Глава 23

Пятый уровень встретил нас особенно неприветливо. Сначала мы наткнулись на очередные следы пребывания здесь варлока, а точнее на следы его отсюда убывания. Судя, по тому, что уже успели увидеть до этого, таинственный и смертельно опасный парень с нереальными глазами жаждал вырваться из этого опостылевшего комплекса и излишней щепетильностью при этом не страдал.

Он продвигался по уровням как раскалённый нож сквозь масло. В принципе, это нам даже было на руку. Он частично расчищал нам дорогу, в огромных количествах истребляя разбежавшийся по щелям местный уголовный контингент. И вряд ли это были несчастные должники или кому то неугодные отцы семейств. Скорее всякие отморозки из тех, что скалились и отпускали сальные шуточки в мой адрес из клеток в торговом зале. Приложив руку к сердцу, честно скажу — мне их ни капли не жаль. Ещё свежо воспоминание о тех двуногих тварях, что пытались "скрасить мой досуг" в изоляторе. Что своими действиями варлок в буквальном смысле оказывает нам услугу понимали все, но вслух никто замкнуться не решился. Каждый раз набредая на то, что осталось после его очередной стычки с местными, Рейна клинило. Ему потом приходилось пару минут приходить в себя и возвращать контроль над эмоциями. У меня сложилось мнение, что это что-то расовое. Возможно их виды природные непримиримые враги друг друга? Самый простой пример — как кошка и собака. Спрашивая я, естественно не решилась. Не то чтобы я боялась, что Рейн накинется на меня. Нет. Просто одного его жуткого, по-настоящему пылающего синевой взгляда было достаточно чтобы прикусить свой дерзкий не в меру язык.

После этого, буквально через пару поворотов, мы нарвались на засаду. Для кого её изначально устраивали так и осталось для меня загадкой. Было ощущение, что все воюют против всех. Какая-то массовая истерия. Хотя, учитывая действие нейротоксина, распыленного ксантарианцами, это версия могла оказаться вполне жизнеспособной. В общем, нарвались мы по полной. И если бы не Рейн с его мастерством, и не его природные скорость и сила, мы бы малой кровью не отделались. Он взял на себя роль громоотвода, перетянув большую часть нападавших и дав нам возможность разобраться с остальными, которых, кстати, тоже было немало. Даже Гаррону приходилась сражаться, хотя при каждом резком движении его вело в сторону, а лицо покрывала смертельная бледность. Черепно-мозговая это вам не шутки. Подвижность Кая из-за ранения ноги тоже была ограничена. Про меня как бойца и упоминать не стоит. Лучшее, что я могла сделать для своих ребят — это не мешаться под ногами и постараться по возможности не умереть раньше времени. И вот с последним пунктом было напряжённо. В итоге, мы всё же отбились, уложив при этом большую часть нападавших. Остальные разбежались. Точнее попытались. Кай без тени сомнения на лице клал всех дезертиров точными выстрелами в спину. Не скажу, что меня это сильно покоробило — никто из этих никого из нас точно не пощадил бы. Просто выглядело жутковато. Плюс его зверская, полная удовлетворения улыбка в процессе. Хотя для этого у него было оправдание — кто-то из этих подонков подстрелил Брейдана. Рана была не смертельная, выстрел бластера по касательной задел его плечо. Даже кость не задело, пострадали лишь мягкие ткани. Но одного запаха крови брата Каю хватило чтобы превратиться в хладнокровного палача.

Когда стих последний выстрел, я изможденно прислонилась к стене. Уже который за последние сутки раз дала себе обещание, что если выберусь отсюда живой, то займусь физ подготовкой. А заодно буду тренировать хвост и крылья. Но в первую очередь разберусь с собственными способностями — они уж точно в подобной ситуации, если таковая возникнет в будущем, принесут больше пользы, чем умение пользоваться бластером или махать кулаками. Но над выносливостью всё равно нужно будет поработать…

Чуть в стороне Кай споро и со знанием дела перевязывал рану брата. Тот его поторапливал, параллельно исследуя взглядом поле боя. Рейн в это время, не утруждая себя наклонами, ловко откидывал хвостом к стене найденное у нападавших оружие и боеприпасы. Учитывая количество перестрелок, в которых нам уже удалось побывать, лишним это точно не будет.

Рядом со мной с шумным выдохом сполз по стене бледный до синевы, а точнее до бирюзы, Гаррон.

