Глава 8

Сандр сверился с картой и направил пегаса к предместьям. Сестры Гриан не выходили у него из головы. Они были похожи как две капли воды: лица, голоса, манера двигаться и говорить, привычка чуть наклонять голову, отчего изгиб шеи становился особенно аппетитным… Демон подери! Да если бы он не видел Айлин в драконьем обличье своими глазами, то решил бы, что ведьмочка попросту его дурачит! Но их действительно двое. Одна – ведьма, вторая – дракон. И обе явно заинтересовались его браслетом, хотя для остальных тот был обычной побрякушкой, которую гномы напяливают на себя.

Что-то почувствовали? Что именно? Почему? Как?

Может, тетушка права, и в сестрах есть кровь хозяев подлунных земель? Даже мизерное ее количество иногда наделяет владельца необычными способностями. Вроде чутья к древней забытой магии.

М-да, древняя магия… Она больше не чувствовалась в тех четырех, что сбежали с конкурса, узнав о поездке. Из десяти отмеченных браслетом осталось лишь шесть. И шесть обычных швей. Плюс Мерит.

– Кар-р-р!

Ворон спикировал на луку седла. Глаза его довольно блестели.

– Сколько? – усмехнулся Сандр.

– Кар-р-р! Тьфу ты, скоро вообще говорить разучусь, – прохрипел ворон. – Пять.

Пятеро наемников. Хорошо.

Сандр достал из кармана карту, посмотрел на нее, перевел взгляд вниз, на поляну, изредка поросшую чахлыми кустиками, и удовлетворенно кивнул. Здесь. Именно здесь проляжет русло будущего канала, который соединит между собой две реки. Мэрия давно собиралась его построить, но не могла найти средств на землекопов. Зато нашла средства на услуги одного гнома. Так почему бы не совместить приятное с полезным? Наемникам ведь все равно, где нападать. Они за ним и сюда притащатся.

Лорд Ортвин направил пегаса вниз, ворон по-молодецки встрепенулся, расправляя перья.

– Даже не думай в драку лезть! – насмешливо предостерег Сандр. – Не хватало еще мне все время под ноги смотреть, чтобы в пылу боя на тебя, воина, случайно не наступить…

– Кар-р-р! – оскорбился Рэн.

– …а потом твою ощипанную тушку по окрестным кустам искать, – невозмутимо закончил Сандр, приземляясь.

Маги из метаморфов никакие. Максимум, что могут, – это отвлечь неприятеля ненадолго. Но сегодня в том не было нужды. «Дичь» сама устраивала засаду на «охотников».

Ворон, сердито хлопая крыльями, исчез в небе. Сандр спешился, хлопнув пегаса по крупу, отправил его резвиться подальше и неспешно побрел по поляне. Остановился ровно посередине будущего русла канала, развернулся лицом к одной из рек, спиной к другой. Присел, незаметно снимая с руки гномий браслет, и приложил ладонь к земле. Шаги… Они приближались, осторожные, крадущиеся. Ясно, наемники подбираются под мороком, окружают: двое спереди, трое сзади. Очень удачно. Именно там, где ему надо. Так. Еще немного… И еще…

– Доброго дня, господа! – громко поздоровался Сандр, стаскивая второй браслет и пряча в карман. – Как вы относитесь к земляным работам? Я тут решил немного помочь мэрии.

Он повернулся боком и резко прижал обе ладони к земле.

Под ногами загудело, пошло волнами. Шаги отпрянули. Поздно! Из-под рук Сандра стрельнули глубокие трещины, вспарывая землю: одна – к одной реке, другая – к другой. Вниз с грохотом посыпались камни, куски дерна, вывернутые с корнями кусты. В ужасе заорали наемники справа и слева от Сандра. Сам он балансировал на узком перешейке между будущими берегами быстро расширяющегося канала. Осторожно встав, Сандр попятился. И едва он ступил на твердую землю, как перешеек обрушился, взметнув в воздух облако пыли.

Пройдет совсем немного времени, и воды двух рек подмоют специально оставленные тонкие земляные перемычки и хлынут в новое русло, по дну которого сейчас метались наемники. Пыль предательски обрисовывала их силуэты, лучше магии снимая морок невидимости. Все пятеро лезли на крутые откосы и съезжали обратно.

– Отличный канал, – довольно кивнул Сандр.

* * *

Я потрогала жука, до жути похожего на живого, и со вздохом водрузила на прилавок мешочек – все оставшиеся сбережения нашего семейства. Худощавая девушка-артефактор забрала их, положила жука в небольшую невзрачную коробочку, протянула мне:

– Не беспокойтесь, мисс, жук будет мертвой хваткой держаться за то место, куда вы его посадите. И аура, что он создает, неотличима от вашей. Точная копия!

Точная копия, ага. Я еще раз вздохнула и вышла из лавки. С пустыми карманами, но с жуком. Дорого мне обходится поездка в Эйнсли. Но неделю без полетов я точно не выдержу, значит, придется «взять с собой» Айлин. А дабы ни у кого не возникло сомнений, что Айлин и Мерит – два отдельных существа, нужно хоть пару раз показаться вместе с «сестрой». Раздваивание легко решило бы эту проблему, но я умудрилась настолько измотать зверя, что оно, увы, невозможно.

Идею насчет копии ауры подсказали манекены леди Иниры. Осталось найти того, кто согласился бы ее «поносить». Мне срочно требовался помощник. Помощница. Или…

Я остановилась и обернулась к паучкам, что ловко планировали на паутинках следом за мной, распугивая прохожих.

Идея, конечно, рисковая… Но где ведьма не пропадала?

