Глава 7
Утро началось с завтрака. И новости, что следующий этап переносится из беседки на площадку с фонтанами. Вот уж некстати! Ту часть поместья я еще не обследовала, а стоило. Вдруг удастся перехватить советника еще до приема? Благо час до начала конкурса у меня имелся. Быстро опустошив тарелки, я позвала:
– Ребята?
Сопушки выкатились из-под кровати.
– Я ухожу. Сторожите вещи! Всех, кто только сунет нос в комнату, сразу вяжите. Вернусь – разберемся, кому и что было нужно.
Троица радостно потерла лапки, а я, осторожно держа бант в коконе из паутины, вышла за дверь. Только успела шагнуть в коридор, как едва не столкнулась с… Фрэнсис. Так-так. Интересно, в домиках хоть кто-то остался после налета ночных диверсантов? Или все в особняк переселились? Кинув взгляд на мои руки, рыжая ведьма фыркнула и поволокла дальше укутанное белоснежной тканью нечто, подозрительно смахивающее на оторванную голову манекена. Следом, гордо задрав хвост, бежала ее кошка. Я потопала за ними.
Очередная дверь из белого резного дерева резко распахнулась, и в меня с размаха врезалась Денниз. Кокон расплющило, внутри него траурно захрустело. Демон побери! Кажется, мне больше не с чем участвовать в конкурсе. И все из-за одной мстительной жабы!
– Ой, извини, – злорадно протянула жаба. Да, именно жаба. Жаль, что мой заговор ей удалось снять. Лягушачья улыбка ей была очень к лицу! – Вот, так лучше…
Она двумя пальчиками расправила чехол и зашагала дальше, победно напевая что-то незамысловатое.
Заговор, столь любимый певцами, сам пришел на ум.
– Удачного дня! – пожелала я удаляющейся спине.
Денниз махнула мне рукой и громко (так, что звякнули хрустальные люстры под потолком) ответила:
– Ква!
Что?!
Она резко обернулась, схватилась за горло и в ужасе выпучила глаза.
– Ква!
Снова звякнул хрусталь над головой.
О Лунная Дева. Хороший же заговор. С ним певцы распеваются намного быстрее. Потому что могут издавать только те звуки, которые у них лучше всего получаются. В случае Денниз…
– Ква! Ква! Ква!
Похоже, у нее лучше всего получается квакать…
– И-и-и-и! – завизжала Денниз.
Ага, и визжать, видимо, тоже. На голову посыпались подвески, я торопливо попятилась. Что за напасть? Эдак она весь дом разнесет.
– Цыц! – скомандовала я. Денниз от неожиданности замолчала. – Прости, я случайно! Ты так хорошо пела, вот и… Я, знаешь ли, в опере работала…
Чистая правда. Было дело. До того, как нашла место в лечебнице.
– …Там певцы всегда, когда распевались, просили им заговор для голоса нашептать.
– Ква!
– Не нервничай. Он совершенно безвредный. Ты посиди где-нибудь пару часов, поквакай хорошенько, – посоветовала я. – Как только связки дойдут до нужного состояния, его действие кончится.
Денниз покосилась на люстру, злобно прошипела:
– Ква!
Демонстративно стиснула зубы и зашагала прочь.
– Не хочешь, как хочешь, – я пожала плечами. – Мое дело – предупредить.
Заговор был изобретен директором музыкального театра специально для тех, кто халтурит на репетициях. Как попал под него – все. Ни спать, ни есть, ни говорить не можешь, зато петь хочется со страшной силой. И пока голос не зазвучит в полную мощь – не отпустит.
Обратно я неслась на всех парусах, молясь о чуде. Крикнув: «Это я!», влетела в комнату, поставила свой шедевр на стол и торопливо сдернула кокон. Чуда не случилось. Вместо сложной многослойной конструкции, которая еще пять минут назад была весьма оригинальным бантом, передо мной лежала кучка перьев. И тонкая веревочка, украшенная выжившими в половодье бусинами. Да уж…
Придется ремонтировать. И времени до конкурса осталось меньше часа…
Я протянула руку, чтобы рассортировать перья по цветам, но едва пальцы дотронулись до первого, как оно… раскрошилось. Второе постигла та же участь. Затем третье…
Что за безобразие тут творится?
Я окутала магией бывший бант и сердито выругалась: на нем была порча. Точнее, на мне. Еще точнее – на моем прикосновении.
Фрэнсис! То-то в коридоре на мои руки смотрела. Вот тогда и прицепила эту пакость. Но где она взяла мою вещь? Я, как и любая ведьма, личными предметами не разбрасываюсь. Да и порча вышла слабой. А значит, вещь была не совсем личной…
Букет!
Я ведь так и не забрала его из лабиринта. Зато, похоже, забрала Фрэнсис. И какой демон ее туда понес? Следила за мной? Впрочем, неважно. Она понадеялась, что цветочки сорваны мной, и оказалась права.
Я смахнула порчу и уныло вздохнула, глядя на кучу изломанных перьев. И почему я не хозяин подлунных земель? Враз бы восстановила разрушенное. А то род Науэллов древний, от первых королей Рудьяра ответвился, а ни одного хозяина, даже самого завалящего!
– Веревочка… – я со смехом покрутила шнур из паутинки, украшенный бусинами.
Симпатичная удавка. Для одной ведьмы. Потому что ее точно выгонят! Я опустила голову на стол, холодное дерево приятно остудило кожу. И мобилизовало умные мысли.