— Что за день…

Я усмехнулась, пытаясь унять заполошно колотящееся сердце:

— И не говори…

— Вы как, госпожа? Не задело?

Я покачала головой и с улыбкой посмотрела на этого упрямца:

— Может хватит уже? Учитывая то, через что нам сегодня пришлось вместе пройти, формальности, мне кажется, уже можно опустить. Просто Кира, Гаррон. И, я тебя умоляю, давай без споров — голова просто раскалывается.

Я действительно ожидала, если не споров, то хотя бы уже знакомой мини-лекции на тему, что положено и что не положено благородной пробужденной. Но Гаррон, в который уже раз за сегодня, меня удивил. С усмешкой улыбнулся и огорошил:

— Тогда и я просто Ррон.

Я моргаю пару раз от неожиданности и усмехаясь в ответ:

— Нет. Я это не выговорю. Будешь просто Рон.

— Идет, — соглашается со смешком и мы оба, облегчённо вздохнув, позволяем себе пару мгновений блаженной тишины. И в этот момент мне в голову приходит заманчивая идея.

Когда наберу весь положенный мне комплект мужей и гарем (после сегодняшних приключений это уже не казалось чем-то негативным), то осяду где-нибудь на маленькой планетке с тропическим климатом. Тем более стартовый капитал мне положен и положен немаленький. На свой островок точно хватит… Идиллическая фантазия. Только вот почему в этой самой фантазии я вижу рядом с собой тех, кого там быть не может?

Потратив на релакс уже привычные пару минут, вздохнула, перехватила поудобнее по-прежнему зажатый в ладони бластер и, отлепившись от стены, направилась за угол.

— Кира…? — настороженный голос Гаррона… черт, Рона, ещё привыкнуть надо… догнал меня в спину. Затормозила, оглянулась через плечо.

— Я никуда не ухожу, просто чуть отойду, крылья размять надо… — с намеком смотрю в серые глаза моей персональной и очень сердобольной няньки. И, кстати, о крыльях не приврала. — С этим экстремальным восхождением помяла и изодрала их так, что как бы по возвращении ампутировать не пришлось. По ощущениям там ни одного целой кости и хрящика не осталось. Удивительно как мне их ещё не подстрелили…

— Вернемся, лично вас… тебя… в целительский корпус отведу. Проведут полную регенерацию и будешь как новенькая. Ничего ампутировать не придется. В наше время только смерть необратима, хотя с большими деньгами и ее обмануть на время можно. — Он окинул взглядом окружающее пространство, прислушался, знакомо нахмурился. Точно спорить сейчас будет. — Не уверен, что отходить от нас хорошая идея. Мы могли не всех зачистить…

Вот, зараза. Придется намекнуть доходчивее. Вздыхаю.

— Мне по нужде надо. Организм уже давно и настойчиво посылает недвусмысленные сигналы. Воспользуюсь моментом пока затишье, потом возможности ещё долго может не представиться.

— О, ясно. Только далеко не отходи. И будь начеку.

Невероятно, но мне, кажется, удалось смутить своего непрошибаемого сопровождающего упоминанием естественных потребностей.

— Я начеку и во всеоружии, — кивнула на бластер. — Но, Господи, я же только за угол.

До вожделенного поворота меньше десятка шагов. Заворачиваю и облегчённо выдыхаю. Никого. Длинный коридор полностью пуст. Тут и там горы камней с обвалившегося потолка, но вряд ли за ними мог спрятаться хотя бы одни взрослый мужик. Отхожу ещё чуть подальше — не хочу чтобы мои спутники слышали как я тут нужду справляю. Понимаю, что это абсолютно неразумно и по идее следовало оставаться в пределах их видимости, просто попросить отвернуться, но… Да не могу я, блин! Молодые, красивые парни. Пардон, ссать при них, прямо посреди коридора раскорячившись — я просто физически не смогу себя заставить. Хуже только в штаны напрудить. Чертов сок! Не стоило на него так налегать. Теперь вот в прямом смысле головой из-за этого рискую. Сделав с десяток шагов, может чуть больше, я обнаружила короткий тупик с обвалом в конце. То, что нужно. Никаких дверей и со стороны неприкрытых в прямом смысле тылов никто не подберется. В самый угол не забираюсь, там очередные горы обломков. Набегалась и наползалась я по ним сегодня. Не выпуская бластера из рук, тянусь к застежке штанов. Расстегиваю и… тут же молниеносно застегиваю обратно потому что из-за ближайшей кучи в углу слышу отчётливый шорох. Прислоняюсь спиной к стене, чтобы и проход из поля зрения не выпускать и неожиданную опасность держать на прицеле. Направляю в сторону, откуда слышался характерный шорох бластер, снимаю с предохранителя.

