Глава 43

Я, не сдержавшись, саркастично фыркнула.

Надо отдать должное — поцелуй, вернее… поцелуи были хороши. Но нынешнее поведение Максима выбивало меня из колеи.

Пауза во время наших сцепившихся взглядов затягивалась, а голоса за дверью лишь усиливались.

— Долго еще будешь заниматься самообманом? — донесся до меня еле слышный вопрос, когда моя ладонь легла на дверную ручку, — Я бы не позволил развести ни себя, ни свою девочку на подобное времяпрепровождение. Попахивает слабостью и километровыми комплексами. Не находишь? — его взгляд бесстыже прошелся по моему телу, отчего меня моментально бросило в жар.

Да что ж такое!

— А причем здесь ты? — недовольно парировала я, вспоминая о недавнем предложении Леднева, заключающемся в совместном кайфовом досуге.

Чуть склонив голову в бок, парень насмешливо-испытующе на меня смотрел, едва заметно пробежавшись кончиком языка по губам.

Красивый до одури. Со слегка порозовевшими щеками. И губами своими дурацкими-ненасытными… Даже не прибегая к помощи Ленкиных таро было очевидно — ничем хорошим для нас это не закончится.

Резко разворачиваясь, я сделала глубокий вздох, проворачивая ручку и толкая дверь.

— Вы чего там… уснули? — с наигранным весельем обратился ко мне Игорь, перехватив прямо в коридоре.

Я с трудом сдержалась, чтобы не спросить: «Ты ведь сам дал зеленый свет на эту игру? Так чего теперь изображать ревнивца?».

Покинувший следом за мной комнату Леднев окинул Олейника таким пренебрежительным взглядом, что я сходу уловила — любое неверное действие со стороны Игоря спровоцирует драку.

— Роза объясняла мне правила языка, — он кашлянул, — Русского языка… — вызывающе вытирая губы костяшками пальцев, Максим, похоже, намеренно провоцировал моего парня.

— Русского? Серьезно? — странно хохотнул Игорь, переводя взгляд с меня на Леднева и обратно.

— Ага. Мая тьваю… ни панимать, — с издевкой произнес Леднев, выглядя при этом расслабленным и спокойным.

Я смерила фантазера, с которым жадно целовалась всего несколько минут назад снисходительным взглядом, как бы говоря: «Складно сочиняешь, морячок, но я вру лучше».

— Мы обсуждали, как так вышло, что у Максима тройбан по русскому… — пытаясь не обращать внимания на ватную слабость в ногах, подтвердила я.

Леднев ухмыльнулся, явно получая удовольствие балансируя на грани.

Я гулко сглотнула, в любую секунду ожидая реакции от Игоря, чего мне совершенно не хотелось по целому ряду причин — главная из которых — нам втроем предстояло еще учиться вместе. Не могла допустить их столкновения лбами, догадываясь, что это может привести к катастрофическим последствиям…

Нужно было срочно как-то сгладить ситуацию, но дурной азарт продолжал вспенивать мою кровь при одном только взгляде на наглеца Леднева. Заглядывая в смеющиеся зеленые глаза Максима, меня будто утягивало в бездну — напряжение в пальцах рук и ног так никуда и не делось…

Наверное, потому что такие ощущения от поцелуев и объятий с парнем я испытывала впервые.

Каждое его мягкое уверенное прикосновение слой за слоем сдирало с меня защитную пленку, обнажая самую неизведанную, темную часть моей души…

Он же, судя по кривой ухмылке, притаившейся в уголках зацелованных мной губ, полностью контролировал ситуацию, чувствуя себя хозяином положения, бесспорно, удерживая эту партию за собой.

Да-да, Леднев вышел победителем — вообще не напрягаясь, он получил меня в свои объятия, еще и наглядно продемонстрировал очевидные недостатки Олейника…

— Продолжим игру? — словно черт из табакерки выпорхнула из соседней двери Лана Латыпова.

— Может, возьмем паузу? — мечтая поскорее унести отсюда ноги, с ироничной улыбкой предложила я.

— Лан, а я предлагаю немного потанцевать! — неожиданно пришла мне на выручку Карина Насырова.

— Кар, тогда, рули! — по-барски распорядилась хозяйка праздника, пока я, под шумок, направилась на кухню в поисках воды.

Осушив полбутылки минералки, я почувствовала сверлящий мой затылок взгляд, оборачиваясь. Лана застыла в паре метров от меня, и ее неискреннюю улыбку моментально вытеснило презрение.

— Как тебе удалось убедить Михайлову?

Я лишь усмехнулась.

— Испугалась?

— Вот еще! Кого бояться? Я тебе ни в чем не уступаю. Детка, ты уже давно не королева! — Латыпова зло рассмеялась.

— И кто же теперь королева? — я сделала шуточный реверанс, испытывая какой-то невероятный прилив сил, и сарказма тоже.

— Вытащи уже нос из своих конспектов, Леднева! Все над тобой смеются! Ты — ходячее посмешище! Книжный червь! И косички вышли из моды лет сто назад…

— Говорят, смех продлевает жизнь? Ну, это точно лучше, чем вызывать в людях жалость и гадливость.

Латыпова чуть не позеленела от злости.

Она открыла было рот, но тут в кухню вошла Насырова, прервав наш «содержательный» диалог. Не прекращая вызывающе улыбаться, я покинула место боевых действий.

Из гостиной доносились возбужденные голоса, Игорь традиционно заливал что-то про свой диджейский сет. Не желая возвращаться, чтобы больше не сталкиваться с Максимом, я поспешила в коридор: схватив пуховик и шапку, я натянула ботинки, выбегая за дверь.