Сопушки, перехватив мой задумчивый взгляд, зависли в воздухе и вопросительно вытаращились.

– Вы собирались подрасти? У вас будет такой шанс, – подмигнула я.

И взмыла над крышами. Не успела пролететь пару кварталов, как заметила всадника на пегасе. У лорда Ортвина просто феноменальная способность сталкиваться со мной по тридцать раз на дню! Я нырнула в крону дерева, собираясь пролететь между ветками, и застыла.

На белом пегасе сидел не Ассандр.

Но лицо мужчины казалось смутно знакомым… Демон, где я его видела? Перед глазами явственно встала подшивка старых газет… О Лунная Дева! Конем правил тот, кого я точно не ожидала встретить в столице, да и в Хейвурде вообще.

Тот, кто чуть не убил мою маму. Ее бывший жених Лайл Элктан!

Смуглолицый, остроносый, со стального цвета глазами, он выглядел точь-в-точь как на портрете в древней заметке. Разве что стал старше, заматерел.

Какое подозрительное совпадение: двадцать лет Лайл пропадает неизвестно где – и именно сейчас, когда у моей семьи неприятности, появляется. В той же стране, в том же городе! Говорят, что у ведьм хорошая память, они ничего не забывают. У драконов она еще лучше, они помнят все и живут долго. Похоже, двадцать лет для одного из них не срок, чтобы остыть, успокоиться и оставить в прошлом мысли о мести той, которую когда-то любил.

Лайл Элктан улетел, а я торопливо достала шкатулку. Пальцы тряслись от злости, пока писала маме: «Лайл в городе».

«Ты уверена?» – пришло в ответ.

«Да!»

Мама некоторое время молчала, потом прислала: «Не верю, что он может стоять за нашими проблемами».

Зато я верю! Мама вечно думает об окружающих лучше, чем они заслуживают. Миляга Лайл денег на то, чтобы утопить нашу семью, не пожалеет!

Домой я неслась, мысленно прикидывая план действий. В поместье явлюсь одна и попытаюсь встретиться с советником. Если не получится, придется представлять сестру.

На крыльце меня ждал ворон. Судя по ауре, поддельный. Еще и пыльный вдобавок. Словно кто-то специально повалял его по проселочной дороге.

– Привет, – обреченно сказала я, приземляясь рядом.

хрипло заорал ворон.

Я чуть не поперхнулась, сопушки подпрыгнули и принялись торопливо накручивать себе на головы паутину.

– Кар! – гордо выдал певец и приглашающе кивнул на ступеньки.

– Нет! Извини, мне сейчас некогда.

Черные глаза сердито блеснули. Понятно. Не выполню обещание – мне такие романсы споют, что пауки целиком в паутину завернутся!

– Хорошо, – сдалась я.

И быстро огляделась. На крыльце оставаться опасно – соседи разбираться не станут, кто кому и чего обещал, прибьют обоих. Впустить в дом? Тоже не выход. Неизвестно, чей он шпион. Вот напасть!

– Слушай, – вкрадчиво заговорила я. – Давай ты споешь мне серенаду… серенады… под балконом.

Ворон возмущенно открыл клюв.

– Все настоящие певцы так делают! – со знанием дела соврала я. Клюв защелкнулся, голова склонилась набок, и черный круглый глаз заинтересованно уставился на меня. – Балкона, к сожалению, нет. Зато есть окно мансарды. Именно там, внутри, я и буду… наслаждаться.

Ворон кивнул. Взлетел на перила и откашлялся.

– У тебя два часа! – напомнила я и, захлопнув за собой дверь, повернула ключ в замке.

Вслед понеслось:

– Прости меня, мама, дракона я встретил!

Да хоть фею с гоблином! Демон его побери, голосистого. Орет так, что зубы сводит. Я пробежалась по дому, задергивая шторы на окнах во всех комнатах.

Снаружи уже гремела следующая песня:

– Прямо мечта! – проворчала я, тщательно притворяя кухонную дверь.

Вопли ворона стихли, словно их обрезало ножницами. Сквозь массивное деревянное полотнище слышался лишь приглушенный бубнеж, в котором при желании можно было разобрать слова очередного вокального шедевра. Какое счастье! Можно теперь говорить, не перекрикивая и не боясь оглохнуть. Я ссадила сопушек на стол, опустилась на стул и, стянув с головы девочки плотную повязку, спросила:

– А вы пирамиды умеете делать? Как в цирке?

«Когда стоят друг на дружке?» – вывела она на паутине.

– Да.

Сопушка кивнула, сдернула с мальчиков повязки. И вся троица преданно вытаращилась на меня.

– Ребята! Мне необходимо иногда появляться перед людьми вместе с «сестрой» Айлин, которой на самом деле нет. Аура для нее есть, – я выложила на стол коробку с жуком-артефактом, – а телом будете вы.

Паучки недоуменно заморгали, а я достала из кармана лист и перо. Нарисовала круг и восемь палочек под ним. И пояснила:

– Вот нижний мальчик, его лапки станут ногами Айлин…

Начертила еще один круг:

– Вот средний мальчик, его верхние лапки будут руками Айлин, остальными он сможет держаться за нижнего.

Вывела над двумя кругами третий, поменьше, и объявила:

– Девочка! Так сказать, голова Айлин. Лапки в образе не участвуют, ими только цепляться, чтобы не упасть. Ясно?

Пушистые головы азартно кивнули.

– Вот так вот наденем платье… – я обвела все три кружка по контуру, заштриховала, – с дырочками для глаз… И рукавами! – торопливо дорисовала требуемое и задумчиво вгляделась в рисунок.