— Выходи! Считаю до трёх и начинаю стрелять!

— Не надо… — слышу слабый взволнованный голос.

Девушка?!

Когда тот, кто прятался поднимается во весь рост я приоткрываю рот от удивления. Не девушка. Мальчишка! Подросток лет четырнадцати от силы. Взъерошенный, чумазый и… в знакомой униформе охраны комплекса! Тоже с трупа снял? Похоже на то, потому что сидит эта форма на нем в отличие от моих мальчиков (кого?!? чьих?!?) не по фигуре, а мешковато. Да и смотрится нелепо так как рассчитана на мужчину как минимум раза в два крупнее. — Не стреляйте пожалуйста…

— И не собиралась, — настороженно рассматриваю я паренька. Откуда он здесь? Я за всё это время в комплексе ни одного ребенка ни разу не видела. Ни среди товара, ни в рядах покупателей. Может родственник кого-то из служащих? Но тут дисциплина строгая настолько, что мама не горюй. Странно это…

Мальчишка явно фуррианец. Вон уши длинные "эльфийские" с пушистыми кисточками из кудрявой рыжей шевелюры проглядывают, а в одной из не по размеру широких штанин наверняка хвост спрятан. Одна из самых многочисленных в этой вселенной рас. И одна из самых мирных. Все фуррианцы без исключения "природники". Аграрии то есть местные. Их удел земледелие. Ни к чему другому никогда интереса не проявляют. Да и дар у них особенный почти у всех поголовно развит — лечение растений, подпитка, помощь в росте и развитии. Предпочитают жить на аграрных планетах. Мегаполисы вообще не переносят. Места, где мало земли и растений их ослабляют. До совершеннолетия они особенно уязвимы и родной планеты не покидают. Что забыл этот паренёк, которому до того самого совершеннолетия ох как далеко, на полностью индустриальной планете в городе-мегаполисе?! И что он забыл на рабском рынке? Или последний вопрос это и есть ответ на первый?

К какому-то общему знаменателю я прийти так и не успеваю. С коридора, со стороны противоположной той, откуда я пришла и где меня ждут парни, слышатся осторожные крадущиеся шаги. И двигаются они явно в нашем направлении. Я бросаю короткий взгляд на парня и замечаю как он напрягается и резко бледнеет. Огромные голубые глазищи на чумазом лице смотрят на меня с ужасом и… мольбой?

На принятие решения у меня лишь секунды. Коротко выдыхаю и поворачиваюсь лицом к выходу из тупика, оставляя парнишку за спиной. Крылья напряжённо подрагивают, готовые в любой момент распахнуться. Неуправляемый хвост хлещет по бедрам. Бластер в моих руках замирает на уровне глаз. Палец на спусковом механизме.

Сходила пописать…

* * *

Несколько секунд, которые для меня, да и для паренька, думаю, тоже, тянутся слишком долго, а затем из-за угла почти бесшумно выскальзывает рослая широкоплечая фигура в странной броне, непохожей ни на форму охраны комплекса, ни на какую-либо другую, увиденную мною ранее. Частная охрана кого-то из посетителей комплекса? Но что ему нужно?

Ответа на этот вопрос нет, но меня в этом тупичке увидеть точно не ожидали. Как и направленный точно промеж глаз ствол бластера.

В глазах неизвестного на мгновение вспыхивает удивление, которое тут же сменяется каким-то злобным ощущением триумфа. Молниеносное, едва уловимое глазом движение и вот уже в мою голову направлен ствол какого-то навороченного бластера, по внешнему виду отдаленно напоминающего земной обрез.

Пару мгновений мы оценивающе разглядываем друг друга и мужику в отличие от меня, всё из увиденного, похоже, нравится.

— Ты повороты перепутал. Тебе дальше, — медленно, с расстановкой бросаю я, прерывая затянувшуюся паузу.

— Да нет — я как раз там, где нужно, — хмыкает тот и кидает взгляд мне за спину, где затих, почти не дыша, парнишка.

— А вот у меня сомнения. Здесь твоего ничего нет.

