Глава 27

Роман

И да, оказываюсь прав. Эта дуреха умудрилась свалиться в овраг. Когда я подхожу, она как раз выбирается наружу, грязная и мокрая. Зубы стучат, вода, конечно, холодная. Что за человек-недоразумение?

– И как так вышло? – качаю головой, Марина начинает причитать:

– Да мы сами не поняли. Она просто поскользнулась, раз, и уже в грязи.

– Снимай одежду, – говорю Злюке, она замирает, глядя на меня непонимающе. Я стягиваю свой свитер, оставаясь в футболке.

– Холодно же, Роман Андреевич, – смотрит почти испуганно.

– Давай, Алевтина, – отдаю свитер дочери, – переодевайся и быстро в сторону дома.

Отворачиваюсь вместе с парнями, через пару минут Марина говорит:

– Мы готовы.

Свитер Злюке, конечно, велик, но выглядит она в нем очень мило. Бросив взгляд, тут же отворачиваюсь.

– Идемте, – кидаю им.

Тут же слышу ойканье и шипение. Оборачиваюсь. Злюка смущенно говорит:

– Кажется, я ногу подвернула.

– Больно ходить? – тут же спрашивает один из близнецов, присаживаясь рядом с ней на корточки.

– Да.

– Где больно? – он аккуратно касается ее ноги. Вздыхаю. Нет, от этой девчонки одни неприятности.

Подойдя, подхватываю на руки, так что она снова ойкает, теперь от неожиданности, и начинаю идти в сторону дома. Алевтина робко обхватывает меня за шею, утыкаясь носом в ключицу.

– Спасибо вам, – шепчет едва слышно.

– Не за что, Завьялова. Знаете, с вашими способностями странно, что вы еще ходите.

– Простите.

Усмехаюсь.

– За что? Что все еще ходите и попадаете в неприятности?

– Нет, за то, что вам приходится с этими неприятностями разбираться.

– Придется нагрузить вас какой-нибудь работой в институте за это, – шучу в ответ.

– Я с удовольствием, – произносит Алевтина, а я на мгновенье прикрываю глаза: до того искренне и просто это сказано.

Решаю больше ничего не говорить, доношу ее до самой комнаты и аккуратно ставлю.

– Переоденьте штаны, и осмотрим ногу, – говорю кратко, после чего быстро выхожу.

Пока девушка переодевается, приходят остальные. Заходим в комнату вместе, Аля все еще в моем свитере, но уже в джинсах. Подхожу и опустившись на корточки, беру ее за голую ногу. Ледяная.

– Носки есть теплые? Сменная обувь? – спрашиваю ее, растирая стопу. Девушка сглатывает, краснея.

– Носки есть, не успела надеть. Обувь только эта.

– Ну ничего, в машине доедете и в носках.

Аккуратно двигаю ее ногой, периодически сжимая и спрашивая об ощущениях. Аля явно нервничает, крутится на месте, отвечает, пряча взгляд.

– Думаю, небольшое растяжение, – говорю в итоге, – надевайте носки. Но если ходить будет совсем больно, лучше показаться врачу и сделать рентген.

Девчонка натягивает шерстяные носки.

– Спасибо, – говорит, все еще пряча взгляд.

– Попробуйте походить, опираясь на мою руку.

Я протягиваю ей свою ладонь, ее маленькая ладошка неуверенно ложится поверх. Сжимаю, помогая встать. Девушка делает несколько шагов, морщась.

– Ничего, сойдет, – выдает в итоге. – Дома посмотрю в интернете, какой мазью можно намазать.

– Ладно, – говорит отец с порога, – давайте собираться.

Обернувшись, снова ловлю его взгляд, и он мне не нравится. Укоризненный такой. Чувствую, не поверил он моим словам.

Парни выходят, а я спрашиваю Алю:

– За вами есть, кому поухаживать?

Она неопределенно качает головой.

– Я справлюсь, – выдает в итоге.

– С кем вы живете?

– Одна.

– А… – задумчиво вздергиваю брови. – Отец, родные?

Она смотрит в сторону, ничего не говоря, но потом все же поворачивается ко мне:

– Все будет хорошо, Роман Андреевич, правда. Спасибо вам за помощь.

Пару секунд смотрю на нее, потом ухожу. В конце концов, это не мое дело. Я помог, как мог.

Маринка упрашивает меня отпустить ее ехать с ребятами. Я соглашаюсь, хотя и неохотно. Надеюсь, отцу не придет в голову опять заводить разговоры об Алевтине. Но нет, он не той породы. Раз сказал, и хватит, повторять не будет. Дальше решать мне. Да нечего там решать – я уже все решил. Держаться от нее подальше, вот и все.

Дома первым делом разбираю вещи и иду в душ, прихватив с собой грязные. Бросаю в контейнер для белья. Но в последний момент беру обратно свитер и зачем-то вдыхаю у ворота. Чувствую едва уловимый аромат – пахнет ванилью. Запах Злюки. Качаю головой, кидая свитер обратно. Да уж, Роман Андреевич, не ожидал я от вас такого. В фетишисты уже заделался.

Когда выхожу, Марина пьет чай на кухне, активно с кем-то переписываясь. Судя по гуляющей по лицу улыбке – с Глебом. Вот даже интересно, по какому критерию она выделила именно этого близнеца?

– Классно в целом съездили, да, пап? – спрашивает меня. – Ну если не считать падения Алевтины, – она закатывает глаза. Я хмурюсь, присаживаясь за стол. – Хочешь чаю?

– Не откажусь.

Дочь начинает хозяйничать, а я задаю вопрос:

– Вы с Алевтиной как? Близко общаетесь?

– Нет. Не очень. Ну знаешь, она такая, себе на уме. Особо не болтает, я стараюсь как-то с ней общаться, но она все больше отмалчивается. Еще мне кажется, ей не очень нравится, что я с ребятами дружу. Она то и дело поначалу встревала в наши разговоры, не давая слова вставить.

Даже так, интересно.

– Ну и вообще, – дочь ставит передо мной чашку, – Полина мне рассказывала, что Алевтина в принципе странная.

Сделав глоток, интересуюсь:

– В каком плане?

– Ну… Она встречалась с братом Полины, он преподает у вас на филфаке. Знаешь, Полина говорила, что он был серьезно настроен, а она ну как-то так… Есть отношения и есть. Опять же не хотела афишировать, когда узнала, что он преподаватель. Боялась, что кто-то что-то подумает… А в итоге они расстались на ровном месте. Чего-то там ей переклинило… – тут Марина даже перегибается через стол, видимо, информация предполагается особой секретности. – Говорят, она просто с кем-то спит из руководящего состава. Потому ей и оценки проставили заочно, она же уходила в академ с незакрытой сессией.

Я только диву даюсь, слушая все это. Кто-то всерьез может такое говорить про Злюку? Глупости какие.

– А эти твои говорят, – спрашиваю аккуратно, стараясь не выказывать раздражения, – это собственно кто?

Марина на мгновение теряется, понимая, что в принципе наболтала лишнего.

– Дочь, – смотрю строго, она вздыхает.

– Ну может, это все и не правда, я не знаю. Мне сказала Полина. А ей ее брат, с которым Алевтина встречалась.