Глава 13

Вика

Не знаю, сколько я пребывала в беспамятстве, но очнувшись от жажды, с трудом открыла глаза. Получилось лишь едва приподнять ресницы.

Не удивительно: мошкара, пользуясь моей беззащитностью, устроила пиршество. И теперь я выглядела почти как Жабелла – вся в волдырях.

Кожа горела. Я поднесла руку к лицу, чтобы почесаться, и с удивлением заметила: кольцо Олвина сменило цвет! Вместо кроваво-алого рубина, в поблекшей золотой оправе лежал мутный серый камень, из которого ушла не только магия, но и «жизнь».

Истощилось? Повредилось?

Подозрения подтвердились, когда я осторожно потянула украшение – и оно легко соскользнуло с пальца.

«Что ж, закончилась моя сказка», – вздохнула я, сжала ладонь с «безжизненным» украшением и с удивлением ощутила, как кольцо рассыпалось в пыль.

Раскрыла пальцы – верно! Серая взвесь на глазах стала испаряться на солнце.

Как человек далекий от магии, я не знала, что думать.

Может, Олвин через него хотел влиять на меня?

Однако раз чудом разрушила магию, значит, так и надо. Теперь я свободна!

Решив, что всё что ни случилось – к лучшему, медленно села.

Пятерней, как расческой, пригладила волосы, выловив несколько веточек.

Голова кружилась, но я смогла заплести косу, перевязать ее кружевом. Затем, кряхтя, как старушка, встала и, почесываясь, побрела на поиски воды, которую можно пить, при этом не получив нежелательного сожителя в измученный организм.

Брела я медленно, ориентируясь на тихое журчание ручейка. В удачу не верила, однако крошечный родничок, бивший из-под земли, нашла. А напившись вдосталь, заснула рядом с ним, обессиленная от голода и яда.

Я потеряла счет времени, зато очнувшись, почувствовала себя бодрее.

– Фух! Поборола яд! – обрадовалась и вопреки слабости побрела на поиск ягод, которые приметила на стелющихся по земле сочно-зеленых побегах.

Плоды, похожие на малину, оказались вкусными! Я утолила голод, собрала немного про запас и побрела куда глаза глядели, обходя глухие заросли.

Шла, пока высокие сосны, подпирающие макушками небо, не расступились, и я не оказалась на тропинке.

Обрадовалась, припустила по ней, однако забравшись на пригорок, оказалась перед распутьем: три едва заметные тропинки расходились в стороны и терялись за кустами и высокими деревьями.

Я огляделась.

Куда пойти? Как бы в болото вновь не зайти…

Вот бы спросить у кого-нибудь! Только поблизости разве что птицы и насекомые, шумно летавшие по округе, под шелест листвы.

Невольно подумала о Жабелле. Она, конечно, своеобразный фамильяр, но при неимении другого, можно и с нею посоветоваться. Ведь необязательно же слушаться её…

– Ква-а! – вдруг раздалось у ног. Я подпрыгнула, обернулась на звук.

На пригорок из высокой травы выпрыгнул крошечный, не больше монеты лягушонок – очень симпатичный малыш.

– Ого, какие люди! – Я нагнулась к нему, улыбнулась. Вот такое зелененькое чудо гораздо симпатичнее недовольной, злой на язык жабищи.

– Ну-ну, – за спиной раздался знакомый, скрипящий голос, полный яда и насмешки. – Фамильяра опознать не можешь? Куда катится мир! – Она громко, недовольно поцокала.

Я обернулась. Жабелла, вальяжно развалившаяся на трухлявом суховее, качала задней лапой, свисавшей с пня. Верхние лапы сложила на пупырчатом пузе, блестевшем на солнце, как масляное. Крыльев в этот раз не было.

– Чего надо? – Она недовольно пошевелила короткими пальцами с перепонками, всем видом показывая, что наше общение её тяготит. – Неужели решила обратиться за помощью к галлюцинации? М?

– Извини, – выдохнула я, признавая, что появившемуся в беде фамильяру зубы не смотрят.

– Ага, жди, – ухмыльнулась Жабелла, закинув лапу на колено. – Давай, говори чего надо – и закончим спектакль любезностей, ибо ты еще толста, а я все такая же обаяшка. Увы-увы, я не тот малыш. – Зло фыркнула.

– Ну, извини! – Развела я руками. – Посмотрела бы на тебя, если бы ты оказалась на моем месте.

– А где же слезы раскаяния, заламывание рук, ног?

– Помнишь про инверсию качеств? Если я не заламываю их – значит, это должна делать ты, – улыбнулась ей.

– Мда… Все такая же малолетняя нахалка.

Что она ничуть не лучше, грубить не стала. Однако в долгу я не осталась.

– Фея? А где же ваши крылья?! – полюбопытствовала и невинно захлопала ресницами.

– Надоели, – не менее невинно заморгала жаба голыми веками. – Для такой прелестницы, как я, нужны самые совершенные. Жду, когда доставят.

– Угу, – закивала я. – А доставка заплутала.

– Сейчас кое-кто плутать по болоту и дальше будет. Перезнакомится со всеми змеями, пиявками… – Жабелла ухмыльнулась.

– Ладно, молчу! Только скажи, какой путь выбрать?

– Зачем? Ты всё равно сделаешь по-своему, – закатила фамильяр глаза.

– Жалко что ли? Я же извинилась. Ну, хочешь, так сделаю? – Я прижала руки к груди. – Скажи мне, прекрасная Жабелла, какой тропою мне пойти?

– Любою, – хмыкнула она, сверкнув глазищами.

– А если подумать?

– Ладно, слушай и вникай. – Жаба села на пне совсем как человек. – Налево пойдешь – любовь найдешь, – изрекла пафосно, однако её коварный прищур выдавал, что она продолжает глумиться.

– Олвина что ли? – хмыкнула я. – Обойдется.

– Кто ж не знает, как переменчиво сердце ветреной невесты? Может, и не он. Направо – замок найдешь. Быть может, даже императорский, – подмигнула грубиянка.

– А если прямо?

– Ну… допустим… м-м… – Жабелла потянулась, зевнула, обнажая розовую глотку, очень напоминавшую змеиную, разве что без зубов. – Сюрприз от судьбы.

Из неё гадалка-предсказательница, как из меня балерина. Я не верила ей, однако почему-то уточнила:

– Хороший или плохой?

– Кто знает? – Философски фыркнула Жабелла. – Порой простофилям везёт. Вопрос лишь: как часто и в каком количестве? Ибо с вашей, юная девица, глупостью надо таскать мешок везения с собой. А я вижу на вас только лохмотья. И они попахивают. Фи!

– Издеваешься?

– Даже не начинала! – прищурила она круглые глаза и погладила брюхо. – Итак, ваш выбор, фрея Голодранка?

– Императорский замок и Олвин пусть катится куда подальше. Я пойду своим путем, – сделала шаг по серединной тропинке.

– Угу, дураки учатся на своих ошибках. Иди и смотри – хребет береги, а то как шарахнет!

– Спасибо, добрая фея! – насмешливо поклонилась я ей. – Ждите, крылья скоро прибудут!

Увы, жаба уже сбежала, как и зелёненький лягушонок. Я снова осталась одна, в пролеске, на перекрестке.

Что ж! В путь за судьбой, ибо как не плутай – приведет к тому, что суждено.

___________________________________________________

А вот и наша прелесть Жабеллочка:

И в более дерзком образе:

Так-то Жабеллочка добрая и великодушная, но пока у них с Викой тёрки-притёрки