Чего-то не хватало. Ах да!

– Сюда волосы. – Изобразив нечто отдаленно смахивающее на косу, я покосилась на паучков: – Ну как?

Зверье одобрительно защелкало клювами.

– Сможете не только стоять пирамидкой, но и двигаться так, чтобы казаться одним человеком?

Сопушки переглянулись, и девочка написала на паутине:

«Да! Но мы маленькие!»

– Это нестрашно, – подмигнула я. – У нас же есть отвод глаз. И куча заговоров. Давайте тренироваться!

Передвигались мои сопушки пирамидой довольно шустро. Несколько репетиций – и их тень на стене по пластике начала напоминать человека.

– Отлично! – похвалила я и протянула рисунок. – Теперь сплетите платье, как у меня. И отдельно – чехол с волосами. А я пока схожу за краской.

Дошагав до выхода из кухни, я оглянулась:

– Не забудьте дырочки для глаз!

И распахнула дверь.

– Все весны я помню тебя! – ворвалось снаружи, резко ударив по ушам.

От неожиданности я подпрыгнула, сопушки заметались по столу, выронив листок.

Он что, все еще поет?! Судя по времени на часах, должок с меня ворон решил получить с процентами.

– Твои глаза – море и небеса!

Как романтично. Закончился разудалый репертуар? Промчавшись по дому, я выскочила на крыльцо и удивленно замерла.

Ворон обнаружился на фонаре, вокруг которого стояли и сидели соседи со слугами. Рядом с ними валялись палки, метлы, половники, скалки, булыжники из моей дорожки. Кружевница приволокла швабру. Опираясь о нее рукой, старушка вытирала слезы.

– Эм… Добрый вечер! – растерянно пробормотала я.

На меня громко зашикали. Кружевница грозно махнула шваброй.

– Как луна ты ночью для меня! – заливался ворон.

– Что тут происходит? – шепотом спросила я расположившегося на ступеньке старого оборотня.

Он жил через два дома от меня. И постоянно скандалил по поводу любого шума. Даже звяканье шкатулки для писем его раздражало. Говорил, мол, слух у него волчий. Характер, кстати, тоже.

– Не видишь, поет… Талант! – выдохнул оборотень и убрал с коленей несколько булыжников. – Но распевается он у тебя… Будто забулдыга в кабаке!

– У меня?

– Ну так твоя же птица.

– Не совсем. Временно одолжили.

– Завтра петь не будет? – вмешалась кружевница.

– Нет! – уверенно заявила я.

Старушка расстроенно вздохнула и сообщила соседке новость. Вскоре все собравшиеся были в курсе. А я из их едва слышных фраз наконец поняла, в чем дело.

Едва за мной затворилась дверь, как ворон начал голосить. От всей души. Громко. Чтобы я услышала. Услышали соседи. Пришли благодарить солиста, прихватив что под руку попалось. А он взлетел на фонарь и затянул что-то необыкновенно лирическое. Народ проникся и сел слушать.

– Ладно, не стану мешать, – пробормотала я и ретировалась.

У сопушек все было готово. Я покрасила крохотное платье темно-зелеными чернилами, а волосы на чехле – отваром из коры дуба и луковой шелухи. Просушив, заплела их в аккуратную косицу. И надела все богатство на пирамиду из паучков. Получилась куколка с тремя парами глаз: на голове, груди и животе.

Сопушки пару раз взмахнули лапками в рукавах, прошлись по столу.

– Замечательно! – оценила я.

Теперь нужно сделать так, чтобы куколка казалась большой и, конечно же, похожей на меня.

Ведьмы любят отвод глаз. Он позволяет оставаться невидимой, ничего особо не делая. Я же собиралась не полностью отвести, а лишь перенаправить взгляды окружающих. Притянуть их к нужным местам куколки. Слегка исказить то, что увидят, переделанным заговором «Острое зрение». Добавить заклинание «Богатая фантазия». Должно сработать!

Вытащив из коробки жука, я прицепила его на ткань над головой второго паучка, активировала и принялась за дело. До утра варила и заговаривала. Рассвет встретила вымотанная, но довольная. Волосы, край юбки, ее цвет – вот то, на что теперь невольно хотелось смотреть. А остальное мгновенно додумывалось само.

Рядом со мной стояла моя копия. Вернее, «сестра». В темно-зеленом платье, с азартно блестящими глазами и перекинутой через плечо косой.

– Ребята, меньше энтузиазма! Айлин куда скромнее, чем я.

«Сестра» тут же моргнула и чуть опустила взгляд. Вид у нее стал совершенно невинный.

– Годится, – одобрила я.

Наличие заговоров на ауре, конечно, можно заметить. Если задаться такой целью. Но это неважно. Нет в них ничего подозрительного. Они столь массово используются дамами в обыденной жизни, что вряд ли кого-то удивят. Может, Айлин отводит любопытные взгляды, например от родинки. Или веснушек. А заклинание «Острое зрение»… Для того, чтобы все обратили внимание на платье. Оно же внезапно модное. Во всяком случае, Денниз обзавидовалась.

Я обошла вокруг Айлин. Та улыбнулась и пожала плечами. Вот артисты!

– Не увлекайтесь, – грозно сказала я, стараясь не рассмеяться.

Хорошо получилось! И все же не мешало бы проверить, что видят другие. А то еще вместо «сестры» представлю охране леди Иниры маленькую куколку с тремя парами глаз в самых неожиданных местах. И поеду вместо Эйнсли в какую-нибудь тихую лечебницу.

– Ребята, за мной! – скомандовала я и шагнула в гостиную.

