Глава 11. О том, что не стоит идти на поводу у авантюризма

Поначалу сердце колотилось так неистово, что я всерьёз озаботилась вопросом – бывает ли у магов сердечный приступ. А если бывает, то сможет ли пухленькая тётечка из лечебницы оживить меня, в случае чего.

Но мысль эту отмела, и попыталась взять себя в руки. Подумаешь, записка какая-то. Может быть, она вообще не мне?

«Ну да, а в твоей квартире оказалась по нелепому стечению обстоятельств» – ехидно добавил внутренний голос, и я вновь погрустнела.

Адресом тут вряд ли могли ошиблись, но… Получателем в самом деле могу быть не я, а Элена. От этой догадки стало чуточку легче дышать.

Правда, лёгкость эта тут же испарилась. А если всё же мне прислали? И кто этот таинственный «Л»? неужели нельзя было нормально записку подписать? Тоже мне, шпионские игры.

И что делать? Идти? Или не идти? А если пойду и окажется, что записка предназначалась Элене, что мне тогда делать?

Только я немного осваиваться начала, успокаиваться, как на тебе… Очередное приключение на мою голову. В такие моменты особенно остро хотелось увидеть Гришеньку. И, желательно, настучать ему по одному мягкому месту.

Часы на академической башне взялись отбивать время. Одиннадцать… Уже одиннадцать? Так быстро…

Покрутила в руках записку, закрыла глаза, вновь их открыла. Пойду, но только для того, чтобы со стороны посмотреть на этого загадочного «Л», который всё обо мне знает, или не совсем обо мне, не суть.

Сложила книги аккуратной стопкой, активировала подогрев чайника, благо, с заменённым накопителем, который передали мне рабочие, это оказалось проще простого. Нервно опустошила чашку с чаем, даже почти не почувствовав ни вкуса его, ни горячей температуры. Все мои мысли были заняты предстоящей вылазкой.

Малодушное желание остаться в комнате и никуда не ходить, хоть и не сразу, но всё же отмела. А если записка предназначалась мне? Тогда хоть стоит узнать, кому так неймётся и кого стоит опасаться.

Переодеваться не стала, разве что накинула поверх свитера серое пальто, чтобы не особо выделяться на фоне потемневшей при свете звёзд растительности.

Академия дышала сонной тишиной и спокойствием. Нет, в выходные дни она и так редко заполнялась звонкими студенческими голосами, но сейчас вовсе будто уснула крепким сном. Жутковато, если честно.

Я упрямо шла вперёд, сжимая до боли кулаки и выдыхая сквозь стиснутые зубы почему-то вдруг ставший каким-то вязким воздух. Зачем я пошла? Узнать… И что измениться от того, если я узнаю, кто этот загадочный «Л»? Ничего… Или может быть изменится всё…

Проснувшийся авантюризм упрямо толкал вперёд, а присущая осторожность – нашёптывала вернуться. И вот кого слушать?

Замерла перед выходом во внутренний двор, не решаясь ни на хрустящий гравий ступить, ни обратно вернуться. Наконец, махнула рукой и спешно направилась к северным воротам.

Дорожка, что вела к ним, вся утопала в зелёных ограждениях, что, несомненно, радовало. Я пригибалась, прячась за раскидистыми ветвями и осторожно выглядывала из-за живой изгороди – нет ли там кого.

Но территория, так же, как и само здание, находилась в полусонном состоянии. Только стрекочущие вдалеке кузнечики нарушали безмолвную тишину. Вскоре показались мусорные баки, в которых поблёскивали языки пламени. А за ними высокие кованые ворота, что в ночи казались эдакими зубастыми великанами.

