Глава 25

В следующий миг Аиша увидела себя лежащей на мягкой постели, пахнущей лавандовым мылом. Полупрозрачный белый балдахин из тонкого фатина колыхался от дуновения летнего ветерка, заглянувшего в комнату через открытое окно. Девушка несколько раз тряхнула головой, прогоняя из нее липкий туман. Как она здесь оказалась? Казалось, минуту назад Аиша лежала на груди Арктура, а сейчас лежит в незнакомых покоях.

Девушка привстала и осмотрелась. Кто-то накрыл ее тонкой простыней, чтобы скрыть наготу. Комната очень уютная, но в то же время богатая. То тут, то там взгляд натыкался на позолоченные вензеля в виде короны – символ королевской власти. Аиша все еще находится во дворце. Но где же Арктур?

– Ты уже проснулась? – Неожиданно дверь открылась, в комнату вошел дракон собственной персоной. Половину его лица скрывала красная маска.

– Арктур, что случилось? – насторожилась Аиша. Взгляд у дракона был потухший, словно случилось горе. – Ты договорился с королем?

– Договорился, – медленно протянул дракон, вздыхая. Он опустился в кресло рядом с кроватью девушки и сложил руки на животе. – Договорился, – повторил он.

– Ну не томи! – взмолилась Аиша. – Арктур, что вы решили?

– Сошлись на пяти возах с золотом, – цокнул языком дракон, словно это – мелочь, не требующая обсуждений. Создатель, да это же баснословные деньги! – Его доставят примерно через неделю. Драконье золото нельзя перемещать через порталы. – Дракон вздохнул с досадой. – До того времени ты будешь жить здесь, в королевском дворце. – Он говорил таким извиняющимся тоном, словно оставлял Аишу в грязном хлеву.

– Это безопасно? – только и спросила девушка.

Арктур ответил не сразу. Он отвел глаза в сторону, раздумывая над ответом.

– При мне все твои служанки поклялись не причинять тебе вреда и не замышлять ничего, что может плохо повлиять на тебя, – потирая подбородок, ответил дракон. – Я осмотрел почти весь дворец, навесил сигнальные и защитные заклинания, какие только смог. Рядом с тобой останется Муфрид. Он будет всегда сопровождать тебя, станет твоим телохранителем.

– Арктур. – Укутавшись в простыню, Аиша подошла к дракону и села к нему на колени. Совсем как тогда, когда они впервые встретились и Арктур был вынужден успокаивать рыдающую девушку. – Посмотри на меня.

Дракон поднял на девушку усталый и мрачный взгляд. В нем было все: упрек, боль, разочарование, нежелание расставаться и даже капля нежности.

– Почему он обнимал тебя? – Дракон задал главный вопрос, который бередил его душу. В словах слышалось столько боли и затаенной злобы, что сердце болезненно сжалось.

– Арктур, все совсем не так, как кажется. – Аиша покачала головой и заметила, что дракон сжал правую руку в кулак. Он всегда так делал, когда пытался совладать с собой, чтобы сдержать гнев.

– Хочешь сказать, мне показалось, что он целовал тебя? – Его ноздри раздулись, как у взбешенного быка. Казалось, вот-вот из них повалит пар. – Мне показалось, что ты тянулась к нему?

– Это была не я, – ответила Аиша первое, что пришло в голову. Брови Арктура удивленно поползли вверх. – Позволь объяснить. – Аиша закусила губу. – Знаешь, недавно я решила, что сошла с ума, – нервно улыбнулась девушка. – У меня в голове начал звучать голос…

– Голос? – насторожился Арктур, чуть подавшись вперед.

– Она назвала себя драконицей. – Аиша расплылась в глупой улыбке.

– Что? – воскликнул Арктур. Подавленный гнев мгновенно сменился радостным изумлением. – В тебе проснулась сущность?!

– Да, – робко кивнула девушка.

– Выпусти ее, – неожиданно потребовал Арктур.

– Что? Сейчас? – растерялась Аиша.

– Сейчас, и ни минутой позже, – воодушевился дракон, обхватив руками тонкую талию девушки. – Я должен с ней пообщаться! – Кажется, он уже забыл о своей ревности, но это лишь на первый взгляд.

«Нет! – испуганно пискнула драконица. – Не пойду!» – Она забилась в самый дальний уголок сознания и свернулась плотным клубком.

«Чего ты боишься? За свои поступки нужно отвечать», – здраво рассудила человеческая половина.

«Ты видела, что он сделал с Малисом? – взвизгнула драконица. – Он и меня убьет».

«Не говори глупостей», – снисходительно отозвалась девушка.

