительница, пощадите!

— Мы не понимаем, что происходит!

— Она сошла с ума! Она не понимала, что говорит, но мы верны вам, повелительница!

Парни испуганно кричали, их голоса вспарывали тьму. Слезы лились по их лицам — парни и в половину не обладали той смелостью, которая горела в рыжей Тьяаре.

Я замотала головой, хватаясь за уши.

Хватит. Я не хочу это слушать.

Он появился внезапно. Повелитель встал рядом со мной, обнял со спины, как он это любит. Движение тьмы — и еще три безжизненных тела рухнули на пол.

— Ты молодец. В первый раз такое бывает. Это просто шок, но он скоро пройдет. — Повелитель погладил меня по плечам. — А родителей наглой девчонки придется покарать. Никто не имел права готовить для меня, кого подстелить — я сам выбираю постельные утехи… И сейчас мне интересна только ты.

Слова повелителя доносились словно сквозь вату. Прикосновения тоже едва ощущались на обледеневшей коже.

Повелитель погладил мои бедра, скользнул руками вдоль талии вверх. Вновь обхватив плечи, развернул к себе и накрыл губы поцелуем. Тьма поглотила нас, выпустив уже в спальне повелителя. Он продолжал меня целовать, шарил руками по телу, исследуя каждый изгиб. А я каменела под его ласками, все еще пытаясь осознать, что убила человека.

— Да, Лада… ты такая сладкая… такая притягательная, — шептал повелитель мне в губы, а затем спускался поцелуями к шее и плечам, по пути стаскивая рукава, чтобы обнажить еще несколько сантиметров кожи.

Я не сопротивлялась. Но и не отвечала ему. Мне просто было все равно, что происходит с телом, если душа срывается в бездну.

Это было так странно. Так неожиданно.

Все последние недели, с момента, как слилась с тьмой и сбежала из королевского замка Ардайна, я почти ничего не чувствовала. Происходящее забавляло меня, где-то веселило, вызывая на губах жесткую, безразличную улыбку. Мне казалось, что убить — это легко, что человеческая жизнь не стоит ничего. Но я ошиблась. По какой-то причине я снова чувствовала и содрогалась от осознания, что совершила.

Повелитель заставил меня упасть на кровать и теперь нависал сверху, напористо целуя шею. Его руки скользили вдоль моего тела, яростно сминали ткань. В какой-то момент раздался треск ткани на груди — и я ощутила, как кожи коснулся холодный воздух. Но кожа тоже была холодной, я даже не вздрогнула — лишь продолжала смотреть в потолок перед собой.

— Нет, так не пойдет. — Повелитель приподнялся, заглядывая в мое лицо. — Ладно, приходи в себя. Зайду к тебе позже.

Он исчез в глубинах тьмы.

Какое-то время я еще лежала на кровати, не в силах пошевелиться. А потом тело начало мелко подрагивать.

Что же я натворила…

Закрыв глаза, судорожно вздохнула, приподнялась и переместилась.

— Лада? Что с тобой? — удивился Каирус.

Он как раз ужинал, когда я к нему заявилась.

Ноги меня не держали и тут же подломились. С нечеловеческой скоростью, а может, это мои реакции сейчас слишком заторможены, Каирус поднялся и вовремя меня придержал.

— Лада?

— Я… я убила ее… убила ту девчонку… — прохрипела я и разревелась. Из глаз хлынули слезы, тут же заливая разорванное платье и обнаженную кожу.

Каирус наклонился, подхватил меня одной рукой под коленками, а второй прижал к себе и куда-то понес.

Я ревела. Горько, отчаянно. Так, будто уже ничего не исправить.

И это действительно так. Отнятую жизнь не вернуть, испачканные в крови руки не отмыть.

Я все-таки превратилась в самое настоящее чудовище.

Каирус куда-то сел вместе со мной. Я почти не понимала, что происходит и где мы. Только уткнулась ему в грудь, замазывая светлую рубашку черными слезами.

— Все хорошо, Лада. Все хорошо. Я с тобой, — Каирус поглаживал меня по спине, по растрепавшимся волосам. Его голос звучал уверенно и вместе с тем мягко, как будто он говорил не с чудовищем, а с обыкновенной рыдающей девушкой. Но я не была ею. Больше нет.

— Я… я думала… мне было все равно, как будто все эмоции вымерзли… — выдавливала сквозь всхлипы. — Я думала, что это легко. Что плевать, скольких я убью… что это так легко — отнять жизнь у человека… Мне было весело, было скучно, было… как-то… это была не я, не я… — и снова залилась рыданиями, такими сильными, что не получалось произнести ни слова.