Кто там у нас раньше всех встает? Молочник? Эх, жаль, ворон уже улетел.

– Тоска моя, печаль моя! – взвыло за окном.

Что за…

Я в недоумении уставилась на подсвеченные лучами восходящего солнца занавески.

Та-а-ак! Похоже, кто-то решил ни в чем себе не отказывать. И не захлопнет свой клюв до тех пор, пока не свалится замертво. Или его не собьют с фонаря. Туфлей.

Я подкралась к окну у самого входа и, отодвинув ткань, осторожно выглянула. Ворон получил свой звездный час. Вернее, звездную ночь. И даже начало утра! Он снова сидел на перилах, а из слушателей остались только самые стойкие: волк и кружевница.

То, что мне нужно!

Я обернулась к неслышно подошедшей «сестре»:

– Помните, вы одного роста со мной. И такой же ширины. Держитесь позади, скромно сложив руки…

И, задержав дыхание, открыла дверь.

Поехали!

– Ты же охрипнешь! – я покосилась на ворона и переступила через порог.

– Кравр! – согласился ворон и рухнул к моим ногам.

Опять?! Оборотень и кружевница дернулись помочь.

– Спокойно! Легкое переутомление.

И тяжелая степень притворства. Вон как лапой дергает!

Я подняла пернатого симулянта, каждую секунду ожидая удивленных взглядов и вопросов, что это следом за мной выползло на крыльцо.

Но кружевница, бодро подхватив свою швабру, просто удалилась, а оборотень вежливо пробормотал:

– Доброе утро, Мерит. Доброе утро… – Он задумчиво нахмурил лоб, потом просиял и добавил: – Айлин.

Развернулся и потопал к воротам.

– Кра! – возмутился ворон, не поняв, с чего вдруг его обрадованно стиснули.

– Теперь ты мне должен! – рассмеялась я и усадила симулянта на перила. – Договаривались на два часа. А прошло куда больше. Плюс зрители!

Ворон мгновенно перелетел на фонарь. Дважды каркнул, поглядев на меня и за мое плечо, и взмыл в небо. Обернувшись, я увидела, что Айлин помахала ему рукой.

– Не переигрывайте!

* * *

Зевая, Сандр устроился в кресле напротив советника. Тот едва удостоил его взглядом, изучая какие-то бумаги. Сандр снова зевнул, мечтая поспать еще хотя бы пять минут. Всю ночь потратил на наемников, выловленных изо рва. Вовремя выловленных. Через полчаса хлынула вода.

– Сейчас проснешься, – советник протянул ему исписанный мелким почерком лист и портрет темноволосого мужчины. – Бодрит?

Еще как! Такого подробного досье точно стоило ждать.

Мастер Гриан, отец Мерит, воспитывался в одном из отдаленных сиротских приютов Брейдена. Документация там велась из рук вон плохо, да и с именами особо не напрягались. В регистрационной книге напротив древней даты было написано: «Младенец нескольких дней от роду, мальчик, подброшен на крыльцо. Отец – неизвестен, мать – неизвестна. Раса/народность – неизвестна. На вид эльф, голос как у сидхе (приставлена глухая няня). Имя – неизвестно, наречен Гриан, имя рода – неизвестно, наречен Гриан». Отметок о посещении храма для исследования крови и уточнения расы в документах приюта не имелось. В записях окрестных храмов упоминаний о мальчике полуэльфе-полусидхе обнаружено не было.

Сведения скудные, но их хватило, чтобы ищейки Аранхорда, задействовав все свои источники информации, вышли на след тех самых неизвестных родителей подкидыша.

Матерью Гриана оказалась чистокровная сидхе, отцом – лорд из Хейвурда, наследник древнего эльфийского рода. Хотя он тоже числился чистокровным, упоминаний о проведении родителями лорда (эльфом и ведьмой) соответствующего обряда в храмовых книгах не нашлось.

Скандальная связь между богатым наследником и сидхе и их разгульный образ жизни в свое время наделали много шума. После разрыва отношений лорд притих, в брак так и не вступил, потомства не оставил. Его единственный сын, в котором смешалась кровь эльфов, ведьм и сидхе, вырос в приюте. Стал мастером войны. Работал телохранителем. Список нанимателей прилагался.

– Знаешь, что самое любопытное? Гриана обвинили в шпионаже, и именно я подписал приказ на его арест, – советник подал второй лист.

Сандр недоверчиво вгляделся в витиеватый росчерк Аранхорда. Потом в дату. Демон подери!

За громкой ловлей шпионов скрывалась совместная операция Хейвурда, Подгорных Земель и Брейдена. Три королевства заметили странную активность на общих границах, причем участившимися незаконными переходами и перелетами дело не обошлось. Диверсии, провокации, случаи массового безумия в приграничных поселениях, необъяснимые пожары, потравленный заклинаниями урожай, болезни, о которых никто не слышал много лет… И все магические «хвосты» недвусмысленно тянулись в сторону соседей. Кто-то явно пытался стравить королевства между собой.

Довольно быстро удалось выяснить, кто именно и почему. Дьян, где жили оборотни, хотел передвинуть границу в глубь Хейвурда, присоединив к себе тем самым богатые рощи эльфов, полные редких пород деревьев. Страна людей Ксавия нацелилась на приграничные рудники гномов. Король драконов Рудьяра был настроен завладеть богатым Брейденом.

Но для этого требовалось сначала ослабить, измотать войной три крупных сильных государства, и через границы хлынули маги, диверсанты, поджигатели.