Поблизости никого не было. Я затаилась за одним из кустов и принялась ждать. Кто-то же должен прийти. Ждать пришлось недолго. Как только башенные часы пробили двенадцать раз, за воротами показался высокий широкоплечий мужчина. Не один. За ним, постоянно оглядываясь, шла миниатюрная женщина, укутанная в чёрный плащ с головы до пят. Почему я поняла, что это особа женского пола? Всё очень просто:

– Думаешь, она придёт? – Высокий мелодичный голос разрезал ночную тишину. Я никогда его прежде не слышала, но несмотря на мелодичность и напускное спокойствие, голос этот отозвался неприятной дрожью во всём теле.

– Не уверен, – пробасил в ответ мужчина, вскинул и отвёл назад плечи, как обычно у нас делают боксёры перед боем.

«Уж не меня ли он собрался бить?» – пронеслась шальная мысль в голове, но я заставила себя остаться на месте. Не полезут же они через ворота! Наверное…

– А если не придёт? – В мелодичность вкрались злобные нотки.

– Если не придёт, то не твоя забота. Я всё сделаю сам.

«Всё сделаю сам» – звучало куда серьёзнее любой угрозы. А потому я ниже припала к земле и вовсе задержала дыхание, чтобы ни единым звуком не выдать себя.

– Зря мы ей доверили это дело, – не смогла стоять молча женщина.

– Разве у нас был выбор? – зло усмехнулся мужчина.

– Не было, – буркнуло недовольно его собеседница.

Стало тихо. А жаль. Было бы здорово, если бы они расщедрились на более полную информацию. Я бы тогда смогла понять, во что такое гадкое вляпалась Элена. Сдаётся мне, сбежала она из этого мира всё же не в поисках новых ощущений, здесь всё куда сложнее…

Прошло довольно много времена, двое так и стояли у ворот, а я молилась всем и сразу о том, чтобы они скорее ушли. Потому что ноги бессовестно затекли, и сидеть в этом дурацком положении было уже просто невыносимо. Но они стояли и внимательно всматривались в темноту, желая увидеть Элену.

А она, точнее я, не собиралась выходить к ним навстречу. Нет уж… Не готова я на такой отчаянный шаг. Зато теперь я стала подумывать о том, что если Гриша не явится в ближайшие пару дней, то я наплюю на наш договор и пойду искать контору, которая занимается проблемами переселенцев. И пусть это будет свинством по отношению к престарелому клерку, но… Я просто не знаю, что ещё делать.

Часы на башне пробили ровно один раз и женщина раздражённо бросила:

– Она не придёт, это же очевидно!

Конечно! Надо было сразу об этом догадаться.

– Пойдём, – поддержал её недовольство плечистый мужлан и они, наконец-то, развернулись, чтобы уйти. Только прежде, чем скрыться за высокими стенами академии, он обернулся и посмотрел именно на те кусты, за которыми я притаилась. И мне показалось, что на его губах блеснула усмешка. Или это моё воображение и темнота сыграли злую шутку?

В комнату я возвращалась погружённая в свои невесёлые мысли.

Итак, что я имею? Понятное дело, попаданство. Его я уже не воспринимала, как что-то фантастическое и нереально. Не зря же говорят, что человек приспосабливается ко всему. Второе – загадочное прошлое Элены. В свете всего происходящего ни за что не поверю, что указанное в договоре у Гриши желание «попутешествовать и узнать что-то новое» являлось основополагающим в данной ситуации. Девушка сбежала от проблем и проблемы эти отнюдь не сводились к «я не знаю, какого цвета платье надеть».

Шкатулка… Не знаю уж, какие там дары богини и что они из себя представляют, но история с ними мутная.

Теперь вот ещё «охотники за головами». Что им нужно от Элены, и что такого известно про неё – совсем непонятно. И у кого разузнать всё, ума не приложу. Хотя нет, знаю я, конечно, кто мог бы рассказать обо всех тайнах, но человек этот (и человек ли?), сгинул в поисках неизвестного Грома. Если он вообще хоть кого-то ищет, а не отсиживается в своей конторке, успокоенный моим молчанием.

