Глава 35

Когда они все-таки отправились обратно в бункер, медвежонок увязался следом — скакал рядом, пихался, рычал и вообще всячески шалил. А в бункере тут же кинулся все обследовать: нюхать, трогать лапами и носом, пробовать на зубок.

— Забавный, — сказал Дельф и почесал задницу.

— Что? — тут же спросил Аумм, тяжело усаживаясь на стул и осторожно выпрямляя сломанную ногу, все еще зафиксированную в лубке из пластбинта.

— Не пойму, — честно признался Дельф. — Но точно ничего ужасного.

— Ничего… — Сиф осклабился, продемонстрировав кончики клыков. — Котика вот нам еще принесут, и некогда нам станет печалиться о судьбе или расковыривать собственные раны, думая о том, что все мы потеряли.

— Инь я буду помнить всегда, — печально и очень прочувствованно сказал Аумм.

— Я ей жизнью обязан, — подтвердил Дельф.

— Она была воином… и… она была человеком, — горэн поднял лицо к низкому для него потолку. — И не в смысле расы, а в смысле, что поступила, как мог поступить только тот, у кого есть сердце, и душа, и чувства. Не мастак я формулировать, но она была чудо.

— Чудом был другой, — возразил Хосс. — Хотя я уже, честно говоря, запутался так, что и распутываться не хочу. Да и смысл, если оба теперь мертвы?

— Надо выпить, — решил Клим и пошел терзать синтезатор в надежде, что кое-какие давно заученные наизусть хитрые и однозначно противозаконные на космофлоте команды помогут надоить из него что-то более или менее похожее на родимую водочку.

Ужрались они после капитально. Так, как давно себе уже не позволяли. Сидели, квасили, поминали Инь, раз за разом рассказывая друг другу то, что все и так знали, делились эмоциями, описывали чувства, которые разбудила в каждом из них «опытный образец» С-22089/м.

Ранее ничейный, а теперь их собственный медвежонок сначала слушал с интересом, потом явно заскучал и, улегшись задницей к этим странным двуногим, заснул. И поступил мудро, потому что дальше уже был вообще какой-то трэш, подробности которого Клим утром вспоминал какими-то пятнами.

Проснулся он первым в полной тьме лишенного окон бункера. Она была настолько полной, что даже его ночное зрение не справлялось, рисуя лишь размытые контуры предметов вокруг. Под боком сопело что-то жаркое и шерстяное. Клим сначала решил, что это опять Сиф, но рядом обнаружился давешний медвежонок… Это стало видно, когда Клим ткнул пальцем в наручный комп — новый, а не привычный. Со старым пришлось проститься так же, как с любимой броней, а кроме нее с кровью, выкачанной Андреем Романовым из вены, и волосами, состриженными, а местами для создания нужной картины и выдранными с головы и в других местах. На разбуженном компе зажглась подсветка и, используя ее в качестве фонарика, Клим еще раз осмотрелся.

Вчера, как выяснилось, они сдвинули койки, организовав общий здоровенный сексодром. Вроде того, что стоял в каюте «психологической помощи» ныне благополучно уничтоженного «Альтаира»… Зачем? Оставалось только предположить, что всем не хватало того же, о чем когда-то Климу сказала бедолага Инь — тепла. Вот и сбились в кучу, как щенки, мамкой брошенные. Или осиротевшие медвежата… Неожиданно прибившийся вчера зверь дрых на боку, развалившись вполне вольготно и однозначно расслабленно. За ним, прижимаясь к его жаркому шерстяному телу, спал все еще хандривший после смены кожи Хосс. С другого бока змеелюда грел Сиф. Аумм и Дельф тоже были рядом, по другую сторону от Клима — руку протяни и дотронешься.

Интересно, теперь, когда служба осталась где-то в прошлой жизни, сохранят ли они — существа, рожденные в разных концах галактики, — прежнюю практически семейную близость? Если бы Инь выжила и захотела и дальше оставаться с ними, то это было бы вполне возможно, а теперь… Теперь надеяться на подобное казалось глупым. Хотя…

«Нет! — сказал себе Клим и оскалился будто дикий ворлак. — Есть ведь и еще кое-что, что скрепляет иной раз посильнее любви — ненависть! И месть!»

Дни тянулись с неторопливой занудностью. Клим попытался поговорить с Эст, чтобы та помогла ему и его команде найти какое-нибудь занятие, но хозяйка Потеряшки по-прежнему настаивала, чтобы «покойники» пока что особо не светились и никак не активничали. Отговорка всегда была одна: надо повременить. А вот чего именно, было неясно. Дельф предполагал, что Эст о чем-то договорилась с Саджади и теперь ожидает весточки от него. Клим кивал: это выглядело логичным, хотя по-прежнему вера в данное полковником слово казалась странной и вообще какой-то… старомодной. Хотя чего другого ждать от людей, родом из позапрошлой эпохи?..

Сначала команде было интересно знакомиться с жизнью поселка, наблюдать за взаимоотношениями между людьми и медведями… Черт! Да даже между медведями и летучими кошками! Они выбирались из бункера, садились или укладывались прямо на фиолетовую травку под навесом у входа и просто смотрели, изредка переговариваясь.

Мимо сновали деловитые поселенцы и поселенки. Сплошь люди — представителей иных рас не было видно совсем. Так что неудивительно, что на нечеловеческих членов команды Клима косились. Однако в разговоры никто не вступал. Деликатничали? Или побаивались? Хотя последнее вряд ли, ведь чуть ли не половину населения поселка составляли бывшие солдаты с Ям — здоровенные парни-модификанты, которые и сами, без помощи верных медведей, могли навалять любому. А уж о том, чем может кончиться стычка, в которой подключатся звери, и думать не хотелось.