Их оперативно переловили, а угроза остаться в полной изоляции остудила даже самые горячие головы Дьяна, Ксавии и Рудьяра. Был заключен тайный договор о невмешательстве перечисленных королевств в дела Брейдена, Хейвурда и Подгорных Земель. Иноземные шпионы отправились к своим хозяевам, местных сослали на каторгу.

Ассандр еще раз посмотрел на лист в своей руке. Нет, ошибки быть не может.

Операция полностью закончилась за пару недель до даты в приказе на арест мастера Гриана Гриана. О ее завершении знал очень узкий круг лиц, приближенных к королю. Тот, кто подделал бумагу, в него явно не входил. Но, если судить по уровню подделки, он был очень близок к Аранхорду.

– Кто? – спросил Сандр.

– Мой младший секретарь, теперь уже бывший, – пожал плечами советник. Положил третий лист на стол и кивнул на несколько строк внизу: – Как тебе?

Сандр присвистнул. Кто-то очень хотел избавиться от Гриана. Потому что сослали его в самые опасные копи, которые находились на границе земель эльфов и гномов. И он там пребывал уже месяц.

Советник, сузив глаза, смотрел на лампу. Сандр молча ждал.

– Мисс Элиана Науэлл должна была выйти замуж за одного весьма влиятельного в Рудьяре дракона, – заговорил, наконец, Аранхорд, – и стать леди Элктан. А стала миссис Гриан. Прямо во время свадьбы он пытался ее убить. Но миссис Гриан отказалась преследовать его по закону.

Этот дракон – идиот? А мать Мерит блаженная?

– Очень уж все гладко… – советник задумчиво забарабанил пальцами по столу. – Он – сирота, она практически тоже. Ни денег, ни связей, ни скандалов, ни родственников. Ни пятнышка на репутации – сплошное благородство. Идеальная семья, идеальная история…

Ага, не Грианы, а целое гнездо диверсантов. Похоже, Аранхорд скоро сам себя подозревать начнет.

– Идеальная, – кивнул Сандр, – чтобы шпионить длительное время. Но чтобы закопать тебя где-нибудь в горах… Зачем столько сложностей?

– Да, ты прав, – внезапно согласился советник. – Но вокруг их дочери идет какая-то игра. И мне интересно узнать, кто за ней стоит. Кстати, не успел сказать, мне тут вчера кое-что подкинули. Заговор на тлен, очень сильный. И следы ненавязчиво вели к Мерит Гриан. Сделано было отлично, не слишком явно, но ошибиться сложно.

– Опять-таки идеальная кандидатура в убийцы. Дочь решила отомстить за невинно осужденного отца, – прищурился Сандр. – Кто-то явно решил ее подставить!

– И я не собираюсь ему в этом мешать, – глаза советника азартно блеснули. Он словно стал собой прежним.

– Хочешь сделать из Мерит приманку? – нахмурился Сандр.

– Да. Но ты ведь за ней присмотришь?

Сандр кивнул. Идея была хороша. Правда, придется слегка обмануть Мерит. Для ее же блага.

– Тот, кто стоит за всеми покушениями, станет уверенней, наглей, ошибется, – продолжал советник. – И мы его наконец найдем.

– Надеюсь, – пробормотал Сандр себе под нос. – Рука у ведьмочки тяжелая.

* * *

Что может быть хуже вредных пауков, решивших ехать на твоем плече? Только звонок шкатулки, когда ты вышла с чемоданом и сумкой в руках!

Я плюхнула вещи на ступеньки и полезла в карман. Читая мамину записку, не могла поверить своим глазам: нам внезапно разрешили свидание с отцом! Правда, по зеркалу. Зато сегодня. Через… три минуты?! Я дернулась к чемодану так, что сопушки шустро попрыгали прочь, выхватила из его недр зеркало и, оббежав дом, приземлилась на ступеньки черного входа. Трясущимися пальцами набрала руны мамы и, увидев ее взволнованное лицо, повторила набор из записки.

По одной половине зеркала шли круги, на второй половине мама кусала губы. Я сама чуть не оторвала кусок рукава, нетерпеливо всматриваясь в гладкую муть.

Наконец появился папа. Худой, изможденный. Черные волосы отливали желтизной, на щеке виднелось несколько царапин. Зато зеленые глаза буквально сияли.

«Как вам удалось выбить свидание?» – жестами спросил он.

Папино умение изъясняться подобным образом было воистину феноменальным – лет до десяти я считала, что в таком способе общения нет ничего странного.

– Отец одной из учениц помог, – призналась мама.

«Странно… Тут…»

Изображение папы поплыло, а когда вернулось, он быстро написал на бумаге и показал нам: «Не думайте о чести!»

Мы с мамой удивленно переглянулись, папа скомкал лист и бросил за зеркало. Что-то неуловимо изменилось в его лице. Он больше не жестикулировал. Только смотрел. И глаза его были пустыми.

Что за…

Нет, наверное, почудилось. Да-да, из-за помех, потому что изображение дернулось и вновь поплыло. Через пару секунд остановилось.

«Со мной все хорошо, – жестами показал папа и улыбнулся. – Я и не в такие переплеты попадал. Не переживайте. – Он посмотрел куда-то вбок, кивнул и, вновь повернувшись к нам, добавил: – Люблю! До свидания!»

Его половина погасла. А мы с мамой долго смотрели друг на друга.

– Ничего не понимаю, – растерянно прошептала я. – Что значит «не думать о чести»?!

– Спасать его, забыв о принципах… – без особой уверенности предположила мама.

То есть побег? А потом всю жизнь скрываться и прятаться? Сдаться, не вступив в бой?

– Совсем не похоже на папу, – я с сомнением покачала головой.