На улице валил снег. Я шла, подставляя лицо под невесомые крупные хлопья, глубоко погружаясь в собственные мысли…

Вскоре ноги сами принесли меня в цветочный магазин. В последние дни уходящего года из-за повышенного спроса на новогодние и рождественские композиции, он работал до полуночи.

Распахнув дверь, я в один миг перенеслась в атмосферу зимней сказки: гирлянлы, шары, свечи, нобилис, ветки ели и пихты…

— Дочка? — мама удивленно улыбнулась, — А как же твоя вечеринка?

— Я ушла пораньше. Подумала, вам тут помощь нужна…

— Вообще не откажемся, мы с Лилей уже никакие! — она издала нервный смешок, аккуратно сметая иголки со стола.

— Да, посмотри на мои руки! — грустно улыбнулась наша продавец — рыжая девушка с небольшим вздернутым носом и милыми веснушками-кляксами под ними.

Лилия училась в параллельном классе, летом откликнувшись на наше объявление о подработке.

Хоть девушка и не любила распространяться на эту тему, но я догадывалась, что она из не совсем благополучной семьи. Про ее маму, к сожалению, говорили разное… Тем не менее, Лиля хорошо училась, и даже успевала работать у нас.

— Мам, ты иди домой! Я тебя подменю. Там дядя Сережа с Тошей тебя, наверное, уже потеряли!

— Ох, спасибо, милая, — подавшись вперед, мама клюнула меня в лоб, — Я сегодня с семи утра на ногах… Вы поработайте еще часок, и тоже бегите по домам. Роз, вызовешь вам такси?

— Без проблем.

Вскоре мама ушла, а я, воспользовавшись отсутствием посетителей, чтобы занять чем-то свою опустевшую после поцелуев голову, решила набрать материалов для новых духов с ароматом еловой хвои — хотелось создать какой-нибудь горьковато-прохладный древесно-свежий запах.

— Роз, я отойду на пять минут… — смущенно пробормотала Лиля, косясь в сторону заснеженного окна.

— Конечно, — я рассеянно проследила за направлением ее взгляда, обнаружив там мужской силуэт, показавшийся мне смутно знакомым…

Высокий блондин без шапки.

Присмотревшись, я разглядела в нем Глеба Тузовского, почувствовав неконтролируемую тревогу.

Про этого парня ходили нехорошие слухи. Я знала, что его отец был осужден за криминал, и сидел в тюрьме, а Глеб вроде как жил со старшим братом…

Было еще кое-что, о чем я даже не хотела вспоминать…

В общем, Тузовский довольно неприятный тип с вечно надменным выражением лица, словно каждый, на кого падал его взгляд, рожден ему прислуживать. Хорошо, что мы учились в разных классах, и практически не пересекались. Я предпочитала держаться от таких людей, как Туз, как можно дальше…

Сердце ушло в пятки, наблюдая за тем, как они с Лилей шушукаются, правда, вскоре девушка вернулась.

— Ты общаешься с Тузовским? — не удержавшись, спросила я.

— Ой, Роз… — ее обреченный смех больше напоминал перелив колокольчиков, — Все сложно…

— Лиль, — я замялась, пытаясь подобрать слова, однако внезапно рыжая сдула несколько упавших на лицо прядей, перебив меня.

— Я обо всем в курсе. Но, когда круглосуточно находишься в аду, привыкаешь общаться с чудовищами… — она обреченно улыбнулась, — Глеб на машине. Он меня подвезет. Ничего, если я уже поеду?

— Конечно… И, Лиль, знай, что ты всегда можешь на меня рассчитывать…

* * *

Уже в кровати я пролистывала уведомления о пропущенных звонках и сообщениях от Игоря и Лены, решив, что перенесу все важные разговоры на завтра… Сегодня на них просто не осталось сил.

Телефон вновь завибрировал у меня в ладони. На это раз пришло сообщение от Максима, и мое сердце забилось быстрее…

— Не могу уснуть…

— И??? — напечатала я со сжигающим душу предвкушением.

— Почему так много вопросительных знаков? 😉

Я рассмеялась.

— !!!

— Лучше спроси: почему я не могу уснуть?

— Не интересно!

— Кусачка, кончай дерзить… Спроси.

Я захихикала громче, прикрывая рот ладошкой.

— Почему ты не можешь уснуть?

— Представляю, что снова целую тебя в засос… Вставило сразу и без вариантов.

Ох, теперь и я вряд ли усну…

— Можно всего одно признание?

— Не надо…

— Только одно. На сегодня… 😉

— Ну, не тяни тогда!!! — раздраженно написала я.

— Мне нравится, когда ты такая нетерпеливая… 😉

— Это и есть признание?! П-ф-ф…

— Техника у тебя явно хромает… Это неоспоримый факт.

Какой же дурак!

Судя по тому, как он дышал сквозь зубы, требовательно прижимая меня еще теснее, не так уж все и плохо…Я парализовала взглядом скачущие по экрану точки…

— Только ежедневная многочасовая практика поможет. Понимаешь, Леднева?

Я закатила глаза, пытаясь сдержать улыбку.

— Но даже несмотря на отсутствие практики, я вынужден признаться…

— В чем?

Пауза. Он прекратил печатать.

И я снова не выдержала.

— В чем признаться, Максим???

«Три точки» вновь запрыгали по экрану.

— Ты обладательница самого вкусного поцелуя с языком.

Я тихонько застонала, медленно натягивая одеяло до подбородка, но очередное входящее сообщение заставило меня, затаив дыхание, заглянуть в мессенджер.

— Пойдешь со мной отмечать Новый год?