Я знала, что мне нужно сделать. Что я хотела сделать!
Подскочив с места, я ринулась за сумкой и весь следующий час варила, плела, нашептывала. Думая о леди Инире, желая ей помочь, защитить. Это же ужас какой-то – жить, все время ожидая удара!
Закончив, упаковала в кокон веревочку, на которой вместе с бусинами висел целый справочник по магии ведьм, и вылетела с ним из комнаты.
Центр площадки, окруженной фонтанами, был пуст. С одной стороны вдоль фонтанов стоял ряд манекенов с изящными шеями и аурой леди Иниры. Причем накручено на них сегодня было изрядно, даже имелось заклинание, ускоряющее отложенные заговоры. Со второй стороны за длинным столом щебетали дамы во главе с хозяйкой поместья. С третьей стороны в креслах нахохлились конкурсанты. Похоже, все. Кроме меня.
Заняв единственное свободное место, которое обнаружилось рядом с Фрэнсис, я быстро огляделась. Лорда Аранхорда видно не было. Плохо. Если он не явится на сам конкурс, наше «свидание» не состоится. Со своей веревочкой я вылечу за ворота в числе первых. Какой уж там личный прием.
– Спасибо! – тихо шепнула я прямо в ухо рыжей ведьме. – Давно не практиковалась в снятии порчи.
Та посмотрела удивленно, но блеск в глубине честных глаз выдал ее с головой.
– Не бойся, – я похлопала ее по запястью. Фрэнсис тут же отдернула руку. – Да успокойся ты, я мстить не буду. Говорю же, давно не практиковалась. Спасибо!
Она недоверчиво прищурилась. Отлично! Пусть теперь дергается в ожидании пакости.
– Господа конкурсанты! – разнесся уже знакомый голос, легко перекрывая все звуки.
Охрана, щедро рассыпанная по площадке, бдительно встрепенулась, а к манекенам вышли главный телохранитель и мистер Касарди. Ну, сейчас начнется. По проходам не бегать, в фонтанах не купаться…
– Во время проведения мероприятия всем сидеть на своих местах. Не вставать, не бродить, не шуметь. Манекены пронумерованы, на подлокотниках ваших кресел тоже есть номера. Мистер Касарди… – эльф посмотрел на распорядителя, тот важно кивнул, – будет их называть. Вы выходите и, сняв чехол, надеваете ваше изделие на соответствующий манекен. Если оно обладает особыми свойствами, сообщаете об этом мистеру Касарди… – Телохранитель сделал паузу, гном снова кивнул. – И садитесь обратно. После того как все конкурсные работы будут представлены, авторам бантов с особыми свойствами будет выделено время, в течение которого они смогут более подробно продемонстрировать действие своих изделий леди Инире. Когда отбор закончится, леди огласит результаты. Всем ясно?
Конечно ясно. Что тут может быть неясного? Скоро наизусть его речь выучу. Если, конечно, останусь. Что маловероятно с моей веревочкой. Хоть бы советник успел появиться, прежде чем меня выставят.
Я покосилась на свой подлокотник. На нем издевательски блестела единица.
– Номер один! – объявил мистер Касарди.
Я бросилась вперед. Вытащила белый шнур с бусинами и завязала на шее своего манекена аккуратным бантиком. Сзади прокатился шепот недоумения, послышались смешки. Да пусть хоть обхихикаются. У меня есть более важные проблемы, чем дурацкий отбор! Придав лицу совершенно невозмутимое выражение, я повернулась к мистеру Касарди.
– Пометить? – понятливо спросил тот.
Я уверенно кивнула и пошла на место, гордо подняв голову.
Следующей вызвали Фрэнсис. У нее было нечто невероятно нежное, воздушное, легкое. Казалось, на шейном украшении застыли настоящие цветы. Но сделаны они были из ткани. И без капли магии! Леди Инира и ее гостьи тут же заинтересованно уставились на манекен. Фрэнсис довольно улыбнулась и победно прошла обратно.
Лорд Фразиэль изваял крайне скромное украшение из ракушек и жемчуга. Но выглядело оно все равно лучше моей веревки. Дальше потянулись остальные конкурсанты, замелькали разнообразные банты: маленькие, огромные, пышные, многослойные, широкие, узкие… И хотя после конкурса накидок стало ясно, что охрана леди Иниры недаром ест свой хлеб, без происшествий все равно не обошлось. Нет, мгновенной пакости выявлено не было, зато заклинание, ускоряющее отложенные заговоры, очень пригодилось.
Вначале один, потом еще два манекена щелкнули, вокруг них появилась прозрачная полусфера. И мы имели сомнительное удовольствие видеть, как первый бант превращается в редкую ядовитую змею, второй разбрасывает споры болезни, способной проесть кожу до костей, третий обрастает плесенью, опасной даже на вид. Естественно, создатели этого ужаса утверждали, что они ни при чем.
К тому времени, как все манекены обзавелись бантами (кроме трех, мгновенно уничтоженных охраной вместе с опасными для жизни шедеврами), лорд Аранхорд так и не появился. Просто здорово! Надеюсь, когда я провалю задание, меня не сразу вышвырнут за ворота? В конце концов, нужно же мне тщательно собрать вещи!
– Мисс Гриан! – пригласил мистер Касарди.
Я вышла к своей веревочке. В глазах леди Иниры плескалась скука. Она явно уже отчислила меня.
