Глава 24

Вика

Ночью мне снился Олвин.

Увидев его во сне, я испытала противоречивую гамму чувств: испугалась, потом обрадовалась, затем расстроилась…

Страх, что он нашел меня и сейчас покажет свою тайную злобную натуру, сменился вздохом облегчения, когда он ласково заговорил. Радость и надежда вспыхнули, успокоили, но почти сразу сошли на нет, стоило вспомнить, что он схитрил и, вопреки клятве, не был со мной честен.

Я попыталась убежать, спрятаться, вытолкнуть его из сновидения, но голос Олвина слышала даже, зажимая уши. Он звучал отовсюду и везде, проникал под кожу, в самую душу, заставляя вибрировать каждую клеточку моего тела.

Когда проснулась, шестым чувством поняла: Олвин ищет меня и просто так не сдастся. Надо уносить ноги как можно скорее и дальше.

И всё же где-то в душе я жалела, что не имела возможности поговорить с ним, перепроверить пугающие слова Крипины. Но раз судьба распорядилась иначе – дав мне шанс сбежать и спастись, значит, так надо было мирозданию.

Теперь у меня появилось время на раздумья, а принимать решение лучше, когда нет воздействия магией. Кто знает, как Олвин задурил мне голову с помощью неё? То-то кольцо рассыпалось.

Сейчас же я могу общаться с кем хочу. Могу разными способами проверить – правдивы ли были слова Крипины об Олвине или нет?

Когда всё разузнаю, перепроверю – приму решение.

Если Олвин был честен со мной, и я действительно ему дорога – будем вместе, а если нет, наши пути окончательно разойдутся.

Если же был честен, но забыл меня – значит, не было любви с его стороны, только пустые слова. А если же он злодей в самом деле – убегу ещё дальше…

Остаток ночи я вертелась в постели, думала обо всём на свете, даже о Жабелле. Хотелось расспросить её о многом, но в присутствии спящего Мейра позвать шумную фамильяру я не решилась.

Только с рассветом смогла уснуть.

– Блюм-блюм-блюм! – прокаркало над ухом, после чего холодная рука шлепнула меня по щеке. – Синдерелла, подъем! Счастье проспишь!

– Ты?! – Я вскочила и первым делом посмотрела: на месте ли Мейр. К счастью, его не было.

– О, вижу, верно мыслишь. Умнеешь на глазах.

Жаба нахально забралась на мою постель и улеглась в ногах, подперев большую голову лапой. Здоровая она. И тяжелая. И смотрит так, что неловко и волнительно.

– Жабелла, скажи… – я осторожно выбирала слова. – А… мухи… они как ко мне относятся?

– Прямо, – хмыкнула она, сверкнув желто-красными глазищами.

– То есть… – только сейчас до меня дошло, что если фамильяр жаба, то мухи… – Они неслучайны! – После чего на меня нашел ступор. – А это ты их… или… я?

Жабелла закатила глаза, однако соизволила ответить:

– Ну, ты.

– То есть… у меня есть магия?!

– У тебя есть я, – парировала пупырчатая грубиянка. – Единственный фамильяр во всей Лавате впервые за несколько столетий!

– Нет-нет, не подумай, я не вредничаю… Просто интересно: могу ли я трансформировать мух в пчёл?

– Попробуй.

– А как? – обрадовалась я и обратилась вся во внимание, готовая получить ценный совет и записать первое магическое наставление в подкорке головного мозга.

– Каком кверху. Авось жалко из попки вылезет.

– Ну Жабелла!

– Что сразу Жабелла? – рассердилась фамильяра и уперла лапку в толстый бок. – Стараешься, лапки в кровь сбиваешь для неблагодарной девчонки, а она всем недовольна!

– Жабелла! – повысила я голос, не собираясь терпеть унижения.

– Я обиделась! – фыркнула она. С потолка посыпались золотые искорки, и в их сиянии растаяла моя фальмияра.

Я осталась в расстроенных чувствах посреди душной пустой комнаты.

– Да что ж такое?! – Спустила я ноги на пол и топнула. – Почему всё так просто и одновременно так сложно?! Почему?! За что мне все э…то! Тьфу! – Выплюнула залетевшую в рот мошку.

Руку дам на отсечение – это месть вредной Жабеллы!

Выходка пупырчатой заразы окончательно вывела меня из себя.

– Раз они относятся ко мне прямо, я буду делать с ними то, что считаю нужным! – заявила решительно. – Пусть даже это сложно! – Упала обратно на кровать и стала пытаться призвать своих магических мух.

Увы, как ни пыжилась – ни одна не прилетела.

Однако я, раздраконенная пупырчатой нахалкой, решила не сдаваться и пошла на хитрость: открыла окно, положила на подоконник кусочек хлеба с остатками каши, и стала ждать…

Получилось! Муха прилетела!

Её звонкое жужжание я услышала раньше, чем увидела в оконном проёме. Обрадовалась. Вскочила с кровати, высунулась на улицу… и тут в комнату влетела муха. Навозная. С противным зелёным брюшком, сиявшем на солнце.

Вот это уже очень обидно!

Я сжала кулак, представляя, как держу ушлую жабу за лапу, и поклялась:

– Всё равно справлюсь с мушиной дрессировкой! Или я – не я!