В сухом остатке у меня море вопросов и ни одного ответа. А в придачу ко всему проснувшееся желание во всём этом разобраться. И начать стоит… с Риши.

В комнату я не пошла несмотря на то, что мне давно уже стоило бы находиться в постели и смотреть сладкие сны. Сразу направилась в библиотеку и застала, конечно же, до крайности удивлённую девушка-призрака за чтением очередной книги. Не той, где была изображена шкатулка, а жаль.

– Лена? – нахмурилась Риша и сразу отложила потрёпанный фолиант.

– Расскажи мне про Элену всё, что ты о ней знаешь, – выдала, не утруждая себя замысловатыми объяснениями. Этот разговор должен был случиться ещё тогда, когда девушка упомянула, что Элена была хорошей, и неприязнь окружающих к ней вовсе не оправдана, но я так загорелась идеей обучиться магии, что остальное попросту вылетело из головы.

– Всё? – Отчего-то задушено пискнула девушка и побледнела сильнее, хотя, я была уверена, что это в принципе невозможно.

– Всё-всё, – кивнула, отодвигая стул, что стоял у стены и усаживаясь на него. – Желательно со всеми грязными подробностями.

Закинула ногу на ногу и принялась ждать. Риша медлила, что натолкнуло меня на не очень-то приятные мысли.

– Ты знаешь что-то, что я не должна узнать?

– Нет, – поспешно отмахнулась девушка, но продолжила, когда набрала в свои призрачные лёгкие воздух. – Просто… Это же не моя тайна. Не знаю, могу ли я об этом говорить.

Я хмыкнула:

– Видишь ли, так как я волею судьбы нахожусь в теле Элены, то тайна эта касается меня непосредственно. Я, так сказать, не посторонний для неё человек.

Ну в самом деле, как я могу быть посторонней, если не просто временно снимаю её квартирку, а… Живу в её теле? Это же указывает на более чем близкое знакомство между нами. Или я не права?

Риша помолчала, окинула меня сомневающимся взглядом, но, наконец, начала рассказ:

– О тех слухах, что ходили про неё и какого-то чиновника из министерства, я ничего сказать не могу, – со вздохом призналась девушка. – Но стоило ей появиться в академии, её все дружно невзлюбили. Ещё бы, девушка без особых талантов в области теории плетений, и на тебе, получила такое тёпленькое место. Если интересно моё мнение, то вся эта история о коварной соблазнительнице, лишь выдумка, а Элена не пыталась её развеять потому…

Она запнулась, но всё же поделилась своими мыслями:

– Она посчитала, что так будет удобнее. Обычно от пустоголовых девиц, торгующих своим телом, не ждут никаких особых свершений, а она была умна и подмечала мелочи, на которые другие не обращали никакого внимания.

Пока Риша лишь нагоняла тумана, но я терпеливо ждала.

– Элена умело играла на публику. Даже вот интрижку с профессором Элшаром закрутила, лишь бы убедить всех, что они на счёт неё не ошиблись. Но студентов своих она полюбила, не сразу, конечно, но со временем они нашли общий язык. Правда для окружающих её фривольное общение с учащимися расценивалось как… Неэтичное.

Ха, судя по сальным шуточкам, что ребята отпускали в её адрес, это совсем не удивительно.

– Но на самом деле она была очень умной, начитанной. Ни дня не проходило, чтобы она не наведывалась в библиотеку. Она интересовалась не только разными приёмами плетений, но ещё и зельевареньем, артефакторикой, древним руноплетением, которое давно уже кануло в лету.

Зельеваренье, артефакторика, руноплетение… А эта Элена очень интересная личность, если не сказать загадочная.

– Так, а зачем она изображала из себя легкомысленную дурочку? – Спросила, нахмурившись. Этого я в самом деле не понимала. Если ты такая разносторонняя личность, умная и начитанная, то для чего это цирковое представление?

Риша замялась, нервно взлетела к потолку и опустилась обратно, прежде чем ответить:

– Не знаю точно, но мне кажется, она что-то искала, здесь, в академии.