– Вообще-то, у меня был другой бант, – спокойно начала я. – Но… Я где-то подцепила порчу, и в итоге от конкурсной работы ничего не осталось. Увы, даже ведьмы иногда попадают впросак!
Леди Инира недоуменно нахмурилась, бросив взгляд на веревочку, что украшала шею манекена.
– А это… – вздохнула я. – Просто подарок.
– Подарок? – приподняла светлые брови эльфийка.
– Да. От чего может защитить ведьма? От сглаза, от порчи, от простого проклятия, – вдохновенно перечисляла я. – Чем может помочь? Нашептать здоровье, немного везения, радости, прохлады в знойный день!
Телохранители хмуро переглянулись и придвинулись ко мне. Да уж, они-то точно знали, что может одна конкретная ведьма. Видимо, поймали жутко радостного поджигателя и того, кто устроил потоп. Вот интересно, последний блеял, мычал или кукарекал? Впрочем, неважно.
– Конечно, все это мелочи. – Я сделала паузу, незаметно посмотрела на леди Иниру. Ей точно было интересно. – Но прохлада поможет, когда вы окажетесь в пустыне. Радость мобилизует в сложной ситуации. А здоровье и защита от порчи, сглаза, проклятий никогда не будут лишними.
Я придвинулась к манекену.
– Если вам надоест бант, – потянула за веревочку и переместила ее на голову манекена, чуть повернула, чтобы украшение из бусин было сбоку, – вы сможете носить его как повязку для волос.
Я поклонилась. И пошла обратно.
– Вы даже не продемонстрируете нам ее свойства? – догнал меня вопрос леди Иниры.
Обернувшись, я улыбнулась:
– Демонстрация не нужна. Если ведьма хочет помочь, она творит свою магию, думая о конкретном человеке или эльфе, и они защитят именно того, кому достанется ее подарок.
Леди Инира медленно кивнула.
– Ты чокнутая! – сообщила мне Фрэнсис, едва я заняла свое место. – Разве можно вот так признаваться?!
– А почему нет? Я же не назвала имена.
– Не моя это была порча! – прошипела она. – Хочешь, я тебе твой букет принесу, сама посмотришь? Ни одного листочка не пропало!
А листьев и не надо, достаточно соскрести чуток со срезов. Незаметно, но эффект тот же.
– Хочу, – кивнула я. – Приноси.
Свою вещь надо вернуть.
– И никакой мести? – прищурилась Фрэнсис.
– Я же сказала…
Она сердито стиснула пальцы в кулаки.
– Дорогие конкурсанты! – заговорила леди Инира. Она успела подойти к мистеру Касарди, пока мы перешептывались. – Сегодня у нас случилось несколько… казусов! И потому я выбрала не двадцать пять, а шестнадцать победителей!
Что лучше, нырнуть в лабиринт? Или в комнату, где очень долго собирать вещи? До тех пор, пока советник не явится. А что, он же обещал меня принять? Обещал. Вот пусть и принимает.
– Мистер Касарди, прошу! – кивнула леди Инира.
И вернулась за свой стол, а распорядитель развернул свиток, украшенный алыми кисточками, и начал зачитывать имена.
Из конкурсантов остались только те, кто отлично шил и создавал необычные вещи. В том числе Фрэнсис и Фразиэль. Остальных попросили покинуть поместье.
Я поднялась с места под торжествующим взглядом ведьмы.
– Мисс Гриан! – леди Инира смотрела на меня странно, словно что-то прикидывала. – Останьтесь. Будете семнадцатой! Я оценила ваш подарок.
От «моего» манекена только что отошел ее телохранитель со страшно довольным лицом. Еще бы. Столько силы ни одна ведьма в здравом уме в вещь не вбухает!
– Но впредь постарайтесь не попадать под случайные порчи, – добавила леди Инира.
Я молча хлопнулась на место.
После торжественного выпроваживания выбывших настало время нового задания. Воодушевление было только на лицах Фразиэля, Фрэнсис и моем. Леди Инира снова заняла место посреди площадки и заговорила:
– Мой брат, лорд Аранхорд, по долгу службы обязан присутствовать на некоторых мероприятиях. Так как он вдовец, его спутницей уже пять лет являюсь я.
Я в предвкушении приподнялась в кресле. Остальные, наоборот, сжались, ожидая подвоха.
– Завтра вечером мы с братом отправляемся в Эйнсли, – улыбнулась леди Инира. – Вы едете со мной.
Она замолчала, и на площадке воцарилась мертвая тишина.
Эйнсли? Это же на границе с гномами.
Между Хейвурдом и Подгорными Землями с давних времен шел спор за кусок территории, где стояли два города: Эйнсли – эльфов и точно под ним подземный Беорегард – гномов. Граница проходила где-то в слоях почвы.
В итоге лорда Аранхорда, хозяина верхнего города, женили на леди Венетии – гномке, принесшей ему в приданое нижние земли.
Оказавшись владельцем и Эйнсли, и Беорегарда, советник значительно снизил налоги. Оба города тут же стали весьма популярными, и проживало в них теперь почти столько же состоятельных родовитых эльфов и гномов, сколько и в столицах обоих королевств.
– Так вот, – продолжила леди. – В Эйнсли через неделю состоится бал. Вашим следующим заданием будет платье. По пути мы заедем в несколько мест, где вы сможете почерпнуть идеи для вдохновения. Стоимость затрат на платье не должна превышать цены на пролет пегасом из столицы в Эйнсли.