— Конечно, это была не ты. Арнхайт тебя предал, обошелся так жестоко, что ты не выдержала. Ты была напугана, ты была зла. Ты ненавидела его. Тьма нашла лазейку в твою душу и завладела тобой. Она заморозила твои чувства, сделала тебя холодной и безжалостной. Но это не ты. Не ты настоящая.

Каирус продолжал обнимать меня, тихонько поглаживая. И это казалось таким несправедливым. Как он может? Как может мягко со мной разговаривать, как может прикасаться столь нежно, если я чудовище, бесчувственная убийца?

— Ты не бесчувственная убийца.

Кажется, последние слова я прохрипела вслух.

— Если бы ты была бесчувственной убийцей — ты бы осталась там, в замке повелителя. Но ты здесь. Оплакиваешь произошедшее. Ты способна чувствовать. Я вижу твою боль. Ты вернулась, Лада.

Слова Каируса еще долго не доходили до измученного сознания.

Я плакала, заливая его рубашку, почерневшую от потока слез. Отчаянно хваталась за его плечи, как будто тонула и только Каирус мог меня спасти. Прижималась к нему, пытаясь то ли согреться, то ли укрыться от целого мира.

Не знаю, сколько прошло времени. Может, полчаса, а может быть, час.

Но в какой-то момент слезы начали затихать. Рыдания уже не так сильно сотрясали тело.

Я всхлипнула и подняла заплаканное лицо, чтобы взглянуть на Каируса. И вот ведь удивительно — я не нашла в его взгляде ни ненависти, ни осуждения. Он смотрел тепло, с участием. Смотрел так, будто единственный во всем мире понимал мою боль, даже лучше меня самой.

— Что ты имел в виду? — Голос все еще звучал сипло, но теперь я могла связно говорить, а не бормотать что-то невразумительное. — Что ты имел в виду, когда сказал, что я вернулась?

— Я могу только предполагать, видя, что с тобой происходит. — Каирус не спускал с меня взгляда. Мне по-прежнему было чудовищно больно, но, не встречая ненависти в его глазах, становилось чуть легче дышать. — В последняя время была не совсем ты. Это была ты, измененная тьмой. Тьма наполняла тебя, замораживая чувства. А кто мы такие без наших чувств? Чувства в тебе были, но так глубоко сокрыты во тьме, что ты не ощущала их. А значит, не была в полной мере собой. Ты не могла реагировать на происходящее так, как реагировала бы, зная свои чувства. Ты реагировала так, как хотела тьма.

— Я не понимаю… Мне казалось, что тьма разная. Казалось, что она не хочет убивать и разрушать. Она так захотела, потому что пропиталась желаниями повелителя.

— И эти желания пропитывали тебя. Не в полной мере, потому что иначе ты не смогла бы вновь пробудить свои чувства. Так что… полагаю, ты права. Тьма в тебе еще сохраняла отпечаток тебя прежней. Но рано или поздно… если бы не сегодняшнее событие, ты бы приняла через тьму желания повелителя, а через тебя тьма стала бы единой — в тебе точно такой же, как в повелителе.

— И что же… почему тогда все изменилось? Почему я вернулась? — спросила тихо. Голос по-прежнему слушался плохо.

— Как уже сказал, мне остается только предполагать, но ты можешь почувствовать, так ли это. Хочешь воды? Тебе тяжело говорить.

Каирус попытался приподняться, но я крепко вцепилась в него.

— Нет! Не оставляй меня.

— Ладно. — Он снова сел рядом и обнял. — Тогда так.

Взмахнул рукой, и поток тьмы подхватил графин со стола.

— За стаканом нужно идти, но я помогу.

Каирус придерживал графин, пока я пила воду прямо из него. А затем, отправив графин обратно на столик, продолжил:

— Думаю, убийство — это последняя грань. То, чему твоя душа воспротивилась. Пока не убила — ты была едина с тьмой. Но как только совершила то, с чем твоя душа мириться не готова — ты воспротивилась, да так сильно, что сумела отделиться от тьмы, вернуть из глубин саму себя, свою личность, такую, какая она есть. А ты — не убийца.

— И все-таки убийца, — я вздохнула. — Та девчонка… она ненавидела меня. Хотела занять мое место рядом с повелителем. Напала, швырнула мне в лицо ядовитый порошок. Наверное, она не терзалась муками совести. Наверное, она заслуживала наказания. Но я не хотела ее убивать! Я спокойно смотрела, как убивает повелитель, а теперь… — голос снова дрогнул. Плечи тоже затряслись. — Не знаю даже. Мне так больно. Я не хотела убивать своими руками.

— Верю. Не хотела. Твои чувства притупились под действием тьмы. Бессмысленно теперь обвинять себя в произошедшем. Чувство вины тебе не поможет.

