Глава 8

Кабинет завкафедрой был поскромнее, чем у ректора. Небольшой… примерно с мою квартиру, ага. И мебели тут куда больше: книжные шкафы, небольшой диванчик с торшером и рельефный глобус на низкой тумбе.

Даже тяжёлый рабочий стол казался монолитным и каким-то монументальным, словно постамент — из красного дерева, с резными узорами. И высокое кресло с кожаной обивкой, в котором можно утонуть.

Но Черепин всё же стоял на ногах и глядел на меня тяжёлым взглядом, чуть приподняв подбородок.

Ситуация казалась мне странной. И подружка Анны тоже вела себя странно перед уходом. Что она вообще делала в университете?

Может, пришла насчёт сестры пообщаться?

— У Роксаны какие-то проблемы? — спросил я у Черепина.

— Что? С чего вы… — удивился он. — Ах да, точно. Нет, не волнуйтесь, мы с Ариной обсуждали не её сестру.

— Ладно, — пожал я плечами.

Кажется, он напрягся, когда я затронул эту тему. Но раз уж она не касалась моей студентки, меня больше интересовало другое.

— Так вот, я к вам пришёл по важному вопросу, Станислав Викторович. Вы слышали про баронессу Новицкую, Полину Аркадьевну?

Черепин насторожился. Казалось, до этого он размышлял о чём-то другом, но теперь всё его внимание привлекли мои слова.

— Да, слышал. А в чём дело?

— Полина Аркадьевна пребывает сейчас в тяжёлом состоянии. Она перенесла отравление хлоралгидратом, усиленным вторым, неизвестным мне в точности компонентом.

Глаза Черепина распахнулись. Он на полшага ступил вперёд, не зная, куда деть руки, которые то сжимались в кулаки, то разжимались обратно.

— Что случилось? Как с ней это произошло? — забеспокоился он.

— Надо полагать, вы знакомы, — догадался я. — Не волнуйтесь, сейчас ей ничего не угрожает.

Высокомерие во взгляде Черепина полностью исчезло, как и непонятная напряжённость в мою сторону. Но теперь он беспокоился, причём очень сильно.

— Да. Мы с Полиной знакомы, — кивнул он, глянув куда-то в сторону. И зачем-то принялся объяснять: — В детстве часто проводили время вместе. Наши семьи дружили и… — Он вдруг опомнился, выровнялся и сменил тон. — Впрочем, не важно.

— Значит, вы знаете, где располагается её особняк, — кивнул я. — Это очень хорошо. Собственно, я хотел попросить вас позаботиться о госпоже Новицкой. Мне удалось вывести её из комы, но…

— Комы? — переспросил Черепин. — Всё так серьёзно?

Он насильно сдерживал беспокойство, хотя удавалось ему это не очень хорошо. Только я не понимал, зачем ему это вообще нужно. Возможно, он не хотел показывать эмоции именно передо мной. Так что я делал вид, что ничего не замечаю.

— Всё более чем серьёзно, — произнёс я спокойным голосом. — Но критическая стадия уже миновала, и теперь стоит вопрос о восстановлении. Хлоралгидрат был усилен вторым компонентом — я подозреваю клонидин.

В моём мире его синтезировали намного позже, но здесь я уже встречал упоминания в алхимических справочниках.

— Но это может быть что-то ещё, — подчеркнул я. — Сейчас ей не помешала бы целительская помощь, чтобы ускорить и облегчить выведение токсинов.

— Да-да, конечно, — закивал Черепин. — Отправлюсь немедленно!

Он бросился к рабочему столу, схватился за сумку, которая лежала на столешнице, раскрыл её и принялся засовывать туда какие-то документы.

— Полина Аркадьевна сейчас под присмотром жандармерии, — продолжал я объяснять. — К ней приставили сестру милосердия. Я же оставил указания по дальнейшему восстановлению.

— Да-да-да, — продолжал кивать Черепин, но затем нахмурился: — Жандармы? При чём тут они?

Стоит ли ему говорить? Всё-таки стоит, иначе будет слишком много вопросов. К тому же стоит его предупредить о возможной опасности, ведь убийца может предпринять новую попытку, чтобы довести дело до конца.

— Полину Аркадьевну отравили, — тише произнёс я. — Подставили всё так, чтобы это выглядело, словно она переборщила с Маковой слезой.

В глазах Черепина вспыхнула холодная ярость. Но он промолчал и продолжил собираться.

На этот раз он выдвинул ящик стола и загремел инструментами, которые тоже отправились в сумку. Затем выдвинул ещё один ящик, из которого уже послышалось бряцание склянок.