Ого! Я представляла, сколько стоит долгий и достаточно длинный перелет пегасом, но сшить бальное платье для спутницы королевского советника на такую сумму?.. Разве что на кружево для него хватит. Нет, сколько ни вдохновляйся, а платье я точно не потяну. Да и зачем мне? Отдам прошение Аранхорду сегодня на приеме, и домой.
– Некоторые из вас хотели побеседовать с моим братом…
Я замерла в предчувствии грандиозной подлянки.
– …Приношу извинения от его имени, в ближайшее время он занят, – не подкачала леди Инира. – Но обязательно выслушает вас в пути. Дорога займет неделю. Для вас это ведь не проблема?
Как раз проблема. Неделю без полетов я точно не выдержу! Осталось найти способ прописать сестру в свиту. Или придумать внятное оправдание для появления над караваном дракона.
– И последнее. В течение поездки ваш быт в основном будут обеспечивать мои слуги. Для мелких поручений можете взять с собой одного помощника. Если у вас его не было, разрешаю пригласить…
Ура! Айлин, ты едешь в Эйнсли!
– Но привлекать его к выполнению задания по-прежнему запрещено. По материалам в этот раз нет ограничения. За их сохранность отвечаете сами. Ну, или ваш помощник.
Сразу представила себя в виде дракона над коробками с тканью. Как рыкну «Мое!» – все покусители заикаться начнут.
– У меня все. До вечера завтрашнего дня вы совершенно свободны. Можете съездить домой, уладить дела, предупредить родных.
* * *
– Ты разрешила им заменить слуг? – Ассандр отсалютовал леди Инире прослушивающим артефактом, вторая часть которого была заранее заброшена в фонтан. – Тетушка, да ты провокатор!
Эльфийка задорно улыбнулась, пожала плечами:
– Я всего лишь выполняю просьбу брата. Он хотел дать возможность шпионам провести на отбор соучастников, я сделала.
Она вытащила из сумочки скромную белую веревочку, украшенную бусинками, задумчиво покрутила ее.
– Знаешь, эта девочка… Мерит… Она меня удивила.
Ассандр понимающе хмыкнул. Его тоже. Столько трудов, одно покусанное пегасом плечо и… И вместо чуда из перьев – оберег, сделанный руками ведьмы с такой любовью и сочувствием, что тепло его чувствовалось на расстоянии двух шагов, а настроение улучшалось от одного вида.
Леди Инира погладила пальцем бусины:
– Она ведь не за деньгами сюда пришла, не за славой и не за именем моего брата – этих девочек я вижу сразу. К тому же она не швея. И искры дара в ней нет. Но у нее получаются такие вещи… – леди Инира покачала головой. – Не знаю… Если бы она была драконом, я бы подумала, что она – хозяйка подлунных земель. И просто не может не помочь.
Ассандр с любопытством посмотрел на тетушку. Иногда она замечала вещи, ускользающие от самого придирчивого и натренированного взгляда.
– Та накидка, – пробормотала леди Инира, опускаясь в кресло. – Я оставила ее висеть в будуаре. А когда зашла… Он там сидел. Смотрел, как переливаются капли, как плывут волнами искры.
– Дядя?
Она кивнула.
– Он мне сказал, что у ее вещи странное настроение: вроде бы дождь, молнии и грусть, но ты видишь росу и солнце. Словно тот, кто ее делал, сложил два настроения, непостижимым образом поняв, чего мне и ему не хватает… – Инира тряхнула головой: – Да глупости все это! Видимо, ей просто удалось задеть что-то в наших душах. Откуда у ведьмы взяться способностям драконов?
– От матери, я так полагаю, – усмехнулся Сандр. Не сдержался и поддел: – Ты прочла только начало досье?
– Просмотрела, – фыркнула Инира. – Ее мать… дракон?
– Да, из Рудьяра. А еще у нее сестра-близнец. Тоже дракон.
– Ее сестра – хозяйка подлунных земель?
– Насколько помню, нет, – пожал плечами Сандр.
– Насколько помнишь? – тонкие брови эльфийки насмешливо дрогнули. – Ты с ними знаком?
– Пару дней. Их стараниями я все еще жив… Хотя, когда они меня лечили, я сильно сомневался в этом.
– А во второй сестре нет искры? – встрепенулась Инира.
– Они близнецы, – напомнил Ассандр.
– Точно! – расстроенно вздохнула она. Искры древней магии никогда не было у тех, кому повезло родиться с другом. – Ладно. Что показал браслет сегодня?
– Из пятнадцати осталось только десять, – хмуро сообщил Сандр. – В остальных сила ослабла, а потом угасла. Теперь они просто хорошие портные.
Как и первые пятеро из двадцати. Стоило им сдаться, как магия просто испарилась.
* * *
На двери родного дома болталась целая россыпь листовок, а по ступенькам крыльца спускался, радостно посвистывая, худой мужик с тонкой бородкой. Попался!
– Стоять! – рявкнула я. – Прокляну!
Тот замер с занесенной ногой. Судя по налипшему на него ассортименту заклинаний и заговоров, любила разносчика не только я. Любил его весь наш квартал.
Так. Что этот паршивец у меня цапнул? Ага, «Внимание тещи» пару дней назад. И только что отоварился «Абсолютной трезвостью». Хороший заговор. Теперь его даже от вида бутыли будет воротить. Может, прикрепить возле дверей парочку пустых? На всякий случай. Если головомойка не подействует.