Искала… в Академии… А потом – фить! – и свалила из этого прекрасного магического мира на Землю. Подставив какую-то Елену Митянкину, а Гриша уже подвёл под монастырь меня. Так может то, что она искала – нашла? И потому сбежала, не желая делиться этим чем-то с… Да хоть с сегодняшними ночными визитёрами? Уж не шкатулочкой ли?

И вся эта игра на публику, пропитанная якобы развратом и полнейшей глупостью, были лишь прикрытием? Похоже на то… Твою ж свинячью харю, в какие ещё шпионские игры я вляпалась?

– И что она искала? Как думаешь? – Оторвавшись от размышлений, посмотрела на Ришу.

Девушка немного успокоилась и перестала дёргаться из стороны в сторону.

– Не знаю, – плечи её печально поникли, – это я и хочу выяснить, поэтому и стащила в свою комнату все те книги.

То есть, тот завал, который я видела днём, это всё прочитала Элена? Жуть какая…

– И за сколько же она всё это прочла? – Мой голос сел не иначе, как от удивления.

– За полгода, – сморщилась девушка и было понятно, что ей обидно – она-то не читала книги в таком количестве за такой короткий срок, хоть и не нуждалась ни в еде, ни в отдыхе.

– А какие отношения их связывали с ректором? – Спросила, сама не знаю для чего. Почему-то вдруг стало жутко интересно – Элену он тоже всегда так донимал и это «счастье» досталось мне уже по наследству?

– В том-то и дело, что никаких, – усмехнулась Риша. – Как человека, он её недолюбливал, особенно за связь с Элшаром, но как преподавателем – был доволен. Поэтому их отношения сводились к незначительным выволочкам и замечаниям.

Что-то слабо верится. Либо Риша ошибается, либо… Господина ректора подменили вместе с исчезновением Элены. Потому что мне он буквально прохода не даёт, и ведь для этого не было никаких особых предпосылок.

Понятно, что совсем ничего не понятно. История с ректором добавляется в копилку странностей, которые мне ещё предстоит разгадать. Или, может, не стоит лезть ни в какие чужие тайны? И оставить всё как есть?

Ну да, а если Гриша вовсе про меня забудет, то, что тогда? Нет, раз уж я здесь, вместо Элены, то и проблемы эти меня касаются непосредственно. Почти непосредственно, но это не важно.

– Это всё? – спросила Ришу, которая молчала, пока я обдумывала полученную информацию.

– Всё, – призналась девушка после небольшой заминки, а потом спохватилась, – Разве что я могу дать тебе книги, которые она брала последними.

А вот это уже хоть что-то.

– Давай! – несказанно обрадовалась эдакой малости, но энтузиазм мой угас, стоило Рише появиться с высоченной стопкой, которая по тяжести легко могла сравниться с парочкой мешков цемента.

Но сказанного – не воротишь. Пришлось тащить это всё в комнату. Как я не навернулась на лестнице и не перебудила всю академию разом – ума не приложу. Но была очень этому рада. Не хватало ещё вновь увидеть ректора. Пришлось бы объяснять какого лешего я по ночам шастаю где ни попадя. А искромётные объяснения у меня уже закончились. Лимит, так сказать, иссяк.

Кое-как добралась до квартиры, кряхтя открыла дверь и ввалилась в собственное жилище. Усталость брала верх, и я уже не мечтала ни о чём, как только принять душ и завалиться на кровать. Но смыв с себя бесчисленные приключения этого дня, не смогла пройти мимо – взяла ту книгу, где видела иллюстрацию шкатулки, благо Риша по моей просьбе оставила в ней закладку.

Улеглась на кровать, пролистала до нужного места и замерла, глядя на неприятный рисунок. Символы мне были не понятны, но чем больше я всматривалась в кривоватые закорючки, тем отчётливее беспочвенный страх разрастался внутри. Что же с этой шкатулкой не так? Неужели и впрямь какой-то божественный подарок, а от богов, как известно, ждать хорошего не стоит. У них всегда только игры на уме, уж я-то знаю, благодаря неуёмной фантазии деятелей современного искусства.