– В чем дело? – встревожился Арктур, заметив, что Аиша ушла в себя.

– Она не хочет с тобой общаться, – неловко ответила девушка, поджав губы. После этой фразы глаза дракона расширились так сильно, что, казалось, они вот-вот выпадут из орбит.

– Почему? – заподозрил он неладное.

– Боится твоей реакции на свой поступок. – Аиша закусила губу. – Она решила вызвать жалость у Малиса, расположить его к себе, поэтому позволила себе его поцеловать…

Арктур заметно помрачнел, на лбу залегла глубокая морщина. Он о чем-то задумался.

– Арк! – позвала его Аиша. – Скажи что-нибудь.

– Сущности проявляются в нашем сознании в возрасте двадцати лет, – задумчиво протянул он. – У тебя она проявилась даже раньше… Как правило, дракон отличается мудростью, зрелостью и опытностью. Он направляет человека. Я впервые слышу, чтобы драконья сущность вела себя как дешевая куртизанка. – Арктур посмотрел на Аишу скептически. – Я прошу тебя выпустить сущность, но ты отказываешься. Все это выглядит странно, не находишь?

Аиша поняла, к чему клонит дракон. Он подозревает ее во лжи. Почему-то эта мысль больно кольнула девушку. Все выглядит так, словно она пытается оправдаться в своих поцелуях с бывшим женихом, выдумав несуществующую драконью сущность. Мол, решила подыграть догадкам Арктура, а заодно обезопасить себя от подозрений. Интересно, у дракона хватит сил извиниться за свои подозрения, когда он узнает правду?

«Вылезай», – попросила она свою драконицу.

«Нет», – отчаянно пропищала та, забиваясь еще глубже.

– Она не хочет, – вздохнула Аиша.

– Ты сама можешь вытолкнуть ее наружу, если захочешь, – пожал плечами Арктур. – Закрой глаза, – посоветовал он. Аиша послушалась. – Теперь медленно отпускай контроль над телом. Уходи в глубь сознания… – Его голос звучал мягко, хотелось довериться ему. Аиша не стала противиться собственным ощущениям. Это похоже на мягкое засыпание, когда теряешь связь с телом, оставаясь наедине со своим сознанием. – Вот так…

– Открывай глаза. – Голос дракона прозвучал с ехидцей, насмешливо. – Аиша!

Пф! Аиша! Упоминание человеческой ипостаси задело драконицу. Как можно их перепутать? Они ведь такие разные! Открыв глаза, она с удовлетворением наблюдала, как вытягивается лицо дракона. Ее зрачки вытянулись в узкую щель. Она могла контролировать свои проявления, позволяя окружающим заметить драконьи глаза, а могла и хитро скрыть себя, как сделала это с Малисом.

– Ты прекрасна, – восхищенно прошептал Арктур, чем удивил драконицу. Меньше всего она ожидала услышать от дракона комплимент.

– Спасибо, – ответила она вслух, завладев голосовыми связками.

Казалось, после этого дракон вот-вот упадет в обморок, настолько сильным было его изумление. Он даже слегка побледнел.

– Ты можешь говорить? – не мог поверить дракон. Он все искал подвох, но щелевидные зрачки говорили сами за себя. – Но как? Сущности не способны воспроизводить слова.

– Может, твоя сущность и неспособна, а я и не такое могу, – самодовольно отозвалась драконица и, сложив рука на груди, отвернулась от своего самца.

«Дай я с ней пообщаюсь», – прозвучал в голове Арктура усталый вздох дракона.

«Ты знал! – осенило его. – Ты знал, что в Аише проснулась сущность! Почему мне не сказал?» – посуровел он.

«Она еще молодая, ей нужно время, чтобы повзрослеть, – пояснил дракон. – Зная тебя, могу с уверенностью сказать, что ты бы начал ее изучать и всячески вмешиваться в естественные процессы. Это нежелательно. Пусть подрастет, сама себя раскроет».

«Мы еще поговорим об этом», – пообещал Арктур своей второй ипостаси.

– Солнышко, как давно ты появилась? – Он начал осторожно прощупывать почву, чтобы не спугнуть молодую драконицу.

– Я тебе не солнышко! – оскалилась сущность. – Появилась я недавно, всего несколько дней назад, – соизволила объяснить она. – Это была вспышка… – Голос стал звучать тише, драконица погрузилась в свое первое воспоминание. – Все вокруг окутал яркий свет, а потом я проснулась в теле своего человека. Поначалу мне не хватало сил дать знать о себе, я могла только наблюдать за происходящим из глубины сознания. Но я знала многое, – нахмурилась она. – Знала о том, что я дракон, что я свободна и вольна жить так, как захочу. Я жду, когда у меня появятся крылья, чтобы облететь весь мир, – мечтательно вздохнула девушка.