— Хотел бы вас предупредить, Станислав Викторович. На всякий случай, — добавил я. — Полина Аркадьевна сейчас очень слаба. Не стоит перегружать её излишней магией, это может плохо сказаться на дальнейшем выздоровлении. Действовать нужно постепенно.

— Григорий Романович, — прервался Черепин и с раздражением уставился на меня. — Не забывайтесь, я не ваш студент, а опытный лекарь. И ваш непосредственный начальник, если вы ещё не забыли.

— Не забыл, — спокойно ответил я.

Черепин сейчас явно был на нервах. Он закончил собирать сумку, вышел из-за стола и направился к выходу.

— Подождите, Станислав Викторович, — окликнул я его.

— Да, что ещё? — обернулся он.

— Вы зачем-то меня искали и хотели, наверное, о чём-то поговорить.

Тут Черепин резко изменился в лице. Задумался о чём-то. Но спустя недолгую паузу помотал головой и всё же произнёс:

— Сейчас это уже не столь важно, Григорий Романович. Поговорим как-нибудь потом.

Он снова двинулся к выходу, но опять остановился, обернулся и задержал на мне странный взгляд.

— И да, господин Вересаев…

— Я весь внимание, Станислав Викторович, — улыбнулся я.

— Благодарю вас за то, что спасли жизнь Полине Аркадьевне. И что пришли именно ко мне.

В его взгляде таилась искренность, которую он очень не хотел показывать. Должен признать, Черепин умеет не смешивать личное с прочими делами. Даже несмотря на определённые разногласия.

— Я всего лишь выполнил свой долг, — ответил я.

Черепин молча кивнул.

А затем мы покинули его кабинет. Он быстрым шагом ринулся дальше по коридору и скоро скрылся на лестнице. Я же устало вздохнул и не спеша побрёл к выходу.

У меня выдался ещё один безумный денёк, так что сейчас единственное, чего мне хотелось, — это вернуться домой, принять горячую ванну и лечь спать.

Собственно, это и был мой план на оставшийся вечер. И я решил уверенно ему следовать.

━─━────༺༻─────━─

Чайная «Италия». Несколько позже.

— Анна Ивановна, ваши кофе и тирамису.

Сальваторе услужливо поставил заказ на столик и улыбнулся, отчего его лицо сделалось ещё лучезарнее и добродушнее, чем обычно.

— Благодарю, сударь, — улыбнулась в ответ девушка. — Как вкусно пахнет!

От кофе действительно исходил приятный терпкий аромат, а тирамису выглядело очень аппетитно. Так что Анна поспешила окунуть в нежную текстуру маленькую ложку и сделала первую пробу десерта.

Сладость и сливочность захватили вкусовые рецепторы. Блюдо таяло во рту и заставило даже прикрыть глаза от наслаждения — сама нежность.

Сальваторе удовлетворился произведённым эффектом и удалился.

А в это время в чайную зашла ещё одна прекрасная особа — рыжеволосая, с красивыми и правильными чертами лица. Но сейчас она выглядела раздражённой и сердитой, так что опытный итальянец не стал приставать с расспросами, а лишь учтиво поклонился и поспешил скрыться на кухне.

Рыжеволосая дама отыскала взглядом свою подругу и быстрым шагом добралась до её столика.

— Ох, вот ты где! — воскликнула она и плюхнулась на стул напротив Анны.

Та как раз закончила с первой пробой десерта, запила его кофе и улыбнулась Арине.

— И тебе добрый вечер. Ты почему такая сердитая, моя дорогая?

— Да потому что!.. — хотела было воскликнуть Арина, но вдруг осеклась.

Вместо слов она выхватила чашку у Анны из рук, сделала пару глотков и поставила её обратно, стукнув о столик.

— День выдался не очень хороший, вот и сердитая я. Понятно?

— Понятно, понятно, — хмыкнула Анна.

Её подруга всегда была довольно эксцентричной, а настроение у неё очень часто менялось. Причём порой её бросало из одной крайности в другую. Так что Анну поведение Арины не особо смутило.

— Сальваторе! — недовольно воскликнула рыжеволосая. — Ну где же вы, сударь? Сколько я ещё должна ждать?

Итальянец нацепил дежурную улыбку и поспешил вернуться к их столику.

— Сударыня, чего изволите? — поинтересовался он вежливым почти искренним голосом.

Всё-таки многолетний опыт управления чайной научил его работать с самыми разными клиентами. В том числе с рассерженными красавицами, которых Сальваторе уверенно держал на вершине списка. Даже выше подвыпивших моряков, которые искали приключений на суше.