Элена что-то искала, и если я правильно поняла, то это что-то, должна была передать сегодняшним ночным визитёрам. А вот что именно она разыскивала? Шкатулку? Или что-то другое? Загадка…

И ведь надо же, а сначала казалось, что ничего-то особенного не произошло. Ну попутал клерк буковку в добровольном договоре, а тут… Сдаётся мне, что Елена, которая Митянкана, тоже не знала, на что подписывается.

Кажется, с этими мыслями, в обнимку с книгой я и уснула, чтобы проснуться буквально через три часа. Как же здорово, что мне удалось подружится с Ришой, она хоть объяснила мне, что и здесь, в этом мире, есть будильник, который «заводится» довольно просто, на манер нашей Алисы – голосом. Говоришь, во сколько нужно встать и – оп-па! – истеричный вой старается на все лады и замолкает лишь тогда, когда клиент, то есть я, поднимается на ноги и не пытается вновь зарыться в одеяло.

На самом деле, едва продирая глаза, я была уверена, что никакой это не будильник, а настоящее орудие пыток. Весьма изощрённое, должна заметить.

Впрочем, завела я его не жалоб ради. Мне хотелось прийти в аудиторию раньше студентов. Надо же как-то уже учиться их учить. А то, чего доброго, ректор начнёт цепляться ко мне не только из-за приставучести Элшара, но и из-за работы, сделанной кое-как. А это лишнее внимание, которого для одной меня от него и так слишком много.

Словом, зевая во весь рот, я брела по пустым коридорам и подбадривала себя, как только могла. И что я стараюсь и для себя любимой тоже, только измотанный организм мечтал лишь о кроватке и мягкой подушке, а не вот это вот всё…

Но куда девать, партия сказала – надо! И спорить бессмысленно.

В аудитории, ожидаемо, было пусто. Я прошла спокойно к своему столу, села, провела руками по деревянной поверхности. Заглянула в один шкафчик, в другой – везде лежали бумаги. Я вытаскивала стопку за стопкой, и проникалась всё большим уважением к Элене. Несмотря на представление, что она устраивала, ради всеобщей неприязни, к работе она подходила с великим тщанием.

Учебный план был расписан от начала и до самого конца года. И в план этот входили не просто написанные темы, но и то, на что стоит сделать упор, что стоит закрепить несколькими занятиями. У неё даже было помечено, когда она должна у какого курса присутствовать на практике, хотя, отчего-то уверена, что это её личная инициатива.

Но и это оказалось малостью… Ещё Элена вела подробный дневник, где выписывала все оценки ребят с вверенного его четвёртого курса. Она знала где и в чём кто-то из них отстаёт, и еженедельно опрашивала педагогов об успехах или неудачах. Странной она всё же была девушкой, удивительной, но странной.

Что ж, теперь мне не так уж и страшно приступать к занятиям. Хотя нет, вру, конечно, страшно, но хотя бы не так, как была до этого.

Осталось самой разобраться во всех этих плетениях, чтобы учить других. На самом деле, я считала, что это невозможно, научиться так, чтобы дать что-то молодым да горячим головам, но… Да-да, выбора мне не оставили.

Поэтому намотала сопли на кулак и пошла работать!

Раз я не могу научить их правильным плетениям и не могу проверить, насколько хорошо они справляются с ними сами, отправилась в небольшую каморку. На манер той, где меня пытался домогаться Элшар. Помнится, в похожей комнате было много полезного материала.

И не ошиблась. Помимо старых, дряхлых карт, там обнаружились и иллюстрации плетений, построенные на нумерации и очередности задействованных пальцев. Тут же нашлась и стопка листов с необходимой тематикой – защитные плетения купольной формы. Именно эта тема значилась следующей по списку в записях Элены. Что ж… Сегодня у нас будет практика. И я буду учиться наравне со всеми. Придётся держать лицо не хуже, чем в знаменитых театрах мира.