— А что тогда поможет? Что⁈ — выпалила я, горячо глядя на Каируса. Зато слезы окончательно высохли. Наверное, я выглядела кошмарно с размазанными по коже черными слезами, но мне было плевать.

— Твои ценности. Твои ориентиры. Не теряй их больше. Береги, не давай им раствориться во тьме. Если повелитель повлиял на тьму, то и ты можешь на нее повлиять. Если ты говоришь, что в тебе тьма немного другая — пусть эти отличия растут благодаря тебе.

— А я так хотела обрести целостность, — на удивление горько вздохнула тьма в моей голове.

И в этот момент я поняла, что Каирус прав. Картинка сложилась.

Да! Тьма во мне на самом деле отличалась от тьмы в повелителе. Она была одна, и все-таки разная. Внутри тьмы произошел раскол. Но если мы с повелителем — до сих пор сообщающиеся сосуды, то, возможно, за счет моих изменений тьма начнет меняться не только внутри меня, но и внутри повелителя? Как же сложно. И все-таки впереди забрезжил выход.

— Я буду держаться, — произнесла решительно. — Мне не загладить вину, не изменить произошедшее, но я сделаю все возможное, чтобы больше не терять свои чувства и ценности. Я останусь собой. Я смогу повлиять на тьму. Она не превратится в чудовище. Как и я.

Не знаю, что видел в этот момент Каирус. Может быть, то самое чудовище, заляпанное слезами, словно чернилами и видел. Но почему-то в его глазах не было отвращения. Он потянулся к моему лицу, поправил прядку волос, прилипшую к щеке. Отодвинув ее к остальным волосам, мимолетно погладил кожу. А может, мне просто показалось, и он задел меня случайно.

— Правильно, Лада. Ты очень сильная. Ты справишься. Ты настолько сильная, что смогла воспротивиться, отделиться от тьмы, когда совершила то, что противоречило истинной сути твоей души. Ты больше не позволишь тьме тебя поглотить. Я верю в это.

Слова Каируса прожгли что-то внутри меня. И холода в груди стало чуточку меньше.

Упс. А грудь-то у меня в одном бюстгальтере, потому что платье разорвано!

Я подскочила, запахивая ткань.

Вместе с шоком на меня обрушилось понимание.

— Каирус… А что истинно для души повелителя? Я не смогу сдерживать его, влияя на тьму со своей стороны, если он на самом деле такой — злой, бесчувственный, жаждущий захватить или уничтожить мир. — Впрочем, захват мира при помощи древней тьмы равносилен его уничтожению. — А Дейш был добрым! Нелюдимым, закрытым по большей части, но на самом деле он был добрым, заботливым. Две совершенно противоположные личности. Так что же является настоящей сутью души? Если это личность повелителя, то… боюсь, Дейша уже не вернуть, как бы я ни старалась. Но если его истинная суть — доброта, то, каким был Дейш, то мы сможем достучаться до него! — выпалила потрясенно.

— Ты права, Лада, — в глазах Каируса загорелось понимание. — Сможем мы восстановить личность Дейша или нет — неизвестно. Но дотянуться до сути души — сможем. Весь вопрос в том, что именно является сутью души повелителя: зло или добро.

— Я знаю ответ на этот вопрос, — прошептала тьма. — Я вижу души. Вижу твою душу, Лада. И вижу его душу… Мы едины. Мы все — едины.

— Так что же? — спросила вслух и пояснила для Каируса: — Разговариваю с тьмой.

— Дейш был просто маскировкой. Чтобы до поры до времени, пока не наберет силу, его не уничтожили. Но истинная его суть — личность повелителя. Поэтому он победил. Поэтому не оставил ничего от Дейша, кроме любви к тебе. Но даже эта любовь теперь извращенная, темная. С моим приходом суть повелителя пробудилась. Он сорвал личность Дейша, словно шелуху.

Я зажмурилась, чувствуя, как силы вновь меня покидают.

— Повелитель хотел именно этого — убивать, уничтожать. А ты, тьма? Чего же хочешь ты сама, если представить, что ты свободна от наших желаний?

Я могла бы не верить ей, но на самом деле внутри себя я точно знала, что тьма говорит правду. Моя идея о спасении повелителя провалилась, едва успела сформироваться.

— Если бы я была свободна… от ваших желаний… Я хотела бы… — И внезапно зашелестела не договорив: — Повелитель! Он ищет тебя, Лада.

— Повелитель! — воскликнула я. — Потом поговорим.

И поспешила переместиться в замок.

А спустя еще секунду я почувствовала, как тьма накрыла сознание, и отключилась.

Кажется, упала все-таки в объятия повелителя, а не на холодный, жесткий пол.