Глава 64

— Здорово, бро… — встретил меня в прихожей Леха.

Я хмыкнул, по обыкновению качая головой — товарищ знал, что моя личная жизнь закрыта для обсуждения.

Не любил трепаться насчет девчонок, такой уж я. Хотя, разумеется, планировал представить Розу всем своим друзьям, как представится подходящий повод.

— И даже не посвятишь меня в подробности развернувшейся во дворе драмы с участием нашей бывшей классухи? — он оглянулся на меня с вопросительным взглядом.

— Похоже, совесть замучила, что из-за нее меня исключили, — я подошел к окну гостиной, которое выходило во двор. — Только меня не особо впечатлило ее запоздалое раскаяние.

— Сомневаюсь, что Анастасия Николаевна преследовала лишь желание покаяться… — гыкнул Жаров у меня за спиной. — Думаю, Дроздова наткнулась на свежую статью в «Спортивной правде», и в курсе, что тебе пророчат выгодный контракт с клубом премьер-лиги.

Отмахнувшись, я упал рядом с ним в кресло, с широкой ухмылкой косясь на коробку с пиццей на столе — было неожиданно видеть ее в нашей Мекке правильного питания.

Леха, на правах капитана команды, временами вел себя как фанатик, выкидывая из холодильника всю «запрещенку» и заставляя нас считать калории.

— Что-то куро-грудь в глотку не лезет, — пояснил он, выбирая опции в меню игры. — Решил устроить «разгрузочный день», так что ешь, пока я добрый! — приглаживая пальцами свои серебристые волосы.

Внезапно, друг отложил джойстик, поднимаясь с дивана.

— Совсем забыл про твой фан-клуб… — пробурчал он, уносясь в прихожую.

— Мой фан-клуб? — настороженно уточнил я, ожидая, что это какой-то очередной Лехин прикол, и он вот-вот взорвется хохотом.

— Вот, держи, — Жаров протянул мне свой телефон. — Я уже подписался! — подмигивая, добавил он.

— Максим Леднев. Официальный фан-клуб, — офигевая, прочитал я, скользя глазами по многочисленным нарезкам из моих последних игр, а также коллажам из фотографий.

Особенно повеселило количество участников — пять человек, включая Леху.

— Че за…? — прищурился, недоуменно глядя на друга.

— Там есть имя организатора… Я, кстати, с ней познакомился пару часов назад.

— Лена Трофимова, — проглатывая рвущееся наружу раздражение, прочитал я, возвращая ему телефон.

— Она тебе еще и подарок оставила, — он кивнул на небольшую черную коробку в углу. — Не смогла до тебя дозвониться, поэтому решила поздравить лично, но, увы и ах… — Там какой-то амулет на удачу. Лена пообещала, если не будешь снимать его даже ночами, то выход в премьерку тебе обеспечен… — озвучив это, губы товарища растянулись в коварную улыбку, он явно сдерживал подступающий приступ хохота.

Смерив его хмурым взглядом, я взял коробку с амулетом, точным броском, отправляя подарок в мусорку.

— Эй, погоди… — с наигранно расширившимися от ужаса глазами. — Лена еще предостерегла, если не будешь его носить на теле или попытаешься избавиться, то боги разгневаются, и тебя ждет страшное возмездие… — комично понизил голос, как персонаж третьесортного ужастика.

— Лене пора проверить голову, — вздохнул я, потянувшись к коробке с пиццей.

— А тебе уже пора заводить свой собственный гарем, — не остался в долгу Жаров.

POV Роза

*Несколько недель спустя*

— Восемнадцать… Такая уже взрослая… — мама в очередной раз стиснула меня в объятиях, с любовью заглядывая в глаза.

— Самой не верится, — я пристроила подбородок на ее плече, вдыхая родной запах.

— Жаль только, ты настояла на домашних посиделках. Могли бы поужинать в ресторане…

— Только не ресторан. Все, чего я хочу, хоть немного отвлечься в кругу семьи…

И Максима.

Жаль, Леднева снова не было в городе. Но мы договорились, вместе отметить мой праздник завтра. По этой же причине я не пригласила его на семейный ужин, до сих пор не представив родителям. Из-за обоюдной загруженности мы решили оставить весь официоз хотя бы до выпускного.

— Восемнадцать! — передразнил маму Антошка, подкрадываясь к нам сзади и обнимая за бока.

Вот хулиган!

— То-о-ш… — одновременно прыснули мы.

— Садись уже торт лопать! — протянула ему мама.

— А папу, что, ждать не будем? — брат свел бровки, косясь на подсвеченный циферблат духовки.

После его вопроса мамино лицо моментально сникло.

— Сережа написал, что задержится. Так что давайте резать торт без него… Сил уже никаких нет, — ворчливо добавила она. — Как вернулись с зимних каникул, он практически не появляется дома, — провожая приунывшим взглядом Антошку, понесшегося на звук своего любимого телевизионного шоу.

— Я сейчас вернусь! Роз, пока свечи не задувай… — докатился до нас его звонкий возбужденный голос.

— Ты сама говорила, что дядя Сережа надеется на скорое повышение… — напомнила я маме, развязывая ленту на именинном торте, заказанном в популярной кондитерской «Сахарок».

— Ой, Роз… — она покачала головой. — У меня сердце не на месте… Нечто подобное я испытывала перед тем, как… — осекаясь, мама опустила взгляд, но я и так поняла ее без слов.

— Понимаешь, он все время отмалчивается. Вообще, в последнее время очень странно себя ведет. Сергей обмолвился, что их отдел уже несколько месяцев разрабатывают какую-то операцию…

Мама опустилась на стул, подпирая щеки кулаками.

— Ненавижу его работу! Не-на-ви-жу! — судорожно выдыхая. — Даже думать не хочу, что будет…

Но ее душевные излияния прервал дребезжащий звонок домофона.

— Наверное, Сережа пришел… — она поднялась, и, расправив складки на футболке, поспешила в прихожую. — Роз, это к тебе… — спустя секунд тридцать услышала я ее вымученный голос.

— Ко мне? — выйдя в коридор, я увидела на пороге курьера, сжимавшего букет алых роз.

Даже не читая записку, не составило труда догадаться, от кого подарок.

— Игорь продолжает заказывать у нас цветы, — будто прочитав мои мысли, подтвердила мама, с благоговением разглядывая крупные ароматные бутоны.

— Благодарю! — расписавшись, я приняла из рук курьера увесистый подарок, вздрогнув, когда мой взгляд остановился на тексте записки.

— Моему солнцу!😉

От этих двух слов я почувствовала, как мой счастливый мир вдруг опасно накренился, грозясь сорваться в тартарары.

Даже не знаю, что покоробило больше — дурацкое прозвище «солнце», которое подходило мне, как собаке пятая лапа. Потому что меня скорее можно было сравнить с мрачной предгрозовой тучкой, нежели с дневным светилом…

Ну, а это «моему» вообще вызвало такое дичайшее опустошение, что я сама не поняла, как пронзила палец острым шипом, машинально облизнув с него каплю крови и вздрогнув, потому что домофон вновь ожил.

— А это уже, наверняка, Сережа! — мама поспешила к двери.