— Мне… — осеклась Арина, потому что она ещё не придумала, чего хочет отведать. Но затем бросила взгляд на заказ Анны и махнула рукой. — То же самое, что и госпоже Лазаревой. И побыстрее, пожалуйста.

— Считайте, что уже почти готово, Арина Сергеевна, — ещё шире улыбнулся Сальваторе. — Сию минуту!

И поспешил удалиться.

— А ты-то чего такая счастливая? — буркнула Арина. — Я думала, после того как ты скажешь своему отцу, что не хочешь помолвки со Станиславом, он будет в ярости.

— Он и так в ярости, — пожала плечами Анна и отправила в рот ещё одну ложку тирамису. — Поэтому я здесь, чтобы переждать бурю.

Арина похлопала глазами на довольную Анну, а затем покачала головой:

— Не понимаю я тебя, подруга. Вот честно. Отказаться от такого кавалера! Да ради кого⁈

— Если он тебе так нравится, можешь сама отправить к нему сватов, — нахмурилась Анна.

— Ты знаешь, что я не могу… — Арина откинулась на спинку стула, скрестила на груди руки и продолжила причитать: — А я ведь столько сил положила, чтобы вы друг с другом сошлись. Чего стоила одна лишь затея с корсетом.

— Я тебя об этом не просила, — строго напомнила Анна. Но затем тепло улыбнулась и добавила: — Но за тот случай спасибо, иначе мы с Вересаевым могли и не познакомиться.

И снова отправила в рот ложку тирамису, и на этот раз нежность лилась не только во рту, но и в душе. Но затем Анна вспомнила, что очень хорошо знает свою подругу. А потому нахмурилась, поспешно проглотила десерт и настойчиво взглянула на неё.

— Арина, а где ты была, позволь узнать? Уж слишком ты заведена.

Подружка тут же всполошилась. Её глаза лихорадочно забегали, а пальцами она принялась искать упавший локон.

— Я? Я… Да нигде, — залепетала она. — Просто ходила в лавку, хотела подобрать парфюм, вот. Но не нашла, представляешь?

— Арина… — строго протянула Анна и взглянула на свою подругу пронзительным взглядом, который напоминал взгляд её отца.

— Ну, я же говорю, я… — попыталась снова оправдаться рыжеволосая.

— Сударыня Аверина! — не позволила юлить Анна. — Или говори правду, или мы больше не подруги. Я знаю, что ты что-то натворила.

Арину зажали в угол. Причём и метафорически, и буквально — столик располагался в уютном углу чайной.

Она рыскала глазами по сторонам в поисках путей спасения, но ничего не нашла. К тому же Сальваторе уже двигался к ним с её заказом на подносе и отрезал даже самый отчаянный путь бегства.

— Вот, госпожа, — он поставил чашку с кофе и миску с тирамису. — Приятного аппетита.

Затем Сальваторе поспешил исчезнуть. Но сам того не подозревая, он дал Арине немного времени.

Она подумала и решила всё выложить подчистую.

— Ладно, ладно! — вздохнула она и принялась ложкой размешивать тирамису в хаотичное месиво. — Я… я ходила к Станиславу.

— Чего⁈ — ахнула Анна. — Зачем⁈

— А затем! — перешла в атаку рыжеволосая. — Тебе этот Вересаев все мозги запудрил, подруга. Ты что, не видишь, что он бедняк? Ни гроша за душой и даже Источник у него травмирован, неизвестно, когда восстановится. Ну зачем тебе такой бедовый, объясни?

— Арина! — вскочила с места Анна, чем обратила на себя внимание других посетителей чайной.

Это заставило её оглядеться и умерить пыл. Девушка плавно села обратно, недовольно поджала губы и наклонилась поближе к подруге.

— Арина, — процедила она тихо. — Я тебя сейчас…

Но что-то промелькнуло перед глазами и снова заставило её замолчать.

Анна удивлённо скосила взгляд перед собой и обнаружила ложку, торчащую прямо из её же рта.

Как Арина так быстро успела сунуть ей ложку с тирамису, Анна понять не смогла. Но подруга сейчас сидела, сложив руки перед собой, и невинно поглядывала в окно так, словно ничего не произошло.

Сладкий десерт приятно растёкся во рту. Не хотелось это признавать, но он действительно растопил гнев, который бушевал в груди. К тому же Анна не умела долго злиться на Арину. А потому успокоилась, медленно дожевала десерт, а затем вздохнула и снова спросила подругу:

— Ну и зачем ты это сделала?

Арина выдохнула и улыбнулась. Зачерпнула ложкой месиво, которое когда-то было тирамису, довольно прожевала его и запила горячим кофе.