Я обогнула статую разносчика, содрала листовки и быстро просмотрела.
Объявление о снижении цен на сбрую в лавке «Конское счастье». На кой мне сбруя?
Объявление о продаже престарелого пегаса, который «уже не летает, но по земле бегает очень быстро», а также «громко и музыкально ржет». Да, именно о таком мечтает каждая ведьма! Будут с вороном состязаться, кто громче. Учитель музыки, что живет напротив, точно мой дом спалит. Вместе со мной и музыкальным пегасом.
Объявление о наборе в школу вокала. Может, Рэну отдать?
Объявление о сдаче двухэтажного дома… О поиске няни, об открытии новой лавки, о…
А тут что? Приглашение… на швейный отбор? С совершенно простыми вопросами?! Ах ты ж… Вот за это он мне точно ответит!
– Повернитесь! – скомандовала я. И когда на меня уставились нахальные светлые глаза, потрясла перед ними пачкой листовок: – Что ж вы устаревшую информацию распространяете, а? Захочу я на отбор, а он уже почти закончился. Или сбрую решу себе купить, а там цены о-го-го. А пегас? Вдруг он к своим пегасьим предкам уже отбыл? На ком я буду ездить? Расстроюсь, вернусь домой, от избытка чувств прицеплю на дверь что-нибудь не то. И суд меня оправдает!
Сопушки, которые еще в поместье категорически отказались лезть в сумку и всю дорогу ехали на моем плече, грозно защелкали клювами, замахали лапками. Мужик побледнел, судорожно сглотнул.
– Может, даже пошлют меня за ваш счет в какую-нибудь лечебницу на берегу моря. Избыток чувств исцелять. А вы так и останетесь ухать на болоте.
– Почему на болоте? – шепотом спросил он. – Совы вроде там не живут…
– А кто сказал, что из вас сова получится? Вон из них… – я кивнула на сопушек, – не получилась.
В глазах разносчика заплескался настоящий ужас. Он схватился за щеку, словно проверял, не отрастает ли пушистая белая шерстка.
– Смотреть нужно, что лепите! Мало «внимательной тещи»? Хотите на болото?
– Не надо! – наконец обрел дар речи мужик. – Не злитесь, госпожа ведьма!
– А кто злится? – стараясь не смеяться, спросила я. – Я провожу инструктаж. Раз вы взялись разносить листовки, будьте добры соответствовать! Прежде чем что-то клеить на мою дверь, прочитайте сами и уточните!
Мужик поклялся «соответствовать» и рысью бросился наутек.
Кажется, проблема решена.
Не успела затащить в дом чемодан с сумкой, как в кармане звякнула шкатулка.
Внутри оказалось до удивления скупое послание: «Немедленно свяжись со мной! Д.».
Дион? Главный и единственный целитель лечебницы, где я работала, отличался вредным и скандальным характером. Но выходные, как свои, так и чужие, были для него священны. Значит, случилось что-то действительно из ряда вон выходящее. И лучше уж мне лично все услышать.
– Не хотите обратно в лечебницу? – спросила я сопушек.
Тех буквально ветром сдуло с плеча. В сумку.
– Ну, как хотите.
Оставив зверье отсиживаться среди зелий, я полетела на работу.
Бесплатная лечебница – облезлое двухэтажное здание, вся территория вокруг которого до самого забора заросла травой и одичавшими кустами, – находилась между работными кварталами и Серебряным Кольцом. Не очень престижное место, но выбирать не приходилось: директриса школы ведьм мне диплом здорово подпортила. Самое обидное, сама же дала задание придумать необычный заговор! И опробовать. На ней. А потом забыла. Застала мужа с любовницей, радостно с ней познакомилась, отметила встречу. А потом догадалась, кто нашептал ей «Счастье наперекор всему». Нет, мне она ни слова не сказала. Но волшебным образом мой диплом из хорошего, где почти все золото (только пять предметов серебро), стал медным. С таким прямая дорога только в дешевую лавку. Ну, или в лечебницу, куда никто не хочет идти из-за характера главного и единственного целителя, сосланного на эту должность за какой-то скандал с родовитым клиентом. Зато платили тут неплохо.
Упитанную фигуру с фонарем в руке, что скакала по залатанной крыше, я заметила издалека. Трубочист? Но зачем ему днем фонарь?
Приземлившись на утоптанную дорожку, я отправилась искать начальство. Господин Дион обнаружился у клумбы, заросшей чертополохом и лопухами. Он, задрав голову, смотрел вверх. Да уж. Даже со спины главный лекарь выглядел устрашающе. Некоторым нашим больным случалось излечиться, лишь узрев его могучую фигуру и широкое лицо.
– Немедленно слезай! – взревел внезапно господин Дион.
Я подпрыгнула от неожиданности, за забором истерично взвыла собака, но толстяк с фонарем и ухом не повел. Он дергался из стороны в сторону, явно перепутав крышу лечебницы со сценой. И было в нем что-то знакомое…
– А-а-а-а-а, Мерит! – обернулось начальство. Я невольно попятилась. Еще бы. Если тебя встречают таким вот оскалом, вряд ли сейчас сообщат о повышении. – Явилась полюбоваться на дело рук своих?!
Я приветливо улыбнулась. Господин Дион кивнул в направлении крыши:
– Что это?