Мужик с усмешкой оскаливается, демонстрируя удлинившиеся клыки:

— Не самое мудрое решение, красотка — вставать между охотником и его добычей…

Оборотень. И без пацана он не уйдет. А я уже не смогу просто уйти и оставить того в лапах этого бугая. Ситуация патовая. Мы двое друг напротив друга с оружием в руках. И оба не готовы уступить. Только вот я, в отличие от этого профи, бластер сегодня в руки взяла впервые, могу и промахнуться. Но вот он об этом не знает. И что делать? Стрелять, рассчитывая лишь на удачу? Или тянуть время, понадеявшись, что мои устанут ждать и придут на помощь? А если нарвутся на огонь?! Я же вроде как "в кустики" просто пошла. Ага, и даже там умудрилась вляпаться!

Гаррон… мать его, Рон!.. меня теперь точно придушит.

Видя, что его "дружелюбная улыбка", как и плохо завуалированная угроза, не произвели на меня должного впечатления и отступать я не собираюсь, мужик хмурится и сжимает челюсти. Кидает быстрый взгляд мне за спину, словно прикидывает что-то или… примеривается как лучше выстрелить?! Постойте! А ведь мальчишка нужен ему именно живой и, видимо, невредимый. И в меня он не решается стрелять совсем не из человеколюбия.

Словно придя к точно таким же выводам, паренёк медленно выходит из-за моего плеча и… встает передо мной, почти прижимаясь ко мне спиной!

— Ты что творишь?! — шиплю я тихим, но злым шепотом. Мне ещё живого щита в виде ребенка не хватало!

— Он не сможет выстрелить в вас — побоится меня ранить… — в его голосе слышится не свойственная детям решимость, хотя я всем телом чувствую его напряжение.

— Ты так в этом уверен? — продолжаю я, не сводя глаз с наемника. В том, что передо мной именно наемник, у меня сомнений нет. Только вот зачем ему пацан? Хотя, какая разница? Для преступника он слишком мал, для раба тем более. Про бордели даже думать не хочу — начинают сразу руки чесаться, в неистовом желании чью-нибудь шею свернуть.

— Угу… — бормочет в ответ паренёк. Три буквы, но сколько вниз эмоций. Злость, отчаяние, горечь. И это яснее ясного позволяет мне понять, что вляпалась я во что-то непростое и дурно пахнущее. И сам паренёк непростой и те, кто за ним охотится. Почему "те", а не "тот"? Есть у меня вполне обоснованное подозрение, что этот наемник далеко не одиночка. И если это так, то надо выбираться из этого во всех смыслах тупика, пока к нему подмога не подоспела. Первая мысль почему-то была о моих усталых от бесконечных перестрелок парнях. Если всё пойдет по плохому сценарию, то они, отправившись на мои поиски нарвутся уже не на одиночные выстрелы. Черт!

— А я тебя помню, красотка. Видел на пропускном пункте. Что, твои самцы, не такими уж надёжными защитниками оказались раз одна здесь бродишь? А одной здесь выжить сейчас шансов мало… — Он похабно скалится, окидывая меня липким взглядом с головы до ног. — Хочу предложить тебе следующее — отдаешь пацана добровольно и, я так уж и быть, захвачу тебя с собой…

Паренёк напрягается, а я с трудом подавляю идиотский смешок. Захватит с собой? Как походную подстилку? Он меня за дуру держит? Или просто привыкли местные мужики к инфантильности слабой и очень малочисленной далеко не половине их далеко не человечества? Вынуждена с прискорбием признать, что скорее второе. И виноваты инопланетники в этом сами, разбаловали и изнежили, превратили в беспомощные домашние растения.

— Заманчивое предложение… — усмехаясь я, делая вид, что действительно раздумываю. А сама тихонько кладу вторую руку пареньку на плечо, сжимаю в успокаивающем жесте.

— Не отдам… Будь готов…

Это едва слышный шёпот сквозь почти сомкнутые губы, но мальчишка слышит. Выдыхает и тут же напрягается.

Я же…

Включаю свою самую соблазнительную улыбку и медленно, с чувством, облизываю губы…

И с умом использую те несколько мгновений, пока мужик растерян и дезориентирован!

Хвост стреляет плетью, захватывая лежащий рядом с моей ногой камень, и тут же отправляет в запланированный полет. Практически одновременно с этим я буквально отшвыриваю в сторону парня и заваливаюсь набок сама, в падении умудрившись всё-таки выстрелить…