– Возможно, ему там куда хуже, чем кажется, – парировала мама. – Я сегодня же поговорю с Лорной, она обещала помочь.

– Что-то не так, мам… – медленно заговорила я, пытаясь поймать ускользающую мысль. – Эти странные помехи… И то, как папа вел себя. В начале и в конце свидания он был прежним. А в середине его словно подменили.

Не знаю, можно ли перехватить связь зеркал и влезть в нее, но все выглядело именно так. Кто-то хотел подтолкнуть нас к организации побега. Зачем?

– Или в середине свидания он как раз был настоящим, – мама стала бледной как смерть.

Она была готова обернуться и лететь спасать папу прямо сейчас.

– Мам, не торопись! Я сегодня поговорю с советником, потом будем думать о… – в последнюю секунду я прикусила язык, чуть не сболтнув лишнее, – обо всем остальном, хорошо? И надо бы нам впредь быть… поосторожнее с зеркалами.

Мама побледнела еще сильнее, тихо выдохнула:

– Ты права.

И отключилась.

К поместью леди Иниры я неслась так, что чуть не потеряла одного из паучков. Пришлось вернуться и подобрать. У ворот меня встретил телохранитель.

– Со мной поедет сестра. Айлин М Гриан, – едва дождавшись, пока он проверит магией багаж и сопушек, выпалила я. – Она потом к нам присоединится.

– Хорошо, мисс, – кивнул телохранитель, сделал отметку в свитке и пропустил меня внутрь. – Отправляйтесь к конюшне.

Добравшись до места, я первым делом поискала глазами советника. Его нигде не было видно, хотя вороного пегаса как раз выводили из стойла и тот приветливо пытался укусить конюха. На дороге стояли три вместительные, но пока пустые кареты, четыре фургона, возле которых суетились слуги леди Иниры, и несколько крытых повозок, больше похожих на телеги с высокими бортиками, деревянными крышами и боковыми раздвижными тентами. В них грузились конкурсанты. По двое. А нас осталось тринадцать. Интересно, кто же поедет один? Ха, точно не я. Вот даже сомнения не возникло, с кем придется путешествовать.

Спикировав к Фрэнсис, я собралась закинуть чемодан, но меня остановил мистер Касарди:

– Мисс Гриан, вам не сюда. Леди Инира решила разместить всех в случайном порядке.

Меня отправили к томному эльфу. В соседнюю повозку. Тот уже активно делил ее на две части, ругаясь с престарелым слугой. Увидев меня, лорд Фразиэль непримиримо заявил:

– Это моя половина!

Половина? Ну-ну. Палец эльфа указывал на добрые две трети, которые были отгорожены от оставшегося закутка плотной тканью, намертво прибитой к дощатым полу и потолку.

Я спорить не стала. Сгрузила пауков вместе с чемоданом, нацепила сумку на плечо и помчалась к особняку, на ходу доставая прошение.

Едва я миновала лабиринт, как на пороге черного входа возник лорд Аранхорд собственной персоной. Выглядел он куда живее, чем в прошлую встречу: в движениях появилось что-то упругое, хищное, глаза азартно блестели. Точь-в-точь гончая, взявшая след.

Я мгновенно подлетела ближе и выпалила:

– Доброго дня! Пожалуйста, уделите мне минуту. Это очень важно. Вы обещали.

Лорд Аранхорд с прищуром посмотрел на стиснутую в моей руке бумагу и медленно кивнул:

– Если сможете закрыть нас с вами отводом глаз, я уделю вам больше одной минуты.

– Смогу! – выдохнула я и, пока советник не передумал, потянулась к магии.

– Не так быстро, мисс! – усмехнулся он. – Дайте конюхам хотя бы подвести Заира.

За спиной всхрапнуло, я отпрянула в сторону, и перед советником приземлился знакомый кусачий жеребец. Сопровождавшие его слуги на пегасах тут же развернулись и полетели обратно. Погладив по морде вороного, мгновенно ставшего послушным, лорд Аранхорд запрыгнул в седло и выжидательно посмотрел на меня.

Я выдохнула и сосредоточилась. Магия потекла с пальцев, окутывая меня, эльфа, его пегаса. Я старалась сделать самый лучший отвод глаз в жизни. А жеребец советника этому мешал! Он пританцовывал, то отодвигался чуть дальше, то вновь приближался, явно примеряясь к моей руке. Всадника его выкрутасы забавляли. Разозлившись, я выплеснула магии столько, что на секунду мы оказались в густом облаке бирюзового тумана. А когда он рассеялся, даже предательских теней на земле под нами не осталось!

Вороной явно ошалел от происходящего и пытался заржать, но хозяин его успокоил, погладив по шее, и направил в небо. Я мгновенно взмыла следом. Защита поместья легко пропустила Аранхорда, ну и меня заодно. Когда мы оказались над облаками, советник остановил коня и повернулся:

– Я слушаю вас, мисс.

– Месяц назад мой отец по ложному обвинению попал на каторгу. Мы с мамой сразу начали писать прошения о пересмотре дела, но все они вернулись обратно.

– Причина?

– Отсутствие справки, которой нет ни в одном списке требуемых документов, не тот размер букв…

Я старалась говорить ровно, но выходило с трудом. И, судя по зуду на коже рук, от злости на локтях полезли чешуйки. Выдох-вдох… Я освободить папу хочу, а не удивить советника.

– Прошение и копии всех документов у меня с собой.

– Давайте, – кивнул лорд Аранхорд.

Я вытащила целую кипу листков и протянула ему.

Пока советник, с удобством опершись о луку седла, изучал бумаги, я успела помолиться богам, прокусить губу и порвать рукав платья.