– Трубочист, полагаю, – осторожно сказала я. – Вы же экономите на магии. Вот и приходится плиту разжигать дровами.
– Нет! Это не трубочист! Это наш больной! – господин Дион скалой навис надо мной. – Скажите на милость, что он там делает?!
– Танцует, – бросив короткий взгляд вверх, ответила я. – Мистер Ламерти жаловался на хроническую усталость.
– Теперь он не жалуется. Теперь он, точно кот весной, носится по нашей крыше! – ядовито отчеканил главный целитель. – Второй день не можем его оттуда согнать! Что за дрянь вы ему скормили перед тем, как отбыть в отпуск?!
Я благоразумно промолчала. Кстати, до кота упитанному пекарю было далеко, но двигался он довольно бодро, я бы даже сказала, грациозно. В сторону водосточной трубы.
– Я снова молод! – радостно прокричал пекарь, съезжая по водостоку. – Зря ругают вашу лечебницу! Я как пушинка!
Он подскочил ко мне, потряс руку и вприпрыжку поскакал по аллее к воротам.
– Мерит! – грозно прозвучало за спиной.
Начальство хотело поругаться. Такой настрой у него случался регулярно, и ни одно зелье его сбить не могло. Дважды в неделю оно пыталось воззвать к моей совести, напрочь забыв о своей.
– Объясните мне, Мерит, поче…
– А что вы хотели? – перебила я. – Ингредиенты, которые вы закупаете, давно просрочены! Вот такие побочные эффекты и получаются. У мистера Ламерти вторые сутки после приема пошли, скоро отпустит.
– Я не об этом! – отмахнулся господин Дион. Он никогда не признавал свои ошибки. – Почему именно с вашими заговорами и зельями постоянно возникают проблемы? Так сложно заговорить рану или травму и дождаться меня?
Несложно! Если бы некоторые сидели на работе, а не стригли чьи-то большие уши.
– С моими заговорами нет никаких проблем! – парировала я. – Проблемы с амулетами, на которых вы экономите! Где вы вообще их откапываете? Они на куски разваливаются прямо в руках!
– Почему же у других мои амулеты работают как надо?
– Да потому, что они ими не пользуются. Они вас ждут! Дали зелье и сидят. А я помогаю! Когда привозят разобранного на запчасти больного, приходится действовать быстро!
– Вы всегда до капли опустошаете все целительские амулеты!
От возмущения я задохнулась. Ведьминскую силу, между прочим, тоже «до капли опустошаю» на заговаривание травм! Потому что больной не виноват, что попал к нам.
– Ага! Вам даже сказать нечего! – победно заявил господин Дион.
– Очень даже есть что! – вскипела я. – Да, вам приходится постоянно подпитывать магией амулеты, зато у вас все живы и здоровы!
– Здоровы? – целитель издевательски расхохотался. – Благодаря вам мистер Сорт может ходить под водой без заклинаний!
– Мистера Сорта все устраивает! Он рыбак! Только поначалу кричал, потом понял, что загонять рыбу в сети можно снизу, со дна!
– А цветочница после вашего заговора выращивает розы одним прикосновением… Притом, что у нее не было дриад в роду!
– Зато они у нее самые свежи…
– На всем выращивает, до чего дотронется! Даже на себе! – злорадно сообщил господин Дион.
– Ах, так? – прищурилась я. – Не скажете, кто из нас двоих проверял ее состояние с похмелья, а?
– Улетайте с глаз моих! – зарычал целитель.
Экий нервный!
– Успокаивающее зелье? – предложила я.
– Нет! Только вчера хвост отвалился, после вашего компресса от головной боли.
– А я вас предупреждала. Не надо было сверху лед класть.
И хвост ему шел, кстати, хоть он и не оборотень.
– Не надо мне было ваше зелье глотать! – окончательно разбушевалось начальство. – То хвост, то розы, то прыжки по крыше! А кузнец вон вообще шипы отрастил!
– После моего зелья, – подсказала я. – И какое он принимал?
– От боли в коленях. Теперь колени не болят! Теперь он шипами всю дверь в палате ободрал.
– А почему второе не дали? Специально же на этикетке написала!
Господин Дион внезапно перестал вопить и повеселел.
– Кузнец наотрез отказывается, – с явным удовольствием сообщил он и широко ухмыльнулся. – Сказал, и первого хватило. Сказал, что такой гадости сроду не пробовал, – ухмылка главного лекаря стала еще шире. – Сказал, лучше пусть коленки отвалятся, но в нашей больнице он больше ни капли не проглотит!
Надо же, какой нежный. Ну, горчит немного зелье, и что?
– Где он?
– Пятая палата.
Оставив начальство и дальше наслаждаться триумфом, я заглянула на склад, взяла зелье, убирающее шипы, поднялась на второй этаж и вошла в палату. Увидев склянку в моих руках, рослый детина, способный ударом кулака уложить мантикору, сжал зубы и попятился к открытому окну.
– Это вкусно! – увещевающе сказала я и шагнула к нему.
Детина тоже шагнул. Спиной вперед. Молча взгромоздился на подоконник и выдвинул свой тыл наружу.
Убиться не убьется, второй этаж все-таки. И клумба внизу. Но зелье от ушибов – из той же просроченной мандрагоры, что и зелье от боли в коленках. Так что лучше бы ему прекратить корчить из себя горного барана.
– Всего один глоток… – вкрадчиво мурлыкнула я, активировав туфли.