— Ты же знаешь, Станислав питает к тебе очень нежные чувства. А пока твой отец ничего не объявил официально, всё ещё можно исправить. Я его предупредила — вот пускай он и займётся этим вопросом. Глядишь, поспешит и сам явится для официального обручения, всё как полагается.

— Эх, Арина… — покачала головой Анна. — И за что мне такая подруга?

— Вот именно, — буркнула рыжеволосая. — Не ценишь ты своего счастья. Ни подругу, ни жениха.

— Он мне не жених, — Анна закинула в рот ещё одну ложку с десертом.

— Ну это мы ещё посмотрим, — по-лисьи ухмыльнулась Арина.

На это Анна ничего отвечать не стала.

Некоторое время они молча наслаждались десертом и вкуснейшим итальянским кофе. Но когда тирамису закончился, Анна вдруг нахмурилась и спросила:

— А как отреагировал Станислав? Он сказал, что именно планирует делать? Надеюсь, ничего глупого.

— Хм, кстати, — опомнилась Арина, — перед тем как я ушла, к нему явился этот твой Вересаев.

— Что? — живо заинтересовалась Анна. — А зачем?

— Не знаю, — пожала плечами Арина. — Они же работают вместе, так что…

Но затем она плавно раскрыла глаза и прикрыла ладонью рот.

— Ну, чего? — испугалась Анна.

— Так я же Стасу рассказала, почему ты отказалась от помолвки! Рассказала про Вересаева!

— Арина! — подскочила с места Анна. — Что же ты наделала!

Она тут же рванула к выходу. Арина похлопала глазами, но затем тоже подскочила и устремилась за подругой. Под изумлённые взгляды гостей девушки вылетели из чайной.

Сальваторе меланхолично посмотрел на закрытую дверь, вздохнул и отправился убирать со стола.

За заказ ему никто так и не заплатил, но он всё равно считал, что дёшево отделался. Пускай страсти полыхают где-нибудь в другом месте, не за его счёт.

━─━────༺༻─────━─

После горячей ванны я поспешил лечь в постель.

На удивление, все мои приключения за вчерашний день уложились в вполне приемлемый промежуток времени. Так что в кровати я оказался уже примерно в полночь и мигом отрубился. А потому утром, причём довольно поздно, проснулся совершенно выспавшимся, бодрым и полным сил.

Первым делом принял солнечные ванны, раздвинув занавески, и сполоснул лицо холодной водой, чтобы взбодриться. А потом выполнил небольшой комплекс упражнений для зарядки минут на двадцать.

Растяжка, отжимания, приседания, пресс. Атлетическое сообщество — это, конечно, хорошо, но элементарные вещи можно делать даже в такой крохотной квартире, как моя.

Затем, довольный собой и солнечной погодой, я облачился в мундир и отправился на улицу. Перекинулся парой слов с Фомой Лукичом и двинулся за пирожками. Это, конечно, не самый здоровый завтрак, но очень уж вкусный и питательный.

Отыскав лавку тёти Авдотьи, я купил последние два пирожка с курицей, а ещё решил взять две штуки с картошкой и грибами. В принципе, если их совместить, то получится комплексный приём пищи — гарнир, мясо и запечённое тесто, почти что хлеб.

— Благодарю, любезнейшая, — я подхватил горячие пирожки в бумажном свёртке из вчерашней газеты, побросал их в руках, потому что жаром обдавало пальцы.

— На здоровье, господин Вересаев! — с улыбкой пролепетала женщина. — Кушайте, кушайте.

— Хорошего вам дня, — попрощался я.

Развернулся…

И как раз в этот момент в меня влетел какой-то оголтелый торопыга.

Свёртки с пирожками вылетели из моих рук и едва не плюхнулись на тротуар, но я успел их подхватить. Приметил в голове, что новое тело всё больше ощущается как моё собственное, а реакция с каждым днём становится лучше.

— Ой, простите! — раздалось позади с очень уж знакомым акцентом.

Торопыга не стал ждать моего ответа. Он вернул равновесие и стартанул было дальше, но я схватил его за плечо.

— Постойте-ка, господин хороший! — строгим голосом произнёс я. — Мне кажется, мы с вами уже знакомы.

— Да как вы смеете меня останавливать⁈ — возмутился торопыга в ответ, разворачиваясь при этом ко мне лицом.

Но когда он обернулся и увидел меня, всё возмущение улетучилось, а вместо него на лице отразились удивление и растерянность.

И нет, это не потому, что я выглядел очень грозно.

— Господин огнекрылый гусар! — обратился я к Тадеушу. — Подскажите-ка, будьте любезны, почему вы сейчас не находитесь в больнице, а устраиваете забеги по улицам города?