– Хорошо, – наконец-то заговорил он. – Я лично займусь делом вашего отца.

О-о-о-о! От нахлынувшего облегчения я едва не разревелась. Открыла рот, чтобы поблагодарить, но советник жестом остановил:

– А вы, мисс, останетесь на отборе. И будете делать все, чтобы продержаться на нем до конца.

– Зачем? – опешила я.

– Ваши работы понравились моей сестре. Не стоит ее расстраивать, я вас прошу…

Таким тоном не просят, а приказывают спрыгнуть с дракона вниз!

– …Инира хочет получить лучшую швею. А вам удалось показать себя неплохой портнихой.

Не врет, но сильно недоговаривает. Хотя выбора у меня все равно нет.

– Хорошо! – согласилась я, чувствуя, что подписала договор с демоном. – Я сделаю все, что в моих силах.

Эльф махнул рукой, отпуская.

– Если окажусь победительницей, будете сами объяснять сестре, что я не умею шить! – тихо пробурчала я себе под нос, направляя туфли в сторону конюшен.

– Еще одно, мисс Гриан, – прилетело в спину. Я обернулась. – Не афишируйте, что вам удалось поговорить со мной.

Афишировать?! Чтобы охотницы за его сердцем во главе с Фрэнсис из зависти спалили мою повозку? Или вырастили в ней плантацию мухоморов? Спасибо, не надо. Лучше я и дальше буду показательно рваться на прием. Вместе со всеми.

– Надеюсь, мы поняли друг друга? – в серых холодных глазах промелькнула усталость.

Промелькнула и исчезла. Советник снова стал гончей, напавшей на след. Лишь бы не на мой!

– Да, лорд Аранхорд, – уверенно кивнула я, – я вас отлично поняла.

Развернулась и помчалась к повозкам.

Что бы там ни стояло за требованием непременно оставаться на конкурсе, сделка заключена. А значит, платье мне все же придется шить. Бальное! Каким оно должно быть, я совершенно не представляла.

У конюшен царила суета. Леди Инира уже гарцевала на своем белоснежном пегасе, из окон двух вместительных карет торчали радостные лица нескольких дам и недовольная физиономия Денниз. Следом за каретами выстроились фургоны, потом крытые повозки. Замыкали караван несколько телохранителей на пегасах.

Повсюду сновали слуги, заканчивая приготовления к отъезду, распорядители разгоняли конкурсантов по местам.

Я приземлилась в густые заросли кустов за конюшней, сняла отвод глаз и как ни в чем не бывало вышла из-за угла.

– Мисс Гриан! – сердито воскликнула миссис Касарди. – Наконец-то! Где вы пропадали?

– Гуляла, – мечтательно вздохнула я. – Погода замечательная.

Мистер Касарди кивком показал на повозку, намекая, что пора бы мне влезть внутрь и не выделяться. Что я и сделала. В моем закутке сопушки плели в углу под потолком что-то вроде маленького гамака. Я бы тоже не отказалась от такого! Потому как ни матраса, ни коврика нам не выдали. Похоже, леди Инира хочет получить не просто самого лучшего портного, а такого, что способен шить даже сидя на горном гребне в лютый мороз.

Я отодвинула тент и крикнула:

– Мистер Касарди! Скажите, а можно лететь за караваном на своем хм… транспорте?

– Можно, – отозвался тот. – Но сегодня с полудня до полуночи полеты над городом ограничены, как и перемещение по городу во втором облике. Последнее касается только оборотней.

О, так мне повезло? В поместье я прилетела как раз в полдень.

– Что за дикий запрет? – раздался из соседней повозки недовольный голос Фрэнсис.

– Так всегда в первую пятницу восьмого месяца сорокового года правления короля, – равнодушно пояснил распорядитель. – Это старая традиция. Сегодня полеты только по разрешениям. Вы же не хотите угодить в тюрьму?

Какая прелесть! На редкость идиотская традиция, которую зачем-то соблюдают.

– Ограничение действует только в городе? – с надеждой спросила я.

– И в предместьях, – ответила миссис Касарди.

То есть трястись нам предстояло часа три. Или пять? Если учесть, что сегодня все вынуждены пользоваться исключительно дорогами, то заторы на них гарантированы.

Я вздохнула, закрыла обратно тент. Достала шкатулку и написала маме:

«Я отдала прошение!»

«Слава Лунной Деве! – мгновенно пришло в ответ. – Ты возвращаешься домой?»

«Нет. Продолжаю участвовать в отборе».

«Зачем?!»

«Таковы условия. Он попросил не расстраивать сестру».

«Но не победить же! При первой возможности тихо выходи из игры. Удачи!»

Над караваном пронеслось зычное:

– Тронулись!

* * *

По дороге неторопливо полз караван: куча всадников на пегасах, три кареты, четыре фургона и несколько повозок. Из предпоследней наружу свешивался бледный до зелени лорд Фразиэль и торчала рука Мерит, настойчиво протягивающая какую-то склянку.

Сандр тихо рассмеялся. Лучше бы эльфу не поддаваться на уговоры. От тошноты он, конечно, избавится, но запросто может отхватить взамен что-нибудь неожиданное. Про побочные эффекты от зелий мисс Гриан по лечебнице легенды ходили. Помощники Аранхорда не поленились, подробно записали каждую. И досье на ведьмочку выросло до таких размеров, что теперь напоминало увесистый фолиант. Правда, среди пациентов недовольных не обнаружилось. Несмотря на отросшие внезапно рога, хвосты, шипы, копыта и прочие прелести. Да и главный лекарь готов был порвать любого, кто скажет о ней дурное слово. При этом он почему-то все время огрызался и рычал: «Идите все… к демону, по штату положена ведьма, значит, будет!» Защитник, однако.