Детина оттолкнулся, острые наросты на плечах, превратившие рубашку в решето, со скрежетом пробороздили откосы…
– Куда?!
Я ласточкой нырнула в окно. Спикировав, схватила прыгуна за шиворот в ту самую секунду, когда его тыл уже был готов врезаться в колючки чертополоха. С трудом удерживая тяжеленную тушу, я отбуксировала ее к краю клумбы и сгрузила на скамейку, рядом с которой по-прежнему стоял господин Дион.
Беглец ошалело потряс головой и открыл рот, в который я тут же ловко влила зелье. Через пару секунд заботливо стряхнула с его плеч осыпавшиеся крошкой шипы. Пощелкала пальцами перед лицом, проверяя реакцию.
– Э-э-э? – многозначительно выдал детина.
– Вот и все! Теперь можете вприсядку танцевать, ничего вашим коленям не будет!
Он вскочил со скамейки и шустро скрылся в зарослях.
– Благодарствую! – донеслось оттуда.
Похоже, я пугаю клиентов лечебницы больше, чем главный целитель.
– Вот, никаких проблем! Что бы вы без меня делали? – скромно сказала я.
– Жил бы спокойно! – пробурчал господин Дион. – У тебя еще выходные не закончились, зачем явилась?
Вот те раз. Может, сварить ему зелье для памяти?
– Вы написали…
– Я просил со мной связаться, – мрачно перебил главный лекарь. Он скрестил руки на груди, смерил меня тем самым взглядом, от которого у больных часто случалось чудесное излечение. – А не сваливаться сюда!
– Да какая разница… – заговорила я и осеклась.
В душе шевельнулось нехорошее предчувствие.
– Вам что, сказали меня уволить?
– Из мэрии намекнули, что ведьма нам не положена. Точнее, ты не положена.
Какого демона происходит? Сначала папу в шпионы записали, потом маму уволили, теперь за меня взялись?
– Мерит, кому-то ваша семья мешает. И крепко, – в унисон моим мыслям сказал господин Дион.
– Еще бы знать, кому? – пробормотала я себе под нос.
– Да только не на того напали со своими намеками. Я никому никогда не кланялся. И кланяться не собираюсь! Хочу видеть в помощницах ведьму – она и будет! – яростно сверкнул глазами главный целитель. – Ты посиди на выходных. Сюда больше не суйся. Пока тебя нет на работе, уволить не смогу. А я попробую на этих… из мэрии найти шишку повесомее! Зря я, что ли, длину ушей да ширину ноздрей им меряю! Поняла?
– Так точно! – невесело улыбнулась я. – Спасибо.
– Да ладно! Хоть какое-то развлечение в этой дыре, – отмахнулся он. – Кстати, что там с запасами зелий?
– Хватит на два месяца, – ответила я, поднимаясь в воздух.
Пока летела, пыталась сообразить, кому насолила моя семья. Ни к какому выводу не пришла. Свернула к дому и зависла: внизу меня ждали.
Если на пороге торчит гном, вряд ли это к хорошей погоде! Что он тут забыл? Случайно ветром занесло?
Когда я приземлилась на крыльцо, Ассандр со смешком сказал:
– Ты мне нужна!
– Как ведьма? – уточнила я.
– Как проводник! – Он покрутил в пальцах клочок бумаги. – Подземные копи по сравнению с вашим кварталом прямые, как стрелы. Не подскажешь, где найти этот дом?
С улочками в квартале портных была беда. Жители шутили, что они путаются, словно нитка в катушке плохой швеи. Я заглянула в листок и кивнула:
– И подскажу, и покажу. Вот только госпожа кружевница, что там проживает, отправит тебя к демонам за пять минут.
Хотя с пятью минутами я погорячилась. Обычно незваные гостьи вылетали от вредной и склочной старушки через пару минут.
– Ты меня недооцениваешь, – покачал головой Ассандр.
Он подал мне руку, и мы направились к дому в другом конце квартала.
Едва моя ладонь чуть съехала вниз и коснулась запястья Ассандра, как внутри появилось странное ощущение. Будто под пальцами нечто неправильное, разрушенное… И в то же время неразрушенное… Что за…
Я опустила взгляд на руку гнома, вернее, на пару браслетов на ней. Второго, более узкого, касались мои пальцы. Именно от него шло то странное ощущение.
– Что такое? – напрягся Ассандр.
В его взгляде мелькнула настороженность. Значит, украшение непростое. И окружающим знать об этом не полагается. Вот и не будем знать!
– Ничего, – пожала я плечами. – Браслет у тебя интересный.
На мое счастье, мы уже пришли. Я быстро взбежала на крыльцо, постучала молоточком и ретировалась.
Ассандр насмешливо проследил, как я отступаю прочь и беру левее, чтобы не попасть на линию огня, и поднялся по ступенькам.
Дверь распахнулась, на пороге вместо кружевницы появилась одна из участниц швейного отбора. Из тех шестнадцати, кому выпала честь поехать с леди Инирой. Увидев Ассандра, она попятилась и прошептала:
– Простите, лорд, но я очень больна!
И громко закашлялась. Ага. С таким кашлем обычно лежат пластом, а не торчат у двери.
– Извините, мисс, – начал Ассандр.
– А! Вот и ты, изверг! – девушку оттеснила хозяйка дома. – Что, довел девочку, теперь проверить пришел?! Простудили, руки болячкой испортили!
– Но, миссис…
– Иди ты к демонам со своей «миссис»!
