Глава 35

Олвин

Жизнь медленно утекала из меня. Я чувствовал это и не боялся умереть, но только не так, не здесь, не от руки мерзавца! И не когда он глумится над перепуганной Викторией.

Всегда презирал Валнора, однако сейчас трус превратился в злобного садиста и издевался над беззащитной жертвой. Череда подлостей, что когда-то он сотворил, пронеслась в моей памяти, и все они вкупе были несравнимы с тем, что происходило здесь.

Я не мог пошевелиться, но слух улавливал мельчайшие звуки.

Каждый всхлип Виктории причинял сильнейшую боль и муку.

Каждое гадкое слово Валнора разрывало меня на куски, а когда он приблизился к ней и взмахнул кинжалом перед ее лицом – возмутилось даже мое чудовище, которое прежде всегда было циничным, холодным, злым.

Пусть раскроется постыдная тайна – мое проклятье, но я уйду за грань только с врагом. А Виктория забудет меня и произошедшее как страшный сон и будет жить.

Подслушав мои мысли, чудовище довольно фыркнуло. Я был готов поклясться, что услышал тихое мстительное хихиканье над ухом. Едва различимое, но настолько счастливое, что подумал, будто теряю разум.

Это точно не подлец Валнор! Не мой монстр! Тогда кто?!

Зеленое чудовище, разъяренное подлостями трусливого негодяя, зарычало, заворочалось в груди, собираясь развернуться и взять дело в свои руки. Однако сейчас я хотел быть с ним. Хотел принять участие в возмездии!

Грудь дернулась в болезненном спазме, началось превращение, но в этот раз я не собирался отдавать ему полный контроль над своим телом.

С каждым новым обращением боли становилось меньше, и оно давалось легче, но в этот раз меня терзала другая мука: брезгливость, которую Виктория испытает, когда увидит меня.

Одной из невест когда-то хватило случайно увидеть тень зеленого исполина, чтобы в ужасе броситься бежать, не разбирая дороги, и сломать себе шею.

Да, моя Виктория – моя судьба – во всем особенная, однако я не надеялся на чудо, потому что в своем виде отвратителен до тошноты: уродливый великан-горбун, от которого разит затхлостью и болотом. А рожа?! Она омерзительна. Вдобавок огромный нос венчает противная бородавка!

Прежде я готов был умереть, только бы никто не узнал о моем уродстве, но сейчас хотел, чтобы Виктории ничего не угрожало, чтобы она не плакала от страха и отчаяния.

Обращение прошло быстро. И вот я перед ней во всей «красе».

Да, судьба снова посмеялась надо мной. Для зеленой горы мышц жалкий Валнор не больше козявки. Избавиться от него – что пальцами щелкнуть. Даже припрятанная у подлеца за пазухой каменеющая пыли – сущая мелочь для монстра. Но я совершенно бессилен перед той, кто мне дороже всего. Поэтому позабыв о Валноре, повернулся к Виктории.

Её глаза слишком выразительны, чтобы я все понял без слов. Как вдруг она произнесла:

– Надеюсь, в твоей большой груди скрывается такое же большое сердце.

Думал, мне показалось, но Виктория протянула руку!

Я не мог поверить! Неужели?!

Коснулся ее нежнейших пальчиков, замерзших от долгого лежания на ледяном камне – и для меня перестало существовать всё вокруг.

Однако враг не дремал и попытался спасти свою трусливую шкуру.

– Сдохни! – проорал, бросая склянку с каменеющей пылью.

Для меня ерунда, но Виктория?!

Я прыгнул на жертвенный камень, думая только о том, что я кретин, и что сделаю что угодно, только бы с ней все было в порядке.

Магии не осталось. Пришлось обратиться к жизненной силе, только бы остановить рассеивание коварного яда. Я готов иссушить себя до дна, лишь бы любимой не угрожала опасность!

Стоило коснуться жертвенника, меня огнем пронзило. Это древние руины услышали желание. Тепло стало покидать тело и уходить в камень, зато я ощутил немного силы – и не думая ни о чем, использовал ее, чтобы направить потоки воздуха, разносящие смерть, подальше от нас.

Получилось!

От радости барабаном загрохотало сердце. Но не успел перевести дыхание – Виктория невообразимым образом выскользнула из-под меня, просочилась и молнией метнулась за убегающим Валнором!

Я оцепенел от ужаса, ведь именно туда я и направил смертоносные потоки!

Крик застыл в горле, и все что я мог – издать хрип, потому что страх за ее жизнь сменился шоком, затем радостью, когда увидел, что она…

Виктория перемещалась с невероятной скоростью, настигла Валнора, точным ударом вытолкнула его из портала в каменеющую взвесь. И с такой силой, что он, отлетев к стене, рассыпался на каменные обломки. А моя маленькая, храбрая Виктория, сотворив месть, обмякла и стала падать.

Я едва успел поймать ее.

***

Держа Викторию на руках, я прижимал ее к груди, гладил по роскошным волосам и не мог ею налюбоваться.

Она в обмороке из-за слабости, а в остальном с ней, к счастью, всё хорошо. Но когда очнется, будет лучше, если первым увидит меня.

И вот она открыла невероятные глаза, тихо выдохнула:

– Олвин? – я едва не пустил скупую слезу, не веря, что всё хорошо.

– Виктория! Моё счастье! – улыбнулся, позабыв, как огромны мои клыки, как уродлива улыбка. Моя любовь со мной, и теперь мне впервые за долгое время спокойно на душе. Проклятье и пророчество сбылись, вот только… как бы сказать Виктории про все это?

– У меня ноги болят, – пожаловалась она и попыталась сесть, чтобы не тревожить моё раненое плечо.

– Не спеши, – я не сдержался и принялся покрывать ее лоб поцелуями, совсем как юнец: трепетно, робко, неуклюже. Хотелось сжать её крепко, рассказать, как тосковал по моему маленькому счастью, как не находил себе места, однако сейчас не это было главным. Надо успокоить любимую и утешить – всё остальное потом.

– Скоро боль пройдет. Дыши чаще, расслабься… – я знал, что нужно делать, чтобы облегчить боль. – Все будет хорошо!

На ее посеревших щеках стал появляться румянец. Значит, начинается обратное перевоплощение.

– Ой! – спохватилась она. – А почему… Ты… уменьшился?! – Оценила наши размеры и взволнованно заморгала.

– Нет, радость моя. Это ты немного подросла.

– Что?! Я тоже позеленела?! – Виктория выпростала из моих объятий руки и принялась их внимательно разглядывать.

Ручки ее все такие же красивые, только серенькие, с черными коготками на пальчиках. Однако ей, кажется, перевоплощение не понравилось.

– Олвин?! – она вмиг стала серьезной. – Я стала похожей на тебя?!

– Нет, – выдохнул я. – Ты изменилась, но по-прежнему невероятно красивая!

Она притихла.

– Но серо-зеленая, как девочка-великанша? – спросила с дрожью в голосе.

– Нет, моя, любовь, – покачал я головой. – Ты, конечно, девочка, это несомненно, но… – собрался духом. – Змейка.

– Что?! – опешила она, приподняла то, что раньше было ногами и… увидела сверкающий в бликах огня чешуйчатый хвост. После чего закричала, почти рыча: – Жабелла! А ну-ка иди сюда! Живо!