Первые студенты пришли как раз к тому моменту, когда я повесила тяжеленную кипу рисунков. Лесси в компании неизменных друзей, поприветствовали меня шутливым поклоном, на что я ответила вполне искренней улыбкой.

У меня всё получится. Обязательно. Не зря же я не сплю ночами, изучая чуждую для нашего мира магию.

Лекция оказалась не такой страшной, как я себе её представляла.

– Доброго дня, уважаемые студенты! – Стараясь, чтобы голос не дрожал, поприветствовала их.

Вышеупомянутые ученики ответили нестройным сонным хором. И я их понимала – сама бы с радостью вернулась под тёплое одеяло. Но жизнь вообще крайне редко поступает справедливо.

– Сегодня мы с вами приступим к изучению защитных плетений купольной формы. – Чудноватое название, но, бесспорно, точно описывающее суть заклинания.

Плетение это требовало не только правильной последовательности движений, но и особой сосредоточенности. Я вздохнула глубоко и нацепила на лицо самое невозмутимое выражение, на которое вообще была способна. Взяла в руки учебник, найденный здесь же, в столе Элены, и принялась читать необходимую главу. Вряд ли это педагогично, но иначе пока я не смогу.

– Итак, купольные плетения – это такие плетения, которые требуют большую отдачу энергии, чем щитовые. Купольные плетения отличаются по своей структуре. Связующие точки расположены таким образом, чтобы выстроенный купол подпитывался самостоятельно. Без усилий мага. Но в этом и заключается огромная опасность. Энергозатраты способны осушить до дна ваш резерв за считанные минуты, поэтому, прежде чем использовать это плетение, нужно озаботиться следующим…

«Что ты творишь?» – от недовольного шипения… в собственной голове, запнулась и замолчала.

«Думаешь, так ты их чему-нибудь научишь?» – продолжил голос, и я шумно сглотнула, обводя испуганным взглядом внимательно смотрящих на меня студентов. Судя по скучающим лицам, неизвестны голос они не слышали, а потому выглядела я сейчас донельзя глупо.

– Нужно озаботиться следующим, – попыталась продолжить, потому что они ждали этого самого продолжения.

«Замолчи!» – Нервно взвизгнул женский голос и деловито бросил: «Ну-ка, посторонись, я сама с этим разберусь»

И… дальше тело, и до этого бывшее не очень-то моим, вовсе перестало слушаться.

– Главное, что вы должны знать, – говорила я и не я одновременно. – Опорные точки, здесь и здесь, – моя рука взяла кусочек мела и быстро начертила купольную схему, – Легко перекрывают утечку силы. Если вы быстро научитесь отделять их от остальных, то с лёгкостью сможете контролировать плетение. Смотрите!

Руки поднимаются – быстрое движение пальцами и передо мной вспыхивает сияющий прозрачный купол. Следующий взмах и купол загорается пульсирующими точками. Их так много, что они напоминают мне небосвод, усыпанный звёздами. Две из точек вспыхивают ярче остальных, и Элена, а это была именно она, сосредоточенно сжимает ладони, от чего они обе становятся чуть бледнее, а когда разжимает пальцы, они вновь вспыхивают ярко.

– Вас не должен заботить весь купол целиком, его существование обязано стать для вас чем-то естественным. Вы же не задумываетесь, прежде чем сделать вдох? Так и здесь – купол появляется и исчезает, вы же контролируете лишь две основные точки. Понятно?

– Да, мисс Элена! – Куда бодрее ответили студенты и глаза их загорелись энтузиазмом.

Наваждение исчезло, будто его и не было, и я, пошатываясь, облокотилась на стол, а потом и вовсе без сил села на стул.

Это что сейчас такое вообще было?!