Сандр вытянул вперед невидимую руку, покрутил ею, на ощупь подобрал поводья. «Ты ведь за ней присмотришь», – недавно сказал Аранхорд. Вот и присмотрел, ага. Впрочем, сам виноват.

Прошло чуть больше часа с тех пор, как он, подлетая к особняку, заметил Мерит. Ведьмочка неслась над лабиринтом в направлении черного входа, из дверей которого как раз показался Аранхорд.

Сандр тогда нащупал в кармане подаренный Инирой артефакт, что наводил морок, активировал его и, скрыв себя и пегаса, неслышно приблизился к разговаривающим. Советник, конечно, понял, что он рядом. А Мерит – нет. Она так старательно накидывала отвод глаз, что все вокруг буквально заволокло бирюзовым облаком ее магии. Сандр почувствовал, как нагрелся артефакт, как неуловимо изменился его морок…

Именно в тот момент лорд Ассандр Ортвин исчез. В буквальном смысле. Превратился в бесплотного всадника на бесплотном пегасе.

Откуда-то донесся свист. Сандр перевел взгляд на начало каравана, потом поднял глаза выше. В небе кружила Инира, Аранхорд мчался к ней навстречу. Его вороной все еще местами был невидим – издалека казалось, что советник оседлал ветер, принявший форму жеребца. Тетушка изумленно всплеснула руками, Аранхорд сказал ей что-то и рассмеялся.

Дяде еще повезло. Сам Сандр никак не мог избавиться ни от заговора ведьмочки, ни от своего собственного морока. Ничего не помогало: он выключил артефакт, включил, расплавил его. Попытался снять как простой отвод глаз. Не вышло. Демон подери! Где бы найти умеющего держать язык за зубами мага, способного справиться со всей этой «прелестью»?

– Кар-р-р? – ворон ошарашенно вился над головой.

Артефакт на лапе Рэна подсказывал, что амулет рядом. А значит, и шея, на которой он висит, тоже. Но чары не срабатывали, Сандр оставался даже для него невидимкой.

Интересно!

– Прекрати истерику, тут я, – усмехнулся он, вытянул руку и щелкнул ворона по разинутому клюву.

Рэн завис на месте и тихо просипел простуженным голосом:

– Новый мор-р-рок?

– Это не морок. Отвод глаз.

– Кто делал? Я тоже себе такой хочу!

– Угадай с одного раза, – предложил Сандр.

– Мерит одарила? Или ты неудачно познакомился с Айлин? – ехидно осведомился ворон, прицеливаясь к невидимому плечу.

Ругнулся, представив, как будет выглядеть сидящая на воздухе птица, и снова замахал крыльями.

– С Айлин познакомился удачно. Неудачно поприсутствовал при разговоре Мерит и Аранхорда. Дорогому дядюшке не хотелось пользоваться своим артефактом. Ему приспичило испытать силы ведьмочки.

– Испыта-а-ал, – ворон аж хрюкнул от удовольствия. – Теперь зад у его жеребца в прозрачную полоску, а камзол – в квадратик цвета рубашки, – он сипло захохотал и тут же раскашлялся.

– Хватит хрипеть мне в ухо! – фыркнул Сандр. – Слетай к Мерит, она тебе чего-нибудь накапает.

– Лучше я Айлин подожду! – ворон мечтательно закатил глаза. – У нас с ней взаимная симпатия!

– Даже так?

– Да! Не каждая девушка после ночи серенад помашет тебе рукой и скромно удалится.

Не каждая, точно. Как правило, уже после пары куплетов большинство мечтает певца на вилы поднять и устроить ритуальное сжигание на костре.

– Слушай, а ты не от ее подарка хрипишь? Помахала и что-то в тебя бросила? – предположил Сандр. – А ты клюв раскрыл, крылья развесил…

– Нет! Она настоящая леди! Просто я перепел немного! – признался Рэн.

У других друзья перепивают. А у него… перепел.

– Соседи у Мерит душевные оказались! – похвастался ворон. – Ты бы видел, какими глазами они на меня смотрели! И до рассвета сидели на траве и рыдали!

– Что не могут тебя достать?

– Что с рассветом я замолчу! – возмутился Рэн.

– Что ты там вообще делал?

– Заглянул проверить, как там наша ведьмочка.

– И решил ей спеть? – недоверчиво приподнял бровь Ассандр. – И ты до сих пор в перьях, а не пупырчатый цвета заката? И без лишних частей тела? Что-то я не помню у Мерит особой любви к твоим вокальным способностям.

– Она мне должна была, – буркнул Рэн.

– Должна, значит… Лабиринт? – усмехнулся Сандр.

– Возможно.

– Лабиринт, – уверенно повторил он.

Вот тебе и друг.

– Да ладно! Ну помог немного девушке… Можно подумать, от тебя в первый раз девицы сбегают.

– Слушай, птица перепел, тебе в дозор не пора? – беззлобно напомнил Ассандр и почесал пальцами щеку. Странное ощущение, тело чувствуешь, но не видишь. Он задумчиво посмотрел на необычайно оживленные улицы, по которым ехали, катили, скакали горожане. – А я пока вперед полечу, осмотрюсь. Глупо не воспользоваться моментом. Когда я еще буду настолько невидим, что даже наши с тобой связанные амулеты не помогают?

К тому же у отвода глаз есть весьма удобное свойство ослабевать со временем. Глядишь, никакой маг не понадобится, и хватит собственных умений.