– Боюсь, сделать этого ты не сможешь, – грустно улыбнулся Арктур. Голос драконицы и ее интонации завораживали его. В них чувствовалось столько силы, легкости и незамутненности предрассудками, что это обескураживало дракона. Он привык к другому. – Полеты требуют больших затрат энергии. О больших расстояниях и речи быть не может, ты просто истощишь себя.

– Фи! – презрительно фыркнула она, одарив его уничижительным взглядом драконьих глаз. – Мне энергии всегда хватает. Я не испытываю никакого дефицита.

– Разве ты не ощущаешь своей связи с родовыми артефактами? – попытался переубедить ее Арктур. – Ты должна примерно чувствовать свой запас и свои возможности.

– Я чувствую связь… – Девушка прикрыла глаза и медленно втянула воздух через нос, словно хотела прочувствовать его. – Связь с миром! И он прекрасен! – Несмотря на свою взбалмошность, драконица выглядела очень милой. Особенно в этот момент, когда казалась воздушной, чистой и открытой.

– Зачем ты стала приставать к человеку? – Арктур почувствовал себя идиотом. Как он мог подозревать Аишу невесть в чем? Хорошо хоть хватило ума не высказать свои обвинения. – Неужели не понимаешь, насколько это было опасно? Он мог сотворить с тобой… что угодно!

«Так, дай я с ней пообщаюсь», – жестко вмешался дракон, но Арктур не позволил тому отобрать контроль. Сущность была не в духе, могла и наговорить лишнего молодой девочке. Ни к чему ее нервировать, но объяснить недопустимость ее поведения необходимо.

– Я хотела заполучить его доверие, вызвать жалость, – передернула плечами драконица. – Когда мужчина видит беззащитную плачущую женщину, у него включаются инстинкты самца. Он не навредит такой женщине, захочет взять ее под свою защиту. И Малис многое бы мне рассказал, если бы не ты. – У нее хватило наглости предъявить претензию Арктуру.

– Если бы не я, он бы изнасиловал тебя в том лесу, на пеньке, – помрачнел дракон и сам не заметил, как сжал пальцы на талии драконицы еще крепче. – Ты этого не понимала? – В голосе зазвучала сталь. Поступок девчонки был не просто оскорбительным для него, он был очень опасен в первую очередь для нее самой. Сейчас, когда она объяснила свои действия, ревность и боль предательства постепенно угасли, но вот негодование при воспоминании о ее глупости только набирало силу.

– Я умею контролировать мужчин, – самодовольно заявила драконица. Арктур сжал ее еще сильнее. – Больно!

– А меня ты тоже можешь контролировать? – прищурился Арктур. Интересно, как она выкрутится теперь? Странно, но, несмотря на кипящий в груди гнев, дракон даже не повысил голос на объект раздражения. Ему хотелось объяснить этой недалекой девчонке весь ужас ситуации, увидеть в ее глазах понимание.

«Проснулся отцовский инстинкт? – съехидничала вторая ипостась. – Странные мысли витают в твоей голове. Прежде я не замечал у тебя таких талантов в общении с подростками».

«Замолчи», – коротко приказал Арктур и вновь вернулся к разговору с драконицей.

– Почему нет? – кокетливо улыбнулась девушка. – На каждого найдется свой рычаг… – Она томно втянула воздух и приблизила свое лицо, будто собиралась поцеловать Арктура.

Тонкие женские руки легли на его плечи. Он сосредоточенно смотрел на пухлые полураскрытые губы, делая вид, что заворожен ими. На самом деле такие открытые и наглые приставания дракон не любил. Гораздо приятнее завоевывать и соблазнять женщину, чем отбиваться от нее.

Их губы почти соединились. Какие-то мгновения отделяли этих двоих от поцелуя, но Арктур улучил момент и, слегка вывернув девчонке руки, резко подбросил ее вверх. Управиться с ней оказалось даже легче, чем он думал. Драконица еще не умела в полной мере пользоваться телом. Ее ноги разлетелись в воздухе, и Арктур усадил ее на себя в позе наездницы, прижав локтями бедра. Девчонка не могла пошевелиться. Руки заведены за спину и взяты в захват, ноги блокированы, а их лица расположены так близко, что увернуться от поцелуя у нее не получится.

– Что ты делаешь? – растерялась драконица.

Да, он обращался с ней грубо, но грань не переходил.