Тридцать секунд. Рекорд!
– Я тебе не она! – старушка наступала на лорда Ортвина, размахивая невесть откуда взявшимся цветочным горшком. – Радовались бы, что такая умелица к вам приехала! Вещи утопили, грибов насеяли! Кто в такой сырости не заболеет?! Нет бы денежку дать, они ехать удумали! Больную везти!
– Бабуль! – подала голос «больная».
– Брысь в комнату! Отвар пей! А ты… – старушка запустила в Ассандра горшком. Не увернись он, попала бы точно в плечо. – Пошел отсюда! А то мигом стражу вызову! Не посмотрю, что ты сидишь высоко!
– Хотите признаться в хулиганстве? – развеселился Ассандр.
Грохот закрывшейся двери стал ему ответом.
– Тридцать секунд! – усмехнулась я. – Я правильно поняла, одна из конкурсанток отказалась ехать, сославшись на болезнь? А тебя попросили проверить ее самочувствие?
– Попросили. Потому что с такими болезнями, как она описала, не живут.
– И много их, внезапно занемогших?
– Четыре. Эта последняя. Пойдем, провожу.
Зря согласилась. Потому что почти сразу раздалось:
– Как там сестра поживает? Не вернулась еще?
Вот засада! Не отстанет ведь.
– Вернулась.
Пока шли обратно, я прикидывала план знакомства.
– Жди здесь! – сказала я, едва мы приблизились к крыльцу. – Сейчас позову.
Вбежала в дом, стянула темно-зеленое платье, напялила бежевое такого же фасона. Выглянула в окно и, прикрыв шторой новый наряд, крикнула Ассандру:
– Наверное, она в саду за домом!
Расчет, что он не станет дожидаться, оказался верен. Ассандр кивнул и пошел по тропинке, огибающей угол.
Я же метнулась в кухню, на ходу заплетая волосы в косу. По пути сцапала сопушек и, посадив их на полку шкафа с кастрюлями, прошептала:
– Через пять минут роняйте посуду на пол.
Вылетела через черный вход, хлопнулась на ступеньки и начала обламывать с розы увядшие бутоны. Специальный нож взять не успела, пришлось делать вид, что не подозреваю о существовании садового инструмента.
Хруп!
И сухой цветок на ступеньке.
Хруп!
Еще один рядом.
Где Сандр? Он что, решил нарезать пару кругов вокруг квартала?
Хруп!
Я незаметно покосилась в сторону угла.
Ассандр стоял в тени стены и с интересом меня разглядывал.
Быстро доломав оставшиеся бутоны, я собрала их, поднялась со ступенек и «заметила» гостя:
– Вы? Что вы здесь делаете?
– Любуюсь, – улыбнулся Ассандр, подходя ближе.
– О, она прекрасна, – выдала я, с восторгом глядя на розу. – Этот сорт мама привезла с родины!
Ассандр споткнулся. Наивность – это весьма удобно.
– Я передам ей, что вам понравилось, лорд… Ортвин, правильно? Простите, мы не представлены.
Ассандр галантно потянулся к моей руке.
Но в ней, впрочем, как и во второй, были розы. Я виновато улыбнулась, он понимающе кивнул. Даже непривычно видеть его таким… правильным.
– А вы Айлин, – поклонился Ассандр. Я коротко кивнула. – Наконец-то я с вами познакомился. Позвольте поблагодарить за помощь?
– Ну что вы… Право слово, не стоит!
– Стоит!
Так и подмывало сказать: давай благодари, но этикет требовал возражать.
– Это мелочи… Простите меня, что я вас так… тогда… в общем, несколько грубо лечила.
– Вы меня спасли, – мягко возразил Ассандр.
Я смущенно потупилась и пробормотала:
– Мерит столько о вас говорила!
– Надеюсь, только хорошее?
– Не совсем, – не без внутреннего удовольствия «призналась» я.
Сандр удивленно приподнял темную бровь.
– Сестра несколько придирчива… – «смущенно» продолжила я.
– Я заинтригован, просветите, будьте добры, – хмыкнул он. – Клянусь, я не обижусь.
Сам попросил.
Одно дело – слышать правду о себе от ведьмы, другое – от такого одуванчика, как Айлин.
– Она считает вас самоуверенным, немного заносчивым и… – Я украдкой покосилась на браслет гнома. Любопытство не давало забыть о странном украшении. И добавила сокрушенно: – Ветреным.
– И вы ей верите? – ужаснулся Ассандр.
Переигрывает!
– Мерит редко ошибается, – я невинно хлопнула ресницами. – К тому же мы близнецы, вы забыли?
– Вы очень похожи, – тепло улыбнулся Сандр. – Даже обереги одинаковые.
– Нам их сделали в детстве, – вежливо ответила я.
В доме смачно грохнуло. Судя по звуку, паучки решили начать с чугунного котелка. На кухне снова загрохотало, словно кто-то решил разнести ее к демонам.
– Мерит здесь? – я озадаченно посмотрела на Ассандра.
Он кивнул. Я торопливо подошла к корзине с мусором, высыпала обломанные цветы.
Снова грохнуло.
– Боги, – выдохнула я.
Бросилась к ступенькам, «вспомнила» о госте, обернулась:
– Простите! Но у меня там, кажется, сестра и ужин встретились. Если я хочу, чтобы на кухне осталось хоть что-то съедобное, мне надо бежать. Было приятно познакомиться!